Глава 4

***

      Нил проснулся рано утром, когда первые лучи солнца проникли в комнату, заливая её мягким золотистым светом. Вчера вечером, возвращаясь домой после насыщенного дня, они с Эндрю забыли закрыть шторы. И вот теперь, вместо привычной полумглы, их окружали свет и тепло. Комната была в блаженной тишине, лишь издалека доносилось тихое тиканье настенных часов, как бы напоминая о том, что новый день только начинается.       Нил спросонья огляделся, пока его глаза адаптировались к яркому свету. Взгляд его сразу же упал на спокойное лицо Эндрю, мирно спящего рядом с ним. Нежный свет акцентировал черты его лика, делая их почти нереальными. Воспоминание о вчерашнем вечере подняли улыбку на лице Нила. После ужина маленькая Лизи не давала им шанса на сон, интригуя, капризничая и требуя их внимания, пока они не решили устроить вечер кино.       Они раскинули диван в гостиной и до поздней ночи смотрели фильмы, смеясь и общаясь, пока малышка наконец не уснула. Нил с нежностью перенёс девочку в её комнату, стараясь не разбудить её. Вернувшись в спальню, он заметил, что Эндрю уже спит, но как только Нил лег рядом, его партнер проснулся. Совсем ненадолго, всего лишь на мгновение, прежде чем снова окунуться в объятия сна.       Вспоминая тот чудесный вечер, Нил с радостью заметил, как его сердце наполняется теплом. Он смотрел на Эндрю, не отводя взгляд, и вскоре Миньярд открыл глаза, встречая Нила лёгкой улыбкой. Никто не произнёс ни слова, и это было прекрасно. Им не нужно было обсуждать то, что они чувствовали, когда их взгляды пересеклись – в этом молчании заключалась вся глубина их связи.       Постепенно, Эндрю приподнял руку и притянул Нила к себе, обхватывая его за шею. Их губы встретились в нежном поцелуе, который сначала был медленным и осторожным, словно они оба хотели убедиться в реальности этого момента. Как же давно это было? Нил не мог вспомнить точную дату последнего такого мгновения, но сейчас его сердце готово было вырваться из груди от счастья.       Нил аккуратно расположил свои руки на плечах Эндрю, прислонившись к нему чуть ближе. Это объятие, эта близость были необходимы ему больше, чем он сам осознавал. Нежность их поцелуя постепенно ускользала, уступая место страсти, желание возрастало, и сейчас они оба ощущали это.       В какой-то момент Эндрю оторвался от Нила, и, воспользовавшись мгновением, Нил наклонился, прижимая влажные губы к шее Миньярда. Он с удовольствием заметил, как от этого нежного прикосновения Эндрю пробрала дрожь. Нил не мог сдержать улыбки – ему нравилось ощущать, что он способен довести Эндрю до такого состояния.       Он чувствовал сбитое дыхание Эндрю, каждое движение его рук, которые искали его прикосновений, и это наполняло его блаженством. Нил понимал, что эти моменты являются поистине драгоценными, и он готов был полностью отдаться этому счастью, не оставляя места для сомнений или тревог. В этот тихий утренний час всё было идеально, и только они двое были частью этого безмятежного мира.       Идиллия между Эндрю и Нилом казалась безоблачной и идеальной, однако реальность порой оказывается не такой уж и безмятежной. Когда Эндрю впервые услышал шаги Лизи за дверью своей комнаты, его лицо слегка изменилось — с легким недовольством он отстранил Нила от себя, словно не желая, чтобы этот драгоценный момент оказался под угрозой. Поднявшись с кровати, он потянулся к голове, пытаясь разогнать остатки ночного сна, прежде чем неохотно направиться в сторону кухни. В движениях Эндрю было что-то ленивое, будто ему хотелось еще немного насладиться тишиной, пока мир не вернулся в привычное русло.       Тем временем Нил остался лежать на постели, привалившись к подушке и следя за Эндрю. В его глазах светился мягкий интерес и нежность, и он не спешил вставать, наслаждаясь моментом спокойствия, который, как ему казалось, был так хрупок. За дверью жизнь продолжала идти своим чередом, но он предпочитал оставаться здесь, в этом домашнем уединении, в ожидании, как раз в тот момент, когда все начнет меняться.       Спустя каких-то пятнадцать минут, дверь комнаты Лизи распахнулась, и она, полная энергии и уверенности, появилась на пороге. Энергично поздоровавшись с Нилом, который все еще медленно притягивался к постели, Лизи уверенно прошла в кухню, даже не обратив внимания на его пристальное внимание. В это время Эндрю, войдя следом, уже начал готовить кофе, и когда Лизи подошла к нему ближе, она приподнялась на носочки, чтобы из любопытства рассмотреть, как именно он это делает. Их тихий разговор, наполненный смехом и легкой игривостью, создал уютную атмосферу, но Нил не мог уловить ни слова их беседы, оставаясь изолированным в своей комнате, будто за невидимой стеной, отделяющей его от их мира.       Вскоре сладкое нежелание оставаться в стороне перестало быть терпимым, и Нил решился встать. Направившись в ванную, он не догадывался о том, что Лизи и Эндрю вскоре присоединятся к нему. В ту же минуту они все втроем оказались в ванной: Лизи сразу же начала искать свою зубную щетку, а Эндрю, не теряя времени, принялся за чистку зубов.       Будучи свидетелем этой сцены, Нил испытал настоящий шок. Трое человек, каждый сосредоточенный на своей рутинной задаче, стояли перед зеркалом, и одновременно в этом было что-то странное и комичное. Это ощущение общей близости, обыденность момента выглядели так, будто они вырваны из чудесной сказки, где даже самые привычные дела обретают особое звучание. Нил не мог не отметить, что дружеская близость и взаимодействие между тремя находящимися здесь людьми создавали атмосферу, неподдающуюся привычной норме — необычную, теплую, почти волшебную. В этот момент он осознал, что его собственное восприятие их жизни изменялось, и он не мог вырваться из полудремы, в которой был еще совсем недавно.       Когда утренние дела подошли к концу, и все вновь собрались на кухне, Нил решил внести свою лепту в разговор, делая вид, что его интересует кофе, варящийся в пузатой кофеварке. Он уселся за стол, внимательно слушая, как Лизи увлеченно делится своими планами на день, а её глаза искрятся от восторга. Тёплая атмосфера уютного завтрака наполняла кухню — запах свежезаваренного кофе смешивался с детским смехом, и Нил снова осознал, как прекрасно им вместе.       — Панкейки на завтрак? — спросил Эндрю глядя на Лизи, которая с восторгом кивнула в ответ, её маленькие ручки радостно сверкали в воздухе.       Понимая, что самое время зарядиться утренней энергией, Нил с улыбкой подошёл к делу, аккуратно нарезая фрукты для панкейков.       — Чем больше у нас будет начинок, тем вкуснее получится завтрак! — заметил он с энтузиазмом. Лизи, вдохновленная его словами, весело зааплодировала, а её смех раздавался по всей кухне.       Скоро кухня наполнилась чудесным ароматом жареных панкейков и свежих фруктов. Эндрю, взяв на себя роль шеф-повара, одновременно слушал бесконечные разговоры Нила и Лизи, время от времени отклоняясь от кулинарной миссии, чтобы обменяться с ними репликами.       После завтрака Эндрю сидел на диване, закатив глаза, когда увидел, как Лизи пытается натянуть на себя слишком большой свитер, который явно был заимствован у Нила. Смешные паттерны и мужской крой делали свое дело — в нем она выглядела как в мешке.       — Нил, посмотри на это! — проворчал он, скрестив руки на груди. — Выглядит как чучело.       Нил, с недоумением потирая подбородок, бросил взгляд на племянницу. Девочка, весело смеясь, повернулась к ним, закутавшись в свитер, который, как оказалось, был ей вдвое больше.       — Элисон тоже сказала что-то похожее, — спокойно заметил Нил.       — Сам бомжом ходишь. Решил, её такой же сделать? — спросил Эндрю.       После паузы он добавил:       — Нам нужно её переодеть. У девочки должна быть хотя бы одна нормальная вещь, которая подойдёт к её возрасту. Она ведь всё-таки девочка!       Нил в шоке уставился на Эндрю. Он никогда не мог бы представить, что Миньярд будет заинтересован тем, во что одет ребёнок. Девочка...       — Я же говорил тебе, что не разбираюсь в этом, — чуть ли не обиженно произнёс он. — Я просто не знаю, что ей нужно!       — Заткнись, — бросил Эндрю в ответ. — Мы просто пойдем в магазин и купим ей что-то.       Эндрю поднялся с дивана, и в этом жесте было столько решимости, что Нил почувствовал себя чуть менее уверенно. Они оба знали, что это не просто шопинг — это был способ сделать что-то для Лизи, как будто одежда могла заменить то чувство заботы, которого ей временами не хватало.       — Ладно, — сдался Нил, покачав головой. — Давайте.       Они вышли на улицу, и свежий воздух мгновенно ободрил их. Лизи, с энтузиазмом пробираясь между ними, уже успела запланировать, какие вещи она хотела бы увидеть в магазине.       — Сможем заглянуть в детский отдел? — с искренним интересом спросила она, уронив свитер и обнажив свои компактные плечи, которые выглядели так уязвимо в свете вечернего солнца.       — Конечно, — ответил Нил, оглядываясь на Эндрю, который теперь выглядел так, будто у него не было другого выбора, кроме как согласиться.       По пути к магазину они обменивались мыслями о том, какой стиль подошёл бы Лизи, хотя на деле никто из них не знал, что именно может понравиться девочке. Нил часто ловил себя на мысли, что мода — это не его сильная сторона. Сейчас бы помогли Ники или Элисон.       Когда они вошли в магазин, Эндрю посмотрел на широкие ряды одежды — слишком яркой и, кажется, слишком непонятной. Он так уверенно прошёл по рядам, периодически забирая вещи с полок, что Нил невольно залюбовался этим.       Среди всего многообразия Эндрю выбирал щедро, но строго: он подбирал цвета, которые казались менее агрессивными, и ткани, которые могли бы быть комфортными. Нил, в свою очередь, остановился рядом с одной из полок, изучая ближайшие платья.       Лизи, заметив его замешательство, подходила к нему с энтузиазмом и указывала на разные вещи: "Как тебе вот это?!" — она держала в руках ярко-розовое платье с белыми горошками. Нил с сомнением покачал головой.       — Слишком яркое, — сказал он, но его слова звучали уже не так решительно. Лизи покусила губу и поджала плечи, но Эндрю, присоединившись, добавил:       — Бери.       Нил кивнул, глядя на Эндрю. Он понимал, что необходимо создать у Лизи ощущение защищенности и теплоты, пусть даже через такие мелочи, как одежда. Они продолжали бродить по магазинам, и вскоре Эндрю заметил еще одно платье, более сдержанного кораллового цвета.       — Это?— сдержанно спросил он, держа его на вытянутой руке. Лизи запрыгала, радостно подтверждая, что ей очень нравится.       — И к этому подойдут красивые леггинсы! — воскликнула она, указывая на полку в другом конце отдела.       Эндрю махнул рукой отпуская девочку, а Нил не мог не восхититься тем, как Эндрю, казавшийся ему абсолютно холодным и отстраненным, умело управлялся с задачей. Возможно, их совместное времяпрепровождение с Лизи помогало раскрыть в нем новые качества, о которых Нил даже не подозревал.       Когда выбор был наконец сделан, они направились к кассе. Лизи с нетерпением держала платья в руках, её улыбка становилась всё более яркой с каждой минутой. Эндрю оплачивал покупки, при этом не переставая бросать шутливые замечания о том, какой стиль им стоит выбрать для себя, раз уж они стали "супермодными" дядями.       На выходе из магазина Лизи спросила:       — А когда мы пойдем в парк?       Нил обменялся взглядами с Эндрю, и тот, чуть усмехнувшись, сжал ему плечо.       — Как только мы разберёмся с твоими новыми вещами, — пообещал он. — А потом мы можем взять с собой мяч и устроить настоящий матч.       Девочка закричала от радости, и Нил почувствовал, как его сердце наполняется теплом. Эндрю же закатил глаза, просто от одной мысли о матче вне тренировки. И судя по его выражению лица, Миньярд не собирался принимать в этом участие.