𝙲𝚑𝚊𝚜𝚒𝚗𝚐 𝙿𝚊𝚟𝚎𝚖𝚎𝚗𝚝𝚜

      Как только появляется возможность, то определяемся с датой свадьбы. Не оттягиваем момент, выбирая почти самую ближайшую. Начинается самая головодробительная часть любой подготовки к торжеству — организация и покупка необходимого. Когда-то я представляла, как буду вертеться на подиуме, выбирая самое красивое платье в мире, словно принцесса. А сейчас… Не уверена, что это событие приносит мне хоть долю удовольствия. Все словно не со мной. Словно я наблюдаю со стороны за странной жизнью кого-то другого. Не меня. Да, дорогое платье теперь сверкает в моей квартире. Даже цветы уже заказаны, и выбрано место для свадьбы… Не самый дорогой, но вполне известный ресторан примет всех наших гостей сразу после церемонии в популярной среди влюбленных парочек церкви. Она не особо далеко от моего дома, и я часто проезжаю мимо нее по пути на работу. Красивая. Даже милая. Но эмоций никаких уже не вызывает. Вернее…       Нужно обязательно еще успеть продумать меню для гостей и всякое по мелочи. Но на это у меня ведь и есть подруги. Завалившись в кровать, обложившись разными журналами, мы пьем вино из одной бутылки, посмеиваясь над постами, которые читает Хитч в каких-то свадебных блогах.       — Нет, это уже перебор! — восклицает Дрейс, блокируя наконец смартфон и делая большой глоток, сразу передает бутылку мне, но я не тороплюсь. — Если бы у меня была свекровь, то она никогда не смогла бы даже подумать сунуть нос в мою свадьбу. Да. В мою. Это я — невеста. Я самая главная. Ну согласитесь же!       — Мама у Жана тоже не из самых приятных. — Вспоминаю, как резво его мать прибрала всю организацию под себя. До сих пор не могу понять как у подруг получилось отбить право решать хоть что-то. — Знаете, папа тогда с такой грустью говорил о том, что хочет увидеть меня в свадебном платье. Как мне ему сказать, что я не в восторге?       — Наверное… Никак? — Хитч меняется в лице, и я делаю глоток побольше. — Я бы тоже не смогла.       — Да, как-то у тебя не все гладко складывается. — Саша качает головой.       — Как он себя чувствует? Эрен, наверное, хорошо следит за его здоровьем. Такого бы в мужья… — тонко подмечает Энни.       — Он уже женат, — напоминаю, закатывая глаза. О таком нужно помнить, чтобы меньше думать о чужом мужчине, а больше — о собственном женихе. — Папе лучше. Хоть у кого-то из нас жизнь налаживается.       — Так свадьба… Будет? — Саша спрашивает с сомнением.       — Видимо, да, раз никто не слышит и не видит, что я не в восторге. — Не могу сдержать смешка. — Чувствую себя так, словно меня угоняют. Что-то тут не так. Не может же быть просто так все настолько стремительно.       — Ну так и ты выходишь замуж не… Как же все сложно! Я уже не понимаю: радоваться за тебя или нет! — Хитч хлопает себя по лбу и коротко усмехается. — В чем-то же Жан лучше, ну? Скажи, что у вас хотя бы секс лучше! Дай мне повод радоваться, что не все так плохо!       — Давай не будем говорить про секс, иначе я заплачу, — начинаю ныть. — Жан в последнее время какой-то уставший. Как мы начали встречаться, у нас толком не было полноценного секса.       — Это хреново! Очень. Черт подери, я ведь должна за что-то его считать хорошим. Не только ведь за то, что ты выходишь замуж — это слишком грустно. Мне начинает казаться, что ты была счастливее, когда считала, что беременна от того, кого мы не называем.       — Хватит, Хитч, — шикает Энни и тут же щипает ее, из-за чего по квартире разносится визг. — Все равно уже большая часть готова, платишь за свадьбу не ты… Зато мы все можем хорошо погулять за чужой счет. А дальше… Посмотрим, как все сложится. Не загоняй себя, ты ведь не уезжаешь в страну, где лишаешься всех прав. Всегда можно развестись.       — Да, отказать тоже всегда можно. Только вот я чувствовала такое давление, что не смогла этого сделать. — Закатываю глаза, а мыслей от алкоголя становится только больше. — Нет, что-то тут действительно не так. Почему он вдруг так все ускорил? Не может же это быть из-за Эрена.       — Почему так думаешь, что не из-за него? Очень может быть. Вы вечно так друг на друга смотрите, будто отвернешься, а вы уже сосетесь по углам! Нужно быть слепым, чтобы не видеть этого. А ты еще и не рассказываешь о нем подробности! — Хитч скрещивает руки на груди, устроившись у изголовья кровати. — Я бы с таким и в обоюдных любовниках осталась.       — Вообще такое уже случалось. — Стыдно признаваться, но… Это же подруги. От них не бывает секретов. Почти. — На том вечере с инвесторами, признаю, мы целовались. Но я сразу это все прекратила. Больше ничего не было.       — Ух, ты! И как?! Как?! Нет, скажи подробнее! Пока ты еще не замужняя женщина, мы имеем полное право обсуждать такие вещи! Ну, пожалуйста, я хочу подробностей, умру без них! — Большего Дрейс и не нужно — побольше пикантного.       — В самом деле, сегодня еще можно обсудить такое. — Ну Энни-то куда?! — Мы тоже обещаем, что расскажем какой-нибудь секрет.       — Да, боже! Да, я его хочу. Вы получили мое признание! Мы занимались сексом всю ночь, и это было сумасшествие. — Не выдерживаю, понимая, что все лицо горит только от одних воспоминаний. — А потом на утро пришла его чертова жена, и я выглядела как полная аморальная дура!       — Я как-то раз занялась сексом в подсобке офиса, — ошарашивает Хитч, мастерски разряжая мое напряжение, переключая внимание всех на себя. — В самом деле, это было так круто, что потом едва смогла добраться до такси! Так что мы тебя не осуждаем, а лишь радуемся, что такое в нашей жизни еще происходит. Но он какой вообще, нормальный, да? Да?!       Пока Дрейс пытается угадать размер, изображая его руками, то разводя ладони в стороны, то сводя их, Энни едва сдерживает смех, но выпитое вино и ей развязывает язык.       — В примерочной. Очень тихо, но безумно возбуждающе. — Леонхарт краснеет, как никогда раньше, и переводит взгляд на меня. — И на его жену… Так посрать тебе должно быть. Ты получила удовольствие, это он остался с той дурой и теперь кусает локти, что не удержал тебя.       — Я так не могу, понимаете? Это не по-человечески. Она его любит, но при этом застает меня там… — Вспоминаю расстроенное лицо его жены, и становится тошно. — Ненавижу быть в таких ситуациях.       — А он ее разве любит? Микаса, ты слишком добрая… Думаешь даже о тех, о ком думать не стоит, нужно чаще ставить выше всего именно свои чувства и желания. Ты хотя бы спрашивала его — почему он не говорил тебе? — Энни в чем-то права, но… Сложно соглашаться с такими выводами.       — С твоей стороны тоже было жестоко, если так смотреть. Ты говоришь ему о беременности, а потом выходишь замуж за другого. — От слов Хитч становится не особо приятно. — Я не осуждаю, лишь пытаюсь сказать, что… Не знаю. Все относительно! Вообще… нужно теперь думать, как перевоспитать Жана, чтобы он устроил уже тебе нормальную брачную ночь! Тогда легче будет и Эрена оставить в прошлом.       — Я не знала, что он мне сделает предложение после месяца отношений на мой день рождения! Вы так говорите, будто бы я специально, — звучит как-то слишком обиженно. — Кто вообще делает предложение через месяц после начала отношений?! При всей семье!       — Мы все определенно согласны, что такое поведение — свинство. Думаю, он боялся твоего отказа. Или хотел позлить Эрена… Это же получилось! Но давайте признаем, что каждая из нас в тот момент совсем чуточку, но хотела бы оказаться на месте Эрена. Только не тогда, когда ему прилетело так больно… — Хитч наигранно шикает, касаясь лба, а после снова улыбается. Я в ответ на это могу лишь глаза закатить. Но она же права!.. — Он единственный, кто озвучил факт, хоть и пострадал за правду.       — Думаю, Жан просто струсил. Струсил, ведь ты столько раз его динамила, не хотела начинать отношения. Без малейшего понятия — зачем ему все это, но на его месте я поступила бы так же. Да, это низко, но продуктивно. В итоге же кольцо на твоем пальце, платье вот висит… И скоро твой папа поведет тебя по тому длинному коридору церкви. Он хотел тебя. Он получил тебя. — Энни пожимает плечами и делает очередной глоток вина.       — Когда ты так говоришь, я чувствую себя бабочкой в банке. — С сомнением смотрю на подругу. — Может, я и есть бабочка на самом деле. И вот, скоро мне оторвут крылья.       — Не бойся, мы спасем тебя из этой банки, если потребуется! — Хитч крепко обнимает меня, наваливаясь всем весом, и чмокает в щеку.       — А… ты отправишь приглашение… ну… ему? — впервые вижу Энни немного растерянной. Настолько, что даже поддакивающая все это время Саша перестает жевать закуски и отрывается от бутылки.       — Не думаю, что это хорошая идея. Если только вы не хотите, чтобы мы занялись сексом прямо у алтаря. — Смех вырывается уже только от мыслей о подобном. — Считается ли это богохульством?       — Я поставлю свечку в таком случае за ваше здоровье. Зато представь, какой счастливый получился бы ребенок… Нет, честно! Ты рассказываешь когда о нем, то сразу так светишься!.. Мне даже немного завидно, признаюсь. У него нет брата? Свободного желательно. — Хитч смеется, заражая своей энергией всех, несмотря на то что ее слова просто ужасны! — Теперь я точно не удивляюсь, почему ты думала, что забеременела… Вы наверняка забыли обо всем на свете!       — А мне бы хотелось посмотреть на лицо Жана. — Саша корчит удивленную рожицу и тоже заливается смехом, прикрывая ладонью рот.       — Ох, это было бы интересно. — Ухмыляюсь, представляя такую картину. — Но закончилось бы поножовщиной.       — А может… Позвонить ему? Ну, чисто так — секс на прощание… Ну что?! Она так говорит, будто не была бы против! — Хитч совсем не умеет контролировать свое «хватит» в алкоголе, поэтому явно пьянеет, не выпускает из своих объятий.       — Хитч! Ну ты что! — притворно возмущаюсь. — Если я ему сейчас позвоню и предложу такое — он же не уйдет. А я стану бессовестной любовницей.       — А ты хочешь, чтобы он ушел? — Щурится, как последняя зараза, вечно наставляющая не на лучший путь. — Нет, серьезно. Тебе что, даже не интересно: приедет он или нет?       — Я знаю, что он приедет. — Никаких эмоций. Но это правда. Не нужно гадать, чтобы знать наверняка, что Эрен не откажет мне. И от этого становится грустно. — Но это только усложнит ситуацию.       — Только в роли любовника будет и он! Сколько же у вас общего… — Хитч смеется, поглаживая меня по голове.       — Ну, перестань, Дрейс, ты совращаешь Микасу перед свадьбой — это не совсем правильно. — Саша качает головой, а сама косится на меня. Ну неужели все для них настолько очевидно?       — Ой, ну, подумаешь! Развлеклась бы перед тем, как окончательно уйти в семейную жизнь и получать секс только по выходным. — Хитч отстраняется наконец и поднимается. — А Жан этот приедет, если позвонишь? Как быстро?       — Не знаю. Приедет, наверное. — Сама же не могу точно ответить даже себе насколько это правда. — Хотите призвать его сюда и издеваться над ним толпой?       — Это было бы чудесно! — Хитч хлопает в ладоши, аж подскочив на месте — ну все, типичная ее стадия радости во время опьянения.       — Ну, не знаю. Я как-то не особо горю желанием видеть его лицо сейчас. Без обид, просто сегодня женский вечер, а он начнет наверняка клеиться к Микасе, потом они нас выгонят… — Энни кривится, устало растянувшись на кровати. Конечно, после такого количества выпитого ей не хочется никуда уезжать.       — И что? Нет, мне просто интересно: кто бы приехал быстрее? — Щурясь, Хитч наполняет бокал вином, едва не проливая на себя и мой ковер, но справляется с такой задачей.       — Если провернуть такое — драки не избежать. В прошлый раз мы еле их разняли, — напоминаю, не желая повторения той ситуации. — Когда они видят друг друга, такое ощущение, что в них просыпаются животные инстинкты: они хотят размножаться, а я — единственная подходящая для такого самка…       — И у одного из них это почти получилось. — Смех Хитч путает ее слова, но и так понятно, что она говорит. — Размножиться! Потом наверняка молился, чтобы это было не так!       — Поэтому я люблю спокойных заучек, а не тех, у кого тестостерон подскакивает в ненужный момент, — хмыкает Энни сквозь короткий смешок.       — Вообще, мне кажется, он расстроился. — Вспоминаю лицо Эрена и задумываюсь. А если бы ребенок действительно был? — Не знаю, как на это реагировать.       — Что? — Серьезность возвращается к Энни вместе наверняка с ее рассудительностью. — Ты не говорила об этом. Это же… говорит о многом. Ты…       — Да он в тебя по уши влюблен, несмотря даже на свадьбу! Боже, Микаса, это так печально! И одновременно чертовски романтично! Вы разбиваете мне сердце, но я все равно думаю, что он заслужил то, что получил. Нашу девочку никто не имеет права обижать и выставлять в дурном свете! Но… ребенок… Ты бы хотела с ним такую семью? Если бы не было Жана, ты бы… ну… оставила?       — Хитч! Это некорректно, — одергивает ее Энни, как и всегда.       — Не думаю, что стоит развивать эту мысль. — Тут же настроение пропадает. — Давайте лучше выпьем вина.       — Не обращай внимания, ты же знаешь, что ей уже достаточно, — Саша говорит тихо, приблизившись, чтобы Хитч не слышала, и продолжает уже громче: — Хочешь, я займусь отправкой приглашений и организую транспорт?       — Если ты так хочешь. — Тут же приободряюсь. — Я готова на что угодно, лишь бы не заниматься всей этой морокой.       — Я помогу вновь опередить твою свекровь, сделаю все быстрее и так, как понравится тебе. — Энни прижимается на несколько секунд своим плечом к моему, становится и впрямь легче. Ее поддержка оказывается к месту, и я ей очень благодарна.       — А я организую фотографа! У меня уже один есть на примете. Еще неплохо было бы от тебя и Жана написанные на бумаге слова друг о друге… Я оформила бы их как ваши дневники, которыми вы делитесь. Романтично же! Написать следует свои мысли, первое впечатление, какие-то реакции на определенные события… — Больше Хитч не остановить — она ушла добровольно в плен к своим размышлениям и фантазиям.

-ˋˏ♡ˎˊ-

      — Я выгляжу глупо. — Вижу себя в отражении: свадебное платье, странная прическа. Это не я, это кто-то другой. — И у меня плохое предчувствие. Может, не стоит вообще выходить замуж?       — Если ты уйдешь, даже не взглянув в камеру тому неприлично дорогому фотографу и не бросишь мне свой букет… — Хитч дуется, ее можно понять. Наверное. Но от волнения подрагивают пальцы. Хочется все с себя снять и закрыться где-нибудь, спрятаться ото всех. — Если серьезно, то волнение — это нормально.       — Вполне, ведь ты меняешь свою жизнь, это новая ответственность… Но если хочешь, можем еще немного посидеть здесь, пусть подождут, никуда не денутся. — Слова Энни чуть успокаивают.       — Блин, как же надоели эти уведомления. Чей это телефон? Мой? Может кто-нибудь глянуть, кто на этот раз мне прислал бесполезные поздравления? — Киваю на телефон. — Еще и Эрен молча прислал документы о разводе на почту. Он точно специально сделал.       — В смысле… О разводе? Ты сейчас серьезно? — Саша застывает в момент, больше не поправляя слишком пышный подол моего платья.       — Я говорила же, что нужно было и его приглашать. — Ворчание Хитч не помогает, но она резко берет телефон, и мы все пялимся на то, как быстро она бледнеет, блокируя экран и кладя его обратно. — А тут… Ну… Даже не знаю, стоит ли…       — Скажи, что кто-то умер. — Нервы на пределе, и я в сотый раз поправляю фату. — Неужели все так плохо?       — Умерла чья-то верность. — Озвучивание новостей — явно не ее. Хотя обычно Хитч готова растрещать все подробности. — Нет, правда… Я не уверена, что это… Похоже на такой розыгрыш, знаешь? Где жених якобы с кем-то… Да, боже, Жан там целует какую-то дамочку!       — Что?! — Вскрикиваю и забираю телефон. Жан. Дама Н. Целуются. Подпись: «Не могла больше врать». Какое облегчение…       — Пиздец, — выдавливают одновременно Саша и Энни, но я больше не слышу ничего, о чем говорит Хитч.       — Эй! Делать-то что?! Ты же не оставишь все вот так?! Сделай уже ему что-нибудь! — Впившиеся в мои плечи пальцы Хитч приводят меня в чувства.       — Я чувствую такое облегчение, как же хорошо. — Смех даже не пытаюсь сдерживать, сжимаю плечи Хитч в ответ. — Я теперь могу официально сбежать со свадьбы и быть жертвой, а не злой сукой, решившей бросить жениха у алтаря! Я люблю вас всех! А теперь… Подождем начала. У алтаря я скажу «нет» и уйду. А потом вы запостите в группу свадьбы на Фейсбук эту фотографию. Его мама будет в ярости.       Визги подруг — как самое приятное, что я слышала за последнее время. Как же все удачно складывается! Теперь больше нет тяжести, нет давления на плечи и душу, даже идти, кажется, становится проще. Последний раз поправив фату, я все же выхожу из комнаты, отец берет меня за руку, но каждый шаг по выстланной красной дорожке такой долгий! Хочется все сделать быстрее, но я выдерживаю. Дохожу до самого конца, смотря прямо в глаза Жана. Он чертовски уверен в себе, при полном параде. Не подкопаться — идеальный жених. Только вот я теперь знаю всю правду, и он никак не сможет оправдаться. Жан протягивает руку, и папа смахивает слезу, передавая меня… Ему. Как же все они ошибаются! Как же сильно ошибалась я все это время и заблуждалась. Слова священника проходят мимо моих ушей, я уже мысленно совсем не здесь. Далеко. Но Жан озвучивает свое согласие, теперь моя очередь. Хитч точно снимает все на камеру, и я мельком смотрю на нее.       — Микаса Аккерман? Прошу ответить. Так согласны ли стать законной супругой Жана Кирштейна? — повторяет священник.       — Нет! — Моей радости нет предела! Шепчу ему: — Я знаю, что ты мне изменял. Я не держу на тебя зла, просто не стоило отнимать мое время.       В зале тотальная тишина. Жан бледный, и вот-вот готов начать оправдываться, но я не слушаю, поворачиваюсь к маме.       — Я не могу так, мам. Это не для меня, и ты знаешь. — Она недовольно поджимает губы, а отец, все еще бледный после операции, качает головой и начинает смеяться. — Простите.       И ухожу. Нет, я убегаю от алтаря, радостно смеясь при этом. Вылетаю из церкви, меня встречает теплый весенний воздух. Машина все еще возле дома, поэтому скидываю в сторону раздражающие туфли на каблуке и бегу со всех ног домой. Может, кому-нибудь понадобятся, но точно не мне. Я свободна! Люди смотрят на меня странно, кто-то даже смеется, а мне все равно! Невеста сбегает из-под венца, бедный жених. Дети на детской площадке кричат и подгоняют меня, словно за мной кто-то погнался. Телефон звенит в кармане. Фото в группе, и теперь все знают, что я не врала. Осталось совсем чуть-чуть.       Он открывает дверь растрепанный и сонный, в штанах и распахнутом халате. Эрен выглядит шокировано, но я не даю ему возможности опомниться и крепко целую в губы. От его ответных действий кружится голова, и я готова отдаться моменту, наконец получить то, чего хочу, даже дверь остается распахнутой, когда он вжимает меня в стену, так и не разорвав поцелуй. Но, видимо, осознание все же приходит к нему и, тяжело дыша, прерывисто спрашивает:       — Ты как здесь вообще? А… Жан, свадьба? — Он ошарашенно смотрит на меня, периодически касаясь моих губ.       — Я его бросила у алтаря. — Смеюсь и снова целую его. Позади слышу хлопок двери, и мы медленно двигаемся к ближайшей поверхности.       — Из-за… Меня? — звучит неуверенно сквозь смазанные поцелуи, словно не верит, что я и впрямь могу выбрать именно его. — Я же… Не хотел мешать твоему выбору. Черт! С ума сойти, у меня билет на завтра.       — Ну, он мне еще и изменял, — невзначай добавляю и толкаю его на диван. — Я бежала оттуда как могла.       — Значит, ты бежала через весь город сюда в свадебном платье. — Он смеется, но вдруг становится серьезным. — Оторвать бы ему кое-что за такие поступки. Как вообще можно тебе изменить?! Ты же… Такая одна. Ради которой можно и жизни лишиться, если потребуется и… Ты больше не обижаешься на меня, видимо.       — Замолчи и не трать время на пустые разговоры.       Под частое дыхание вся одежда отбрасывается в сторону за считанные секунды. О сохранности чертовски дорогого платья даже не думаю, хотя... Нет, треск ткани приносит незабываемое удовольствие! Словно спадают все оковы. Мы будто потеряли целую вечность и теперь пытаемся нагнать хотя бы часть. Эрен. Так близко. Снова. Самой не верится, что это происходит, но я так счастлива! С ним я свободна, с ним чувствую себя собой. И абсолютно уверена, что в этот раз все получится.