Глава 7. «От врага к спасителю.»

—♡Love Kagezu: Каждое движение отзывалось тупой болью, словно тело было одним сплошным синяком. Я пыталась собрать мысли, но они разлетались, как кусочки стекла после удара. В ушах ещё звучал гул недавнего сна, перемешиваясь с реальными звуками вокруг. Голова была тяжёлой, как будто моё сознание всё ещё не до конца вернулось ко мне. Я медленно втянула воздух сквозь зубы, чувствуя, как лёгкие с трудом наполняются. Тело оказалось обмотано бинтами, и каждый вдох приносил неприятное жжение. Я не сразу поняла, где нахожусь. В окне едва угадывались очертания ночного неба, тусклого и звёздного, но не дающего никакого света. Луна скрылась за плотными облаками, и в комнате царила полутьма, нарушаемая лишь приглушёнными бликами уличных фонарей, пробивающихся сквозь шторы. Ночь казалась бесконечной, и от этой тишины, от отсутствия всякой жизни вокруг, становилось не по себе. Я чувствовала слабость — не физическую усталость, а что-то большее, что-то глубже. Словно каждый нерв был оголён и обострён. И тогда, сквозь туман боли и слабости, я услышала голос внутри себя. Имя, что прочно засело в сознании, повторяясь снова и снова, как молитва, как заклинание, которое не давало покоя. Чосо. Его образ стоял перед моими закрытыми глазами, слишком реальный, слишком отчётливый, чтобы быть простым сном. Я видела его лицо, полное боли и противоречий, видела, как он смотрит на меня с гневом, смешанным с чем-то неописуемым. Мысли путались, и я не могла понять, что означал этот взгляд, почему он преследовал меня. Несколько дней назад он чуть не убил меня. Всё, что я помнила о той встрече, — это его безжалостные атаки, его холодный взгляд, и как смерть казалась неизбежной. Но теперь... он же спас меня. Он оттолкнул меня с рельсов, не дал мне погибнуть. Как это понять? Я не могла избавиться от этого ощущения, как будто он действительно был рядом, но не здесь. — Чосо... — я прошептала, даже не осознавая, что говорю это вслух. Голос был слабым, как шёпот ветра, но его имя звучало так громко внутри меня, что я не могла его игнорировать. Медленно открыв глаза, я ощутила, как реальность обрушилась на меня, заставив почувствовать каждую болевую точку ещё отчётливее. Комната вокруг была мне знакома. В ней царила ночная полутьма, только слабые блики света из окна оставляли серебряные полосы на полу и мебели. В воздухе витала прохлада, и я инстинктивно сжалась, чтобы согреться. Всё это время я была в долгу перед ним, и теперь, когда я осознала, что он не только чуть не убил меня, но и спас, моё сердце забилось быстрее, наполняясь смешанными чувствами — благодарностью, тревогой и полным непониманием его намерений. — Наконец-то ты проснулась, — голос, звучавший слишком знакомо, вывел меня из моих мыслей. Я повернула голову и увидела рядом с собой Годжо. Он сидел на стуле, расслабленно скрестив руки на груди, наблюдая за мной с привычной полуулыбкой. Однако в его взгляде была тревога, скрытая за показной беззаботностью. — Учитель Годжо... — прошептала я, чувствуя, как сухость в горле мешает говорить. — Акане хорошенько постаралась. Ты должна благодарить её, — он чуть улыбнулся, но глаза оставались серьёзными. — Как ты себя чувствуешь? Я попыталась сесть, но сразу же ощутила острую боль в боку и заставила себя опуститься обратно на подушку. Мой взгляд снова непроизвольно метнулся к тому месту, где во сне был он. — Осторожнее. Ты всё ещё не в лучшем состоянии, — он слегка приподнялся, внимательно наблюдая за моими движениями, готовый помочь, если потребуется. — Где он? — я внезапно высказала это, но позже осознала, кому именно задала этот вопрос. — Кто? — его голос стал серьёзнее, — Кого ты имеешь ввиду, Лав? Неужели это тот, чьё имя ты только что произнесла? Я почувствовала, как волна тревоги заполняет меня полностью. Что же я натворила... — Это... ничего важного, — пробормотала я, чувствуя, как пересохло в горле. — Просто... бессмысленный сон. Годжо молчал. Он слишком хорошо знал меня, чтобы не заметить, когда я что-то скрываю. Но он не стал настаивать. — Хорошо, — протянул он, его голос был осторожным, но всё же с оттенком подозрительности. Я кивнула, избегая его взгляда, хотя внутри меня всё ещё бурлили эмоции от увиденного сна. Образ Чосо, его холодные глаза, его нерешительность — всё это казалось слишком реальным, словно я по-настоящему встретилась с ним. — Это уже второй раз, Лав, — внезапно сказал он, — Второй раз, когда тебя находят в таком состоянии. Сначала в лесу, теперь здесь. Ты не хочешь мне ничего рассказать? Моё сердце замерло. Второй раз. Он знал слишком много, и я понимала, что от Годжо ничего не ускользает. Но я не могла позволить ему узнать правду. Если он поймёт, что всё это связано с ним, то всё. Я отвела взгляд, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри всё дрожало от напряжения. — Это просто... — начала я, выбирая слова осторожно. — Плохие стечения обстоятельств. — И ты хочешь сказать, что эти стечения обстоятельств не связаны с кем-то конкретным? — Он не отпускал тему, настойчиво и спокойно прощупывая почву. Я покачала головой, стараясь выглядеть безразличной. Но внутри паника нарастала. Я не могла позволить ему понять, что произошло на самом деле. — Никто, — тихо произнесла я, сжав пальцы под одеялом так сильно, что ногти впивались в ладони. — Это просто совпадение. Ты ведь знаешь, как бывает. Он продолжал смотреть на меня, и я чувствовала, как его взгляд прожигает меня насквозь. Наконец, Годжо вздохнул, как будто в его душе боролось недоверие с желанием дать мне время. — Ладно, — сказал он, вставая со стула, — Но если это повторится ещё раз, я не стану сидеть сложа руки. Он медленно направился к выходу, но обернулся перед дверью. — Береги себя, Лав. И не забывай, что я всегда рядом, даже если ты не хочешь этого признавать. Я не могла ответить, лишь молча смотрела, как он уходит. Только когда дверь закрылась за ним, я наконец позволила себе выдохнуть. Тяжесть тревоги оставалась в воздухе. Чосо... Он был во сне, он преследовал мои мысли. Но никто, особенно Годжо, не должен знать об этом. После того, как Годжо ушёл, я на мгновение осталась одна в комнате, пытаясь собрать мысли. Моя голова кружилась, тело казалось слишком слабым, а разум — слишком полным противоречий. Чосо... Его образ не покидал меня ни на мгновение, даже когда я пыталась сосредоточиться на чём-то другом. Стук каблуков раздался в коридоре, и вскоре дверь открылась, пропуская Акане. Она, как всегда, была элегантна и уверена в себе, её присутствие заполняло пространство так, словно она была хозяйкой этой комнаты. В руках у неё была тонкая сигарета с запахом вишни, который сразу заполнил воздух, когда она медленно затянулась. Акане спокойно подошла к кровати и села на стул рядом со мной, облокотившись на спинку и выпуская струйку дыма в сторону. — Ну и? — безразлично спросила она, взглянув на меня поверх сигареты. В её тоне не было осуждения, только лёгкое любопытство, как будто она ждала, когда я начну говорить. Я вздрогнула от её прямоты, не зная, как лучше реагировать. Мыслей в голове было слишком много, но говорить с ней об этом... Нет, я не могла. Что она знала? Возможно, больше, чем казалось на первый взгляд. Акане всегда отличалась тем, что замечала всё, что происходило вокруг, оставаясь при этом в тени. — О чём ты? — попыталась я уйти от вопроса, хоть и понимала, что это бесполезно. Она медленно выдохнула дым, её глаза, казалось, скучающе рассматривали потолок, прежде чем вернуться ко мне. Её тон был ровным, спокойным, но в нём чувствовалась стальная нотка. — Выкладывай, — сказала она, снова поднеся сигарету к губам. — Что ты делала рядом со своей "убийцей"? Меня пронзила острая волна паники. Снова он. Опять Чосо. Я сжала кулаки под одеялом, не показывая ей, что внутри меня происходил настоящий шторм. Вопрос был прямым, и я понимала, что просто так она не уйдёт. — Это случайно получилось... — я попыталась говорить как можно спокойнее, но голос предательски дрожал. Акане издала короткий смешок, в её глазах промелькнуло что-то острое, как лезвие. — Случайно? — усмехнулась она, наклоняясь ближе. — Ты серьёзно думаешь, что это просто совпадение? Этот парень чуть не убил тебя несколько дней назад. Я вздрогнула от её слов, и смятение охватило меня. — Я не знала, что он там, — ответила я, вспоминая, как Чосо оттолкнул меня с рельсов. — Он спас меня, оттолкнув... Теперь я это осознаю. Акане приподняла бровь, её интерес только возрос, а в голосе прозвучала смесь недоумения и насмешки. — Только не говори, что хочешь его искать. Я сжала одеяло сильнее, чувствуя, как её слова вызывают во мне бурю эмоций. Я понимала, что это звучит странно, даже абсурдно. Но внутри что-то не давало покоя — словно я была в долгу перед ним. — Да, — тихо ответила я, опустив взгляд. — Я хочу его найти. Я хочу понять, почему он спас меня. Акане замерла на мгновение, её лицо приобрело выражение, которое я видела нечасто — смесь удивления и беспокойства. Затем она резко выпрямилась, её голос стал серьёзнее. — Ты понимаешь, как это звучит? Этот человек почти убил тебя. Не стоит искать объяснений там, где их может не быть. — Но он не убил, — быстро перебила я. — Он мог оставить меня умирать, но не сделал этого. Почему? Я не могу просто забыть об этом. Акане вздохнула, покачав головой. — Лав, ты слишком доверяешь своим чувствам. Иногда люди поступают не так, как мы ожидаем, не из благородства или доброты, а из-за чего-то, что нам никогда не понять. Ты не должна доверять ему. Акане внимательно смотрела на меня несколько секунд, словно обдумывая, стоит ли продолжать разговор. Её взгляд стал серьёзнее, и я почувствовала, что она собирается сказать что-то важное. Она выдохнула и осторожно потушила сигарету в пепельнице. — Лав, — начала она тихо, — ты вообще знаешь, кто такой Чосо? Моё сердце замерло, когда я услышала это имя от неё. Я лишь покачала головой, не отрывая взгляда от Акане. — Он не просто парень, который чуть не убил тебя, — она скрестила руки на груди, её тон стал мрачнее. — Он связан с людьми, которые уже давно на виду у тех, кто охотится за проклятыми духами. Он — один из них. И у него есть причины, чтобы ненавидеть тех, кто находится с тобой на одной стороне. Моё дыхание сбилось, когда слова Акане проникли в моё сознание. Вопросы и страхи, которые до этого только мелькали в моей голове, теперь вырвались наружу. — Проклятые духи? — переспросила я, пытаясь осознать услышанное. Акане кивнула, её глаза не отрывались от моих. — Он наполовину человек, наполовину проклятый дух. Его жизнь — это месть. Акане продолжила, заметив, что мои руки едва заметно дрожали. — Его братья были убиты. И, насколько мне известно, он винил в этом твоих союзников — тех, с кем ты постоянно рядом. Ты понимаешь, к чему я клоню? Я напряглась, чувствуя, как эта новая информация словно ледяная вода омывает моё сознание. Все мои догадки, все попытки понять его поступки, внезапно приобрели новый смысл. Но вместе с этим пришло осознание опасности. — Но тогда... почему он меня спас? — спросила я, почти шёпотом, мои мысли снова вернулись к тому моменту, когда Чосо оттолкнул меня с рельсов. Я вспомнила его выражение лица, странное смешение гнева и чего-то более глубокого. Акане вздохнула, её голос стал мягче, словно она пыталась уберечь меня от того, что я уже начинала понимать. — Возможно, он увидел в тебе не просто врага, — сказала она, глядя мне в глаза. — Но, Лав, это не меняет того, кем он является. Ты не можешь позволить себе расслабиться или доверять ему. Не сейчас. Я молча кивнула, чувствуя, как внутри разрывается всё больше вопросов, но на этот раз их было страшно задавать.