Глава 3 "Побочный эффект"

Дмитрий медленно открывал глаза, и окружающий мир постепенно проявлялся перед ним, но всё ещё оставался мутным и неясным. Он чувствовал, как вокруг него всё плывёт, словно он находился в мире, наполненном дымкой. Он попытался сосредоточиться на чём-то конкретном, но даже это казалось очень сложной задачей. Его мысли были рассеянными, а внимание постоянно ускользало. Он пытался сфокусироваться на каком-нибудь предмете, но каждый раз, когда ему казалось, что он уже поймал его в фокус, тот снова расплывался и терял свои очертания. Дмитрий понимал, что ему нужно время, чтобы прийти в себя и адаптироваться к окружающей обстановке. Он знал, что это состояние пройдёт, и он сможет ясно видеть и мыслить. Но пока что он чувствовал себя немного потерянным и дезориентированным. Постепенно его зрение становилось более чётким, и он начал различать предметы вокруг себя. С трудом вставая, Дмитрий почувствовал, как всё вокруг на мгновение закружилось перед глазами. Он опёрся рукой о диван, чтобы не потерять равновесие, и заметил, что лежит на нём. Пока он вставал ощутил неприятное покалывание в локтевом сгибе, похожее на то, которое бывает после укола. Он попытался вспомнить, что произошло, но мысли были рассеянными и неясными. (Кто не знает, из локтевого сгиба берут кровь для анализа, но иногда вкалывают препараты в медицинских целях) Медленно приходя в себя, пытаясь собраться с мыслями, он потянулся к голове, ощущая резкую боль в виска. Постепенно боль ушла на второй план, и он смог сосредоточиться на окружающей обстановке.С трудом поднимаясь на ноги, он начал оглядывать комнату. На столе, который стоял рядом с диваном, виднелась пустая кружка, крошки и стопка бумаг. Мебель была потёртой, но уютной; старый деревянный стол носил на себе следы времени и многочисленных чашек кофе. Свет приглушённо освещал небольшую комнату. На одном из кресел лежало пушистое одеяло, создавая ощущение теплоты и уюта. Дмитрий чувствовал, как постепенно возвращается ясность мысли. Он понимал, что ему нужно разобраться в том, что произошло, и почему он оказался на диване. Но пока что он просто наслаждался моментом спокойствия и пытался прийти в себя после странного пробуждения. В правом углу комнаты стоял автомат с газировкой. Его металлический корпус поблёскивал в тусклом свете, а выцветшие красочные наклейки напоминали о том что когда то здесь кипела жизнь. Несколько пустых банок, оставленных на полу, катились туда-сюда, издавая тихий звон при малейшем движении воздуха. Однако спокойствие было обманчивым. Внезапная мысль о феромонах заставила немного стать менее сосредоточен на анализе обстановки. «Опасные?… ядовитые?…» – эти слова крутятся в голове, вызывая напряжение. Он вспомнил о Марке, который, похоже, тоже подвергся её воздействию. Дмитрий начал анализировать ситуацию, пытаясь понять, что произошло. Он перебирал в голове события последних часов, но ничего необычного не вспомнил. Голова всё ещё была тяжёлой, мысли путались. Примерно через две минуты интенсивной мозговой деятельности он так ни к чему и не пришёл. Не хватало данных, да и общее состояние не располагало к разгадыванию загадок. Дмитрий решил действовать постепенно и шаг за шагом восстанавливать картину произошедшего. Продолжая шагать вперёд, углубляясь в коридор, Дмитрий всё больше осознавал, насколько гнетущей была тишина. Он прислушивался к каждому шороху, но ни один из ожидаемых звуков так и не появился. Рука невольно коснулась стены, ощупывая холодный бетон. Это прикосновение немного успокоило его, дало ощущение реальности происходящего. Он продолжил движение, открывая двери одну за другой. Первая дверь, которую он открыл, вела в гараж. Ничего интересного: инструменты, верстак, ящики. Всё было на своих местах, словно никто не прикасался к ним уже долгое время. Складское помещение на первом этаже стало следующим объектом его исследования. Ящики, стеллажи и прочие предметы стояли на своих местах. Но это место сейчас казалось мёртвым, словно мир забыл о нём. Уединение накрывало его всё сильнее, и он чувствовал странное ощущение — не напряжение или крайнюю сосредоточенность, нет, это было что-то другое. С такими мыслями, он наконец подошёл к лестничному проему и, неопределенно колеблясь, решил, что подвал — это следующее место, которое он обязан исследовать. С каждым шагом вниз его сердце стучало всё громче, смешиваясь с гулким эхом собственных шагов,. Потемки подвала ждали его, словно невидимые глаза, которые могли стать свидетелями того, что он обнаружит в недрах этого забытого месте. Дмитрий замер на месте, переваривая увиденное. Манекены, словно забытые стражи этого места, стояли в тени, вытянув руки в немом призыве. Каждый из них был покрыт пылью, а некоторые даже имели трещины. —Вопрос, "на### здесь манекены, как, зачем, и почему?" Задал сам себе вопрос, одновременно оглядывал подвала Его взгляд зацепила бронированная дверь. Подойдя в плотную, по ту сторону двери Дмитрий почувствовал неимоверное притяжение. Как будто она скрывала что-то. Он прижался к окошку, но темнота внутри оставалась непроницаемой, и каждый его порыв открыть дверь становился всё сильнее. Зачем она здесь? В углу комнаты находилась огромная печь, вот только вопрос зачем тут печь? Не найдя логического ответа он пошел на второй этаж. На втором этаже, атмосферу предыдущего этажа лишь усиливало бледное свечение от лампы. Дмитрий шагнул в складское помещение и увидел те же тёмные углы коробки, что и на первом. Ничего нового. Покинув склад, он направился к другой комнате которая была прямо по коридору, это оказалась жилая комната, где уже чувствовалась другая атмосфера. Тут царила приятная тишина, нарушаемая лишь его шагами. Бытовые приборы, явно в рабочем состоянии (холодильник и микроволновая печь), с чистой раковиной, всякие шкафы и кровать. После подвал, нахождения в этом помещение ощущалось как глоток свежего воздуха. Также две двери, первое у окна, а второе возле холодильника. Первое по-любому вела на балкон, по этому он пошел к второй, это оказалась душевая-санузел. Раковина, душ, санузел были в рабочем состоянии. Он не решил задерживается и пошел на балкон. Выйдя на балкон, он сразу ощутил холодный ноябрьский воздух, в котором смешивались нотки свежести ели и горных вершин. Ветер, играя с его волосами, принося легкий сосновый аромат, которые успокаивали и пробуждали одновременно. Отсюда открывался чудесный вид на окружающие леса и горы. Это место словно приглашало провести здесь время, насладиться природой и отключиться от суеты и эха конфликта из-за которого он тут заперт. Солнечные лучи мягко касались его кожи, а вдали слышался тихий шепот миллионов иголочек. Он закрыл глаза, вдыхая свежий воздух, и почувствовал, как тело наполняется новой энергией. К этому моменту его состояние было в норме. Сравнение с подземельем, где он только что побывал, было ошеломляющим. Здесь, на высоте, заботы и тревоги как будто улетучивались, оставляя только ощущение свободы и легкости. —Почему я этого раньше не заметил?— невольно произнес он. Дима открыл глаза и посмотрел вдаль, где горные вершины и огромные радиотелескопы терялись в облаках. Это место идеально подходило для размышлений. Оно манило к себе, словно приглашало исследовать его тайны. Он почувствовал странное умиротворение, и расслабления. Для него это было довольно необычное ощущение за последние три месяца. На фоне этого он решил ещё раз все обдумать пытаться понять в какую заварушку попал. Дмитрий начал вспоминать детали. Он отчетливо помнил, как и зачем они с Марком пришли сюда, как они штурмовали главную комнату вместе с учёным по имени Кел, который потерял сознание после брошенной светошумовой гранаты. Он вспомнил, как они с Марком дали неиллюзорных звездюлей двум ксеносам. После допроса одной из них, Фелинары, он сумел извлечь от неё некоторую информацию. Когда, благодаря вмешательству Марка, она обрела спокойствие… А что было потом? Дмитрий задал себе этот вопрос, но воспоминания были размыты и блеклы, лишь фрагменты проблескивали на фоне более ярких событий. Дмитрий напряг память как мог, но всё равно ничего не вспомнил и решил вернуться в главную комнату. Пока он шел, его сознание потихоньку начал испытывал тревогу из-за потери контроля над ситуацией. Но его разум старался отбрасывать такие мысля. Подойдя к двери в главную комнату он, внезапно остановился, словно наткнувшись на невидимую преграду. Его сознание пронзила одна важная деталь — ариралы, те существа, с которыми он столкнулись, обладали броней с функцией невидимости и которая была пуленепробиваема, правдо это их все равно не спасло. Это воспоминание словно электрошоком пронзило его сознание. Дмитрий ощутил прилив адреналина. Войдя в главную комнату, он быстро огляделся. Ничто не изменилось со временем их последнего визита, но теперь он смотрел на пространство иначе, зная, что оно может скрывать больше, чем видно на первый взгляд. Его собственные шаги отдавались гулким эхом, и он отгонял от себя мысли о том, что, возможно, кто-то невидимый следит за ним в эту минуту. Его интуиция подсказывала что он что-то упустил в гараже, по этому не медля двинул. Чутли не с двух ног врываясь в гараж, он приступил к более тщательному изучению. Он знал, что наличие невидимых существ поблизости требовало предосторожности и уверенности в своих действиях. Внимание его зацепилось за старый ящик в углу. На первый взгляд, казалось, что он пуст, но его натренированный взгляд быстро заметил нечто металлическое, сверкнувшее в узком луче света, . Это оказалась монтировка, осматривая монтировку и обдумывал свои дальнейшие действия. Хотя она выглядела старой и покрытой ржавчиной, это было лучше, чем ничего. Он осторожно взял её в руки и почувствовал вес металла, представляя, как это может пригодиться в непредвиденных обстоятельствах. Хотя он надеялся что она ему не пригодится. Только надежды его на то, что она не понадобится, оказались тщетными — звук мотора настойчиво приближался к гаражу. Сердце заколотилось сильнее, предвещая необходимость тактически отступить. Бегло осмотревшись, он рывком пересек коридор, прикрыв за собой дверь. Сжав лом покрепче, он беззвучно занял позицию у входа в гараж, готовясь дать отпор незваному гостю. Вначале звук мотора стал приглушённым, а затем и вовсе стих, уступив место шагам. Кто-то уже был в гараже. Затаив дыхание, он вслушивался, пытаясь определить количество присутствующих. По его подсчетам, их было двое. За стеной раздался скрежет открывшейся двери, та как на зло оказалась входной. Он быстро спустился в подвал, мрак в этом помещении был уже на его стороне, Притаившись за двумя ящиками которые стояли друг на друге, он был готов в любой момент нанести удар. Шаги приближался всё ближе, звук их отдавался эхом в подвале, заполнив пустоту тревожными ритмами. Он сосредоточился, гнал прочь страх, чтобы разум остался ясным. Стратегия, акцент на осторожности — вот что могло его спасти в этот момент. Из мрака послышалось шептание, вкрадчивое и напряженное. Он прислушался и сумел уловить несколько фраз — незваные искали его, и что он не в себе. Их напряженные голоса выдавали неизвестность происходящего, разобрать кто это был было сложно из-за эхо и что сами переговоры были ели слышны. Один из них вдруг замер, словно учуяв что-то неладное, и безмолвие повисло в воздухе, как густая паутина. Рука, сжимающая монтировку, покрылась потом. Его интуиция говорила, что враг знает, где он находится. Он видел, как силуэт одного из них замер в проеме дверного прохода. Не тратя ни секунды, он метнулся вперёд, используя элемент неожиданности. И поэтому он решил действовать. Удар монтировки прошёл в пустоту: противник увернулся, и он понял, что это Марк. Дмитрий замешкался, и, пока он был в замешательстве, Марк выбил из его рук монтировку. Дмитрий отскочил назад, осознавая, что теперь он безоружен. Сердце бешено колотилось, а разум переваривал информацию. Марк сделал шаг вперёд. — Дима, что творишь, ты балбес? Я свой! — сказал Марк, поднимая руки в примиряющем жесте. Дмитрий ещё пару мгновений смотрел на давнего друга, наконец, он решился заговорить. —Мрак, какого хрена!? — сказал он, тяжело дыша. — — Я знаю. Ты был в отключке полтора дня, Дима, и мы решили тебя не трогать. — Кто это "мы"? — наконец вымолвил Дмитрий, взглянув на товарища с ростом недоумения, заполняемым растерянностью. — Это доктор Кел и двое представителей инопланетной расы, — ответил Марк, слегка улыбнувшись. — Фелинар и Ная. Ты сам предложил сотрудничество. — Какое сотрудничество? — переспросил Дмитрий, стараясь собрать мысли в кучу. — Я не понимаю, о чём ты говоришь. Я это не говорил! — Дим, ты серьёзно? — Он провёл рукой по волосам, стараясь осмыслить новое развитие событий. — Марк, обеспокоенный состоянием Дмитрия, не прекращал попыток привести его в чувство, но результат его стараний оставался неутешительным. Тем временем Фелинар, подслушивала разговор, была в недоумении, как новый препарат, которая она создала для защиты от их ядовитых веществ, вызвал у Дмитрия столь необычную реакцию. У Марка и Кела, которые также получили эту вакцину, наблюдались лишь незначительные побочные эффекты в виде легкого помутнения зрения, что они быстро преодолели. Однако Дмитрия проявилось частичная амнезия, представляла собой куда более сложный случай. (Частичная амнезия — это не вся потеря воспоминаний, память сохраняет обрывки событий с нарушением временно-пространственных характеристик, смутные образы) Пока Дмитрий был в отключке, Марк решил воспользоваться этой возможностью, чтобы рассказать о характере своего друг. Дмитрий был человеком, который предпочитал держать свои чувства под контролем. Он редко проявлял свои эмоции и старался сохранять хладнокровие в любой ситуации. Однако за этой маской хладнокровия скрывались глубокие переживания и мысли. Марк также упомянул о том, что Дмитрию иногда трудно общаться с другими людьми. Нельзя сказать, что у него были серьёзные проблемы в общении, но из-за своей замкнутости он иногда испытывал трудности в установлении контактов. (Короче Марк как мог использовал навык юриста чтобы оправдать огонь на поражении и допрос :) ) — Дима, подожди! — воскликнул Марк, когда Дима, собрав всю свою волю, рванулся в его сторону, стремясь вырвать монтировку — У меня нет оснований им верить! — настаивал Дмитрий, его глаза сверкали от тревоги. — Я не хочу, чтобы меня резали или ещё что-то! Фелинар поняла, что ситуация может выйти из-под контроля, и решила вмешаться. Она мягко вышла и, настороженно подойдя к Дмитрию и Марку, сказала: — Дмитрий, послушай меня. Я понимаю твоё недоверие, но уверяю, что я не желаю тебе зла. Но мы здесь, чтобы помочь, а не навредить. — Я не дамся вам живым! — У него в голове бушевали образы, смутные воспоминания, которые он не мог уловить. Он чувствовал, что теряет себя. Марк понимал, что ситуация стала критической и что Дмитрий, в своём нынешнем состоянии, мог навредить себе. Он неохотно пошёл на крайние меры, чтобы обезопасить друга от ещё больших потрясений. Удар в висок вышиб у Дмитрия последний остаток сознания, и он бессильно опустился на пол. Марк склонился над ним, прислушиваясь к его дыханию. К счастью, тот дышал ровно, давая надежду, что через некоторое время он придёт в себя. Марк поднялся с пола, окинув броском взгляд на Фелинар. В его голосе было больше отчаяния, чем он хотел показать. — И что теперь? Что нам с ним делать? — спросил он, широко размахивая руками, как если бы искал ответы в воздухе. Фелинар, сохраняя спокойствие, шагнула ближе к Дмитрию и спокойно ответила: — Мы должны провести повторное обследование. Возможно, это поможет ему вспомнить, а нам — разобраться, в чём дело. Но мы должны быть осторожны. Ему нужно дать время на восстановление. Марк кивнул, хотя в его взгляде оставалась тень сомнения. — Хорошо, тогда приступим. Надеюсь, на этот раз всё будет проще, — сказал он, слегка успокаиваясь, но всё ещё беспокоясь за состояние друга. — Мы вместе, Марк. И мы сделаем всё, что в наших силах. Главное — не терять надежды. Доктор Кел и Ная подошли к группе, собравшейся вокруг Дмитрия. Они выглядели обеспокоенными и готовыми помочь. — Что случилось? — спросил доктор Кел, глядя на Марка и Фелинар. Фелинар кратко объяснила ситуацию, подчеркнув необходимость повторного обследования. Прошло несколько часов, и обследование наконец закончилось. Фелинар и Наи сидели за столом, перебирая анализы и результаты, в то время как Марк нетерпеливо ходил взад-вперёд по комнате. Он пытался сосредоточиться, но тревожные мысли о судьбе Дмитрия не отпускали его. Фелинар первой нарушила молчание, поднимая голову от бумаг. — Вакцина от наших ядов, похоже, действительно сработала, — начала она, с нажимом выделяя каждое слово. — Но вот почему она также затронула его нервную систему, остаётся для нас загадкой. Марк остановился, переваривая услышанное. В его глазах мелькнула надежда, но тут же угасла под тяжестью нового открытия. — Значит, вы хотите сказать, что теперь всё зависит только от времени и его собственных сил? — спросил он, стараясь удержаться от ноток паники в голосе. Наи, присоединившись к разговору, кивнула, добавляя: — Да, однако есть вероятность, что мы можем исправить это. Здесь нужно терпение и осторожность. Если повезёт, восстановление нервной системы поможет ему не только прийти в себя, но и вернуть утраченные воспоминания. Фелинар одобрительно посмотрела на Наи и продолжила: — Я начну с лёгкой стимуляции через несколько дней, как только он достаточно восстановится. Мы будем действовать осторожно, чтобы не усугубить ситуацию. Марк устало вздохнул, но на лице его мелькнула слабая улыбка благодарности. — Спасибо вам, — сказал он тихо. — Я верю, что вместе мы справимся. Марк вспомнил, что гипоталамус Дмитрия был повреждён, и решил выяснить, могло ли это повлиять на действие их вакцины. Обеспокоенный этой мыслью, он остановился перед Фелинар и Наи, которые продолжали изучать результаты обследования. — Я тут вспомнил одну деталь, — начал Марк, стараясь говорить четко, чтобы не упустить важное. — Гипоталамус Дмитрия. Он был повреждён ещё до вакцинации. Может ли это как-то повлиять на то, как его организм воспринял вакцину? Фелинар задумчиво посмотрела на Марка, затем обменялась взглядами с Наи, как будто мысленно обсуждая услышанное. — Ты прав, это может иметь значение, — согласилась Наи. — Гипоталамус играет ключевую роль в функции нервной системы и гормональной регуляции. Повреждение могло сделать его более восприимчивым к нашим компонентам. Фелинар кивнула, добавляя: — Это также может объяснить непредсказуемую реакцию. Но, как я уже упоминала, полное восстановление нервной системы может занять два дня. Мы вынуждены подождать, потому что сейчас не можем ускорить естественные процессы организма без риска осложнений. Марк кивнул, приняв объяснение. На душе стало немного легче: пусть и медленно, но Дмитрий идет на поправку, и на горизонте появилась слабая, но столь необходимая надежда. — Понял. Ожидание сложно, но если это лучший путь, мы будем ждать столько, сколько нужно, — сказал он, стараясь сохранять спокойствие и поддерживать уверенность в глазах Фелинар и Наи. — Спасибо за то, что не оставляете его одного. Фелинар улыбнулась в ответ, чувствуя уверенность в том, что они всё делают правильно: — Мы все здесь в одной лодке. Марк обдумывал все услышанное, и в его голове медленно созревало решение. Он понимал, что оставаться на месте в ожидании восстановления Дмитрия важно, но также знал, что время не стоит на месте и ресурсы не безграничны. — Нужно пополнить запасы, — сказал он, вставая. — У меня в схроне есть еще немного медикаментов и боеприпасов. Думаю, пока Дмитрий восстанавливается, я успею сбегать туда и вернусь. Наи с чуть заметной тревогой в голосе спросила: — Ты уверен, что хочешь идти один? Это рискованно. Марк качнул головой, выражая решительность. — Я знаю, что это не без риска, но в одиночку я двигаюсь быстрее. Если вдруг что-то пойдет не так, вы сможете справиться и без меня до моего возвращения. Фелинар, внимательно смотревшая на него, уклонилась: — Хорошо, но будь осторожен. Ситуация вокруг непредсказуема, и нам нужна вся наша команда в целости и сохранности. Марк благодарно улыбнулся, ощущая поддержку своих товарищей: — Обещаю быть осторожным. Я быстро туда и обратно. Не волнуйтесь. С этими словами Марк направился к выходу, на ходу проверяя снаряжение и не позволяя себе думать о возможных опасностях. Впереди его ждал путь к схрону, и он твердо знал, что вернется с необходимыми ресурсами, чтобы помочь Дмитрию и всей команде. Надежда была их маяком, и Марк был готов следовать за ее светом сквозь любые трудности.