Глава 3

***

      Нил и Лизи уже месяц живут в новом доме, и это время пролетело, как один миг. На удивление, самой сложной задачей для Нила оказалось не найти общий язык с маленькой племянницей, а заниматься повседневными делами. Каждое утро он вставал с крепким намерением приготовить что-то вкусное, но старания не всегда увенчивались успехом. Как бы он ни мучился с кастрюлями и сковородами, результат всегда оставлял желать лучшего. Готовить ему ни разу не доводилось — в ресторане повар справлялся на отлично, Ники делал это легко и непринужденно, а Эндрю мог закинуть что угодно в мультиварку и получить шедевр. Нил же, урывками пытаясь вспомнить что-то из уроков кулинарии, только нагревал плиту.       Сегодня не стало исключением. Спустя несколько минут ожесточенных попыток, он осознал, что сковорода трещит, как будто стремясь поскорее покинуть его кухню. В итоге, с горелым ужином, так и не успевшим стать обедом, Нил, плюнув на затеи с кулинарией, отправился в небольшую кафешку, о которой рассказывала Ники. У него была идея — пора себя и Лизи немного побаловать.       Когда они пришли в кафе, Нил уловил непередаваемый запах свежеиспеченных вафель. Внутри было уютно — ароматы кофе смешивались с душистыми сладостями, отражение солнечных лучей пробивалось сквозь большие окна. Перед кафе на скамейках сидели люди, кто-то улыбался, кто-то внимательно листал газеты, а где-то поющая гитара занимала крошечные толпы.       — Как тебе здесь, Лизи? — спросил Нил, смотря на племянницу. Она с любопытством осматривала интерьер, потянувшись к стеклу, чтобы провести пальцем по запотевшей поверхности.       — Красиво! — воскликнула девочка, щуря глаза от яркого света. — А можно мне вафли?       — Конечно, — засмеялся Нил. — Будем вафлями завтракать.       Официантка, которая уже не раз принимала заказы молодого дяди с малышкой, подбежала к их столу с теплой улыбкой. Она явно знала, что именно они закажут.       — Доброе утро! Как вы сегодня? — спросила она, готовясь записать заказ.       Нил почувствовал себя прокурором, который должен доказать свою правоту. — Мы будем две порции вафель и два какао, пожалуйста, — не дожидаясь, когда Лизи снова захочет добавить что-то экзотическое, произнес он.       Официантка кивнула и, не дожидаясь каких-либо дополнительных комментариев, удалилась в сторону кухни.       Нил сместил взгляд на племянницу. Она сосредоточенно проводила пальцем по стеклу, оставляя за собой мокрые следы. В какой-то момент он заметил, как Лизи сконцентрировалась и начала рисовать нечто на запотевшем стекле — нечто волшебное и полное детской наивности. Она создавали фигуры, которые тут же исчезали, как только находились под солнечными лучами.       — Что ты рисуешь, маленькая художница? — спросил он с легким удивлением.       — Я рисую домик для нас, — произнесла Лизи, не отрываясь от своего занятия. — И большое голубое небо. И много-много цветов!       Нил, улыбаясь, задумался, какой же всё-таки чудесной может быть жизнь, если в ней есть такие простые радости, как вафли и детское творчество. И пусть готовить он не умеет, создавать атмосферу тепла и уюта у него вполне получается. Он снова посмотрел на племянницу, её сосредоточенное выражение лица было таким искренним, что Нил чувствовал себя самым счастливым дядей на свете.       Вскоре к ним принесли заказы: вафли были горячими, покрытыми сладким сиропом и взбитыми сливками, а какао парило в аккуратных чашках. Нил, глядя на то, как Лизи с улыбкой берёт первую порцию, понимал — все предыдущие неудачи в кулинарии уже не имели значения.       После завтрака Нил, придерживая за руку маленькую Лизи, направился к лисьей башне — общежитию, в котором жил его друг Метт. Он собирался одолжить у него пару учебников, так как, к его великому разочарованию, все нужные книги были разобраны в библиотеке. Обдумывая это, Нил не мог не испытывать легкую беспокойство: ведь учебный год только начался, а у него уже возникли проблемы с материалом.       Коридоры общежития были заполнены студенческим шумом — кто-то смеялся, кто-то спешил на занятия. Нил с улыбкой смотрел на Лизи, которая весело трясла своими длинными косичками в унисон со своими шагами, раскрывая в своём юном возрасте невероятный оптимизм. Внезапно он столкнулся с Элисон, своими светлыми волосами и лучезарной улыбкой она приковала его внимание.       — Привет! — весело поздоровалась Элисон. Она наклонилась к Лизи, присев на корточки, чем вызвала у девочки радостный смех. — Ты всё ещё играешь в хвостика? Не скучно с ним? — спросила она, указывая на Нила.       — Не скучно, — с улыбкой ответила Лизи, отпустив руку дяди и сделав шаг к Элисон. — Представляешь, на той неделе, когда Нил готовил, в сковородке появился огонь. Большой-большой! — её руки развелись в стороны, подражая пламени, которое, кажется, еще было у неё в памяти.       — Ого, да ты, похоже, насмотрелась на настоящие шоу кулинарии! — засмеялась Элисон, оборачиваясь к Нилу. — Что, с готовкой всё ещё не очень?       Нил лишь пожал плечами, стараясь не привлекать к себе внимания. Он знал, что готовка не была его сильной стороной, и с этого момента проблемы только множились.       Но Элисон, будто не замечая его неловкости, быстро отвлеклась от Нила и заговорила с Лизи:       — А у меня в комнате есть много-много разных лаков. Хочешь пойти посмотреть?       Глаза Лизи загорелись от радости, и она, не раздумывая, повисла на шее Элисон, которая с улыбкой отнесла её к себе в комнату. Нил же наблюдал за ними, как за львицей, уносящей своё дитя в безопасное убежище, и почувствовал, что раскинувшиеся в коридоре заботы на какой-то момент отступили.       Осталось только дойти до комнаты, где его ждали Метт и еще как оказалось Эндрю.       — Ну что, как оно? — спросил Бойд, оглядываясь за спину Нила, как будто искал кого-то. — А где мелкая?       — Элисон утащила, — лаконично ответил Нил. Он краем глаза заметил Эндрю, который сидел тихо, погруженный в свои мысли. Немного колеблясь, Нил попытался уточнить: — Давно он тут?       — Почти всё время, когда Аарон приводит Кейтлин на посиделки с Ники, — заметил Метт, пропуская мимо ушей недоумение Нила.       Нил закатил глаза.Когда же они все наконец найдут возможность просто расслабиться? Эта мысль мучила его. По крайней мере, Джостен, всегда находящийся среди друзей, надеялся на то, что усложненные отношения когда-то упростятся.       — Побегу, — произнес Метт, ловя на глазах вибрирующий телефон. Он прочитал сообщение и, не распрощавшись, направился к выходу. — Конспекты у меня на столе. Бери.       Как только дверь закрылась, Нил вздохнул. Он подошел к столу, где остались разложенные записи, и мельком пролистал их. Стол был завален листами бумаги, исписанными мелким почерком, который только усиливал ощущение хаоса. После непродолжительного изучения Нил отложил конспекты в сторону и сел рядом с Эндрю.       Миньярд сидел неподвижно, пристально глядя в выключенный экран телевизора, как будто искал что-то в пустоте. Нил помнил о том, как легко было бы уйти от этого ощущения: тишина могла бы стать спасительным островком.       — Привет, — наконец произнес Нил, слегка повернув голову, чтобы увидеть выражение лица Эндрю.       Эндрю сидел на краю мягкого дивана, погруженный в свои мысли. Обычно ему не нравилось приближаться к другим, но сегодня он почувствовал, как необычно велика эта тишина, и лишь мельком взглянул на Нила. Тот, казалось, улавливал его настроение, потому что остался неподвижным, глядя в одну точку. Наконец, Эндрю подогнул ноги под себя и повернулся, чтобы окинуть Джостена быстрым взглядом.       — Не надоело каждый раз убегать от них? — с любопытством спросил Нил.       Эндрю поднял взгляд, чтобы встретиться с ним, но вместо ответа только склонил голову немного вбок, как будто стараясь разобраться в своих собственных чувствах.       — Не надоело вмешиваться? — уточнил он, желая узнать, что стоит за этими вопросами.       — Пока нет, — без колебаний ответил Нил,— Так и будешь тут сидеть? Я думал, ты не ладишь со старшекурсниками.       Эндрю закрыл глаза, откинув голову на спинку дивана, и позволил себе немного расслабиться. Внутренний поток мыслей постепенно утихал, уступая место свежим ощущениям.       — Рене говорит, что у меня прогресс, — наконец произнес он, его голос звучал глухо и безжизненно, словно он говорил скорее себе, чем Нилу.       — А сам как считаешь? — Нил на мгновение замолчал, ожидая ответа.       — Всё равно, — покачал головой Эндрю, его слова напоминали скорее бормотание, чем осознанное утверждение.       И вновь между ними воцарилась тишина. Нил чувствовал себя комфортно. Иногда просто быть вместе — это и есть то, что действительно важно. Он глубоко вдохнул воздух, наполняя легкие, и, постепенно поддавшись чему-то в своих чувствах, наклонился чуть ближе к Эндрю. Он подождал, когда тот откроет глаза, готовый отступить, если потребуется.       Но вместо этого Эндрю, словно осознав свой собственный порыв, протянул руку и ухватил Нила за шею. Этот жест был легким, почти без веса. Их губы встретились — это был краткий, нежный поцелуй, без намека на нечто большее, но для Нила он значил очень многое.       Нил, почувствовав тепло и поддержку, которые источал Эндрю, закрыл глаза. Временами он чувствовал себя изможденным, особенно после того, как неугомонная племянница выматывала его и все его силы. Он был благодарен за моменты спокойствия, которые ускользали от него в повседневной суете.       Тишина, которая окутала комнату после их резкого разрыва поцелуя, казалась почти осязаемой. Оба, Нил и Эндрю, медленно приходили в себя, их сердца все еще колотились в унисон. Они прервали этот момент, как будто пробудились от сладкого сна, и теперь в воздухе витали неясные мысли и чувства, которые не могли быть озвучены.       Нил, собравшись с мыслями, встал с дивана. Он аккуратно собрал свои заметки, стараясь не отвлекаться, и потянулся к двери, но вдруг его взгляду вновь попался на сидящего Эндрю.       Нил остановился, прервав свой шаг. В этот момент он почувствовал внутренний импульс, который заставил его подойти ближе. Эндрю сидел на диване, ссутулившись, и его выражение лица менялось с каждой секундой. Нил заметил, как тот уставился на его кулак, где, как он и хотел, лежал ключ от новой квартиры.       Эндрю приподнял бровь, всматриваясь в блестящий металл. Ключ будто ожил в его руках, но сразу же заставил его нахмуриться.       — И зачем это? — спросил он, осуждающе глядя на Нила.       — Не хочешь — не используй. Но он твой, — с легкой улыбкой ответил Нил. — Я сделал его давно, но все не было возможности отдать.       — Глупо, — пробормотал Эндрю, но при этом притянул ключ ближе, чтобы рассмотреть его.       — Мне показалось, что там тебе будет легче прятаться от Кейтлин, — произнес Нил, стараясь сохранить непринужденный тон. Этот момент, казалось, был важен для обоих, даже если они не осознавали этого.       — Я от неё не прячусь. — резко отрезал Эндрю, и его голос напоминал глухой звук, раздающийся в пустом пространстве.       — Как скажешь, — ответил Нил, ухмыляясь. Он чувствовал, что его слова достигли цели, вызывая в сердце сидящего нечто большее, чем просто раздражение. — Но ключ — твой. Приходи в любое время. Лизи в курсе, так что это не станет для неё неожиданностью.       Эндрю молчал, и Нил понял, что ответа ему не суждено было дождаться. С легким вздохом он подхватил свои конспекты и направился к двери, оставляя Эндрю одного в этой комнате, где тишина вновь объяла их.       Когда дверь закрылась, Эндрю остался в полумраке, его фигура еще больше сжалась, как еж, найденный на холодном ветру. Он прижал ключ к груди, будто тот мог стать притяжением к новым возможностям. Внутри него колебались противоречивые эмоции — страх перед неизвестным, но также и усталое желание сбежать от того, что тянуло его назад.       Эндрю потерялся в своих мыслях, всматриваясь в пространство, где Нил только что стоял. Без ключа в руках он словно остался в плену собственных сомнений, не зная, как дальше поступить. Куда ведет этот ключ? Что он на самом деле значит для него?

***

      На следующий вечер Нил, погруженный в свои размышления о кулинарных неудачах, решил зайти в маленький ресторанчик неподалеку от стадиона. Он уже давно смирился с тем, что не умеет готовить, и эта мысль не оставляла его в покое. Обычно он мог бы остановиться на быстром бутерброде, но сегодня ему хотелось чего-то более уютного, чего-то, что напоминало бы домашний ужин. Сложно было осознать, как быстро он пришёл к этому решению, но, видимо, даже его неумение готовить не могло отменить желание поесть что-то вкусное.       Однако, открыв дверь своей квартиры, Нил застыл на месте. На диване, расслабленно устроившись, сидел Эндрю; рядом с ним, сияя от радости, находилась малышка Лизи. Она энергично жестикулировала, показывая свои рисунки и бурча при этом что-то о своих колоритных фантазиях. Нил с удивлением смотрел на эту парочку – один, казалось, погрузился в мир уютной беседы, а другой, внимательно внимал каждой детальке, которую рассказывала девочка.       Эндрю заметил Нила первым. Удивительно, но этот ленивый, спокойный взгляд из-под полуопущенных век говорил о том, что он на самом деле увлечён происходящим. Нил почувствовал приступ гордости: человек, который обычно избегал лишнего общения, спокойно смотрел в глаза Лизе и слушал её с таким вниманием, словно каждое её слово было настоящим произведением искусства.       — Ты сегодня долго, где ты был? — вдруг воскликнула Лиза, радостно подбегая к Нилу. Её светлые волосы развевались, как будто она только что вернулась с волшебного приключения.       — Представляешь, а мы с Эндрю готовили вместе! На ужин будет паста со сливками. Так здорово! — продолжала она, весело идя на кухню и доставая тарелки, расставляя их на столе.       — Вы готовили? — Нил не мог скрыть своего недоумения. Он перевёл взгляд на Эндрю, надеясь получить хоть какое-то объяснение.       — А ты глухой? — поинтересовался Эндрю, поднимаясь с дивана и направляясь на кухню. В этот момент Нил заметил, что Эндрю надел его любимую футболку, точно такую, какую тот сам часто носил. Улыбка, почти непроизвольная, появилась на губах Нила.       Он подошёл к столу, где девочка с азартом ставила тарелки, и, пройдя мимо Эндрю, отпустил тихий вздох облегчения.       Как будто теперь всё было на своих местах.