Часть 1

Маленькая база на планетке К-А-17 встретила Бернатова непривычной после шумных городов тишиной, и бывший командир сорок первого отряда пятой флотилии выдохнул сквозь зубы. У поста никого, вокруг за забором из колючей, наполовину заржавевшей проволоки тоже ни души не видно, а положенные каждому защитному поселению оборонительные лазерные и пси-квантовые установки смотрят своими пустующими дулами в зеленоватое небо планетки. Даже дураку ясно, что заряд у них на нуле достаточно давно. Алексей Бернатов, как и следует армейскому командиру, закрыл на все глаза и прошел мимо опущенного шлагбаума на территорию тринадцатого заповедника, где кроме огромного леса, занимающего примерно восемьдесят процентов территории, было три более-менее крупных озера и одна деревенька на берегу текущей в пределах зоны речушки «шайга». И ничего больше. Даже дорога до этого отшиба – военного объекта, - состояла преимущественно из ям и колдобин, ни один гравицикл не справился бы. А его еще и с космопорта не забрали, и добирался Бернатов до места своей новой службы не пару часов, а несколько дней. На перекладных. Дорога на территории базы мало отличалось от своего сородича за ее пределами. Те же ямы и выбоины, кое как залатанные лет пять назад землей и камнями, не исключено, что отобранными у местных: маленьких ксеносов, которых в Арторе звали просто – гномами. Или, официально, шали. Эти существа были крайне миролюбивой и незлобивой расой, однако их планета оказалась богата ресурсами, отчего маленькому народцу пришлось сильно, очень сильно потесниться. И даже спустя несколько столетий, когда ресурсов на К-А-17 больше не осталось, Артора не спешила выпускать шали на волю из заповедных зон и возвращать им планету. Да и маленькие существа тоже не торопились отвоевывать свое, опасаясь вооруженных до зубов людей, как огня. Бернатов, перепрыгивая местами через самые глубокие ямы, не без труда добрался до низенького домика-казармы и, не церемонясь, распахнул дверь. Внутри замызганного, потрепанного временем помещения царила такая же глухая тишина, как и всюду. База казалась мертвой. Хотя, по официальным документам, на ней числилось по крайней мере двадцать служащих. За исключением командных чинов. С ними было порядка тридцати человек. Плюс обслуживающий персонал. Но сейчас база пустовала, и, глядя на общую степень разрухи, Бернатов пришел к разумному выводу, что положенного количества людей на ней не проживало уже пару тройку десятилетий. Он зашел внутрь – дверь за спиной протяжно заскрипела, закрываясь, гулко ударились друг о друга наполовину прогнившие линии гермошвов. Свет не включился автоматически, как это бывает на нормальных базах, и какое-то время сосланный капитан стоял в темноте. Перед ним стелился короткий коридор с двумя дверями на конце: ведущей в жилые комнаты и в штаб, но ни из-под одной из них свет не пробивался, даже намека на тоненький лучик и чужое присутствие не было. Бернатов подошел к той, что вела в жилые комнаты. За дверью оказался еще один коридор, на этот раз ветвистый и извилистый. По обеим его стенам уродливыми рудиментами выступали двери в жилища штабных офицеров и служащих, но сколько бы капитан не открывал их, за каждой обнаруживалась одна и та же удручающая картина: пустота, пыль, покосившаяся сдвинутая мебель и полное отсутствие жизни. Бернатов обошел почти весь корпус, отчаявшись найти хоть кого-нибудь и почти смирившись с судьбой единственного жителя базы. Но ноги и коридор вынесли его в кухню-гостиную. Здесь, в соединенном неумелой рукой (путем простого сноса перегородок) пространстве жизнь определенно была, и даже не в виде плесени и червей, как можно было ожидать, а в виде вполне себе обычной женской особи. Бернатов застыл в проеме без двери, хотя остатки петель все еще уродски вываливались из косяка, и опешил. Он давно не чувствовал себя так неуютно, и сейчас это чувство сразило его наповал впервые за много лет службы. Потому что стоящая на кухне женщина в широких штанах и высоких ботинках, в одном малиновом топе вписывалась в обшарпанные зеленые стены кухоньки и штаба куда лучше него: хотя сам капитан тоже при параде не был. Женщина стояла у допотопной электрической плиты и, не торопясь, наливала в кружку из пузатого такого же древнего чайника кипяток. На столешнице рядом с ней лежал пакетик с чем-то желтовато-серым, похожим на печенье, видимо местная сладость, а с другой стороны чуть криво высилась открытая мятая жестяная банка. Женщина стояла к Бернатову спиной, поэтому бывший капитан смог рассмотреть ее почти во всех подробностях: широкие плечи, накаченная спина и руки, без труда удерживающие на весу тяжелый и горячий чайник. Широкая стойка выдавала в ней опытного бойца, а в затертых свободных штанах пусть и с трудом, но все же угадывалась камуфляжная форма десанта. Бернатов негромко постучал по косяку, и женщина резко обернулась. Ее коротко стриженные волосы на секунду взметнулись, приоткрывая бледные шрамы, охватывающие лоб и затылок. «Концлагеристка» - понял Бернатов и шагнул в комнату под внимательным взглядом. Он не проявлял никакой враждебности, но женщина, без сомнений, была готова вылить на него весь кипяток. Боевые привычки выходцев Далтийских лагерей исчезали только спустя десятилетия активной психиатрии и перекройки сознания. Бернатов искренне порадовался за себя, когда, даже спустя несколько шагов безмолвного вторжения на чужую территорию, его лицо все еще не облезало лоскутами обваренной кожи. Не отводя взгляда, он снял с головы фуражку, положенную званием, и опустил ее на стол: приглашение к разговору. Женщина его приняла и резковатым движением опустила чайник обратно на плиту, а кружу отставила в сторону. - Капитан Алексей Бернатов, – представился он, протягивая женщине руку ладонью вверх. – Теперь командующий охраной тринадцатой заповедной зоны.  - Магаси, – немного подумав, женщина хлопнула его по руке и тут же отошла на шаг. – Магаси Затари. - Без должности? – Поинтересовался Бернатов, уже подозревая ответ. - Да, – Магаси смерила бывшего капитана внимательным взглядом, и, судя по тому как нахмурились ее брови, вынесла ему какой-то свой, лишь ей понятный вердикт. Бернатов волей-неволей напрягся.  Не хотелось бы вступать в конфликт с единственной живой душой и портить себе и без того уныло выглядящее будущее.  Однако ничего не произошло. Магаси подхватила со столешницы кружку, а второй рукой кинула бывшему капитану пачку печенья. Бернатов поймал ее и задумчиво присмотрелся к сероватому лакомству. - благодарю, - кивнул он и магаси кивнула в ответ. – так, а есть на базе кто-то еще? Наконец задал он волнующий его с самого прибытия вопрос. Магаси отхлебнула чаю. - Паша придет через тридцать минут, - сказала она и села на один из стоящих подле стола стульев. Бернатов медленно сел напротив. - А Павел?.. - Увидите, – оборвала Магаси все дальнейшие вопросы и выудила из кармана маленький стальной прямоугольник. Тот засветился, когда женщина нажала на корпусе какую-то малозаметную кнопку, и Бернатова осенило: смартфон! Допотопный раритет времен террианской экспансии двадцатых столетий! Он едва не подавился печеньем, весьма неплохим, к его удивлению, и изумленно смотрел, как Магаси что-то листает на экране старого, как свет, прибора. Однако заглядывать в него он все же не стал -  и тянуться через весь стол неудобно и приличие не позволяет. Поэтому бывший капитан флота просто стряхнул с запястья в ладонь автоматически расширившуюся полоску электронного браслета и перед ним тут же высветился голографический экран с начальной страницей, блеклыми иконками приложений и закрепленных ссылок. Бернатов посмотрел в нижний угол, не находя там привычного значка связи. - У вас есть сеть? – Спросил он, и Магаси бросила в ответ безразличный взгляд. - Нет. Сети нет, – ее пальцы летали по экрану, и были причиной ей не верить. Что ж, вздохнул про себя бывший капитан, местным по душе он явно не пришелся. Бернатов встал, оставляя на столе наполовину пустую пачку и кивнул. - Тогда осмотрю базу. Магаси пожала плечами, не отрывая глаз от экрана, а капитан огляделся. Сбоку чернела еще одна ведущая куда-то дверь, и именно к ней он и направился. Тяжелая пластиковая конструкция, обитая тканью и железными гвоздями, протяжно скрипнула, оставив на полу чёрный дугообразный след. Бернатову пришлось навалиться на нее всем телом, чтобы сдвинуть хотя бы немного. Магаси за его спиной фыркнула. Наблюдает, значит. А еще Бернатов сделал вывод, что этим ходом не пользовались, предпочитая тот, откуда он и пришел. Видимо поэтому дверь и снесли. Что б не мешала. В длинном коридоре света не было, как и в остальных частях базы, но еще здесь не было окон. Кромешная темнота. Бернатов нажал кнопку браслета и под ноги ударил белый луч фонарика. Настроив угол рассеивания, он огляделся. Да, проходом не пользовались достаточно давно, а все темные двери были наглухо заколочены. Подергав ручку одной из них, Бернатов пришел к выводу, что их еще и заперли. Он неторопливо двинулся вперед. Плитка кое-где откололась, обнажая уродливые внутренности раскореженных проводов. Когда-то здесь было и электричество, и сеть. Всевозможные сети. «Мда» – подумал про себя Бернатов, разглядывая очередной пролом в полу. Это был выход в штаб. Коридор расширился, превратившись в круглую залу, по стенам которой чернели двери, кое-где даже остались целые таблички с именами командиров. Кабинеты начальства нынешним охранникам были без надобности. Бернатов наобум толкнул одну из не заколоченных дверей, и та поддалась. Он навалился на нее плечом, ноги скользили по пыльной плитке, но сил все же хватило, и дверь с неохотой отъехала. Капитан протиснулся в образовавшуюся щель и громко чихнул. Внутри стоял мертвый затхлый воздух. Чихнув еще раз, Бернатов закрыл нос рукавом и спешно зашагал к окну. То было заколочено, и доски сидели слишком крепко. Подергав несколько самых ненадежных, Бернатов окинул комнатку взглядом в поисках чего потяжелее, но его ждало разочарование: кабинет был вылизан подчистую – никаких личных вещей, только мебель. А кидать в заколоченное окно стул было как-то глупо. Бернатов вздохнул и тут же поплатился за свою ошибку: пыль защекотала легкие, и бывший капитан оглушительно кашляя поспешил покинуть заброшенный кабинет. В коридоре он снова огляделся, но иной дороги, кроме той, что привела его в полукруглый тупик, не оказалось. Пришлось идти назад. Бернатов вышел в кухню, но Магаси там уже не было, как и ее кружки, только чайник стоял на плите, даже пачка странного печенья исчезла. Бывший капитан подошел к столу и зачем-то провел по нему рукой. Ни пылинки. Он обошел остальную кухню, но вся она была пусть и не вылизана до идеала, но хорошенько вымыта и держалась в чистоте. Бернатов сомневался, что уборка была в стиле Магаси – та выглядела слишком сильной женщиной для такого. Павел? Он покачал головой. Когда его переводили в эту могилу жизни, выдали список здешних служащих, но этого имени Бернатов в нем не видел. По крайней мере в списке командования. Рядовой? Тогда почему Магаси ссылалась на него? Бернатов вышел из кухни. Вопросов у него появлялось все больше и больше. Проходя по коридору, он заметил чуть приоткрытую дверь – то была комната Магаси, -  но стучать или заходить внутрь не стал. Лучше было дождаться Павла и все как следует разузнать, получить доступ к сети и отправить начальству отчет. Последнее – опционально, в каждом болоте водятся свои черти, и не о все тварях стоит знать верхам. Бернатов не привык рубить с плеча, а двадцать лет службы научили осторожничать. Впрочем, не настолько, чтобы не оказаться на выселках с волчьим билетом. Но тут сам виноват – не подумал. Дверь базы захлопнулась, и бывший капитан поднял голову к зеленоватому тяжелому небу. Снаружи то и дело поднимался слабый теплый ветер, вдалеке шумел лес, ревел мотор. Мотор? Бернатов повернулся на звук и, прислушиваясь, зашагал в ту сторону. Рев доносился с противоположного конца базы, где, теоретически, находились земли гномов, но пока капитан видел лишь верхушки деревьев и теряющуюся меж стволов накатанную дорогу. По ней-то и несся железный конь. Его всадник ловко маневрировал между ям и кочек, пролетая мимо некоторых на безумной скорости. Такой же безумной, как и его транспорт. Мотоциклы Бернатов видел лишь на страницах энциклопедий. Всадник его заметил. Стал постепенно сбрасывать скорость, чтобы, пролетев мимо высоких распахнутых ворот, круто затормозить перед самым его носом. Бернатов разогнал поднявшуюся перед лицом пыль, пока мотоциклист глушил мотор и стягивал с себя треснутый шлем. - Опа-па, – были его первые слова, при виде сероватой формы и полосок на правом плече. – Капитан, да? Всадник ловко перемахнул ногу через мотоцикл, кинул небрежно шлем на сиденье и протянул Бернатову ладонь. Не вверх открытой частью, нет, перпендикулярно земле. Бернатов не сразу понял, что тот предлагает ему пожать руки -  изжитый террианский жест. Капитан на него ответил. Пусть и едва не облажался с непривычки. Хватка у мужчины была крепкая. Бернатов бы даже сказал, стальная. А глаза пронзительные. Серые. Они смотрели прямо в душу, и явно привыкли к смерти. Даже взорвись сейчас голова Бернатова кровавыми брызгами, этот человек бы и не моргнул. А потом вытер бы ладонь о штанину и, переступив через труп, пошел по своим делам. Такими были его глаза. - Да. Капитан. А теперь начальник зоны. - Вот как, – мужчина хмыкнул и отпустил руку. Он не выглядел изумленным, скорее позабавленным. И совсем скоро Бернатов понял причину такого отношения. - Избавились от вас, капитан, – улыбнулся мужчина, охлопывая карманы. В одной нашлась серо-коричневая самокрутка, во втором – электрическое огниво. Мужчина закурил, совершенно не стесняясь старшего по званию. - В эту дыру ссылают только смертников. Бернатов нахмурился. - Почему? - Да как же? – Мужчина передернул плечами. -  Видели уже. База вмещает человек сто. Формально держат на ней тридцатерых. А по факту нас здесь двое. Будете? Он протянул Бернатову зажженную самокрутку, но капитан покачал головой. - Как знаете, – его отказ мужчину мало смутил. Его вообще мало что смущало, в отличии от капитана, у которого руки так и чесались вытрясти из начальства, что же за ерунда твориться на К-А-17, но лишняя спешка до добра никогда не доводила. - Что ж, – Бернатов окинул взглядом забор и ворота перед ними. – Как я могу к вам обращаться? Мужчина выпустил в небо дым. - Паша, – лениво мазнул взглядом по стоящему рядом. – А вы? - Алексей Бернатов. Капитан сорок первого отряда пятой флотилии, – он усмехнулся. – Как я понял, вы тут без званий. - Магаси рассказала? – Павел улыбнулся, лениво затягиваясь крайне дурно пахнущим дымом. – Да. Когда живете вдвоем, как-то не до званий. Бернатов уцепился за новую ветку разговора, как за спасательный круг. Он уже о открыл было рот, чтобы задать интересующие его вопросы, как браслет на руке тихо пиликнул. - Забавно, - пробормотал он, удаляя очередное рекламное сообщение. – А Магаси сказала, что сети нет. Стоящий рядом мужичина подавился дымом, а откашлявшись, открыто рассмеялся. - Ну, она не сильно то и наврала - сеть тут работает только с этим, – Павел потянулся к одному из карманов и выудил оттуда небольшой голубоватый камушек. Бернатов такой видел впервые в жизни. – Держите. Он перекинул камень Бернатову, и тот коротко отблагодарив, убрал его в карман. - Павел, - заговорил он спустя мгновение, самое время задать вопросы. - Паша. - Хорошо, Паша, а как вы тут… - Как я тут оказался? Бернатов кивнул, и его собеседник расплылся в улыбке. - Как и вы. Меня перевели. – Он затянулся. – Давно было дело. Уже и не помню за что. Но на К-А одна дорога: оказался здесь – значит чем-то не угодил вышестоящим. Павел подмигнул. - Вы же им точно чем-то не угодили, да? Он рассмеялся, и Бернатов неуютно поежился. - Вы говорили, что сюда ссылают только смертников… - А, - Павел затянулся. – Ну да. Может и вы скоро пополните их ряды. - Это угроза? - Почему же? – Павел искренне рассмеялся. – Просто опыт. Иначе, как думаете, где остальные двадцать восемь положенных человек? В его взгляде скользнула сталь. Резанула Бернатова по лицу, диким псом вцепилась в штанину формы. Павел был псом. Хорошо натасканным злым псом. А приручать собак Бернатов умел. - Объяснитесь? Павел растекся в улыбке, качнулся с пятки на носок. - Нет, – он засунул в карманы руки и прямо посмотрел на Бернатова. С лица враз исчезла всякая расслабленность. – Нет, Алексей. Сами до всего дойдете. Человек вы умный, хоть и селенит. А пока, мой вам совет, не ходите в лес, и в жизни все сложится. К слову, где ваши вещи? - Оставил у входа, – Бернатов махнул рукой в сторону казармы, и к Павлу вернулся веселый настрой. - Вот как, – он улыбнулся и, обогнув капитана, направился к дому. – Пошли тогда. Покажу, где у нас что. Бернатову не оставалось ничего, кроме как молча пойти следом. Павел шел впереди напролом, нисколько не считая нужным обходить ямы. Он шагал прямо по ним, и бывший капитан с усталым изумлением отметил еще одну неожиданную находку в этом захолустье: десантные ботинки с антигравом. То древности, то последние новинки. Местечко все больше и больше походило на нелепо снятый фильм. То тут ляп то сям. Они завернули за угол какого-то строения, и Бернатов едва не споткнулся. Туалет. Туалет на улице! А рядом подвешенный к деревяшке умывальник. - Павел… - Паша. - Паша. Это что… Впереди идущий пожал плечами и остановился подле невысокого бревенчатого домика или пародии на него, поскольку строение было сделано либо для гномов, либо детей – оно доходило Бернатову, максимум, до груди. Павел откинул крышу домика, и Бернатов увидел висящее над бездной ведро на веревке. - Великий антиграв… - он повернулся к улыбающемуся от уха до уха Павлу. – Это колодец, да? - Ага, – тот захлопнул крышку и довольно облокотился о домик. – Колодец. Туалет и умывальник на улице. Электричество есть только в доме, на кухне, на другие помещения его не хватает. Бернатов понял, что попал. По полной программе. - Павел… - Паша. - Паша, скажите честно, здесь нет людей, потому что все сбежали? Мужчина как-то странно усмехнулся, и его взгляд снова превратился в обагренную кровью сталь. - Ни одного сбежавшего отсюда вы не найдете. И сами не сбежите. - Почему? Павел пожал плечами и повернул голову к лесу за оградой. - Проще будет показать, но нужно время, – он говорил спокойно, даже немного задумчиво, и Бернатов посмотрел в ту же сторону. Лес колыхался. Едва заметно с такого расстояния, но капитан был готов поклясться, что в тихую безветренную погоду ветки и кроны едва видимо покачивались. Словно весь лес шевелился. Словно он жил. В голову так не вовремя полезли слухи об этой планетке. - Ну ладно, – Павел тряхнул головой и с улыбкой посмотрел на бывшего капитана. – У вас наверняка просто прорва дел, так что закончим на этом. Где кухня знаете, воду и туалет я вам показал, комнату можете выбрать любую, располагайтесь и добро пожаловать, как говорят. Он оттолкнулся от колодца и, засунув руки в карманы, широким шагом направился к дому. Бернатов спустя мгновение пошел за ним, то и дело поглядывая на внезапно ставший угрожающим лес. Шали называли гномами не просто из-за низкого роста. Ходили слухи, что эти существа владели магией. Сомнительно, верить в такое в тридцатом веке, но фантазеры существовали всегда. К тому же, в лесах К-А-17 пропало слишком много людей, из-за чего их никогда не стремились изучать. Но в свое время все списали на агрессивные действия шали, пытавшихся защититься от человеческого вторжения.  Доказано это не было. Но ведь и магию не докажешь. Зябко поежившись, Бернатов подхватил с крыльца огромный рюкзак с сумкой и нырнул в полумрак знакомого коридора. Как бы он не противился, это место должно было стать ему домом.