Глава 5 "Причуды и их тест"

"Так, когда ты собирался сказать мне, что мы будем учиться в одном классе? - спросила Мина, прислонившись ко мне, когда мы сидели в парке и смотрели на заходящее солнце. Может быть, мы и отправимся в караоке через некоторое время, но мы ходили туда уже два раза, и было приятно просто сидеть вот так после дня, проведенного в прогулке по городу. Я пожал плечам: "Я и не собирался, это было не так уж важно." Она посмотрела на меня, и недоверие было написано на ее лице. "Это действительно не важно. Я хотел поступить, я поступил. Вот и все. Тот факт, что я буду учиться в том же классе, что и ты, - это просто бонус." Она отвела взгляд, хотя и прижалась ко мне немного сильнее. "Кто вообще говорит такие вещи своей девушке?", - спросила она проворчав. "Я говорю. Это очевидно." "Хорошо", - согласилась она. "Но кто говорит так и именно это имеет в виду?" "Очевидно, то же я." Она ненадолго замолчала, а потом сказала. "Ты же знаешь, что ты, типа, совершенно странный, да?" О, ты понятия не имеешь насколько, не мог не подумать я, после чего спросил ее: "Странный хорошо или странный плохо?“ Мина сжала мою руку: На что мне оставалось только рассмеяться. Через некоторое время, когда мы мирно посидели, я попытался объяснить, насколько мог: "Мой отец не был самым выразительным из людей. В его разговоре всегда было много подразумеваемых значений, и все такое, но когда я был моложе, это проходило мимо меня или я просто не знал достаточно, чтобы понять, что он действительно имел в виду. К примеру, когда он говорил, что я что-то сделал “сносно”, он подразумевал, что это было хорошо, но что я должен продолжать улучшать свой результат, но я только слышал, что то, что я сделал даже не дотягивает до отметки хорошо." "И...? - спросила девушка, которая можно сказать полулежала в моих объятиях. "Так что, если я чувствую себя определенным образом, я так и скажу. Не какую-то глупую чушь типа ”Ну, это просто мои чувства, я честен, но не буду тебе о них говорить так как ты расстроишься." Нужно просто подумать о том, что самое худшее может случиться, если ты расскажешь, и, если ты готов к этим последствиям, то нужно сказать это." - сказал я. Она обдумала это. "А если я скажу, что ты мне не нравишься в романтическом смысле", - уточнила она. Я пожал плечами: "Тогда лучше быть друзьями, и радоваться этому, и не иметь никаких ожиданий типа, что “любовь расцветет со временем" или что-то в этом роде. Я отлично проводил время с тобой, пока не сказал, что ты мне нравишься и если это было бы все, что было бы между нами, то это тоже было бы круто. То есть...", - я слегка покраснел, "...я рад, что я тебе нравлюсь, как и ты мне, но я бы не стал бы пытаться навязывать то, чего нет. Это дерьмо, называемое "супердруг" меня бесит. "Супердруг?" - эхом отозвалась она. "Да, когда парень или девушка, хотя обычно парень, пытается "просто быть друзьями (для примера пусть будет так)", потому что когда девушка говорит, что ей это не интересно, они все равно не ведут себя как друзья", - подчеркнул я. "Друзья веселятся вместе, они помогают друг другу, но в такой ситуации все по другому: парень, которому отказали, прыгнет за борт, пытаясь произвести впечатление на девушку, просто чтобы ей понравиться, пытаясь “купить" ее привязанность, даже если он этого не осознает. И тогда девушка, которая отвергла, обычно начинает просто использовать такого друга, болтая возможностью ее взаимности, как морковкой на палочке, говоря себе, что она никогда не говорила, что если парень, которому она отказала, сделает для нее достаточно, то он ей понравятся, так что все в порядке”. "Тебя кто-то так водил за нос? - спросила Мина, с сочувствием, но и с улыбкой на лице. "... Да", - вздохнул я. "Но все равно, я иду вперед, честно и без сожалений." "Никаких сожалений", - согласилась она, и мы снова погрузились в уютное молчание. Когда в парке уже стало темнеть она спросила: "Ну так что, ты тренировался?" "Конечно", - улыбнулся я. " Единственная причина, по которой я сейчас не тренируюсь, это то, что я здесь, с тобой. Это мне помогает усерднее тренироваться, так как я знаю, что после всех этих тренировок я могу расслабиться и повеселиться. Определенно хорошая кульминация моей недели”. Она рассмеялась, откинувшись назад, чтобы посмотреть на меня, при этом весело брыкая ногами. "О боже, если ты станешь еще слаще, то у меня будет кариес! Я склонил голову набок, размышляя. "Я мог бы быть и грубым манчкином. Ты мне не нравишься или что-то в этом роде, бака", - выплюнул я, нахмурившись, стараясь выглядеть как Бакуго. Мина хихикнула, и я улыбнулся. "Но это кажется таким утомительным. Зачем себя так вести и тратить лишние нервы? Тьфу.” "Я могла бы помочь тебе снять нервное напряжение", - предложила она с непристойной улыбкой. Глядя на нее сверху вниз, я серьезно спросил: "Ты действительно хочешь, чтобы я был таким?" "О боже, нет", - быстро возразила она. "Ты мне нравишься такой, какой ты есть", - подчеркнула она, быстро оглянувшись, чтобы убедиться, что никто не смотрит в нашу сторону, прежде чем выгнуться, чтобы поцеловать меня. "Итак", - спросила она, отстраняясь. "Какие тренировки ты проводишь?" "На выносливость, мастерство и просто экспериментирую", - ответил я. "Во время тренировок на выносливость я просто пытаюсь увеличить мой предел. У меня есть аккумулятор большой емкости, который сделал папа, и я тяну из него заряд и возвращаю обратно, чтобы мое тело привыкло работать со все большей и большей энергией. Это больно, но это уже окупается”. "Ты делаешь себе больно?" - спросила она обеспокоенно. Я покачал головой: "Я не травмирую себя, а просто расширяю свои возможности. Например, ты можешь сделать кислоту, есть ли верхний предел того, насколько сильной ты можешь ее сделать?” "При ее высокой концентрации я начинаю обжигать себя", - призналась она. "Не так сильно, как это разъедает другие вещи, но это все равно больно." Вспоминая ее обучение в Летнем лагере, это имело смысл. "Значит, ты устойчива к воздействию своей кислоты, а не невосприимчива. С учетом того, как работают причуды, тебе нужно выбрать место где ты создашь самую сильную кислоту, и начать создавать такую кислоту, которая достаточно сильна, чтобы доставить дискомфорт, но не достаточно, чтобы навредить тебе. Это может дать сопротивление всему телу или только в выбранной области, но это должно позволить тебе увеличить твой потенциальный урон”. Она удивленно посмотрела на меня, моргнув, затем повернулась и прислонилась ко мне, крепко сжимая мою руку. "Неудивительно, что ты занял первое место на экзаменах." Я рассмеялся, качая головой. "Я занял первое место, потому что я в хорошей форме, и у меня причуда, которая отлично подходит для уничтожения роботов, и я хорошо справился с той частью экзамена, о которой нам не говорили. Я собираюсь продолжать быть первым, потому что я задаю вопросы и пробую новые вещи вместо того, чтобы почивать на лаврах”. "Почивать на лаврах..." - эхом отозвалась она, не понимая идиомы. "Я не собираюсь останавливаться на достигнутом", - перевел я. Она кивнула, явно напряженно размышляя. "Я тоже хочу тренироваться!" - заявила она. "Хм, тебя никто не останавливает, Пинки", - заметил я. "Я хочу тренироваться с тобой, придурок", - проворчала она. Я пожал плечами: "Хорошо." "И это все? Просто хорошо?" - недоверчиво спросила она. "Да", - согласился я, подумав. "Ты ведь умеешь стрелять кислотой? Я скорее почувствовал, чем увидел ее кивок. "Это ньютоновский процесс? "Какое отношение кислота имеет к американскому печенью?" - спросила она. " ... Я тебе говорю не про марку печений Фиг Ньютонс, а про ньютоновскую физику. Каждому действию есть равное и противоположное противодействие, и все такое", - объяснил я. "Ничего сложного." "Угу", - ответила она, явно не соглашаясь со мной. Я вздохнул: "Это действительно так. Я не прошу тебя вычислять различные переменные типа массы, силы трения и другие подобные вещи, а просто основную суть. Ладно, причуды странные. Иногда они работают так, как мы думаем, например, Старатель может использовать свой огонь, чтобы летать, но в других случаях при их использовании происходит какая-то физическая херня”. "Физическая херня?" - спросила она, смеясь. "Это технический термин", - напыщенно заверил я ее, вызвав новый приступ смеха. “Когда я стреляю молнией, она как бы следует законам физики, так как нет отдачи, как из пушки, только поток электричества, но оно мгновенно не заземляется в землю, как должно вести себя порядочное электричество”. Это был хороший аргумент в пользу того, что я все-таки контролирую электричество вышедшее из моего тела, подумал я, мне просто нужно выяснить, как я это делаю. "Есть корейский герой, Человек-Молния, у которого есть отдача от электричества и он использует ее, чтобы летать, как Старатель. "Человек-молния?" - повторила она, смеясь. "Эй, герой номер один - это парень с запредельной физической силой, называемый... Всемогущий, парень, у которого есть крылья, называется Ястребом, а еще есть Лучший Джинсист", - сказал я. "И наши имена не лучше. Мои родители буквально назвали меня ”Электрический гром", или вы собираетесь спорить с этим, мисс "Кислота"? Она кивнула смеясь. "Хорошо, наши имена вроде как в точку. Ладно расскажу, моя кислота не отталкивает меня назад, но я могу сделать так чтобы она летела дальше!” Я хотел бы, чтобы она получила больше экранного времени в аниме, Мина была действительно забавной, и не такой глупой, как было показано в нем. "Хорошо, у этого есть потенциал. Ты можешь контролировать свою кислоту?” "Нет", - немедленно ответила она, прежде чем остановиться и подумать. "Да? Может быть да! Когда я скольжу на своей кислоте, я на самом деле не выделяю ее достаточно, чтобы двигаться так быстро, как я двигаюсь, хотя для меня это похоже на катание на коньках, но если подумать, это не имеет никакого смысла. Я никогда не думала об этом, как вообще это может быть? "Итак, у нас есть кое-что, что мы можем проверить", - усмехнулся я. "А куда ты обычно ходишь, чтобы проверить свою Причуду? "В ванную", - небрежно ответила она, застывая, и ее руки взлетели, чтобы прикрыть рот. Я подумал об этом. "Хммм, это имеет смысл. Поверхности закалены и кислота с них легко смывается. Я вроде как проходил мимо отеля, на котором висела реклама в которой говорилось о том, что у них есть номера с увеличенной ванной комнатой. Цены почасовые, так что мы могли бы снять номер на час или два и поработать над этим... "Как насчет пикника? - выпалила она, застыв, как доска. "Мы могли бы пойти и поработать над этим на природе. Это будет стоить меньше, и мы будем только вдвоем! Я пожал плечами: "Это тоже сработает. Даже лучше, так как я тоже смогу тренироваться. Вода и электричество не являются хорошим сочетанием, и хотя я не буду ударить электричеством себя, других то я вполне могу. Ты свободна в понедельник?" "Да!" - быстро согласилась она, прежде чем вздохнуть, расслабляясь. "Извини, просто..." - она замолчала, и я попытался сообразить, что могло вызвать такое ее поведение. Воспоминания Денки дали ответ. "Я не предлагал использовать номер по прямому назначению", - заверил я ее, "как бы это ни было мило. Просто это будет ближе, и, ну, проще, чем идти в любой из наших домов и пытаться объяснить, что мы делаем нашим родителям." Она фыркнула: "Эй, мама, это парень, с которым я тусуюсь. Мы просто пойдем в ванную и поработаем над моей причудой", - насмешливо сказала она. "Да, той, которая может растворить одежду. Спасибо!’ Да, принести сменную одежду было бы хорошо”. "Было бы забавно посмотреть на это", - поддразнил я, и она обернулась, чтобы одарить меня безразличным взглядом. "Эй, моя мама просто бросила бы в нас презервативы“. "Боже, почему-то это кажется еще хуже", - простонала она, краснея. "Значит, послезавтра пикник на природе?" "Заметано." ​ "Денки!" - раздался знакомый голос, и заглянув за угол забора, окружающего кампус Юэй, я увидел бегущую Мину. Подбежав ко мне она прыгнула на меня, и я поймал ее в воздухе, закружив в объятиях. "Я тоже рад тебя видеть, Пинки", - улыбнулся я, крепче сжимая ее, чтобы поднять рюкзак и направиться к воротам. "Отпусти меня", - потребовала она, хотя ее улыбка стала шире. "Если вы настаиваете, миледи", - сказал я закатив глаза. "Во правильное обращение", - насмешливо пригрозила она, прежде чем рассмеяться." О боже, я не могу поверить, что мы на самом деле здесь! Это не кажется реальным!” "За этими воротами новая жизнь", - сказал я, проходя с ней через ворота. Это был огромный кампус, и я почувствовал, что иду в дом гигантов. И в некотором смысле, так оно и было. Мы нашли наш класс достаточно легко, и открыв его дверь обнаружили, что где-то половина наших одноклассников уже прибыла. Взглянув на столы и сосчитав их, чтобы найти наши места, я понял, что мы будем сидеть рядом друг с другом, и когда я посмотрел на Мину, я понял, что она это уже поняла и от этого радостно улыбалась. Минета сидел за своим столом у окна и махал мне рукой, в то время как остальные либо просто ждали, либо разговаривали с теми, кто был рядом. Бросив сумку на стол, я направилась к нему, Мина села и представилась Асуи. "Эй, малыш, рад видеть, что ты тоже поступил!" - поздоровался я, взглянув на Момо, которая сидела позади него, настороженно глядя на меня. "У меня не было возможности поблагодарить тебя за то, что ты спас меня на экзамене. Если бы ты этого не сделал, я бы даже не знаю, как бы я приземлился. Я видел, что ты истекал кровью, ты в порядке?" Он моргнул, по-видимому, не привыкший к похвале, а девушка позади него казалась такой же удивленной, внимательно глядя на крошечного извращенца. "Ничего страшного", - отмахнулся он. " Когда я злоупотребляю своей Причудой, моя голова кровоточит. И ты убил одного из больших роботов. Это было потрясающе!” Я пожал плечами: "Главное мы в одном классе, и это круто“. "Я знаю, и цыпочки в нашем классе такие горячие! - насмешливо прошептал он, слегка пуская слюни. "И ты вошел с розовой? Ты видел ее сиськи?" Иииииииииии Момо снова посмотрела на меня. "Чувак", - вздохнул я, "я хочу тебе сказать три вещи." Первое - если ты думаешь, что ты деликатен или учтив, то на самом деле ты ооочень сильно заблуждаешься. Действуй помягче. Второе - я дружу с Миной, так ее зовут. Мы тусовались вместе после экзамена. Третье - цыпочки - это нечто большее, чем просто наличие соответствующих частей тела. Как я уже говорил в автобусе, красота требует времени, усилий и мастерства. Вот для примера возьмем ее. Я указал на Момо, чьи глаза расширились и были словно у оленя в свете фар. "Эээээ?" - пролепетала она, не зная, что сказать, когда мы оба повернулись к ней. "Посмотри на эти волосы", - заявил я, махнув на плюмаж, который поднимался из-за ее головы, и на единственную длинную челку, обрамлявшую левую сторону ее лица. "Мало того, что она, очевидно, хорошо заботится об этом, но я буквально никогда не видел эту прическу раньше. Это не "Я не могу справиться с этим" хвостом, было потрачено много времени и проявлено не мало творчества и мастерства, чтобы выглядеть так хорошо и так естественно. Верно?" - спросил я девушку. "Это просто то, что я придумала", - возразила она, слегка покраснев. "Это действительно выглядит так впечатляюще?" "Да", - подтвердил я. "Но где же мои манеры. Денки Каминари, приятно познакомиться", - поздоровался я, протягивая руку. "Момо Яойорозу", - ответила она, собираясь с изяществом пожать мою руку, но на полпути передумала и крепко сжала ее. "Молния в твоих волосах тоже впечатляет, перекрасить их так, должно быть, очень тяжело." - сказала она. Пожав ей руку, я отпустил ее, улыбаясь: "К лучшему или худшему это просто из-за моей причуды. Повернувшись к Минете, я продолжил: "Мы так и не узнали имена друг друга на экзамене, как тебя зовут? "Минору Минета!" - объявил он. "Не могу поверить, что ты занял первое место!" Я пожал плечами: “И что с того? Это был экзамен, для которого моя причуда идеально подошла, поэтому я хорошо справился. И, черт возьми, я слышал, что есть четыре студента, которые поступили по рекомендации, так что я, возможно, даже не лучший в этом году, так как они просто не проходили экзамен. Все, что имеет значение, так это то, что я поступил. Дверь с треском распахнулась, и внутрь протопал очень раздраженный парень. "Кто из вас говнарей, Денки Каминари?!" - спросил он. Краем глаза я заметил, что Минета указывает на меня. Спасибо добрый человек. Невысокий, светловолосый и сердитый топал ко мне, пока я просто ждал. Он потянулся, чтобы схватить меня за рубашку, но я отбросил его руки, что заставило его стиснуть зубы и свирепо посмотреть на меня. "Так ты думаешь, что ты, блять, лучше меня!? Только потому, что у тебя есть какие-то глупые очки жалости, да ублюдок!?” "Я понятия не имею, кто ты злобное чудовище", - солгал я ровным тоном и немного смущенно, что, казалось, еще больше разозлило его. "Я Бакуго, и я собираюсь занять гребаное первое место, красавчик, так что тебе лучше следить за своей задницей!" - выплюнул он, начиная успокаиваться, его заявление заставило Мину начать хихикать, злобное выражение снова появилось на его лице, когда он повернулся к ней и крикнул: "Перестань смеяться!" Протопав к своему месту, он отодвинул стул, сел, положив ноги на стол, и быстро начал притворяться, что его ничего не волнует. "Как грубо", - пробормотала Момо, а Минета добавил: "Да, очень грубо." "ЗНАЕТЕ, я ВАС СЛЫШУ! - крикнул парень, прежде чем снова притвориться, что нас не существует. "Думаю мне пора занять свое место, пока учитель не пришел, - сказал я Момо и Минете. "Приятно было познакомиться." "И мне тоже", - серьезно кивнула Момо, Минета повторил движение с половинной интенсивностью. Вернувшись, я сел, и Мина сразу наклонилась ко мне и прошептала: “Я иду за твоей задницей, и ты мне не нравишься или что-то в этом роде, бака!” Я показательно съежился, стараясь не рассмеяться, шепча в ответ: "От тебя это мило, но я натурал, и мне не нужен этот мысленный образ, большое тебе спасибо”. Мина откинулась на спинку стула и громко рассмеялась, хотя, к счастью, не сказала Асуи, что в этом смешного, иначе я никогда больше не смогу посмотреть в глаза создателю взрывов. ​ Остальные ученики тоже пришли, прибытие Изуку прошло стандартно, как и появление нашего учителя, мистера Аизавы, который мог "стереть", на самом деле просто временно отключить, немутационные причуды с помощью своего взгляда. Он даже не представился, просто бросил нам нашу спортивную форму и сказал, чтобы мы переоделись и встретились с ним снаружи. Когда он объявил тест по оценке причуд, остальные повторили его слова с недоверием, причем почти идеальным хором, Мина бросила на меня пытливый взгляд из-за то, что я предупредил ее об этом, но что я лишь пожал плечами. К счастью, наш учитель стоял к нам спиной, поэтому он не заметил, что я нисколько не удивился. Потом Бакуго решил побравировать своей причудой, и единственное отличие от того, что происходило в аниме, было упоминание Бакуго о том, что он на экзамене набрал больше всего очков противодействия злодеям, и я понимал почему. Взрывная способность мальчика ярко демонстрировала разницу, между сильной атакующей причудой, и той, что заключалась в производстве электричества и сердитый подросток бросил на меня взгляд превосходства, прежде чем сказать это. Затем последовали предсказуемые комментарии класса на счет теста "Это кажется таким забавным!" На которые Айзава жестко ответил "Это не игра!" Это была просто подростковая психология, и я признаю, что учитель Айзава хорош, судя по его реакции. Черт возьми, с его заявлением о том, что тот, кто наберет самый низкий балл, будет исключен, даже его "пусть начнутся игры" звучало скорее насмешливо, чем весело, наоборот увеличив напряжение охватившее всех. Первым был забег на пятьдесят метров, а вместе с ним и первый кусочек моего обучения, которое начало окупаться. В паре с высоким парнем с множеством рук, я сосредоточился на своих ногах, чувствуя, как они превращаются в электрические дуги. Когда прозвучал выстрел из стартового пистолета, я рванул вперед на быстро удлиняющихся усиках сплошных желтых молний. Мое передвижение вперед было очень неустойчивым, но я двигал ногами-молниями, передвигаясь десятиметровыми шагами, причем мое ускорение только росло, чего на самом деле мне было совсем не нужно. Один, два шага я сделал без проблем, после чего почувствовал знакомый укол боли. Третий шаг уже был тяжелее, а на четвертом я понял, что теряю контроль, и прыгнул с максимальным ускорением прямо перед тем, как мои ноги с треском превратились в нормальные ноги, иииииии мой прыжок не дотянул до финиша. Но я не зря тренировался в течении последних нескольких недель, так что я приземлился на свои руки тем самым давая ногам время вернуться в обычную форму, после чего используя инерцию я оттолкнулся руками от земли и приземлился уже на ноги продолжив свой бег. Когда я пересек финишную черту, робот радостно объявил: "Четыре целых две десятых секунды!", и вскоре финишировал чувак с множество рук продемонстрировав результат в шесть целых четыре десятых секунды. Мина была следующей и она заняла стартовую позицию с сосредоточенным выражением лица, выделяя слабую кислоту из рук и ног, с ней в паре был Бакуго. Когда прозвучал выстрел стартового пистолета Бакуго с помощью своих взрывов, подпрыгнул в воздух, начав двигаться вперед с большой скоростью, и пока все глаза были устремлены на него, я смотрел на Мину. Мы узнали, что она действительно контролировала свою кислоту, но только когда она соприкасалась с ее телом, причем повторное прикосновение к ней контроль не восстанавливало. Или, по крайней мере, так было пока. Ранее, когда она скользила на своей кислоте она иногда неосознанно поднимала ноги словно она была на коньках, но теперь она внимательно следила за тем чтобы этого не делать. Перед стартом она даже прижала руки к ногам, что бы выделить побольше кислоты для начального рывка. Ранее мы столкнулись с проблемой, когда выяснение того, что она может контролировать свое скольжение, испортило ее естественный контроль, так как ее Причуда с трудом переключилась с инстинктивного управления на ручной, но через пару часов она смогла справиться с этим. Количество кислоты, которое она могла контролировать сразу, было ограничено, но у меня было чувство, что оно будет расти. Это означало, что вместо того, чтобы набирать скорость постепенно, как она обычно делала, когда "каталась на коньках", она сразу начала двигаться с максимальной для нее скорости, причем став еще быстрее. У нее все еще было ограничение скорости, так как у ее скорости создания новой кислоты и перемещения по уже созданной был свой предел, но этого было более чем достаточно, чтобы она опередила мое время, пройдя дистанцию за за три целых семь десятых секунды. Когда измеряли силу хвата у Мины он оказался на среднем уровне группы, а у меня ближе к вершине результатов группы. Прыжок в длину заставил меня использовать тот же трюк, что и при беге, в то время, как Мина попыталась запустить себя на струе кислоты. Это ей не сильно помогло, но все же у нее получилась лучше, чем она сделала бы без нее. Повторяющиеся боковые шаги были тем, где сиял Минета, а Мина отстала от него совсем не на много, при этом опередив Бакуго. А я выступил неплохо, но и не сказать чтобы шибко хорошо с нетерпением ждал броска меча. Очако сделала свой мяч невесомым, заставляя его продолжать двигаться, пока он не покинет атмосферу, что, если учесть, что она могла делать это с людьми, было чертовски страшно, и это было тем, из-за чего я решил придумать какой-то навык движения в воздухе, просто на всякий случай. Бакуго сделал свой взрывной бросок, а потом началась драма с Изуку, потому что, он главный герой, и все должно быть пафосно и драматично. Так, что он запустил мяч использовав свою причуду, при этом сильно повредив руку. Мина закрутила мяч в усике кислоты запустив его на приличное расстояние. После чего настала моя очередь. "А кроме "Не покидай круг“, есть еще какие-нибудь правила? - спросил я с улыбкой нашего учителя. Он бросил на меня равнодушный взгляд. "У тебя есть две минуты." Ухмыляясь, я схватил ожерелье, которое я носил под рубашкой, и дернул одно из тонких колец, которые я купил в магазине, на самом деле это была какая-то монета из аниме, но это было не то, что имело значение. Важно было то, что это было железо. Я специально сделал так, чтобы эту монеты можно было легко снять с ожерелья. Повернув мяч, я прижал монету к стороне, которая выглядела резиновой, концентрируясь, чтобы сделать дугу маленькой, но интенсивной, щурясь от яркого света, при этом пытаясь приплавить край монеты к шару. "Шестьдесят секунд", - вежливо сказал Айзава, и в его голосе, возможно даже прозвучал намек на интерес. Подув на расплавленную монету, чтобы она остыла, я встал в удобную позицию, одну ногу вперед, а другую назад. Глубоко вздохнув, я бросил мяч прямо вверх, заставляя его вращаться с монетой, обращенной назад, после чего я поднял руки двумя параллельными линиями. Вращая электричество в моем теле в расходящихся спиралях, я окутался молниями, и небольшие змейки электричества пробегали по мне освещая все вокруг. Давай, давай, думал я, пытаясь заставить это работать. Этот прием съедал электричество, как семечки, и он был далеко не настолько эффективным как я хотел, но этого было достаточно. Как только мяч долетел до нужной точки, я увеличил мощность, поймав мяч в поле, которое создавало электричество, льющееся через мои руки, и выстрелил. В воздухе раздался хлопок, когда мяч ушел на сверхзвук, и ударная волна ударила в меня, заставляя мои руки раздвинуться, но я был готов к этому, и сумел сохранить равновесие, в то время как мои одноклассники кричали от удивления, закрывая лица. Я позволил накопленному заряду рассеяться из моих рук, один выстрел потратил десятую часть моего текущего предела, и я выпрямился, услышав как второй хлопок эхом отозвался вдалеке. Когда пыль осела, я увидел, что Айзава смотрит на меня, слегка нахмурив брови. Он показал свой телефон классу, который дружно ахнул: "Четыре тысячи!" Они практиковались, что ли? Недоумевал я, не понимая, как им удалось так слаженно говорить. Когда экран был повернут ко мне, я увидел, что он показывает четыре тысячи тридцать восемь и шесть десятых метра, что превышало расстояние в четыре километра. Неплохо. Кивнув, я принял счет. Я не был мастером в использовании электричества, но это было неплохое начало. Даже зная, что рейтинги в конце были ничего не решали, я все еще гордился. Возвращаясь к группе, Айзава поднял руку, чтобы остановить галдеж. "Почему ты не сделал этого во время вступительного экзамена?" - тихо спросил он. "А если бы я промахнулся? "Что бы тогда было? - спросил я в ответ, уже решив, что мне понадобится либо повысить точность, либо отсутствие союзников в бою для того чтобы я мог его использовать во время настоящей битвы. Он бросил на меня еще один оценивающий взгляд, пробормотав: “Хороший ответ”. Я вернулся к толпе, не в силах сдержать улыбку, поскольку Мина была одновременно рада тому, что я сделал, и раздражена тем, что я не показал ей, что могу так делать раньше, а тем временем наш учитель объявил: "Маширао Оджиро, ты следующий!“