Глава 57 — Столкновение брони.

Гул репульсоров, выстрелы со взрывами и треск электричества заполонили участок пространства, где Анита вступила в противостояние со своей «сестрой»… историю которой я бы не отказался выслушать. Позже. С моей же стороны открытая пальба и не думала утихать. Под плотным шквалом огня с каждой секундой в не особо надёжном укрытии образовывалось всё большее количество сквозных отверстий. На дорогу сыпалось крошево вместе с бетонными осколками. Девушкам, прикидывающимся террористками, являющимися носительницами вируса, явно не понравилось прошлое моё обращение с ними. Тот факт, что половину их группы уделал единственный парень, задело профессиональную гордость? Возможно. Неважно. Главное, всё их внимание было полностью и исключительно сосредоточено на мне, позволяя Аните в частном порядке разобраться со своей… «сестрой». Вот чего точно не ожидал застать, направляясь оказать помощь Старк, так подобной семейной драмы. Этот мир привычно не переставал удивлять. Отбросив в сторону размышления о далеко непростых родственных отношениях, я спрыгнул на дорогу, съезд до особняка, оказавшись на уровень ниже остатков бетонной стены, которая следом окончательно рухнула. Затем в рывке переместился вверх, оказавшись высоко над головами стрелков. Не до конца натягивая прозрачную тетиву, я отпускал её, чтобы тут же ускоренно повторить, производя незаряженные двойные-тройные выстрелы. Противницы, прекратив стрелять по изрешечённому укрытию, не успели перевести прицелы на меня прежде, чем их накрыл размашистый ливень, отдающий серебром. Одинокие выстрелы сумели задеть в ответ. Но энергетическая плёнка наподобие щита, окутавшего мою фигуру, приняла весь урон на себя. В тот краткий промежуток зависания в воздухе и последующего падения я успел выпустить более десятка стрел быстрыми, последовательными залпами. После чего упал обратно на дорогу, на мгновение перейдя в разлом сквозь Бездну, чтобы смягчить приземление. Послышались короткие вскрики и стоны. Часть группы нападавших пала на землю, пронзённая насквозь полосками света, исчезнувшими после попадания. Но даже обожжённые сквозные раны вряд ли смогли бы серьёзно повлиять на их дееспособность и помешать продолжить действовать с учётом исцеляющего фактора. Так как внедрённый в их тела вирус позволил тем же, кто ранее был скован льдом, лёжа на земле, освободиться и встать в строй наравне с другими. Такие раны могли их только замедлить. Но в тоже время дать возможность подобраться ближе, исключая для меня вариант рваться напролом через стену огня. Или же, с другой стороны, воспользовавшись состоянием краткого ошеломления, в котором девушки могли быть более восприимчивы для входящей речи, я мог провести отчётливую черту. Тем самым последовать примеру Старк, высказать первое и единственное предупреждение. Поведя плечом, смахивая мелкие осколки бетона, я остановил свой выбор на последнем. После чего подскочил с углублённого проезда на холмистую местность к ошеломлённым террористкам, не спеша нападать. При этом, однако, я не забывал, что помимо единиц живой силы противника ещё оставалась техника, не затронутая ливнем стрел. Айрис, продолжая висеть над нами, не переставала отслеживать как потенциальные дополнительные, так и присутствовавшие на данный момент угрозы. Благодаря ей на щитке мотоциклетного шлема, снабжённого, как оказалось, цифровым визором (также благодаря Цефалону, так как она специально подобрала такую модель при выборе транспорта и снаряжения в мотосалоне), перед глазами высветилась карта территории перед виллой Старк, ставшей полем боя. На ней же отобразились пометки вражеских энергетических сигнатур, уровень которых стремительно повышался. Пара стационарных орудийных систем, установленных на машинах, готовились стрелять. Причём одна была направлена на меня, а другая смотрела в сторону двух женских фигур, закованных в металл, где наводчица без сомнений пыталась выцепить обладательницу красно-золотой брони. В прыжке с перекатом уйдя в сторону от пущенного энергетического снаряда, вонзившегося в место, где стоял ранее, заставив участок земли буквально взлететь на воздух, я выбросил ладонь в сторону наперерез второму орудию. Поймав Аниту в прицел, наводчица выстрелила. Однако схожий голубоватый энергетический заряд, грозивший поразить Железную Леди со спины, столкнулся с выпущенной мной снежной сферой. Последняя взорвалась в воздухе, образовав ледяную глыбу в форме звезды на траектории выстрела. К осыпавшимся сверху комкам грязи и травы прибавился краткий локальный снегопад из снежинок и льдистых осколков уничтоженной звезды, исполнившей свою задачу. Я не обратил на это внимание, игнорируя мелкое постукивание по шлему, удерживая взгляд на группе девушек, у которых сквозные раны нагревались и затягивались буквально на глазах. Нападавшие отвечали мне взаимностью, в том числе потому, что на них был направлен полыхающий лук с до предела натянутой тетивой. — Последний шанс, — переждав работу орудийных систем, отслеживая их возобновление, тяжело обронил я по открытому каналу, который были способны уловить все присутствующие. — Отступите. Или падёте. Окончательно оправившись от ливня стрел, поднявшись на ноги и сжимая в руках винтовки, противницы не торопились вновь нацеливаться на меня, хоть и удерживали наготове. Едва заметные, косые переглядывания, активность в эфире на закрытых частотах, сообщали о том, что моё предупреждение в какой-то мере повлияло на них. Или же они просто оценивали и опасались оружия в моих руках, смотревшее на них. Ранее я приходил к мысли о сожалении, направленном на калек, которым не повезло в жизни. Но не действиям, что они готовы были совершать. В иной вселенной агентами поддельной преступной организации становились отставные военные, полицейские и другой служивший контингент, потерявший части тела и стремившийся их вернуть. Заветная мечта, которую «вакцина» позволяла исполнить в обмен на службу её создателям. В качестве бойцов или живых бомб, устраивавших теракты в родной стране. Вряд ли многим бы подобное пришлось по душе. Даже ради возможности восстановить потерянную конечность. Но те, кто решился, будут жить с этим до самой смерти. Поздней или ранней. Как бы то ни было, поступал я так не столько ради них, сколько для Старк, которая также слышала мои слова. Чтобы знала, я давал террористкам, заражённым нестабильным вирусом, возможность сдаться, изменить совершённый выбор, судьбу, которую могли невольно принять. Чтобы в первую очередь Анита понимала. Если враги не сдадутся, я убью их. Без колебаний. Едва уклонившись от широкого взмаха хлыстом, пронзительно щёлкнувшим и исторгшим яркие искры электричества, Анита прикрылась от этого одной рукой, другую не глядя выставив перед собой. Стрельнув следом репульсором, она отскочила назад, разрывая дистанцию. После чего повернула голову ко мне, полыхая обеспокоенностью и в тоже время решимостью. Доверием в том, что я прикрою её спину, не позволив поддержке вмешаться в поединок, и разберусь с проблемой… по своему. Иоанна также, несмотря на тот факт, что луч угодил ей в плечо, заставив пошатнуться, не стала преследовать Старк, а вместо этого повернула шлем ко мне. С её стороны до меня донеслись эмоции заинтересованности и любопытства. Чего точно нельзя было сказать о группе девушек передо мной. В отличие от «сестёр», члены «Десяти Колец» пребывали в состоянии, близком к нерешительности, со смешанным эмоциональным фоном. Капли вины, разочарования, тревоги, тоски и страха едва разбавляли преобладающий омут гнева, злобы, уязвлённости… ненависти. Они жаждали далеко не спасения, но мести. Системе или отдельным представителям, не важно. В конце концов, понял я, эти люди были полны решимости сжечь всё дотла, оставив после себя лишь пепелище. Предложение отступить проигнорировано. С мрачным настроем винтовки подняты. Тревога со стороны Аниты усиливается. Но её внимание требует к себе Иоанна, в насмешливом настрое взмахивая кнутами. Я же первым наношу удар со своего места. С кратким выдохом отпускаю призрачную тетиву, с который срываются три яркие стрелы. Те, кого они настигают, не могут и не успевают уклониться. Энергетические снаряды испепеляют части тел при соприкосновении, проходя насквозь, не встречая сопротивления, уносясь дальше. Белоснежные всполохи, едва задевая, сжигают снаряжение, оставляя после себя жуткие ожоги, прижигая частички ткани с металлом к плоти. Ни у одной из целей не находится защиты, способной противостоять едкой, разрушительной энергии Бездны. Одна безвольно валится на землю с дырой в груди на месте лёгких и сердца, оставляя мало шансов на восстановление вирусом. Другую, полностью лишившуюся руки вместе с плечом, с потерей равновесия отбрасывает назад. Третья, словно кукла с оборванными нитями, падает на колени, лишённая верхней части туловища. Рядом с ней обгорают остатки опавших рук и головы. Других это не останавливает. Они открывают огонь на фоне подрыва стационарной установки, в которую угодила одна из стрел. И хотя заряженный Натарук позволяет разобраться с каждой из них по отдельности, нивелируя фактор регенерации обширными повреждениями, отстрел каждой из противниц, которые спешат максимально рассредоточится, должен отнять много времени. Потому, закинув лук за спину, я рывком перемещаюсь на десяток метров вперёд, пропуская пули с голубоватым свечением, чтобы тут же припасть на колено и ударить сжатыми кулаками по земле. Зелёная трава вокруг меня мгновенно покрывается инеем, расползаясь всё дальше. Вместе с тем пронзительный треск оповещает о двух ледяных волнах, которые расходятся в разные стороны от меня в виде бритвенно-острых кристаллов льда, прорастающих на поверхности, ограждая от тех, кто находится на периферии. Настигнутые же волной с болезненными криками на подкошенных ногах, пронзённых кристаллами, валятся на землю, ставшую смертельной ловушкой, нанося себе ещё больше ран, которые так просто не залечить. Силовой щит принимает на себя выстрелы. Оставаясь припавшим на колено, я разжимаю руки. Следуя жесту, образованные снежные дороги взрываются, нанося урон разлетающимися осколками всем вокруг. Затем следует хлопок в ладоши. После чего я резко развожу руки в стороны, создавая снежную сферу, накрывающую меня и нескольких противниц. Справляясь с неестественным холодом и оледенением, вирус воспламеняет их тела изнутри, а кожу заставляет покраснеть, походя паром. Однако оружия в руках это не касается. Оно заклинивает, приходит в негодность. Прежде, чем владелицы осознают это, сблизившись, я успеваю надетым кастетом пробить одной из них грудь и затем пронаблюдать, как жар внутренностей в широкой открытой ране постепенно отступает, заменяясь коркой льда. Ближайшая ко мне не выдерживает подобного вида и, отбросив винтовку, смахнув маску, с яростным выкриком выдыхает поток огня. Отступив в сторону, с разворотом шагнув к ней, я росчерком кинжала по горлу заставляю её захлебнуться своим же пламенем. На этот раз в немом крике с широко раскрытыми от ужаса глазами девушка хватается за кровоточащее горло, из раны которого течёт нечто, похожее на магму. В таком положении она обращается замёрзшей статуей, когда я кладу ей раскрытую ладонь на грудь, посылая поток холода. Оставшаяся пара под куполом, будучи свидетелями необратимой расправы над товарищами, медлит нападать, чем я пользуюсь. Смахнув со спины Натарук и натянув тетиву, подрываю ещё одну машину с турелью, которая готовилась стрелять в Аниту. Другие спешно переводят прицел на меня, собираясь присоединиться к оставшимся из первой группы террористок, паливших по возведённой сфере. — …сь Фрост… повторяю… десь… — перехватывает панический голос одной из водителей Айрис, которая пытается связаться с кем-то извне. К несчастью для неё, Цефалон глушит все передачи. Незваным гостям уже никто не поможет. Дело остаётся за Анитой. Отслеживая снижающуюся целостность купола вместе с противниками, замерзавшими внутри и пытавшимися пробиться снаружи, я обращаю внимание на то, как дела состоят у той, ради которой всё это и было затеяно. Как со стороны противника… так и с моей. Лучевая вспышка репульсоров рассекает небо, обрушиваясь на одинокую фигуру на земле. Закованная в тяжёлые доспехи, её охватывает электрический покров. Образуясь на манер щита, он принимает на себя весь входящий урон от заряженного выстрела сверху. На несколько мгновений раннее утро с громким треском и гудением озаряется светом полуденного Солнца, ослепляя и оглушая всех в округе. Затемнённое забрало шлема едва нивелирует визуальный эффект от атаки, заставляя меня прищурится. После чего, потрясая головой, избавляясь от остатков шума в ушах, я наблюдаю, как силуэт Иоанны вызывающе выпрямляется, оставаясь нетронутым. Последнее также подтверждают сканеры Айрис, данные которых выводятся на визоре перед глазами. Будучи закованной в чёрную броню с алыми прожилками, противница Аниты подсвечивается для меня одним большим полыхающим сгустком энергии, показывая, что её костюм по мощности ничуть не уступает красно-золотой броне Железной Леди. Словно в ответ на мои мысли, желая утвердиться в этом, Иоанна, отключая покров молний, стремительно взмахивает кибернетическими кнутами перед собою, скрещивая и разводя руки, демонстрируя высокое мастерство владения ими. И всё же длина гибкого наэлектризованного оружия недостаточна, чтобы достать парившую на высоте цель. Поэтому подобный жест мог содержать в себе исключительно гнев хозяйки. Однако энергетические дуги, витиеватыми крестами сорвавшиеся с его концов, уносясь вверх, говорят об обратном. Такое внезапное продолжение атаки все равно не помогает ей достать вёрткую Старк, которая, расцепив сведённые вместе ладони, маневрирует в воздухе, в свою очередь демонстрируя мастерство пилотажа летательного костюма. Ни одной пущенной дуге не удаётся её коснуться. Иоанна не останавливается на этом. Следом без перехода из разъёмов, показавшихся на тыльной стороне её рук, вырывается пара небольших снарядов. Нацелившись на Аниту, они раскрываются в небе широкими металлическими сетями, охваченными электрическими всполохами. В то же время сама Старк, ставшая невольным эпицентром всей нынешней активности (с другой стороны, с учётом, что она сама её и спровоцировала вчерашней речью — то прямым инициатором), едва успевает вовремя заметить опасность, отвлечённая дугами. Добавив энергию в двигатели на нижних конечностях, она мгновенно бросает себя в сторону, разминаясь с одной из сетей, которая цепляет её коротким разрядом, едва нанося урон. Огибая противницу по широкой дуге, Анита вновь сводит ладони вместе, чтобы создать ещё один мощный залп репульсорами, пытаясь поразить чёрные доспехи со спины. Но их обладательница не позволяет ей этого, показательно и в равной мере неторопливо поворачиваясь, следуя за ней. Вместе с тем видно, что повреждённой ногой Иоанна двигает чуть более заторможено, чем другой. Обе девушки как начали кружиться с момента начала столкновения, так и продолжают это делать до сих пор. Пытаясь добиться решающего преимущества, ни у одной из них пока что этого не получается. Иоанна стремилась настигнуть Аниту, чтобы вступить с ней в ближний бой, в которой у неё, благодаря ударному кибернетическому оружию, было бы огромное преимущество. Однако ограниченная подвижность, которую я ей обеспечил с самого начала, создавала серьёзные препятствия в этом деле. Дополнительно к тому же весь изначальный план непрошеных гостей явно состоял в том, чтобы группа поддержки обеспечила «бесполётную зону» на территории виллы, тогда как лидерша в тяжёлой броне окончательно прижала цель к земле, где расправилась бы с нею. В чём я также помешал своим присутствием, отвлекая весь контингент террористок на себя, позволяя напарнице действовать свободно. Анита же со своей стороны старалась нейтрализовать Иоанну на дистанции, кружась вокруг неё и выискивая слабые места брони, опасаясь кнутов. Причём, судя по колеблющемуся эмоциональному спектру, который я отслеживал, она так и не пришла к окончательному решению: пытаться обезвредить сам костюм или привести носительницу к летальному исходу. Именно по этой самой причине я не собирался вмешиваться в их противостояние. За исключением первого удара. Реакция Аниты на слова Иоанны, которую мог бы проследить любой даже без способностей к эмпатии, подтвердила правдивость связи между ними. Они были сёстрами, какой бы смысл не содержал в себе этот термин по отношению к ним. И если что и являлось важнейшим, даже, можно сказать, священным элементом жизни для Тенно, так это семья. Какой бы банальной фраза не была. Для Аятана никто из других Тенно не приходился кровным родственником. Да и никто из других не являлся. Моё отражение в иной вселенной было единственным ребёнком в исчезнувшей семье. Однако все они всё равно оставались братьями и сёстрами, не воспринимая друг друга никак иначе. Инцидент на борту межзвёздного ковчега, с которого всё началось, стал причиной, позволив образоваться этой нерушимой связи. Конечно, возникали ссоры, конфликты, ненависть и даже отчаяние не только между Тенно, но и теми, кто сумел войти в столь своеобразную «семью». Но убийство… смерть… окончательная и бесповоротная… До такого никто из сестёр и братьев Аятана не доходил. Взгляды, которые передалось и мне. Поэтому я не вмешивался, ни раскрывая открытую рану, которая пульсировала в душе Старк, ещё сильней, ни залечивая её. Несмотря на моё отношение, я оставлял выбор решения за Анитой: как поступить с сестрой, которая безошибочно намеревалась убить её. Вместе с тем я обеспечивал ситуацию, в которой их дуэль не будет прервана, ограждая оставшихся террористок от прямого вмешательства. На секунду мне вспомнился давний жаркий спор из другой жизни, который Аятан решил посредством дуэли, в которой мастерство победителя признавалось главенствующим и правым. Но я быстро отбросил это, сосредоточившись на настоящем. Сёстры вновь обменялись дистанционными атаками, вальсируя в смертельном танце. В то время как залпы энергетического стационарного оружия обрушились на воздвигнутую снежную сферу со мной в эпицентре. Полностью натянув мерцающую тетиву, я выстрелил двойной стрелой, которая беспрепятственно прошла сквозь ледяную стену и угодила в один из грузовиков, в кратких вспышках взорвавшись и испарив турель вместе с головной частью машины. Причина, по которой я до сих пор сражался в облике Оператора, когда Фрост продолжал покоиться в челноке надо мной, помимо уже провальной попытки для посторонних остаться инкогнито, также касалась Аниты. Показать и доказать ей. Чтобы она воочию увидела то, на что я был способен. Не без проблеска надежды рассчитывая, что текущей демонстрации мощи станет достаточно, чтобы унять страхи и беспокойства супергероини с посттравматическим синдромом, касавшиеся определённого представителя слабого пола, который был ей дорог. Выведя из строя, попросту испарив ещё один грузовик с пушкой, часть из нападавших пришла в отчаяние. Одна из девушек, достав из подсумка технологичную гранату, активировала её и вошла вместе с ней под купол. В следующее мгновение циркулирующий внутри снежный вихрь усилился, заставив застыть её на месте с поднятой в броске рукой, покрываясь коркой льда. Внутреннее нагревание заражённой с покрасневшей кожей начало стремительно растапливать ледяные оковы, но недостаточно быстро. Граната взорвалась раньше. Вместе с голубым пламенем взрыв отбросил девушку вбок. Огонь быстро погас. Практически половина оставшегося тела слабо дёрнулось на оледеневшей траве, постепенно покрываясь инеем. Несмотря на половину уничтоженных органов, она неким образом ещё оставалась жива. Но это скорее были предсмертные судороги, чем настоящие попытки вновь ожить, используя исцеляющий фактор вируса. Её разум вместе с частью головы отсутствовал. Мой ботинок с хрустом льда оборвал попытки восстановить жизнь немёртвого. Обстоятельства чем-то напомнили столкновения с Заражёнными, инфицированными настоящим глобальным вирусом, который паразитировал на органических и неорганических существах. Подняв взгляд с замёрзшего трупа с размозжённой головой, я наблюдал за тем, как ближайшие противницы нерешительно отступили назад. Хотя я и оставался в шлеме, они стремились отвести взгляды. Другие же, напротив, исторгли волну воодушевления, когда заметили сеть трещин, которая образовывалась на сфере под непрерывным огнём. Перестав подпитывать её энергией, я успел нацелиться на предпоследний грузовик прежде, чем стена с треском рухнула. Транспорт взорвался, купол разлетелся на осколки. Вместе с тем, сжав кулак, используя остатки энергии, я создал вокруг себя ледяную бурю, чтобы затем жестом руки, обращённой вперёд, направить её на врагов. Потеряв меня из виду за непроглядным бураном, те не переставали отчаянно стрелять. Некоторые даже попадали. Но все из них без исключения затихли, когда налетевшая буря прошла насквозь, впиваясь острыми осколками под кожу, вмораживая тела в ледяной плен, оставляя после себя одни лишь статуи. Замёрзшие фигуры, внутренние органы которых кристаллизовались. Не собираясь пытаться узнать, сумел бы фактор регенерации спасти их из этого состояния, я резко взмахнул рукой прочь от себя и опустил её. Следуя жесту, лёд треснул и раскололся, осыпавшись на землю мелкими осколками. Оставалась последняя машина и её экипаж, застывший на месте, глядя на меня с широко раскрытыми глазами, в которых плескался ужас. Их я собирался оставить напоследок в качестве возможных источников информации. Так как предыдущие к этому моменту покоились в побелевшей траве. В тоже время на визоре отобразился выделенный красным силуэт, которого не было передо мною. — Нейтан! Тревожный выкрик Аниты раздался по связи параллельно предупреждению Айрис. Обернувшись навстречу резво бросившейся ко мне Иоанны, предельно чётко слыша скрип и скрежет разрушающейся брони на ноге, я отскочил назад, инстинктивно вскидывая лук, что оставался у меня зажат в руке. Но прежде, чем спустить не до конца натянутую тетиву, выпустив стрелы, которые вполне могли пробить тяжёлую броню, если не пронзить насквозь, я вспомнил об изначальном намерении. Поэтому ослабив тетиву, развоплотил стрелу. Вместо неё раскрыв перчатку на свободной руке, загудевшим кристаллом я отразил удар кнутом. Тогда как под второй подставил Натарук, останавливая его, но не успевая нивелировать весь входящий урон. Прежде чем кибернетический кнут обмотался вокруг костяного лука, кончик скользнул по шлему, обдав электрическим разрядом. Визор замерцал и пошёл помехами, делая невозможным просмотр через него, буквально ослепляя. Спокойно расставшись с луком, который противница вырвала у меня из руки последующим взмахом кнута, я вынужденно снял с себя шлем и отбросил в сторону. После чего оказался практически лицом к лицу с Иоанной, которая под железной маской оказалась крайне удивлена, встретившись со мной взглядом. Что, как я чувствовал, ввело её в кратковременное замешательство. Послужил ли тому причиной мой возраст, вид лица со шрамом, холод в глазах, что смотрели на неё, или нечто иное, мне было всё равно. Используя выданные мгновения, я хлопнул перед собой в ладоши, создавая ударную волну, с которой столкнулось мрачное отражение Железной Леди, значительно замедляя её натиск, почти что полностью останавливая. После чего я разорвал дистанцию, не отводя от неё взгляда, но также отслеживая поведение оставшихся террористок за спиной, не спеша действовать дальше. Так как в случае с Иоанной нужды в этом не было. — Ты… — собираясь было что-то сказать, копия Старк оказалась прервана. Рычащий сгусток ярости полыхающей кометой обрушился на неё сверху позади. Оглушительный скрежет и грохот сопровождал содрогание земли, когда до предела разозлённая Анита врезалась в сестру, поднимая облака пыли. Осознав себя в созданном кратере, она не попыталась отступить как раньше. Вместо этого, быстро вскочив, Старк расправила руки и выпятила грудь. Дуговой реактор в передней пластине ярко засветился и следом исторг непрерывный луч, упавший на вражескую броню. Придя в себя, Иоанна резво перевернулась на спину, сбивая Аниту с ног. Но та ещё несколько секунд не прерывала подачу энергии, угодив на поднятую рукоять кнута и прорезав её, повреждая источник питания. Отбросив погасшее оружие, ставшее бесполезным, Иоанна схватила своей рукой руку сестры и с яростным рыком замахнулась ею над собой, подобно тряпичной кукле бросая на землю. Все её движения при этом сопровождались едва уловимыми стонами, так как открытая спина демонстрировала признаки серьёзных повреждений, где внутренней деформацией брони явно была задета плоть носительницы. Боль, которую Иоанна игнорировала, судя по эмоциям сосредоточившись на нанесении как можно большего урона ненавистной цели, наконец, оказавшейся вблизи. В чём Анита отвечала полнейшей взаимностью. Подставив под хлёсткий взмах кнута руку, которую тот обмотал, другую она направила на противницу. С тыльной стороны из той ударил лазер. Угодив точно ладонь с кнутом, он прорезал рукоять второго орудия насквозь, опалив броню пальцев. Дёрнув обожжённой рукой, Иоанна бросилась вперёд. В ответ броня Старк раскрылась ракетными установками в плечах и на бёдрах, разразившись залпами в упор. Но это едва ли остановило ту от намерения протаранить её всем своим весом. С очередным грохотом броня столкнулась с бронёй. Анита была отброшена назад, но тут же оказалась на ногах, ринувшись обратно к противнице. На этот раз она сама ударила в упор правой рукой, тогда как левая несла на себе обугленные следы от кибернетического оружия. Иоанна поймала её кулак в скрещённые ладони, но тут же с мучительным шипением отвела руку с обожжёнными пальцами. Следом в яростном противоборстве, когда земля начала проседать под ними, более высокая фигура стала сдавать. Имея превосходство в весе, но не энергии, то единственное преимущество обратилось против неё самой, когда искрившаяся нога подвернулась, вынуждая Иоанну припасть на колено. Чем воспользовалась Анита, пробив блок и обрушив кулак на шлем. В свою очередь частично дезориентированная Иоанна не глядя апперкотом едва не выкинула Старк из воронки, заставляя её пошатнуться, но не упасть. Ни понесённый урон костюмов, ни раны на телах не принудили девушек к тому, чтобы остановиться или хотя бы разойтись, чтобы прийти в себя. Ослеплённые гневом и яростью каждая по своей собственной причине, они продолжили драться в образованном кратере, не обращая внимание ни на что вокруг. Однако, каким бы совершенным не представлялась из себя усовершенствованная тяжёлая броня Иоанны, гений Старк её всё равно превосходил. Таким образом исход вскоре стал очевиден. Осталось прояснить выбор, который совершит Анита в отношении собственной сестры.