23 июля

Меня разбудил стук в окно. То была белка. Я сразу поняла, что это Холли — слишком уж она по-человечески себя вела. — Поторопись, — сказала она мысленно. — Урок через полчаса. — Угу, благодарю, — ответила я. Чуть подумав, добавила. — И положи деньги на место. Думаешь, я поверю, что ты просто по великодушию зашла меня разбудить? — Будильники тоже не бесплатные, — буркнула белка (мысленно! Никогда бы не подумала, что можно мысленно бурчать), но монеты положила. — К тому же, здесь русские деньги всё равно бесполезны. — А взяла тогда зачем? — Никогда не видела, хотела посмотреть! — Смотри в интернете, — тут я вспомнила про мобильник. Он у меня, конечно, ушатанный — когда в детдом приезжали волонтёры, они, бывало, отдавали своё ненужное им старьё, однажды и мне перепало: то был один из первых смартфонов тех времён, когда люди только-только отходили от кнопок. Но звонить (хотя кому?) можно, а интернет худо-бедно работает, так что я не жалуюсь. — Кстати, тут есть интернет? — Конечно есть! — фыркнула Холли. — Потом помогу подключиться, а пока лучше быстрее собраться, а то опоздаем! Спустя пятнадцать минут мы уже стояли на своеобразной арене посреди леса вместе с остальными бедолагами — нашими одноклассниками. С некоторыми из них мы познакомились вчера за обедом. В том числе и с волчьей стаей — они оценивающе рассматривали меня, будто ожидая, что я сделаю что-то из ряда вон выходящее. Зря надеются — за несколько лет сиротства я ясно уяснила, чего не стоит делать в присутствии подобных особей. А действия особей в данном случае вполне можно было предугадать — стереотипные хулиганы, как из Американских фильмов. Или фанфиков. Вот уж не думала, что мне придётся принять на себя удар в виде роли той самой Т/И, ха-ха. Тут подошёл какой-то мужик. Мне он не сильно понравился — взгляд какой-то оборзевший, выражение лица такое, будто мы пришли не на урок а к нему на кухню. Причём кухня два на два. В общем, чужой он какой-то. А может, я просто не привыкла видеть чёрных людей — кто его знает. Нет, я не расист — хотя, наверное, все люди частично расисты в той или иной степени. Но и вы меня поймите, я темнокожих видела только по телику. (Всё-таки хорошо, что дневник на русском — даже если кто-то найдёт и попытается прочесть, он даже в переводчик забить не сможет, учитывая мой «херургический» (именно через «е») почерк. Значит, меня не отменят). Оказалось, попала я на урок превращений. Мистер Элвуд — так звали учителя — вызывал по одному, заставляя принимать животное либо человеческие обличие. Один вопрос — на кой чёрт? Нет, я бы поняла, если бы у всех с этим были проблемы как, например, у Карага (и то у него не так уж и сильно всё запущено, наверное). Но ведь есть те, кто всю жизнь — то туда то сюда, то оборотень то человек. Для таких этот урок — ярмарка хвастовства (боже, эта метафора одновременно и офигенная и идиотская!) и ничего полезного не понесёт. Хотя, это только первый урок — вдруг потом станет понятнее. Когда наступила моя очередь, я честно превратилась. Села перед Элвудом на задние лапы, глядя с вызовом — что, старик, не надеялся? — Странно, что не медведь, — услышала я в толпе шёпот и хихиканье. Как раз от тех хулиганов. — Ага, — подумала я, обернувшись. — Прикиньте, я и на балалайке не умею играть! — Удивительно, — буркнул Элвуд, напомнив о своём существовании. — А теперь обратно, и чтобы больше никаких разговоров во время занятий. Вас, Джефри и Клифф, это тоже касается. Вставая обратно к толпе, я увидела, как один из хулиганов — интересно, Джефри или Клифф? — уставился на меня с лёгкой насмешкой и… Одобрением? Ха. Странный народ эти американцы. А вот мои травоядные (и не совсем) товарищи смотрели с лёгким беспокойством. — Что? — спросила я. — Вы будто мела объелись. — Потом, — процедила Холли, пока Элвуд вновь не бросил осуждающий взгляд. «Потом» наступило в столовой — видимо, все важные события происходят тут. В целом, ничего нового — только у нас этот список дополнял туалет и одно место под лестницей без названия. — Эти волки, — начал Брэндон. — Они… Ну, как бы помягче… — Козлы, — закончила за него Холли. — И нечего с ними мягко. Заслужили. — И что эти козловолки мне сделают? — я приподняла бровь. — Отнимут ланч и запрут в шкафчике? Или, может, разошлют всей школе мою тупую фотографию? — Зря ты так… — сказал Нимбл. — Они порой реально безбашенные… Я хмыкнула. К безбашенности я привыкла — один Никита чего стоит. И всё же… Может, не стоит их недооценивать? Всё ведь думают, что их класс самый тупой, так ещё и умудряются тем понтоваться — ровно до тех пор, пока не переходят в другой коллектив. Тогда понтоваться начинают уже этим самым новым коллективом, стараясь забыть про некогда существовавших бывших одноклассников. — Посмотрим, — сказала я. — Я ж с ними даже общаться не собираюсь, — тут я рассказала им про записку. — Вот мне и нужно за два дня как-то построить себе репутацию человека, которого задирать — себе дороже. — Матом не пробовала? — спросила Холли после недолгой паузы. — Холли! — одёрнула её Лу. — А что? — фыркнула белка. — Всё равно тут русский никто не знает! — Ну уж про маты-то они сообразят, если совсем не того. А производные отличить легко, если имеешь хорошую логику. — Как знаешь, — вздохнул Брэндон. — Но я бы не высовывался на твоём месте. — Не высовывайся на своём. А меня высунуться заставляют, причём без права на ошибку. Потом были ещё уроки. Помесь нормальных — типа математики и английского — и местных — местные я пока не запомнила. На одном из них учитель просто сидел и рассказывал истории из жизни. Чем-то напоминает нашу историчку, если подумать. На другом мы пищали и рычали по-звериному. Причём рыкнуть надо было тоже правильно. Языки? Возможно. Пусть идут к чёрту — я и так тут кое-как жива, пытаясь сообразить где Презент «Симпл», где «Континиус», а где вообще Паст. Вечером было свободное время. Я закрылась в комнате до самого ужина — если не сделаю передышку от народа, откинусь прям при новых одноклассниках от отказа соцбатарейки. Лучше пока уделю время тому, чтобы собраться с мыслями и излить все свои душевные страдания на бумагу. Хотя какие тут страдания — если это только первый день, то настоящий ад начнётся ближе к концу второй недели. Потому лучше не ныть и морально готовиться. А ещё спросить по поводу допов — к концу урока я обычно чувствую себя дохлым тюленем и не воспринимаю инородную речь, так что дополнительные уроки были бы очень кстати. Итог: сегодня меня не избили, не оскорбили, попытались унизить — я унизила в ответ, получила совет о том, как не надо себя вести в присутствии волков. Считаю, весьма достойный старт. Чёрт, ужин. Ну, всё равно больше пока писать нечего. Если что — опишу потом в двух словах. Вот так.