The beginning of the end

      Это было самое обычное утро, пока двери Большого Зала не распахнулись, и внутрь не вошли несколько авроров в сопровождении встревоженной Минервы Макгонагалл.       — Вы не можете вот так, без предупреждения, врываться в школу, к тому же…       — Можем, госпожа директор, у нас ордер на арест. При всем уважении, я же не указываю вам, как правильно учить детей — перебил ее глава Аврората Гавейн Робардс.       — Позвольте ознакомиться с вашим ордером. В конце концов, можно же избрать более цивилизованные методы, он все еще студент! — сквозь возмущение директора проскальзывали нотки беспомощности.       — Ваш, так называемый, студент совершил тяжкое преступление и отправится за него туда, где ему и место. Убедительно вас прошу не препятствовать, — мужчина протянул ей пергамент с министерской печатью.       Минерва остановилась, вчитываясь в документ. Чем дольше ее беглый взгляд скользил по строкам, тем более обескровленным становился цвет ее лица.       Шокированные ученики забыли, что до этого были увлечены завтраком и обсуждением очередных школьных сплетен. Ту тишину, что воцарилась, нарушал только топот тяжелых аврорских сапог, которые чеканили шаг в сторону слизеринского стола.       Время замедлилось. Словно кто-то ни к месту решил подшутить, наложив не всех аресто моментум. Главный аврор встал напротив Драко Малфоя и, показав ему жетон, начал что-то вполголоса говорить. Едва ли можно было прочесть по губам эти слова, но все вокруг и так понимали, что происходит. Затем, Робардс взмахнул палочкой и кивнул двум своим подчиненным, чтобы они взяли под руки парня. Малфой испуганно смотрел на них, пытался что-то вымолвить, но, очевидно, ему мешало силенцио.       Невольные свидетели этой сцены боялись нарушить тишину и пошевелиться, пока глухое хлопанье крыльев не заставило их отмереть и поднять взгляды вверх. Под потолком, разрезая льющийся из окон свет, кружили совы и хаотично сбрасывали на столы почту. Прямо перед Гермионой в тарелку с хлопьями приземлился свежий выпуск «Ежедневного Пророка». «Драко Малфой – хладнокровный убийца, или любящий сын?       Сегодня ночью представитель древнейшего чистокровного рода, а также самый молодой бывший Пожиратель смерти – Драко Люциус Малфой был замечен в Азкабане в момент совершения нападения. Его отец Люциус Малфой отбывал там наказание за совершенные преступления против маглорожденных, поддерживая режим правления ныне покойного Тома Марволо Реддла. По предварительным данным, вторжение в тюрьму было совершено с целью освобождения вышеупомянутого заключенного. 16 авроров, охранявших Азкабан, были зверски убиты. Местонахождение беглого преступника неизвестно.       Действовал ли Драко Малфой с сообщниками? Как долго разрабатывался план? Ждите новостей в ближайших выпусках. *Волшебник, оповестивший редакцию о готовящемся нападении, пожелал остаться анонимным.» На колдо, «украшающем» первую полосу, лучился безумием взгляд младшего Малфоя, брошенный куда-то в пустоту. Его волосы были спутаны ветром, врывающимся в распахнутые врата тюрьмы. Темные пятна крови на белоснежной рубашке точно ему не принадлежали, как и личность, которой он стал.       Гермиона смяла в дрожащей руке газету, исказив на колдо черты лица, что причинили уже достаточно боли. Остекленевшие карие глаза смотрели в спину, о которую она совсем недавно могла опереться своей, молча считая звезды на Астрономической Башне.       Одному Мерлину известно, что теперь испытывало девичье сердце. Его словно проткнули тысячью раскаленных игл, а затем разорвала на лоскуты свора голодных оборотней. Тревога охватила ее ноги, залила их бетонной тяжестью, мешая сдвинуться с места.       Эта хрупкая девушка чувствовала больше, чем могла осилить. Больше, чем может вынести даже взрослый, полностью здоровый человек. Но она не могла позволить себе сорваться. Не сейчас.       Полсотни студентов, что видели процесс задержания, запомнят этот день, как один из показательных.       Война окончена. Но она продолжается внутри у каждого, кого поцеловала своим мерзким, черным от крови и смога, ртом