Пролог

Вечер окутывал улицы мягким сумраком. Последние лучи уходящего за горизонт солнца золотили молодую листву деревьев, а в теплом воздухе витал сладковатый запах сирени. Май. Где-то в глубине садов запели первые цикады. Для большинства городских жителей рабочее время близилось к концу, но для старшеклассников академии «Рётей» день лишь переходил в куда более активное измерение. В массивной дубовой двери повернулся ключ. Он снова опаздывал. Неряшливо подвернутая штанина на одной ноге, галстук, кое-как намотанный на шею и полупустой рюкзак, в котором, вероятно, мирно покоилась одна тетрадь на все предметы и, в лучшем случае, единственная ручка. Едва он сделал несколько шагов к калитке, попутно пытаясь запихнуть неподатливую связку ключей в карман, как из-за невысокого каменного забора показалась кудрявая макушка. Услышав шаги, девушка выпрямилась и уставилась на него прищуром гранатовых глаз. Тонкий средний палец качнулся в воздухе, обращенный прямо к нему. — Не понял, плоскодонка? — Аято хлопнул пузырём жвачки и засунул руки в карманы чёрных брюк. Каждый раз он хотел, чтобы искры из его глаз сыпались эффектнее. Юи лишь показала язык и с недовольным лицом юркнула за угол. — Эй, стой! — Аято бросился за ней быстрым шагом. Наши главные герои – Комори Юи и Аято Сакамаки. Соседствуют они уже не первый год. Этот престижный, а следовательно и один из самых тихих районов Токио с рядами аккуратных частных домов перестал быть мирным гнездышком для уверенно стоящего на ногах среднего класса ровно в тот момент, когда эти двое начали делить между собой сначала тротуар, а потом и весь кислород в округе. Их страстные скандалы могли разгореться где угодно: у почтовых ящиков, в местной палатке с рисовыми булочками, в ближайшем универмаге, у ворот школы и так далее по списку. Делить им приходилось не только пространство по дороге домой, но и кабинет, ведь с первого года старшей школы они, вопреки собственным мольбам и тихим стенаниям одноклассников, оказывались в одном классе. — Пустое место должно держаться позади Аято-самы. — Аято, не сбавляя шага, плечом оттеснил Юи к краю тротуара. Она споткнулась, но не упала, лишь качнулась и тут же выпрямилась. Её ответ был мгновенным: тяжёлый рюкзак со всей дури шлёпнулся ему по лопаткам. — Моё место там, где я захочу, Сакамаки-кун, — она растянула почётный суффикс, превратив его в оскорбление. — Особенно если на нём стоит особо заносчивая задница. Он резко развернулся, по его лицу пробежала судорога. Ладонь с размаху шлёпнула по металлическому фонарному столбу. — Обзываешься? Юи только фыркнула, поправляя съехавший набок ремешок рюкзака. Конечно, она обзывалась. А на что еще это было похоже? Неисправимый болван Аято все никак не мог на корню изменить свою плачевную ситуацию с ограниченным интеллектом. Она, в свою очередь, вкладывала в эти стычки особый энтузиазм. Последние несколько месяцев она методично собирала компромат: его опоздания, потерянные конспекты, привычку грызть колпачок ручки на скучных уроках. Пока что все эти находки мало чем могли помочь Юи совершить возмездие, но попытки она не оставляла.  Аято, ворча что-то неразборчивое под нос, резко дёрнул её за рукав и вновь зашагал широко и быстро вперёд. Эта увлекательная концертная программа повторялась изо дня в день, пока их не поглощала школьная толпа, на время разделявшая их. Если удача не срабатывала, вокруг них образовывался полукруг зевак с заготовленными камерами. Обычно занятые друг другом они не обращали внимания на окружающих. Перепалки этих двоих были чем-то вроде агрессивно-комичного и совершенно бесплатного сериала для школьников. Благодаря завидной стабильности они стали настоящими знаменитостями, но, к сожалению, с дурной славой. И администрация школы выступала против подобных состязаний. Ходили слухи, что из-за их регулярных баталий приём в школу в этом году шёл вяло, слишком уж красочными были легенды. Этим и оправдывался директор.  Юи все же нагнала Аято и со всего размаху наступила ему на пятку. — Ты совсем поехавшая?!  Не долго думая, Аято со спины захватил шею Юи предплечьем. — Дурила! — прохрипела Юи.  — Так-так-так, ребятки, — подоспевший вовремя Райто расцепил буйную парочку. Была у него такая особенность – быть везде и всегда вовремя. — Вам же не платят за это шоу, верно? — он кокетливо хихикнул.  Юи тут же шмыгнула за его спину. — Твой брат – ублюдок, ты знал? — Еще как! — Райто повернулся к ней и, взяв маленькую ладошку в свою, легонько чмокнул. — Прикуси язык, Райто! Не смей переходить на сторону этой бестии! — Аято, сложив руки на груди и подняв нос кверху, ушел по направлению к входу.  — Да-да, Ваше Величество… Юи выдохнула, медленно разжимая пальцы и выпуская на волю безупречно отглаженную ткань пиджака Райто. От него пахло черной орхидеей, успокаивающе обыденно. Тот же гель для стирки, что и у старшего, но… Хорошо, что он оказался рядом. Юи боялась думать, к чему могла привести сегодняшняя стычка. Мог ли он всерьез подраться с ней в школьном дворе? Но это желание досадить Аято бескомпромиссно перерастало в слепую, физическую ярость и заставляло забыть обо всём. С каких пор она стала той, кто решает проблемы кулаками? Это слишком низко! Всё, что хоть как-то связано с этим типом таковым и являлось. Почти против воли она бросила короткий, колючий взгляд вслед удаляющейся спине своего вечного противника. У входа в школу Аято, как обычно, окружала верная свита – «стая шавок», как мысленно окрестила их Юи. На самом же деле, это были обыкновенные девушки в юбках, длина которых была во много раз короче, чем было прописано в школьном уставе. Они раз за разом вертели своим хвостом перед носом этого никудышнего дамского угодника, мечтая наконец ухватить его ледяное сердце. А как же? Донжуан с сережкой в ухе, плохой репутацией и с хорошим наследством. Райто, впрочем, пользовался не меньшим, если не большим, вниманием. Его фан-клуб был многочисленнее и шумнее, потому как он не скупился на лёгкие комплименты и непринуждённую болтовню, в отличие от своего мрачного и колкого на язык старшего брата, у которого из достоинств по большему счету было только красивое лицо (случайная победа в генной лотерее, не более) и подтянутое тело, на которое пускали слюни старшеклассницы. Нередко Райто ждал Юи у самого входа, ведь её появление служило надёжным щитом от слишком назойливого женского внимания с самого начала вечера. Девушки с вечернего отделения предпочитали обходить, на их взгляд, конфликтную Юи стороной. Свою репутацию она выстраивала здесь с первого дня и не планировала отступать от заданного курса. Школа для детей из обеспеченных семей и будущих знаменитостей была полна избалованных, гнилых и навязчивых так называемых «тепличных растений». А поскольку оказалась она здесь исключительно из-за Аято, у её пребывания была лишь одна чёткая цель. И чтобы успешно к ней продвигаться, вмешательство всяческих мартышек нужно было свести к нулю. Единственной радостью здесь была парочка, по иронии судьбы, братьев главного злодея. Райто и Канато с самого начала учились на вечернем отделении из-за своих пристрастий к компьютерным играм и, конечно же, всемогущим связям отца. Поэтому они с превеликим удовольствием посвящали Юи во все самые интересные подробности этих стен. Чаще всего, они облепляли соседку по обе стороны и не давали ей заскучать на перерывах.  Канато, немного отстранённый и нелюдимый, всегда занимал для них одно и то же место – узкую скамью у огромного окна. Низкорослый и миловидный, он носил с собой потрёпанного плюшевого мишку с чёрной повязкой на глазу. Нелепый подарок от Юи, который со временем превратился в часть его личности. Когда звенел звонок на урок, троица драматично вздыхала и медленно расходилась. Увы, магия заканчивалась у дверей кабинетов: братья учились в параллельном классе. И в этом заключалась главная несправедливость, потому что Аято, как это уже было отмечено ранее, вопреки всем законам логики и многочисленным жалобам, по-прежнему оставался одноклассником Юи. Обычно он сидел на задней парте у выхода и зачастую пользовался своим положением, сбегая в столовую сразу после переклички. И сегодня он упал туда же, без какого-либо интереса перебирая глазами магниты на школьной доске.

***

Юи хотела войти в класс негромко, но дверь своим истошным и совершенно не характерным для элитной школы скрипом выдала её. Расставаться с приятной компанией ради нудных занятий примерно пять раз за вечер было не самым приятным делом. К тому же, кажется, какая-то девочка из параллели призналась Канато в чувствах. Новость была настолько эксклюзивной, что у неё не переставая порхали бабочки в животе. Особенно поразил легкий румянец на болезненно-бледном лице в качестве реакции на своднические шутки Райто. Неужели он был готов ответить на её чувства? И… почему чертовы звонки всегда звонили так не вовремя? Бабочки в животе мгновенно умерли, сменившись привычным раздражением, когда она осознала, что витает в облаках вблизи парты своего врага уже более тридцати секунд. Возмутительно долго. Рука самовольно потянулась и наотмашь звонко шлёпнула по взлохмаченному затылку. Он даже не пошевелился, лишь слегка напряг плечи, продолжая с мёртвой тоской сверлить взглядом доску. Юи, с лёгким чувством выполненного долга, добралась до своего места, повесила рюкзак и опустилась на стул. — Ай!  — Попалась, тупица! — Аято тут же вскочил со своего места, торжествующе ткнув в её сторону пальцем. — Да я эту твою детсадовскую хрень увидела за километр… Тьфу. — огрызнулась она, с силой сметая с сиденья полдюжины острых канцелярских кнопок. Они звякнули, рассыпаясь по полу. Часть наблюдателей залилась смешками, послышался оживленный шепот. Аято, не вытерпев, направился к невозмутимой однокласснице, но она уже ждала его, сложив руки на груди и вскинув голову. Не долго подбирая варианты, он схватил Юи за собранный хвост.  — Трус!   Она толкнула его в грудь, но он лишь слегка качнулся, не отпуская хватку. Его пальцы впились в волосы сильнее, заставляя её откинуться к парте. Он сделал ещё шаг, прижимая её к столешнице. Вокруг них воцарилась напряжённая тишина, нарушаемая только щелчками камер на телефонах. — Идиотка, собралась со мной драться?  — Я в тебя сейчас плюну. — Юи выдохнула. Её руки вцепились в его запястья, но он был сильнее и явно этим наслаждался. Он лишь смотрел на её искажённое лицо с холодным любопытством. Напряжение нарастало, и Юи чувствовала, как от ярости у неё дрожат губы. Неизвестно чем это могло кончиться, если бы не прозвеневший во второй раз колокол, оповестивший о начале занятий и до чертиков пунктуальный учитель. — Сакамаки и Комори!  Внезапно появившийся биолог бросил стопку тетрадей на стол с таким грохотом, что все вздрогнули. — Вы совсем с ума посходили?! Немедленно выйти из класса! Аято медленно, демонстративно разжал пальцы. Он отступил на шаг, бросив на Юи взгляд, полный глумливого удовлетворения, и направился к выходу, насвистывая что-то себе под нос.  — Вы в очередной раз отстранены! Я наберу вашим родителям и не сомневай… — дверь громко захлопнулась за спиной Юи.  Ее лицо залилось краской от осознания того, что это было величайшее недопонимание. Он снова провернул это. Снова. Приглушённый, довольный смех доносился из-за угла коридора, куда она тут же рванула, так сильно сжав ремешок рюкзака, что костяшки пальцев побелели. — Ну ты и козёл! — выдохнула она, заворачивая за угол. — Кого это ты козлом обозвала, а? — Аято одёрнул её запястье, толкая Юи к стене, его пальцы впились в её шею чуть ниже линии челюсти. Дыхание пахло мятной жвачкой. — Повтори. — А тут еще есть кандидаты? — выпалила она, вновь пытаясь ткнуть его в солнечное сплетение сжатым кулаком, но удар скользнул по ребру, не причинив боли, лишь вызвав раздражённый хмык. — Скучно, — проворчал он, оставаясь в роли живой преграды. Аято медленно жевал жвачку, изучая её взглядом, в котором смешались презрение и какое-то странное любопытство. — Ты предсказуема, как будильник. — Зачем каждый раз устраивать прилюдный цирк? — она вырвалась из-под его руки, отбросив рюкзак на пол с глухим стуком. Подрагивающие пальцы впились в его предплечье, пытаясь оторвать его от себя. — Ты первая мне вдарила. — Ты заслужил! — она попыталась лягнуть его по голени, но он ловко заблокировал удар коленом. — И чем именно? — он наклонился ближе, его лицо оказалось в сантиметрах от её, а самодовольная ухмылка не сходила с губ. — Я тебе сейчас всю эту ухмылку сотру! Прекрати! — её крик оборвался, когда она почувствовала лёгкий, но отчётливый укус в мочку уха. От неожиданности и чего-то ещё, стыдного и колючего, она дёрнулась. — Если ты не остановишься, я… — Что? — он придавил её к стене сильнее, всем телом, лишая пространства для манёвра. — Ты омерзительный! — её голос сорвался на визг, она отчаянно упёрлась ладонями в его грудь, пытаясь оттолкнуть. — Дура. Ещё раз крепко сжав её плечи, он внезапно отпустил её, развернулся и зашагал к лестнице. Юи, взъерошенная и взволнованная, сделала шаг ему вслед и тут же запустила в него своим тяжёлым металлическим пеналом. Он летел по выверенной траектории прямиком в затылок. Аято, не оборачиваясь, ловко поймал его на лету, будто ожидал этого. Он знал, что она, не дожидаясь исхода, уже сбежала в ближайший женский туалет – её стандартная тактика перегруппировки. Какой это по счету пенал и почему последние три стали металлическими? Он лишь устало закатил глаза, сунул пенал в карман и продолжил спускаться по лестнице, продолжая тихонько насвистывать мелодию себе под нос.