Конец дня

Замечательно, когда в конце дня пускают фейерверки. Это празднично и свежо!   Встанешь так посреди накхванори — темно, только звёзды, только луна освещает ночь! — и они зажгутся, и начнут распускаться, как огненные цветы, и танцевать, и кружиться, и искры будут падать, стараясь обжечь. Кто не видел накхванори — тот не хотел так безумно, так нежно влюбиться! Влюбиться так, чтобы написать песню, и так, чтобы снять про это кино.   Малыш Джонхён сидел на крепостной стене и видел, как толпятся, восхищаются люди, и как мокнут их чувственные глаза, потому что — да, это возможно! — люди плачут от красоты.   Все-все драконы вынырнули и прилетели, обхватив большими хвостами горы, и морды их выступили из тяжёлых, джинсовых облаков, и спокойные духи неспокойно повыглядывали из гробниц, и лепестки вишни, розово-белые, полетели к фейерверкам навстречу — вниз.   Под ногами у Джонхёна — вся галактика, весь Млечный путь, сотворённый людьми. И у мальчишки, конечно, тоже к горлу подступила волна.   «Почему так красиво? Почему я вижу это только сейчас?»   И он смотрел, и он видел, и он чувствовал, как живой!..   А потом накхванори стал похож на огромный костёр, на пожирающий всё огонь, на пожар со столпами дыма, и искры полетели в сторону парка Наксан, словно вражеские корабли.    

* * *

    Малыш Джонхён спрятался под кустом. Запах дыма ещё долго не рассеивался, как и не рассевались люди, наслаждавшиеся фейерверком… и им.