Шестнадцать

      Тэхён находит Сэм на улице. Она ходит туда-сюда вдоль стены здания участка, пытаясь успокоиться и вернуть себе хладнокровие. Замечает напарника и резко разворачивается, шагает в противоположную от него сторону. Тэхён достаёт сигареты, прикуривает. Находиться с ней наедине и смотреть в глаза труднее, чем он думал. Более того, он не знает с чего начать. Когда она снова разворачивается к нему, но упрямо смотрит мимо, ему становится тошно от того, что он сделал с их дружбой.       — Сэм, — зовёт её тихо.       — Оставь меня в покое! — огрызается, поворачиваясь к нему спиной.       — Пожалуйста… мы можем поговорить? — так же тихо спрашивает он.       Сэм на секунду тормозит, но ничего не может с собой поделать и идёт дальше. Он так давно не говорил этих слов. Ей до чёртиков хочется выслушать его. Убедиться в том, что между ними всё по-прежнему. Она ждала этих слов два года, но он всё время отталкивал её. И теперь она чертовски зла на него. Так зла, что… разворачивается и сердито шагает в его сторону.       — Теперь ты хочешь поговорить? — Зло спрашивает. — серьёзно? — Подходит вплотную к нему, в глазах плещется гнев. Тэхён затягивается, опускает голову.       — Прости, я… — Смотрит ей в глаза. — Мне жаль.       — За что ты просишь прощения, Тэхён?!       — За всё, — просто отвечает он и всё, её злость моментально испаряется. Остаётся обида и разочарование. Она выдыхает. — Всё это время я вёл себя, как кусок дерьма, а ты была одной из немногих, кто до конца не отворачивался от меня. Я отталкивал тебя, потому что считал, что со мной покончено. Если честно, я всё ещё так думаю. Но я не рассказал тебе о Джо по другой причине. — Замолкает, поднимает голову вверх. — Там всё сложно. И тебе лучше не знать подробностей. Для твоей же безопасности. Я не хочу, чтобы ты пострадала.       — О, сегодняшнее утро прямо-таки фонтанирует сплошной безопасностью, — язвит она в ответ, но уже без злости. Тэхён невесело усмехается.       — Этого не должно было произойти.       Сэм выдыхает, отворачивается, смотрит на противоположную сторону улицы и часто моргает, избавляясь от того, что так ненавидит.       — Росси в курсе? — тихо спрашивает его.       — Он всё знает. Я рассказал ему вчера.       — Это он решил, что нам не нужно знать подробностей?       — Да. И я полностью с этим согласен.       — Я боюсь, что… — Она качает головой, запускает руку в волосы, откидывая их с лица, смотрит на напарника. — Я боюсь, что совсем скоро наступит та точка невозврата, после которой всё рухнет, понимаешь? Боюсь, что ты погибнешь, или добьёшь себя, или окажешься в тюрьме, или… — неопределённо машет рукой, — боже, да что угодно. И я не смогу ничего сделать. Ты намеренно не подпускал к себе, зарываясь всё глубже во всё это дерьмо и всё, что я могла, это бессильно наблюдать за тем, как ты топишь себя. — Сводит брови к переносице. — Ты вообще представляешь каково это? Наблюдать за медленной и верной гибелью близкого человека?! И это чёртово бессилие… я большую часть времени находилась в каком-то тупом ступоре, не понимая, что я могу сделать. — Опускает голову, пряча глаза.       — Но ты кое-что делала, Дойл, — тихо возражает Тэхён. Она поднимает голову, смотрит на него. — Ты всё равно была рядом. Несмотря на мои действия и на то, как с тобой поступал.       — Конечно я была рядом, идиот! Ты мой напарник. И всё ещё мой друг. Даже если ведёшь себя, как мудак!        Ким усмехается, но усмешка быстро сползает с его лица и он становится серьёзным. Смотрит молча на свою напарницу, не понимает, как жил всё это время без неё.       — Я скучал, Сэм, — почти шёпотом говорит он. — Чёрт, из всего, чего я лишился, я скучал именно по этому больше всего. По нашим разговорам, по тому, как ты периодически выбивала из меня всё дерьмо, без твоей молчаливой поддержки, — признаётся устало. — Я скучаю по тебе, напарница. Не думаю, что когда-нибудь смогу исправить хоть что-то. Я здорово облажался с нами. И пойму, если ты в конечном итоге решишь избавиться от меня, потому что заслужил это. И никакие слова в мире не смогут описать того, насколько мне жаль…       Он замолкает, впервые чётко осознав, что действительно может её потерять. И не будет больше шуток, понятных только им двоим, вечеров в тусклых маленьких барах. Не будет тихих долгих разговоров. Фраз, заканчиваемых друг за друга. И твёрдой уверенности в том, что твоя спина надёжно прикрыта. А потом Дойл бьёт его кулаком в челюсть. Сильно. Голова дёргается, сигарета вылетает изо рта, он отступает на шаг и удивлённо смотрит на неё. Сэм подходит совсем близко к нему, щурит глаза.       — Хрен тебе, Ким. Понял? Ты избавишься от меня только в том случае, если я сдохну. Ясно? И то, не факт. — Обходит его, направляясь в гараж. — Возможно я и тогда буду являться тебе в кошмарах, — говорит на ходу, не оборачиваясь.       Тэхён потирает ушибленное место, неожиданно для себя широко улыбается и шагает следом за напарницей. Поднимается в отдел, натыкается на Банни.       — Чувак, прости. — Он выглядит, как побитый щенок. — Я не думал, что…       — Ты не виноват, — перебивает его детектив. — Всё нормально.       Чуть улыбается, кажется, поставив этим техника в тупик. Смотрит в сторону комнаты отдыха. Кит сидит в том же положении. Тэхён хочет пойти и поговорить с ним, но осознаёт, что понятия не имеет, что сказать.       — Эй, — Банни снова догоняет его, — я связался с Джоном. — Видит ухмылку на лице друга. — Да, заткнись. Я связался с ним по поводу того хакера…       — Кстати, тебе придётся найти ещё несколько записей. — Раз уж они вынуждены ждать, то нужно провести это время с пользой.       — Разве? — Банни хмурится. Тэхён подходит к своему столу, пишет примерное время и даты тех случаев, когда Джо переключало, впихивает листок Банни.       — Первое время и дата для видео из больницы. Второе для того, что записывают общественные автобусы. Нужно найти Джо и понять, что она делала.       — Э… — Банни хмурится.       — И ещё есть три заблокированных телефона, — говорит Тэхён так тихо, чтобы его услышал только техник. — Их нужно вскрыть и покопаться.       — Могу я узнать, чьи они?       — Брауна, Фитцпатрика и Хьюстона, — ещё тише говорит Тэхён.       — Что?!       — Банни! — громким шёпотом затыкает его Тэхён. Оглядывается, проверяя кто их услышал. Вроде бы никто. — Давай потише.       — А… так это типа секретно, да? — ухмыльнувшись, спрашивает техник, а потом хмурится, пытаясь всё состыковать. — Погоди…       — Не думай. Просто сделай. — Тэхён выдыхает. — Пожалуйста.       Банни щурится. Открывает рот, чтобы ответить, закрывает его. Вздыхает. Разворачивается, шагает к своему столу.       — Напишу этому выскочке, — ворчит. — Я бы и сам справился, но вдвоём быстрее. А времени, я так понимаю, у нас нет.       — Спасибо, Гук, — искренне благодарит его Тэхён за то, что он уже в который раз всё делает без вопросов.       Джон приезжает через полчаса и оба техника удаляются в гараж, подальше от посторонних глаз. Джон не знает деталей, но они ему и не нужны. Банни обрисовал задачу и этого достаточно. Члены отдела расследований почти не разговаривают, каждый погружён в свои мысли. Первой отмирает Зои, за ней подтягиваются и остальные. Они начинают работать, обрабатывать информацию по Хьюстону, дожимать Фитцпатрика, состыковывать полученную информацию и пытаться понять как в эту компанию попал Фаучи. Росси не выходит из кабинета. Кит не выходит из комнаты отдыха, отказывается от обеда, но отмирает и лезет в рюкзак за книгой, которую таскает с собой повсюду.       Так проходит почти весь день. Когда стрелки на часах показывают половину пятого, Тэхён кидает карандаш на стол и откидывается на спинку стула, потягиваясь. Трёт лицо руками, хмурится, когда чувствует вибрацию телефона. Смотрит на экран, хмурится ещё больше, потому что не знает этот номер. Проводит пальцем по экрану.       — Ким.       Сэм, внимательно наблюдающая за напарником, видит как он бледнеет и как сжимается его челюсть, пока он слушает то, что ему говорят. Затем кидает сухое: «Скоро буду», подрывается с места и направляется к Росси. Заходит без стука.       — Джо. — Росси отрывает взгляд от телефона, который словно гипнотизировал. — Только что позвонила. Она на Мичиган.       Гектор встаёт из-за стола, направляется к выходу.       — Ты уверен, что это она? — осторожно спрашивает детектива. Тэхён поджимает губы, качает головой.       — Не смогу понять, пока не увижу.       — Отлично, — говорит Сэм тоном не терпящим возражений, — мы тоже едем. — Выходит в проход между столами.       — Я не дум…       — Заткнись, Тэхён, — перебивает она его без злобы. — Что, если это всё ещё не она? Что, если это ловушка? Ты точно не сможешь выстрелить, если придётся. Мы прикроем.       — Я не хочу, чтобы кто-то пострадал, — говорит он тихо. Росси хлопает его по плечу.       — Вот и отлично, мы поедем как раз для того, чтобы проследить за этим. — Идет в гараж, тормозит. Смотрит на своих ребят. — Если придётся стрелять, не вздумайте стрелять на поражение.       Шагает в гараж. Копы без слов собираются, не забыв про бронежилеты. Тэхён заглядывает в комнату отдыха.       — Эй, — Кит поднимает голову. — мама звонила. Мы за ней.       Кит спрыгивает со стула.       — Я…       — Нет, пацан, ты поехать не можешь, — мягко говорит Тэхён.       — Но…       — Нет, Кит, — твёрже повторяет детектив, приседает на корточки. — Слушай, всё будет хорошо. Ладно? Тебе опасно ехать. Мы вернёмся все вместе. Обещаю. — Кит поджимает губы, но кивает. — Эй, а я говорил тебе, что у нас в гараже сидят два самых крутых техника? — Мальчик качает головой. — Хочешь посмотреть, чем они занимаются? Время быстрее пройдёт. — Кит неуверенно улыбается.       Детектив оставляет его под присмотром Велеса, Банни и Джона. Сам садится в машину, в которой его уже ждёт Дойл, выезжает из гаража и вжимает педаль газа в пол.              

***

             Джо стоит у кромки воды, кутаясь в тёплое пальто, но это всё равно не спасает от холода. Она приехала сюда после долгих скитаний. После того, как очнулась в номере мотеля, никак не могла прийти в себя от того, что начала вспоминать. Она не знает, сколько времени провела в номере, но поняла, что, может быть, она и избавилась от галлюцинаций, но всё ещё чувствует Тайлер. Хорошо это или плохо, Джо не знает. Но знает, что Тайлер была права, говоря о том, что она, даже если у неё получится восстановить своё сознание, всё ещё остаётся марионеткой.       Джо не знает как отреагирует на триггер. Возможно, ей удастся противиться этому, но проверять нет никакого желания. Она даже не уверена в том, что больше не увидит Тайлер или мертвецов. Но у неё получилось самостоятельно переключиться и для этого не пришлось засыпать или терять сознание. Хоть что-то хорошее. Возможно, не всё потеряно.       Джо пыталась прийти в себя, осознать весь тот ужас, который натворила. В голове мелькали картинки совершённых ею преступлений, но она никак не могла соотнести их с собой. Она много думала, а потом поняла, что если не остановится, то просто рехнётся. Ещё больше. Если такое возможно. Поэтому поймала такси и отправилась туда, где ей всегда было спокойнее. Перед тем, как отпустить такси, попросила у водителя телефон, потому что свой выкинула, когда сбежала из участка. Позвонила Тэхёну и теперь ждала.       Она слышит, как подъезжают машины. Слышит, как хлопают двери. Слышит их шаги, но до чёртиков боится смотреть им в глаза. Когда шаги затихают, она решается, медленно поворачивается и сжимает челюсти. В её сторону направлены восемь пистолетов.       — Как мне понять, что ты это ты? — напряжённо спрашивает Тэхён, вышедший чуть вперёд. Джо пожимая плечами.        — Она не знает, что происходило, когда я была в сознании, — тихо отвечает. — Спроси о чём-нибудь, чего она не может знать, — предлагает.       Он кивает. Пока думает, она смотрит на остальных и чувствует, как глаза начинает жечь. Они считают её угрозой. И она не может их за это винить.       — Первая песня, которую ты узнала, после того, как мы вытащили тебя из поместья, — говорит Тэхён напряжённо, она переводит взгляд на него.       — Metallica — Until it sleeps, — без запинки отвечает Джо дрогнувшим голосом. Тэхён кивает, продолжая держать её под прицелом.       — Та, которую мы пели по дороге в участок? — спрашивает чуть мягче.       — AC\DC — You shook me all night long, — отвечает. Тэхён едва заметно кивает. — Послушай, я… — начинает она, сделав шаг в его сторону.       — Стой на месте! — рявкает Сэм. Джо вздрагивает, быстро смотрит на неё, облизывает пересохшие губы.       — Хорошо, — говорит почти неслышно. Она дрожит и вот-вот расплачется. — Ты вытащил меня из поместья. Я сопротивлялась. Разбила тебе бровь и укусила. Ты был рядом всё время, пока меня обследовали. Приезжал в больницу каждый день, купил мне материалы для рисования. Привёз сюда впервые в тот день, когда ударил Харви Дэнниса и жутко нервничал в машине в тот раз, потому что боялся напугать меня ещё больше. — Её голос начинает дрожать. — Ты будил меня посреди ночи, когда мне снились кошмары и сидел рядом до самого утра. А когда я запретила тебе заходить в комнату, ты торчал у двери, когда мне снова снились кошмары. Ты ходил со мной по магазинам, покупая всё нужное для Велеса. Никогда не нарушал моих границ и терпел, когда я была невыносима. — Она не замечает, что начинает плакать. — После того, как Хэтфилд во второй раз похитил Сэм, я попросила тебя надавить на меня, провести допрос так, будто это я преступница, полагая, что под давлением хоть что-то вспомню о нём. Ты сделал это. Несмотря ни на что. И я вспомнила имя. В ту ночь я впервые сказала, что люблю тебя. И, — морщится, всхлипывает, — с той ночи ничего не изменилось.       Детектив рвано выдыхает, широкими шагами идёт к ней, на ходу пряча пистолет в кобуру.       — Тэхён…       Он сгребает её в охапку, крепко обнимая и она больше не может сдерживаться, прячет лицо на его груди, плачет, дрожит. Тэхён смотрит на остальных поверх её головы, встречается взглядом с Росси и тот кивает. А потом Ким хмурится.       — Погоди… — Отстраняется от Джо, берёт её лицо в свои руки. — Но как…       — Не знаю. — Она качает головой. — Я как-то пробилась к ней. Начала вспоминать то время, когда Крюгер тренировал её. И, — всхлипывает, — всё остальное. — Морщится. — Мы спорили. Наверное, со стороны это выглядело безумно. А потом я очнулась в номере мотеля. Одна.       — И никаких мертвецов рядом? — тихо спрашивает Тэхён. Она качает головой. Он слегка улыбается, снова обнимает её.       — Погнали, — резко говорит Гектор. — Ты наверняка продрогла, — добавляет мягче и идёт к машине. Кэл улыбается ей, следует за Росси.       — Сэм. — Джо зовёт Дойл, всё ещё не двигаясь с места. Сэм поворачивается к ней, убирая пистолет в кобуру. — Я… прости, я… мне жаль.       — Тэхён всё объяснил. — Дойл криво улыбается, разворачивается и идёт к машине. Джо затравленно смотрит на него.       — Всё в порядке. У вас ещё будет время поговорить. — Обнимает её за плечи и ведёт к машине.              

***

             — Вот, держи. — Банни протягивает Сэм упаковку замороженной фасоли, завёрнутую в кухонное полотенце.       — Спасибо, — слегка улыбнувшись, говорит она, берёт фасоль и прикладывает к скуле. Банни садится рядом с ней на диван. Оба молчат какое-то время.       — Завтра канун Нового года, — как-то отстранённо говорит он. — Все собираются в «Ботинках спасателя». — Косится в её сторону. Дойл приподнимает брови. — Сейчас не всё гладко, но всё же лучше, чем было. — Банни чешет кончик своего носа. — И я подумал… раз уж мы будем не на работе… — Берёт её руку, переплетая пальцы. — Пойдём?       — Как пара? — со смешком спрашивает Сэм.       — Как пара. — Кивает, улыбнувшись. Затем его улыбка меркнет. — То есть… если ты, конечно, не против. Я хочу сказать…       — Хорошо, — перебивает его. — Я хочу.       — Я безмерно рад это слышать, — тихо говорит он. Замолкает. Думает. Неизменно возвращается к событиям сегодняшнего дня. — Когда Джо… — закатывает глаза, — или как там зовут её альтер-эго, приставила пушку к твоей голове…       — Это часть моей работы.       — Я знаю. Знаю. И всё равно, никогда не привыкну. — Поспешно смотрит на неё. — Я не пытаюсь начать разговор о том, что тебе нужно уходить. — Уверяет. — И не стал бы просить об этом. — Сэм внимательно смотрит на него. — Просто после вот таких «обычных» рабочих будней, я буду рыдать в подушку у тебя на коленях от пережитого стресса. — Сэм напрягает губы, чтобы не улыбнуться. — Так что имей в виду, — прищурившись, говорит он. — Просто предупреждаю.       — Хорошо. — Она усмехается. Техник становится серьёзным.       — Как… — Качает головой, меняя тему. — Как, чёрт возьми, после такого можно жить спокойно? — мрачно спрашивает, глядя на Дойл.       Она смотрит на него, пожимает плечами, откидывается на спинку дивана, прикрывает глаза.       — Я не знаю, Гук. Мне хотелось бы злиться на Джо. И на Тэхёна тоже. Куча решений, принятых им, просто выводят из себя. Но потом я вспоминаю об обстоятельствах, которые давили на него. И не понимаю, как он всё ещё держится. — Её голос дрожит от переживаний за напарника. Банни опирается на спинку дивана, обнимает её за плечи и притягивает к себе. — А Джо… — Качает головой. — Люди не должны проходить через весь этот ужас.       — Люди не должны проходить через многие вещи, Сэм, — бормочет мужчина, уткнувшись подбородком в её макушку. — Но такова жизнь. С другой стороны, если бы не было всех этих ужасных вещей, нам не с чем было бы сравнивать. — Сэм поднимает голову, смотрит на него. Банни криво усмехается, чувствуя себя идиотом. — Что? Ну не с чем было бы. И вот такие, казалось бы, простые моменты, вроде тихого вечера после сумасшедшего рабочего дня, проведённого в компании кого-то дорогого, уже не были бы такими ценными. — Дойл убирает от лица импровизированную примочку, продолжая смотреть на него. И у Банни напрочь вылетают из головы все мысли. — Сэм, я…       — Заткнись, Чонгук, — перебивает она, тянется к его губам, целует. Приподнимается, садится к нему на колени, не прерывая поцелуя. — Не порть момент, — бормочет, оторвавшись на пару дюймов. Банни усмехается и выполняет её просьбу.              

***

             Тэхён стоит на террасе, затягивается и пока выпускает дым, задумчиво смотрит на кончик тлеющей сигареты. Пора избавляться от этой дряни. Да, но не сегодня. Бросает окурок в урну, подзывает Велеса и заходит в дом. Пытается побороть чувство, зарождающееся в нём со вчерашнего вечера, потому что привык к тому, что жизнь не сказка. Но ничего не может с собой поделать. Крохотная надежда пробивается через тонну хмурости и мрачного принятия тёмной реальности. Идёт на кухню, наливает только что сваренный кофе. Ухмыляется, услышав топот ног.       — Ты такой маленький, а шумишь, как слон, пацан, — говорит он, поворачиваясь к столу, за который только что уселся Кит. Смотрит на ребёнка. На щеках румянец, глаза горят ожиданием чудес, губы растягивает широкая улыбка.       — Мама ещё спит, — заявляет Кит. Тэхён кивает. — А мы правда будем отмечать Новый год? — с надеждой спрашивает. Тэхён снова кивает. — И там будет настоящая ель и много весёлых людей? — Ким хмурится, но кивает. — А здесь… — Кит поворачивается и оглядывает просторное помещение. — Здесь не будет ели? — Тэхён качает головой. И Кит как-то сдувается.       — Что не так?       — Просто… — Мальчик кусает внутреннюю сторону щеки и опускает глаза. — Если не будет ели, значит негде будет оставлять подарки. — Тэхён перестаёт пить кофе. Грёбаное дерьмо. Он и не думал об этом. — Это мой первый Новый год с мамой. И с тобой. И вообще не под землёй. Я думал… — Замолкает. Взгляд тухнет. — Знаешь, не важно. Это просто глупый праздник. — Поворачивает голову и смотрит в окно.       Тэхён обдумывает его слова. Пацан прав. Это глупый праздник. Но дело не в том, что празднуют, а в том, что люди чувствуют, собираясь в кругу тех, кого любят. В ожидании чего-то нового. В надежде. Этот ребёнок ничего подобного не испытывал. И это неправильно.       — Выше нос, Ковальски, — говорит он раньше, чем успевает подумать. — Будет тебе ёлка. — Кит резко поворачивает голову и смотрит на него.       — Это не обязательно. У вас и так много дел, — говорит ну очень по-взрослому. Тэхён допивает кофе, ставит кружку в раковину.       — Хрен тебе, пацан. — Идёт собираться. — У детей должна быть ёлка, — говорит, не оборачиваясь, на ходу.       — Сколько раз говорить, нельзя ругаться в присутствии детей, Тэхён. — Кит поворачивается на стуле с довольной улыбкой.       — Да? — Ким останавливается у лестницы. — Сколько раз тебе говорить, не умничай… умник. — Усмехается, поднимается на второй этаж.       Кит улыбается ещё шире, разворачивается на стуле, кладёт голову на руки, сложенные на столе, смотрит в окно и его широкая улыбка переходит в тихую и мечтательную. Он смотрит на улицу, думает о том, что всё будет хорошо. Новый год. Время чудес. И сейчас он смотрит на одно из них, следя взглядом за тем, как маленькие хлопья плавно опускаются на землю.       Снег пошёл.              

***

             — Ты уже готова? — удивлённо подняв брови вверх, спрашивает детектив, заходя с улицы и отряхивая снег с ботинок.       Джо оглядывает себя с ног до головы. Неизменные высокие ботинки на шнуровке, брюки из плотной ткани, заправленные в них. Тоже чёрные. Чёрная майка на тонких бретельках, сверху огромный свитер из шерсти, правда почти прозрачный. Серый, не чёрный. Джо прикусывает внутреннюю сторону щеки, отводит глаза.       — Совсем не хочется идти? — тихо спрашивает он, подходя к ней. От необходимости отвечать её спасает Кит, громко сбежавший вниз по лестнице.       — Я готов! — весело говорит он одновременно приземляясь недалеко от нижней ступеньки.       Тэхён и Джо переглядываются. Она хотела сказать, что у неё нет никакого желания торчать в толпе людей, пусть и знакомых. Нет никаких сил улыбаться и делать вид, что ей весело. Потому что ей не весело. Она устала. Ей стало легче от осознания того, что с ней не всё кончено. Ни странные сны, ни обессиливающие галлюцинации не мучают. Но предстоит ещё много работы и она не знает с чего начать. Нет никакого праздничного настроения. Есть желание укутаться в тёплый плед, вооружиться блокнотом для записей, кофе, книгами, которые она стащила, и начать их изучать. А потом появился Кит. Возбуждённый, взбудораженный, полный ожидания и надежд. Она не может испортить сыну его первый настоящий праздник.       — Мне нужно несколько минут, — говорит Тэхёну, посмотрев на него снизу вверх. Он пристально вглядывается в её лицо, видит всё то, что она не озвучивает, но кивает.       — Пошли, Ковальски, — зовёт пацана. — У меня кое-что для тебя есть. — Кит бежит к двери, натягивает куртку, шапку, шарф, выбегает за дверь. — Мы будем на улице. Но я всё ещё считаю, что нам не обязательно куда-то идти. Знаю, что сам это предложил. Просто не хочу, чтобы ты себя заставляла.       Едва ощутимо касается её спины пальцами. Джо кивает, улыбается, ждёт, пока он выйдет за дверь и убирает улыбку с лица. Тяжко выдыхает. Ладно. У неё, кажется, где-то было платье. Она надеется, что за два года её отсутствия оно никуда не делось.       Кит прыгает на месте, наблюдая за тем, как снежинки от его прыжков разлетаются в разные стороны. Снег всё ещё идет. Лёгкий и пушистый. Тэхён проходит мимо него, шагает за дом. Зовёт его с собой и когда Кит забегает за угол, резко тормозит, задрав голову вверх. Смотрит на детектива широко раскрытыми глазами.       — Нравится? — интересуется тот. Видит, как меняется взгляд ребёнка, переходя от шокированного к затравленному и грустному. Тэхён перестаёт ухмыляться. — Что не так? — спрашивает хмуро. Кит опускает голову.       — Я думал, ты забыл.       — Пф, ещё чего, — фыркает Тэхён, пряча за этим свою истинную реакцию. — Просто эта хреновина не поместилась бы в дом.       Вместо ответа Кит врезается в него, обнимая. Детектив прикрывает глаза борясь одновременно с раздражением и грустью за ребёнка, для которого такие незначительные вещи так много значат. Он обещал пацану ель, но вместо того, чтобы ехать чёрт знает куда и покупать спиленное дерево, он просто выбрал одну из тех, что окружали дом. И рубить её не нужно, и мусора после окончания праздников в доме не будет. Пока Джо и Кит находились в доме, Тэхён притащил лестницу, гирлянды и просто обмотал дерево разноцветными фонариками.       И сейчас они горят крохотными огоньками.       — Там кое-что лежит, — говорит он, прочистив горло. — Под деревом.       Кит смотрит на него и теперь уже не сдерживается. Ревёт в голос. Тэхён закатывает глаза.       — Срань господня, да что не так опять?       — Я… — Опускает голову, отходит на шаг. — У меня нет для тебя подарка. Вот что.       Продолжает стоять, опустив голову. Тэхён от удивления открывает рот, закрывает, хмурится, давит пальцами на глаза. Садится на корточки, чтобы быть с ребёнком на одном уровне.       — Кит, — говорит, контролируя голос. Мальчик смотрит на него исподлобья. — Мне не нужны подарки.       — Но так положено, — бубнит Кит, сдвинув брови к переносице. Тэхён терпеливо выдыхает. Встаёт, протягивает руку и мальчик хватается за неё.       — Нет. Нет такого правила. Подарки дарят только тогда, когда хотят порадовать кого-то близкого, понимаешь? — Кит качает головой. — Для этого даже не обязательно ждать какого-то праздника. И если ты даришь кому-то что-то, не ожидая чего-то взамен, то такой подарок гораздо ценнее, даже если стоит совсем недорого. Знаешь почему?       — Потому что он искренний? предполагает ребёнок.       — В точку. А все эти «положено» и «принято» могут идти куда подальше. — Останавливается у дерева. — У тебя никогда не было нормального детства, пацан. Это неправильно.       Кит смотрит на коробку в обёрточной бумаге, стоящей в снегу. Задирает голову и широко улыбается.       — Теперь я знаю твой секрет, Тэхён. — Детектив хмурится. — И ты самый большой обманщик на свете.       Отворачивается, шагает к подарку, падает на колени возле него. Не слишком аккуратно разрывает бумагу, открывает крышку. Замирает, пялясь на содержимое, открыв рот. Смотрит на мужчину, отошедшего немного дальше, потому что закурил.       — Не может быть! — Тэхён усмехается. — Да ладно! — Вытаскивает вещь из коробки, встаёт и прикладывает к себе. — А твоего размера не было?       Тэхён от такого вопроса давится дымом.       — Даже не думай. Нет. Хрен там плавал. Это не моя тема. Короче, даже не мечтай.       — Но мы же команда, — насупившись, говорит Кит.       Тэхён открывает рот, чтобы ответить, но замечает Джо, вышедшую из-за угла, и захлопывает его. Она тормозит, заметив его взгляд.       — Так лучше? — тихо спрашивает.       — Угу, — ворчит Тэхён. Она скованно улыбается, а потом замечает Кита, глядящего на неё во все глаза.       — Эй, что это у тебя? — Джо улыбается шире.       — Вот. Тэхён подарил. Правда круто?       Кит вытягивает руки вперёд, показывая Джо кигуруми в виде пингвина. Пингвиний клюв на капюшоне тоже имеется. Джо напрягается, чтобы не начать улыбаться ещё шире, переводит взгляд на Тэхёна.       — Он спросил был ли мой размер, представляешь? — недовольно ворчит тот, махнув головой в сторону ребёнка. Джо больше не сдерживается, смеётся в голос, не обращая внимания ни на недовольного мужчину, ни на нахмурившегося сына.              

***

                           — Чёрт, здесь всегда так людно? — чуть возмущенно спрашивает Тэхён, пробившись к барной стойке.       — Ну, если бы ты чаще здесь бывал… — начинает Коул, замолкает, покосившись на Джо и не желая поднимать не самую весёлую тему. — Анна, можно два пива?       — Давай три, — перебивает его Тэхён, глядя куда-то за плечо Линкольна. Коул поворачивает голову.       К ним пробирается Мин, которого притащил Джун. Отчасти из вредности, потому что точно знал, что Юнги будет чувствовать себя не в своей тарелке среди множества малознакомых ему людей. Отчасти из-за того, что ему нравился этот новенький и было неправильно оставлять его одного в новогоднюю ночь. Мин тяжело опирается на барную стойку.       — Ну и семейка у вас, — нервно усмехается. Тэхён хлопает его по плечу, Юнги морщится, чувствуя боль.       — Ох ты ж чёрт, прости, забыл, что ты был грушей для битья совсем недавно, — поддевает он детектив.       — На себя посмотрит, образина, — широко улыбнувшись, отвечает ординатор.       Линкольн, Анна и Джо переглядываются. Тэхён ухмыляется, хватает Кита и садит его на высокий стул, чтобы случайно не задавили.       — О, ребят, детский сад у нас вон там, — говорит подошедший Роб и показывает в дальний от двери угол, в котором организовали место для всех детей. Которых в этот раз непривычно много. Кит смотрит на детей разных возрастов. Переводит взгляд на Джо, затем на детектива. Грустнеет.       — Можно, я с вами останусь? — спрашивает тихо.       Ухмылка Тэхёна сползает с лица. Ребёнок не умеет общаться с другими детьми. Это одновременно и поражает, и заставляет чувствовать грусть.       — Эй, Кит, — Роб наклоняется над стойкой, подмигивает, улыбается, — видишь вон того пацана в шляпе? — кивает на одного из детей, который действительно сидит в шляпе. Кит кивает. — Это мой сын. Тоже не любитель шумных компаний. Может попробуем вас познакомить? — Кит снова смотрит на Джо и та ободряюще улыбается.       — Тебе не обязательно это делать, — мягко говорит она.       Кит переводит взгляд на детектива, затем на детей и понимает, что рано или поздно ему придётся столкнуться с этим и так или иначе учиться контактировать с миром, который до ужаса пугает его. Он решает, что сегодняшний вечер ничем не хуже и не лучше любого другого, поэтому представляет, что он в непробиваемой броне в виде пингвина, говорит, что всё в порядке и идёт следом за Робом. Джо нервно кусает нижнюю губу, наблюдая за тем, как её сын знакомится с сыном пожарного, как мальчики удобнее усаживаются рядом и начинают разговаривать. Затем чувствует как Тэхён берёт её за руку, переплетая их пальцы. Переводит на него взгляд.       — Расслабься, Джо. Ему нужно учиться делать это.       — Я знаю.       — Джо? — Юнги, облокачивается на стойку и наклоняется вперёд, чтобы увидеть девушку, которую закрывает детектив. — Что там с книгами? — Тэхён закатывает глаза.       — Серьёзно? Сейчас? — раздражённо смотрит на ординатора.       — Что за книги? — интересуется Анна.       — Джо стащила редкие экземпляры книг из библиотеки медицинского, — будничным тоном сообщает Тэхён, отпивая пиво. Анна широко открывает глаза, Джо щурится.       — Что? — переспрашивает Линкольн, решив, что ослышался.       — Ага. — Подхватывает Юнги. — Так что если лет через семь ты ляжешь на стол к хирургу, чтобы удалить аппендицит, а он вместо этого удалит, скажем, одну из почек — вини во всём Джо.       — Да это книги из раздела психиатрии, идиоты, — беззлобно возражает та, закатывая глаза.       — И одна о головном мозге, — поправляет её Мин. Она щурится, глядя на него, переводит взгляд на Линкольна.       — Значит, если тебе понадобится операция на головном мозге, ищи специалиста старше сорока, вот и всё, — язвительно предлагает.       Людские голоса гудят, разбавленные взрывами смеха то тут, то там. Многие танцуют, некоторые не оставляют попыток перекричать музыку и пытаются поговорить, но если в начале вечера это ещё было возможно сделать, то теперь точно нет. Джо не замечает, как начинает грызть ноготь большого пальца, наблюдая за сыном и пытаясь понять комфортно ли ему в компании других детей.       Кит, зная, что мама будет волноваться, прикладывает все усилия, чтобы получить удовольствие от общения. И если сначала всё, чего он хочет, это вернуться к ней и детективу. То после того, как одна из девочек чуть старше немного неуверенно говорит: «Классная пижама», он направляет всё своё внимание на то, чтобы понять их. Знакомится со всеми детьми Роба и пытается представить насколько человеку нужно любить детей, чтобы завести их так много.       Ребята вежливые и дружелюбные, хотя и Кит, и они, возможно подсознательно, чувствуют его скованность и тот факт, что он отличается от них. Джош, мальчик в шляпе, на первый взгляд кажется неразговорчивым, но Кит быстро соображает, что это не так, когда затрагивает тему вселенных комиксов. Marvel или DC. Они долго спорят, пока Кит не замечает, посмотрев на Тэхёна, что все эти супергерои выдумка, а настоящие здесь, вокруг них. В том числе и папа Джоша. Мальчик сразу соглашается. И после этого они говорят о комиксах уже спокойнее.       Тэхён, наблюдавший за детьми, косится на Джо, которую Юнги отвлекает всеми возможными способами. Хмурится, потому что судя по выражению лиц обоих детей, там не беспечная беседа происходит. Ставит ногу на пол, собираясь подойти к ним, но тормозит, увидев, как они смеются. Какое-то время спустя Кит пробирается к столику за которым сидят мама и Тэхён, смотрит себе под ноги.       — Ковальски? — Кит поднимает голову и смотрит на детектива. — Порядок?       — Да. — Кивает. — Кажется. — Переводит взгляд на Джо. — Мам? — Она поворачивает голову, смотрит на него. Кит делает усилие и улыбается. — Я люблю тебя.       Разворачивается и шагает к Джошу. Джо собирается встать, потому что Кит ведёт себя странно, но Тэхён кладёт руку на её колено. Качает головой.       — Он в порядке. Будешь бегать за ним каждый раз, когда ему станет грустно, вырастишь девчонку. Он придёт поговорить о том, что его беспокоит, когда поймёт, что готов, — говорит твёрдым тоном. Джо щурится.       — Прочитал на досуге книжку «Как быть мамочкой для чайников»?       — Я тоже был ребёнком. Не самым покладистым. — Усмехается. — Хотя не таким умным. Давай посмотрим как он будет справляться, ладно? Если станет совсем плохо, просто уйдём.       Джо смотрит на него какое-то время, нехотя кивает. Тэхён не просто так лезет в это. Кит должен учиться. С мамой за спиной это сделать труднее. Он отпивает пиво, думая о том, почему вообще лезет в это. Усмехается. Морщится, потому что кто-то делает музыку ещё громче. А потом вспоминает точно такой же вечер три года назад. Поддаётся непонятному импульсу, отставляет пиво, хватает Джо за руки и тащит в середину площадки, не обращая никакого внимания на её протесты. К тому моменту, когда они достигают намеченного им места, она перестаёт протестовать.       Он притягивает её к себе и они начинают двигаться в такт медленной музыке. Спустя время её нахально уводит Кэл, заявив, что ещё не получил свою порцию: «Вы ещё в самом соку, Кэл». Тэхён хмурится, услышав это, Джо начинает смеяться и с удовольствием танцует с Оливейрой. Брошенного детектива «подбирает» Дойл, подкалывая его глупыми шутками и он с удовольствием танцует с ней, забыв, кажется, вообще про всё.       Когда на часах будет полночь, улицы заполнятся грохотом фейерверков. Кто-то будет веселиться, не сдерживаясь. Кто-то будет наслаждаться тишиной внутри себя. Тэхён, Джо и Кит уедут первыми. Банни потащит Сэм к выходу почти сразу после них, но совсем не для того, чтобы отправиться домой к ней или к нему, неважно. Он настоит на том, чтобы отправиться в один из парков, несмотря на холод.       Банни хочет показать ей кое-что, но все мысли вылетают у него из головы, когда Сэм, почти бегом следовавшая за ним, внезапно говорит: «Я освободила две полки в шкафу в спальне. Второй ящик комода и полку в ванной». Техник, немного пьяный от алкоголя и всеобщего веселья, не сразу понимает, о чём она говорит. А когда понимает, встаёт столбом прямо посреди дороги, которую они переходили, и пристально смотрит на неё. Сэм отводит взгляд, нервно усмехается и ведёт плечом, поднимает на него взгляд.       — Ты чаще остаёшься у меня, чем у себя. Так что я подумала, что было бы неплохо тебе иметь пару запасных вещей. И место для них. — Банни продолжает молча смотреть на неё и Сэм перестаёт ухмыляться. Отступает на шаг. — Слушай, если не хочешь…       Он не даёт ей договорить, тянет за руку на себя и целует, отрывается на несколько дюймов, прижимаясь своим лбом к её.       — Я очень хочу сейчас кое-что сказать, Сэм, — признаётся тихо, открывает глаза, немного отклоняется, глядя на неё. — Но терпеть не могу все эти мелодраматические штучки. Так что дождусь, когда ты будешь блевать из-за отравления или после того, как переберёшь на какой-нибудь вечеринке. Я буду заботливо держать твои волосы, чтобы не запачкалась и подавать стакан воды, вот тогда и скажу. — Строит серьёзную физиономию. Дойл одновременно морщится и смеётся.       — Ммм… романтика так и прёт, Банни, — говорит сквозь смех. — Есть одно но. — Думает. — Даже два.       — Да что ты, правда?       — Ага. — Сэм кивает. — Я не ем всякую дрянь, так что не отравлюсь. И я не хожу на вечеринки.       Банни надувает щёки, вытягивая губы в трубочку.       — Упс…- Техник криво улыбается.       — Ага, — широко улыбаясь, говорит Дойл и кивает.       Банни резко перестаёт улыбаться, пристально вглядываясь в её лицо. Сэм видит, что он неожиданно для неё отбрасывает привычную весёлость и сарказм и сама перестаёт улыбаться. Он говорит то, что собирался, тихим, серьёзным и чуть хриплым от волнения голосом, наплевав на все последствия. Перестаёт дышать, когда она отвечает ему, а затем улыбается той редкой для него улыбкой, которая показывает, что ему всё ещё хреново, но он нашёл что-то важное, чтобы не опускать руки. Они так и стоят совсем рядом прямо на проезжей части, не обращая внимания на снег, толпы празднующих людей и сигналы машин.                     

***

             Гектор неспешно идёт по своему слишком большому для одного человека дому, выключая везде свет. Оставляет только в кабинете. Ставит на стол кружку с кофе и замирает, бездумно уставившись себе под ноги. Мысленно прогоняет весь прошедший день и чувствует, что устал. Не так, как устают после трудного рабочего дня. Нет. Это усталость другого рода. Та, которая копится годами, пополняясь потерянными людьми, не решёнными проблемами, чувством бессилия и безнадёгой.       Хроническая усталость от жизни в целом. Но он никогда не подумает о том, чтобы как-то избавиться от этого. Потому что есть люди, которые нуждаются в нем. Есть те, в ком нуждается он, хоть и не говорит об этом. И, в конце концов, есть город. Его город. Он не тешит себя иллюзиями, прекрасно понимая, что не решит всех проблем, не спасёт всех людей, не посадит всех подонков. Но это не повод сдаваться. Важно не переставать пытаться. Делать всё, что в твоих силах. Принимать удары и отвечать на них. Даже если это выжигает тебя. Не бороться — просто. Смириться — просто. Жить, не высовываясь и подхалимничая, чтобы избегать проблем — просто. А ещё это мерзко и тошнотворно. Росси никогда не был таким. Его ребята не такие. И пусть усталость никогда не исчезает, ему с лихвой хватает того, что они делают.       Из раздумий его вырывает странная возня на улице. Свет в гостиной выключен и шторы задёрнуты, но есть небольшой просвет. Гектор хмурится, шагает из кабинета в комнату. Медленно подходит к окну и выглядывает из-за шторы. Сжимает челюсть. Он знал, что что-то такое произойдёт. Не думал, что так скоро. Отдёргивает штору, понимая, что его силуэт на фоне света в кабинете будет прекрасно виден тем, кто стоит у машин, припаркованных возле его дома. Но именно это ему и нужно. Засовывает руки в карманы штанов, мрачно смотрит на мужчину, стоящего ближе всех остальных. А затем на телефон сержанта приходит сообщение. Он медленно вытаскивает его, не глядя проводит по экрану пальцем, читает.       «Не лезь туда, где тебя и твоих ребят сожрут, Росси».       Слышит хлопок дверцы машины, кладёт телефон на подоконник и переводит взгляд на улицу. Мужчины и женщины садятся по машинам, больше не глядя на него. Разворачиваются и уезжают. Гектор не двигается, пока не теряет из вида габаритные огни машины, ехавшей последней. Стоит у окна и после этого, думая о том, как, черт возьми, ему тягаться с продажными сотрудниками ФБР.       И, главное, как защитить своих людей.                     

***

             — Мы опаздываем! — громко говорит Тэхён, задрав голову к потолку. Смотрит на часы, слышит топот ног, качает головой, глядя на бегущего вниз ребёнка. Кит широко улыбается, нисколько не переживая о том, что они куда-то там опаздывают.       — Я готов! — Встаёт возле детектива. Тэхён щурится.       — Да неужто.       — Прости. Это я виновата, — говорит Джо, появляясь следом за сыном, на ходу роясь в сумке, проверяя всё ли взяла. Поднимает голову. — Так, в этот раз Юнги снова проведёт меня? Ты уверен?       — Он так сказал. — Тэхён пожимает плечами и направляется к двери.       Джо кивает. Выяснилось, что она стащила из библиотеки не все книги, нужные ей. И жаль, ведь они узкопрофильные. То, что ей нужно. Сначала была война с Тайлер, потом новогодние выходные. И всё это оттягивало момент. У неё есть пара теорий, но нужна довольно специфическая литература. Она надеется, что найдёт то, что ей нужно, в библиотеке медицинского. Снова. Тэхён открывает дверь, глядя назад, на неё и Кита.       — Если не поторопимся, то вам придётся торчать в участке до обеда. — Видит, что пацан и Джо резко тормозят, глядя куда-то на улицу.       — Джорджия Кейн? — говорит гнусавый голос.       Тэхён поворачивается, смотрит на говорившего. На говорившего и на ещё троих. На всех форменные куртки ФБР. Все мужчины. И всех их даже с натяжкой не назовёшь сколько-нибудь дружелюбными.       — Какого хрена? — недоумевающе бормочет детектив, хмуро глядя на непрошеных гостей. Вместо ответа двое из прибывших бесцеремонно протискиваются мимо него. Третий, видимо главный в группе, подходит к нему пихая в лицо удостоверение.       — Агент ФБР Джордж Миллер, — холодным тоном заявляет он. — Детектив Ким, полагаю. Мисс Кейн задержана по подозрению в четырёх убийствах, произошедших недавно в Чикаго.       — На каком основании? — в тон ему интересуется Тэхён, прекрасно понимая откуда растут ноги.       — На основании улик, содержание которых я не в праве обсуждать с не вовлечёнными в следствие людьми, — с издёвкой отвечает Миллер. Отвлекается на начавшего рычать Велеса. — Зверушку уберите.       Слышится характерный для защёлкивающихся наручников звук, Тэхён резко поворачивает голову и встречается взглядом с Джо. Она побледнела. Застыла. Напугана. Находится в ступоре. Её берут под руки и не слишком вежливо ведут прочь из дома. Тэхён с трудом сдерживается, чтобы не начать творить глупости, прекрасно понимая, что в этой партии придётся действовать по-другому. Он не отрывает взгляда от Джо.       — Ничего не говори до тех пор, пока я не приеду. Поняла? — Джо быстро кивает, стиснув челюсти. Её ведут мимо него, на улицу, в машину. Тэхён переводит взгляд на Миллера. — Она ничего не делала. — Нагло врёт в глаза. Миллер усмехается.       — Да? Я бы не был так уверен. Хотя… подвергнуть сомнению мою уверенность в виновности мисс Кейн может что-то действительно мощное. — Замолкает, недвусмысленно глядя на детектива и тот чувствует холод внутри.       — Личность убийцы, шумевшего в прошлом году, достаточно мощная вещь, как думаете? — убийственно спокойным голосом спрашивает. Видит, как Миллер щурится, хмыкает.       — Этого ублюдка до сих пор ищут. С чего бы вам знать кто он такой?       — Дайте мне пару часов, — всё тем же тоном сообщает Тэхён. Миллер думает. Кивает.       — Адрес штаб-квартиры вам известен, я полагаю?       Тэхён холодно улыбается, ничего не отвечая. Миллер выходит на улицу. Ким ловит выбегающего следом Кита. Мальчик вырывается, но Тэхён держит крепко, наблюдая за тем, как Миллер садится в одну из машин, как они разворачиваются и уезжают. Не спускает глаз с Джо, которая поворачивается на сидении, глядя назад. Он стоит неподвижно пару минут, внезапно абсолютно чётко осознав, что именно ему делать.       — Кит, — говорит строгим голосом. Ждёт, пока ребёнок поднимет голову и посмотрит на него. — В машину. Быстро.       Кит замирает, пристально вглядываясь в лицо детектива и ему становится ещё страшнее, чем было полминуты назад. Он отступает на шаг, затем бежит к машине и без вопросов и лишних слов забирается вместе с Велесом в салон. Тэхён захлопывает дверь, садится в машину, заводит мотор, выворачивает руль, вжимая педаль газа в пол. Смотрит на часы.       Джо продержат в комнате для допросов два часа без самих допросов. Больше ему и не нужно. Они добираются до участка в рекордно короткие сроки. Кит выскакивает из машины и несётся наверх, не дожидаясь детектива, которого задерживает Марта. Он огрызается, ему некогда, но это же сержант Грин. Кит залетает в отдел, несётся в столу детектива, не обращая никакого внимания на присутствующих. Начинает открывать ящики стола, копошась в них и бубня себе под нос. Он знает, что собирается сделать Тэхён. И не может этого позволить. Не с его помощью.       — Э… — тянет Сэм, привстав со своего стула и глядя на макушку ребёнка, разбрасывающего вещи из ящиков. — Малыш, может тебе помочь?       Он не реагирует, боязливо смотрит через плечо, проверяя не пришёл ли детектив, а потом его ладошка натыкается на знакомый предмет. Он замирает на секунду. Слышит знакомые шаги, поднимается и бежит в коридор, мимо только что зашедшего Тэхёна, дальше, в туалет. Захлопывает дверь, закрывается на замок. Замирает на секунду. Детектив непонимающе смотрит ему вслед, поворачивается, замирает, увидев в каком беспорядке находятся ящики его стола, и всё понимает.       — Грёбаное дерьмо… — Резко разворачивается, бежит к закрытой двери, дёргает. Заперто. — Кит! — Бьёт по двери рукой. — Не смей этого делать, пацан! — Дёргает ручку. — Мать твою, Кит! — Отходит на шаг, вышибает дверь ногой.       Кит вздрагивает, но голову не поворачивает, глядя на унитаз, в котором бурлит вода из бочка. Стоит в стороне, опустив руки по швам. Тэхён замирает, понимая, что лёгкий способ освободить Джо буквально смыт в унитаз. Чувствует злость, под ней бессилие. Шагает к ребёнку, хватает его за плечи, встряхивает.       — Какого хрена ты наделал?! — Мальчик бледнеет, но молчит. — Кто тебя просил в это лезть?       — Тэхён, что происходит? — напряжённо спрашивает Сэм. — Отпусти ребёнка.       Мужчина смотрит на неё через плечо, понимает, что в коридоре стоит не только она. Кит пользуется моментом, вырывается и бежит в комнату отдыха. Детектив стискивает зубы, не обращает никакого внимания ни на напарницу, ни на остальных. Он психует и не может взять себя в руки.       — А ну иди сюда, сопляк!       Повышает голос. Заходит в помещение в котором Кит стоит лицом к окну. Тэхён открывает рот, но не успевает сказать ни слова, потому что ребёнок поворачивается к нему лицом.       — Это я принёс тебе ту флешку! — Голос дрожит, но голову он держит высоко поднятой. — Не для того, чтобы ты шёл сдаваться! Маму забрали. И теперь ты хочешь, чтобы и тебя забрали?! А мне что делать? Кому я нужен? — Начинает плакать. — Никому! Вы оба оставите меня. — Замолкает, судорожно вдыхая воздух. — И что потом? Мне страшно, Тэхён. Я не хочу вас терять. — Заканчивает совсем тихо, опуская голову.       Детектив сдаётся. Глядя на малявку, забравшуюся ему под кожу совершенно точно так же, как и его мать. Сдаётся. Слушая то, о чём дети в принципе не должны переживать. Сдаётся. Понимая, что другого пути всё равно нет. Медленно выдыхает. Подходит к ребёнку, приседает на корточки, молча обнимает его и с трудом проталкивает ком, образовавшийся в глотке, когда чувствует как маленькие худые руки цепляются за его шею.       Он чудовищно устал.       — Кит, — зовёт тихо. — Мне всё равно нужно это сделать. — Ребёнок машет головой из стороны в сторону, крепче прижимаясь к нему. — Маму выпустят только в обмен на меня, понимаешь?       — Нет. — Голос мальчика звучит глухо из-за того, что он уткнулся в плечо детектива. — Вы всегда так делаете. Ты делаешь глупость, чтобы спасти её. Она делает глупость, чтобы спасти тебя. Ты пойдёшь сдаваться, её выпустят и она сделает что-нибудь жутко глупое, чтобы помочь тебе.       Тэхён отстраняется от пацана, внимательно смотрит ему в глаза.       — Нет, не сделает. Не в этот раз. — Кит собирается возражать, но Тэхён его перебивает: — Раньше у неё не было тебя, понимаешь? Были я и все остальные. Но тебя не было. — Мягко грустно улыбается. — А теперь есть. И ты самое важное, что есть в её жизни. Она не станет глупо рисковать. Теперь точно нет. — Видит, что Кит верит ему, но все равно плачет.       — Но тебя больше не будет с нами.       — Так надо. Ладно?       Кит тянется и обнимает мужчину за шею, кивает, но всё равно тихо плачет. Тэхён понимает, что должен объясниться, ведь все члены отдела слышали все, но нихрена не понимают. Он встаёт, берёт пацана за руку, идёт к выходу и тормозит у двери. Внимательно смотрит на своих друзей. В прошлый раз он ушёл, никому ничего не сказав. В этот раз всё должно быть сделано правильно. Он останавливает свой взгляд на сержанте.       — ФБР арестовали Джо. По подозрению в убийствах. — Видит непонимающие взгляды ребят. Снова смотрит на Росси. — Думаю, им стоит рассказать, сержант. — Гектор хмурится. — Но это уже без меня.       — Ты то куда собрался? — напряжённо спрашивает Банни. Тэхён смотрит на него.       — Я поеду в их штаб-квартиру, признаюсь в том, что делал. И этих четверых возьму на себя.       — Нет! — Сэм выходит из-за своего стола. — Даже не думай! — Шумно выдыхает, глядя на него как на законченного психа.       — Я должен, — тихо говорит, теперь глядя только на неё. — И дело даже не в Джо. Я убийца. И то, что я делал… — замолкает, подбирая слова, — это было несанкционированно. Я нарушил закон и должен ответить за это.       — Мы все так или иначе это делали! — Дойл спорит. Тэхён выпускает руку Кита и делает шаг в её сторону.       — Не так как я, Саманта! Я больше не могу, понимаешь? Они все стоят у меня перед глазами. Выпивка, наркотики и всё остальное не помогают. Ничего не помогает. И не поможет. Боже, так не должно быть. Это неправильно. Мы копы, Дойл. Полицейские! — Повышает голос, перестав наконец притворяться, что его не грызёт всё, что он делал. — Мы должны защищать закон, а не нарушать его! Держаться твёрдых моральных принципов и действовать не только согласно законодательству, но и руководствуясь совестью, человечностью и мерками цивилизованного мира. Того, в который верили, когда давали присягу!       Сэм молчит, пораженно понимая, что сейчас говорит Тэхён, которого она встретила много лет назад. Тот, за кем была готова идти вслепую с самой первой минуты. Тот, которого, как они думали, больше нет.       — И если это делается тем способом, который выбрал я… — качает головой. — Тогда чем я лучше то? — Разводит руки в стороны. — Я сяду. Там мне самое место. — Замолкает. Сэм переводит взгляд на Росси.       — И вы молча позволите ему сделать это? Серьёзно?! После всего? — Голос срывается. — Тебя посадят на электрический стул, Тэхён! Не будет никакого заключения. Тебя просто поджарят!       — Я знаю, — спокойно отвечает он. И она сдувается. Потому что понимает, что он тоже сдался. Внезапно Тэхён усмехается. — Люди десятилетиями ждут исполнения смертной казни. Так что, кто знает? — Делает ещё шаг в сторону напарницы. — Ты знаешь, что так будет правильно, Сэм. — Смотрит на остальных. — Вы все это знаете. — Снова переводит взгляд на Дойл. — Я прошу тебя побыть моей напарницей ещё немного. Сам я не справлюсь. — Невесело усмехается. Сэм опускает голову, пряча слёзы, но всё равно кивает.       — Ты уверен в этом, Тэхён? — хриплым голосом спрашивает Росси. Тэхён смотрит на него через плечо. Кивает. — Ты же понимаешь, что мы не будем сидеть сложа руки?       — Не думаю, что в это раз что-то получится, Гектор.       — Я позвоню…       — Нет! — Привет злой Тэхён. — Даже не думайте об этом. — Его злит не тот факт, что Гектор собирается кого-то задействовать. Его злит то, к кому он собирается обратиться. Разворачивается и подходит к сержанту. — Не хочу быть обязанным. Точно не этому человеку. Сэр, вы должны дать слово. Что бы там ни было.       Гектор смотрит ему в глаза. Думает, что может солгать. Следом понимает, что не может. И просто молча кивает.