Часть 17

Двадцатая встретила потрепанный отряд мертвой тишиной. Молчали лазеры и нейтринки, молчали пулеметы и система охраны, не горели огоньки доступа. База умерла. Погибла в неравном бою против существа, превосходящего по силе человека с его достижениями. Нет. Не так. В истории человеческой конфедерации были враги куда сильнее и технологичнее ее. Не раз и не два велись кровопролитнейшие войны за право диктовать вселенной свою волю. На заре Арторы такими были и халпури, и именно поэтому им отдали в вотчину Терру, колыбель и праматерь всей человеческой цивилизации. Такими были духи Вольных планет, официально признанные Арторой демоническими созданиями. Сам Артор объявил тогда священную войну против этих тварей, пусть Бернатов во всеединого бога и не особо верил. Как и в то, что тот мог чем-то помочь. Любая непонятная технология испокон веков воспринималась словно магия. Чудо. Высшая сила и чей-то промысел. Хотя, по сути, являлась лишь разницей в уровне развития. Магии не существует нигде, кроме храмов Артора. И только жрецы могут ей управлять. Бернатов с этим соглашался, как и любой житель конфедерации. Этот заведенный порядок был удобен всем: и нуждавшимся в вере, и не не нуждавшимся в ней. Потому что Артор – очень удобный и технологический бог. Он, скорее, инструмент, нежели реальное божество. Символ. Но этот бог… Бог дриад… Он был реален. И он был сильнее. Сильнее Артора, ни разу никем не виденного, кроме жрецов и пророков. Сильнее технического прогресса, в котором конфедерация давно догнала и обогнала всех своих соседей по вселенной. С ней могли соперничать лишь три расы на данной момент: халпури, григори, или как их называли за глаза черви с ножками, и кифалы. Но последние были далеко, и к ним вел лишь один единственный переход. Вторые не лезли, предпочитая вести торговые и научные отношения с Арторой, а вот с первыми человеческая цивилизация горя хлебнула сполна. Были еще другие мелкие расы, но конфедерация предпочитала их в упор не видеть – слишком мелкие и неразвитые, для них многие человеческие технологии были той самой магией, непонятной и чарующей. Разница в прогрессе. Здесь ее не было. Бернатов видел и творил магию в ее чистой форме. Из ничего все. Такого не бывает. Такого не должно быть. Однако дриады существовали и жили в деревьях. Ладно, они упущенная аборигенская раса. Они управляли лесами – хорошо, форма доминирующих паразитов, Артора знает парочку таких цивилизаций. Они не имеют формы – энергетические расы тоже известны, хоть и не так сильно изучены. А еще есть бог. Третья раса на планете? Обладающая сознанием и разумом? Видовой доминант неимоверной силы? Без тела, сплошь состоящий из энергии? И способный этой энергией управлять? Хорошо. Пусть будет так, он тоже объясним. Но магия, связующая все это, оставалась непонятной. Потому что ее творили шали, дриады, бог и… Павел с Бернатовым, абсолютно чуждые этой системе. Если предположить, что магия есть атрибут всего на К-А-17, люди в нее вписаться не должны при всем своем желания. Однако сжимающие сердце когти были вполне натуральны. Как и вспыхнувший огненный круг, как и кровавые символы на чужих руках, как и приходящие на зов бестелесные существа. Магия в технологичном мире. Абсолютная сила. Совершенно неизведанная мощь. Убивающая их мощь. Бернатов смотрел на темные поникшие дула нейтринок и не решался идти дальше. Он столкнулся с чем-то за пределами своего понимания, с чем-то, с чем вообще не должен был никогда столкнуться. Однако он также понимал. Что только магия может противостоять себе самой. Ему нужно изрезанное знаками тело. И руки Андрея. Но позже. Позже, когда они попрощаются. Пересилив себя, Бернатов все же вошел на территорию базы. Сердце сжала тоска, когда они проходили мимо пустой охранной будки. Дети отвернулись, пытаясь на нее не смотреть и даже зашагали быстрее. Сегодня они потеряли троих. Мертвая база казалась еще пустыннее, когда в голове роились эти траурные цифры. А небо над головой еще зеленее и ниже. В воздухе воняло гарью, под ногами хрустела сожженная и вздыбленная земля. То там то здесь виднелись ямы взрывов, стены миленьких и ярких домиков почернели и закоптились, окна вылетели кое-где и теперь сверкали внизу осколками прошлого. И чем ближе они подходили к воротам, тем печальнее становилась картина. Железные створки были захлопнуты, только прожжены в середине в виде человеческого силуэта. Выполненные из энергопрочного сплава, их не могли прожечь даже энергетические виды. Но это смогло. Бог прошел сквозь металл так же, как лазерный резак сквозь тонкий пластик - не задерживаясь ни на секунду. Верхушка забора обуглилась и потекла, казалось, ее срезали тем самым известным всему маленькому отряду смертоносным лучом. На земле валялись обломки пушек и нейтринок. Вся защитная система базы оказалась бессильна против этого существа. Одного единственного бога. Бога, что жил не по законам технической реальности. - Капитан, – Магаси подошла сбоку, тихо-тихо прошаркали ее шаги по покрытой сажей земле, и положила руку ему на плечо, заставила все же посмотреть на полыхающую груду обломков, когда-то бывшую вездеходом. Она еще горела. В небо поднимался дым от этой оплавленной горы металла. Части валялись отдельно по сторонам – взрыв разнес. Но Магаси показывала не на это. А на сидящего тут же на куске вездехода Висалитара. Живого. И даже вполне целого, не считая разодранной в кровь от пальцев до плеча правой руки. Сердце сделало радостный кульбит от горла к пяткам и обратно. - Вис, – Бернатов зашагал к подчиненному. Тот поднял голову, и капитан тут же заметил какой-то странно ошалелый взгляд. – Ты как? Висалитар мотнул головой и снова уставился на горящую груду. Его пальцы мелко подрагивали, да и всего его тоже трясло. - Что это, звезды, было?.. – говорить ему явно было тяжело, может гарью надышался или, не дай небо, ребра сломал. Бернатов присел рядом, пока Магаси уже послала кого-то из ребят за аптечкой. - Это был бог. - Бог? - Павел не говорил? Висалитар покачал головой. Что ж, вот Бернатову и ответ, насколько много тот знает. - Да. Бог. Но сейчас не об этом. Как ты жив? Висалитар издал странный то ли смешок, то ли стон и показал капитану обожженное запястье. Красные волдыри болезненно наливались изнутри, кое-где кожа почернела и намертво прикипела к мясу. Наверняка, болел ожог адски, но Висалитар словно не обращал внимания. «Да у него шок» - понял Бернатов и аккуратно за плечи прижал мужчину поближе к себе, одной рукой перехватывая чужую кисть, потому что Висалитар размахивал обожжённой конечностью слишком резко и некоторые волдыри лопнули, покрывая ожог красноватой жидкостью. - Так как? – сейчас главное отвлекать. От боли, от мыслей, от всего. И не дать отключиться, когда адреналин схлынет. Капитан знал, что некоторые военные браслеты, особенно последних моделей, были снабжены адреналиновыми капсулами, которые впрыскивались под кожу носителя, когда тому грозила опасность – так шанс выжить повышался, но откат после такого был жесточайшим. И слишком опасным. У Висалитара как раз была последняя модель, успел обновить незадолго перед переводом. Тот снова хотел махнуть запястьем, и Бернатов аккуратно придержал раненную руку. Без браслета. - Как? – мягко настоял он, желая услышать внятный членораздельный ответ. И Висалитар сдался. - Щит. На полную мощность. Браслет разорвало. Вон, - он повернулся к капитану и свободной рукой оттянул в сторону форму, на боку красовалось маленько кровавое пятнышко. – Как пуля вошел. Бернатов выругался про себя. Подбежали девчонки и Ру с аптечкой. Магаси ловко отняв у них чемоданчик, тут же присела подле Висалитара и развернула набор. Взглядом она поинтересовалась у Бернатова, и тот покачал головой. - Адреналин уже был введен, даже слишком много. Магаси кивнула, доставая из небольшого чемоданчика шприц-пистолет и мутновато-голубую ампулу. Заправив ее, она резко вкололо вещество в чужое бедро. Висалитар даже не дернулся, только глянул на собственную ногу как-то неверяще. Видать все, поплыл. Бернатов запаниковал и поднялся. - Так, – он оглядел свой новый отряд. Медиков среди них, как и ожидалось, не было, лишь дети, он, да Андро с Андреем. – Доня, Андро за машиной и поживее. Ру проложи пока самый быстрый маршрут до города, можно не по дороге. Андрей, Он замялся, внимательно всматриваясь в парня. - Ты как? Тот едва кивнул. Бледный, бледнее Висалитара, целиком покрытого копотью и гарью. Бернатов посмотрел на его руки и пропитанную кровью рубашку, нагнулся к аптечке, достал мазь и бинты. - Давай руки. Андрей медленно подошел, закатывая рукава и вытягивая ладони. Бернатов быстро растер кровеостанавливающее по рисункам и забинтовал обе руки. Андрей поморщился, когда бинт слишком туго стянул кожу, но прошептал одними губами. - Спасибо. Капитан кивнул. - Посиди пока. Андрей устало опустился прямо на землю и прикрыл глаза. Бернатов еще раз окинул его взглядом, потом перевел тот на Магаси, колдовавшую над ранами Висалитара, тоже начавшего клевать носом – видать адреналин выветривался под действием ИОЗНов, что было хорошо с одной стороны – остановка сердца теперь ему не грозила, - и плохо с другой: на организм обрушивался весь ужас ситуации. Нет. Им надо ехать в город сейчас же. Бернатов отошёл в сторонку и стряхнул браслет, набирая Гегена. Ему ответили спустя три протяжных, сейчас казавшихся вечностью, гудка. - Капитан? – близнец окинул Бернатова внимательным взглядом, присмотрелся к картинке за его спиной и незамедлительно сделал выводы. – Код красный? Он нахмурился, а капитан вздохнул. - Нет, уже нет. Возьми Василиса, Вильгельмма и Джавана и езжайте сюда, – он открыл чат почты и скинул координаты. – Координаты скинул. Вэген с Хару пусть останутся. Для них код черный. Геген изумленно поднял брови, но тут же собрался. - Понял. Что надо сделать? - Перевезти все оружие и технику, двадцатая потеряна после атаки неизвестного противника, – и снова недоумение на чужом лице. Бернатов устало потер лоб. – Заберите все: документы, носители информации - все по максимуму. Остальное сожгите. - Корпуса, склады? - Да. Под чистую. Разрешаю использовать чернушки. На этот раз удивление на лице Гегена держалось долго. Очень долго. Он даже позволил себе опустить любимый формальный тон. - Все живы, капитан? Бернатов покачал головой. - Висалитар и Андрей ранены, надеюсь не настолько серьезно, как это выглядит. С нами четверо местных, двое их товарищей пали в бою. Поэтому осторожнее. И если кто-то увидит мерцающую фигуру из света, убирайтесь оттуда и закидывайте ее нейтринками. Это наш враг. Геген несколько раз озадаченно моргнул и кивнул. - Приказ принял. Удачи, капитан, – и отключился. Бернатов устало выдохнул, выключая экран. Ру стоял рядом с ним и держал в руках допотопный телефон – таким пользовалась Магаси. - У вас нет браслетов? - Нет, – парень покачал головой. – Запрещено. Поэтому Рулька и Каном умерли. У них не было щитов. Бернатов похлопал его по плечу. Жизнь и правда то еще дерьмо. - Достанем, – уверил он парня, и повернулся к Магаси. – И тебе тоже не помешает. Женщина нахмурилась, на секунду отвлекаясь от перевязки, а потом сдержано кивнула, видимо тоже понимала, что без щита сегодня не выжила бы и половина их маленького отряда. Заревел где-то мотор и через полминуты подъехала огромная грузовая машина. Из кабины выпрыгнул Андро, следом спустился смущенный Доня. - Простите, – пробормотал он. – У других сели аккумуляторы. Бернатов выразительно изогнул бровь, глядя то на одного то на второго. Андро устало пояснил: - Это сделали специально, чтобы ребята не могли уехать с базы. Осталась только эта, – он указал на грузовик. – Но там слишком сложное управление, даже я не сразу разобрался. - Какая модель? - Икс сто пятнадцать. Вторая версия. Бернатов сдержанно кивнул. Когда-то Артора стремилась к технологическому прогрессу во всех областях, и если в автопроме городов ввести высокие технологии ей удалось, то вот в военной сфере и в области всяких вездеходов – нет. На просторах нетронутой природы автоматика не вывозила, а управлять навороченной сверхвозможного уже не мог сам человек. Модели икс как раз были пережитком той эпохи – техническим провалом из сенсорных панелей, кнопок и сложных цепей подчинения вместо привычного руля и коробки передач, пришедшей прямиком из двадцатых столетий террианской истории. - Мрази, – высказал тихо всеобщую мысль Андрей и устало поднялся. Его качнуло, и Андро любезно поддержал его под локоть. – Я умею их водить. - Искы? - Да. Это террианская разработка. Там нет ничего сложного. Андро внимательно на него посмотрел, но ничего не сказал. У всех свои сильные и слабые стороны. - Тогда грузимся. – Бернатов глянул на Андрея. – Точно сможешь? - Да. Террианец в себе не сомневался, хотя в обычной ситуации капитан бы ни за что не допустил его к рулю в таком состоянии. Он посмотрел на молчавшего Андро. - Там правда все сложно? - Да, – мужчина кивнул и в его голосе прорезалось сожаление. – Я разобрался с базовым управлением, но не уверен, что этого достаточно. Лучше доверить систему тому, кто с ней знаком лучше меня. - Хорошо. Спасибо. Грузимся! Бернатов и Магаси помогли Висалитару подняться, осторожно усадили его в кузове. Магаси запрыгнула следом, Доня и две девочки разместились там же. Андро тоже хотел, но капитан его удержал. - Поедешь спереди и подхватишь если Андрей отрубится. Ру, – он протянул руку в сторону мальчишки. – Маршрут. Тот с готовностью протянул телефон. На горящем маленьком экране светилась примитивная карта, где синей точкой значилось их текущее местоположение. - Как работает? - Вот здесь мы…- Ру подскочил к телефону, спешно объясняя базовые принципы использования. – Оно будет предупреждать, когда и куда сворачивать. - Хорошо. Спасибо. Залезай. Ру кивнул и шустро запрыгнул в кузов. Андро зашагал к кабине, Бернатов сам подтянул себя внутрь крытого грузового отсека. Хлопнула дверь, и машина сорвалась с места. Внутри все повалились друг на дружку, Висалитар низко застонал, да и сам Бернатов больно ударился и без того битым плечом. Держаться было особо не за что, только за длинные скамейки по сторонам, на которых они и сидели. Машина летела. Андрей не соврал, когда говорил, что технология управления ему знакома. Бернатов конечно не сильно верил, но скорее физическому состоянию, нежели словам – все же выглядел террианец откровенно плохо. Оставалось молиться и надеяться, что его не вырубит по дороге, или, хотя бы, что Андро успеет перехватить управление прежде, чем они всем скопом слетят в кювет. Повезет если в лес, а вот если в щит? Некоторые из них, знал бывший капитан, находились под напряжением и все живое, касавшееся их, сгорало. Гореть второй раз за день Бернатову не хотелось. Вот тебе и поездочка к соседям на пол дня. Он внимательно окинул взглядом собравшихся в кузове. Большинство мрачно молчало. Девочки тихо жались друг к дружке, сидя между неуверенно державшими их за руки Ру и Доней. Магаси поддерживала Висалитара, периодически что-то невнятного бурчащего себе под нос. Что ж. Они доедут. Машина неслась вперед, лихо срезая повороты и не сбавляя скорости ни на мгновение. Вот чем еще Андрей пошел в брата. Или это все террианцы такие? Бернатов отсчитывал минуты вяло текущего времени до момента, когда колеса оторвутся от земли и помчатся по гравиполю города. Двадцатыши говорили, от них до него рукой подать, а значит доехать, с учетом того, как Андрей гнал, они должны быстро. Ожидания капитана не обманулись: машину тряхнуло, а потом что-то внизу загудело, судя по звуку – гравитационный движок. Грузовик полетел вперед, больше не касаясь колесами дороги, и скоро затормозил. Резко, взвизгнули регуляторы гравитации, и всех внутри бросило друг на друга. Хлопнули дверцы кабины, и перед пологом показалось бледное лицо Андрея. - Приехали, – пробормотал он, принявшись отцеплять крепления борта. Бернатов спрыгнул на землю первым и огляделся. Это был низенький город в один уровень, с невысокими домиками в пять-семь этажей и убитой архитектурой брутализма. Они стояли перед больницей в три этажа и два корпуса, соединенных так называемым «парящим переходом», вещью крайне нелепой и громоздкой. Пустующее под аркой пространство отдали под гараж, отчего вместо обещанного архитектором «ощущения свободы и парения» остались лишь высокие железные ворота и две-три машины, стоящие без дела за ними. Из дверей больницы выскочил Андро, а следом за ним и пара врачей с каталками. Все они бежали к машине, и Бернатов посторонился, уступая дорогу. Висалитара тут же увезли, как капитан уловил, в реанимацию, что было плохо, но ожидаемо. Андрей упорно отбивался, и Магаси его едва не скрутив, все ж таки передала на руки врачам. Детей тоже быстро увели, а оставшиеся дошли до больницы сами. Кто-то из санитаров был так любезен, что пообещал отогнать машину. Андро успел что-то промямлить о сложности с управлением, но его, конечно, никто не услышал. А Бернатову было уже плевать. Слишком плевать. Внутри больница, как ей и полагается, была белой и чистой, с какими-то зеленоватыми элементами, видимо в тон здешнему небу. Говорят, зелёный успокаивает нервную систему, но сейчас капитан был готов его ненавидеть. Слишком многое случилось в его лоне. Слишком. Многое. Его отвели в приемный покой, заставленный маленькими боксами-капсулами, Бернатов видел, как остальных устраивают в таких же, маленький приборчик считал его пульс, измерил давление и сатурацию, взял нехитрый анализ крови, после чего тихо пиликнул и загорелся осенним желтым. Медсестра деловито сняла его с чужого пальца и унесла. На какое-то время капитан остался один на один с зеленой чистотой. Он оглядывал стены бокса, рассматривал кровать, маленькую тумбочку рядом. Когда его взгляд принялся обшаривать пространство в третий раз, появился доктор. Складный мужчина средних лет тут же протянул Бернатову ладонь, и тот устало положил поверх свою. - Катар Абразович, – представился он и протянул другую руку со зажатым в ней сканером. – Позволите? Бернатов устало протянул браслет. Тут же перед глазами обоих высветились окна. Давая всевозможные разрешения на считывания информации и проверки, вбивая бесконечные военные коды, капитан тихо ругался про себя. - Да уж, не думал, что у нас будут так часто гостить военные, – усмехнулся Катар, когда с документами было покончено, а окна свернуты. – Что ж, общее состояние у вас неплохое, есть жалобы? Бернатов молча стянул с себя куртку, а затем водолазку и повернулся к врачу плечом. На нем расползся уродливый сине-желтый синяк. Щелкнув кнопками сканера, Катар просветил им плечо и уставился в свой экран. - Перелома нет, растяжения тоже. Обычный ушиб, – он нагнулся к стоящей рядом тумбочке и достал из ящика маленький тюбик. Ловко отвинтив крышку, он нанес мазь на синяк и сделал это настолько аккуратно, что Бернатов даже не почувствовал касаний пальцев. - Что ж. Еще что-нибудь? - Нет, - Бернатов натянул не без труда и боли водолазку обратно. – Спасибо, это все. - Уверены? – Катар деловито кинул мазь обратно в ящик и с сомнением уставился на капитана. – Вашим коллегам изрядно досталось. Особенно террианцу и тому, с созвездия. Бернатов поднял на врача взгляд. - Как они? - Жить будут. Никаких непоправимых повреждений. – Катар сел на стоявший рядом с кроватью стул и закинул ногу на ногу. – Ожог может и выглядит паршиво, но в целом поддается лечению. Дня три с фиксатором и нейро-гелем и даже шрама не останется. Другое дело, символы на руках. Они не поддаются, и я не знаю почему. - Это магия. - Магия? - Магия. Катар пожал плечами, не очень-то веря чужим словам. Он посмотрел поверх Бернатова, думая о чем-то своем. Капитан решил первым прервать его молчание. - А остальные? - Остальные? - Далтийка, дети… - А, с ними все в порядке, – Катар легко махнул рукой. – Их сейчас тоже осматривают мои коллеги. Преимущественно ссадины и синяки, ничего серьезного. Исключая шок. - Шок? - Шок. Но нервы и психология уже вне моей компетенции, капитан, – он посмотрел на Бернатова с вызывающим безразличием, и тот заторможено кивнул, не совсем понимая, к чему ведет его собеседник. Катар вздохнул и поднялся. - Вы можете остаться здесь до завтра, все равно террианца и второго не отпустят раньше. Медсестра проведет вас в палату. - Спасибо. - Не за что. Это моя работа. Катар отодвинул дверцу и вышел. Мельком Бернатов увидел остальной приемный покой: двух переговаривающихся вполголоса женщин, врача, куда-то спешащего, стоящего посреди всего этого Магаси. Заметив его в щелку, она тут же двинулась навстречу и едва не столкнулась с Катаром в дверях. - Капитан, – в отличии от врача, женщина не пыталась быть вежливой и тут же упала на кровать. – Мы остаемся? - Да, – Бернатов выдернул из-под нее куртку. – До завтра точно. Андрея и Висалитара раньше не отпустят. - Но они будут в порядке? - Будут. - А остальные? Бернатов на нее посмотрел. - Тебе не сообщили? Магаси поморщилась. - Мне отказали в доступе. Наверняка, как и Ру. Я не смогла узнать ни где он, ни что с ним. - Так. – Бернатов потер виски и встал. – Пойдем. Все равно нас расселят по палатам. Они вышли из маленького бокса, и капитан уверенно зашагал к стойке регистрации. За ней сидела женщина с темными волосами, убранными какой-то заковыристой заколкой. Бернатов узнал бы ее, если бы покопался в памяти, но сейчас он слишком устал. - Прошу прощения, – однако вежливость все же соблюдал. В отличии от мадам, явно что-то имевшей против далтийцев. – В какой капсуле находится парень по имени Ру? Женщина сморщилась. - Далтиец? - Да. - В пятнадцатой. - Благодарю, – чинить скандал Бернатову не хотелось, поэтому он просто обернулся, чтобы увидеть удаляющуюся скорым шагом Магаси. – Почему вы сразу ей не сказали? Спросил он женщину полушепотом. Та болезненно скривилась и подвинула какие-то планшетки на столе. - Религия запрещает. - Религия? - Да, – женщина кивнула в сторону, где скрылась Магаси. – Мы не можем общаться с нашими врагами. А когда-то далтийцы и мы воевали. Это была очень кровавая и омерзительная война. С тех пор мой народ дал клятву. Ее пальцы бережно коснулись заколки в волосах. - Любой встреченный нами далтиец должен быть убит. Бернатов устало оперся на стойку. - Однако же. - Верно, – женщина болезненно улыбнулась. – Клятвы нашего народа пишутся кровью. Но время прошло, все поменялось, мы с далтийцами больше не враги друг другу, однако предать клятву не имеем права. Поэтому ее форма немного изменилась. Теперь мы просто их презираем. Без вреда. Не общаемся, не помогаем, игнорируем их существование. Они наше, впрочем, тоже. Так и живем. Я могу вам еще как-то помочь? Бернатов медленно посмотрел в сторону капсул. - Нет. Только если скажете в какую мне отселиться палату. - Секунду, – женщина развернула монитор что-то быстро набрала. – Пойдемте. Она встала и повела Бернатова по коридорам на второй этаж, где, как он понял, располагалась большая часть палат и жилых помещений. Ему досталась небольшая уютная одноместка. Женщина раздвинула симпатичные шторы в розовых цветочках, поправила покрывало на кровати, словно Бернатов не собирался сейчас завалиться спать поверх него же, проверила комплект сменной больничной одежды в шкафу и набор посуды в ящике тумбы, и только убедившись, что все на месте ушла. Бернатов запер дверь и устало стянул с себя грязную заляпанную землей, гарью и кровью форму. За соседней дверью оказался маленький душ. В шкафу нашлось белое полотенце, а под раковиной целый набор из мыла шампуня и одноразовой мочалки. О большем капитан и мечтать не мог. Он отчаянно тер себя, пытаясь вместе с грязью отодрать налипнувшее отчаяние и усталость. Прохладная вода приятно бодрила и остужала мысли, которых внезапно оказалось слишком много. Они все стекали в канализацию вместе с почерневшей водой и комьями грязи. Тихо вздохнув, Бернатов наконец-то ощутил себя живым. Он выключил воду и вылез, заворачиваясь в больничный халат. Немного потертый, немного старый, но вполне приличный. Ему вообще это место нравилось. В таком пролежать несколько недель не страшно, хотя не то что бы он собирался когда-нибудь задерживаться так надолго в больнице. Интересно, Павел часто в них бывал? Говорят, анависанты не выходили за пределы их стен месяцами. А иногда, и вовсе не выбирались. Сходили с ума среди стерильно белых стен и безликого персонала, занятого лишь твоим физическим состоянием и совсем забывавшего о ментальном. Что ж, Бернатов врачом не был. Он был командиром и психическое состояние его отряда заботило его не меньше физического. И плевать что в его отряд часть прибывших с ним вообще не входила. По крайней мере, официально. Сунув ноги в больничные тапочки, он вышел в коридор. Здесь тоже кое-где виднелись разноцветные росписи: то ли цветы, то ли птицы. Картины Бернатову не были знакомы, но он все же остановился их рассмотреть. Это было… - Красиво? Капитан вздрогнул, когда за спиной раздался голос, и обернулся. Там стоял маленький полноватый мужчина лет пятидесяти. Стоял заведя за спину свои толстые руки и улыбался. Наконец он сделал несколько шагов вперед и подал Бернатову повернутую к верху ладонь. - Очень приятно видеть земляка так далеко от дома. Выкурев Артем Александрович. А вы? - Алексей Бернатов. капитан тринадцатой зоны. – Бернатов выдавил из себя улыбку. – Значит, вы селенит. Мужичок рассмеялся. - Да, к своему несчастью. Но что обо мне. Вы куда-то шли, Алексей? - Да. Хотел навестить свой отряд. - Посмотрим, – мужичек вызвал экран и пробежался глазами по документам. – Что ж. Вы шли правильно, большинство ваших расположили вместе, это вам одному так не повезло. - Что значит, не повезло? - А вот и не скажу, – хитро подмигнув, мужичок махнул на прощание Бернатову рукой и скрылся в противоположной стороне от той, в которую капитан планировал наведаться изначально. Тупо проводив его взглядом, Бернатов вздохнул. А потом вздохнул еще раз и зашагал по коридору. Повезло или не повезло, ему просто надо выспаться наконец. А там видно будет. Пока он шел, ему попалось еще несколько ярких картин, на которых были изображены чарующие птицы с пышными хвостами и пестрыми клювами. Некоторые были настолько необычными, что скорее походили на вымышленных существ террианского фольклора, нежели на реальных животных. Хотя, Бернатов знал, вселенная огромна. Известные им куски космоса – крупица в бескрайней бездне черноты и льда. Пару раз он останавливался, чтобы полюбоваться мастерством изображения, пару раз просто разглядывал причудливых существ, пока наконец не добрел до неприкрытой до конца двери, из-за которой раздавались голоса. Капитан остановился подле, вслушиваясь. Говорила Магаси. Спокойно, словно убаюкивала, что было недалеко от правды, потому что периодически слышались тихие всхлипывания на два голоса. Бернатов потоптался под дверью какое-то время, но так и не решился зайти – Магаси справиться и без него, а вот сам он скорее всего все испоганит. Утешать капитан не умел и не так давно лишний раз уверился в этом. Поэтому он пошел дальше, и через три двери обнаружилась вторая искомая, распахнутая настежь. Бернатов постучал по косяку, привлекая внимание парней и Андро, и те обернулись. - Капитан, – Андро слабо улыбнулся и положил на кровать полотенце. В его волосах блестели капельки, видимо тоже из душа, а на шее виднелся едва заметный кусок пластыря, прячущийся за воротом больничной рубашки. - Что это? – Бернатов кивнул на него, и Андро провел по шее рукой. - А, ссадил во время падения. Все в порядке. - Хорошо, – он повернулся к двум парням. – Ру, Доня, а вы как? - Все в порядке, – те потупились. – Нам не сильно досталось. Произнес Доня, разглядывая носки беленьких махровых тапочек. - А вы… - Ру стушевался и пихнул друга в бок локтем. Доня пихнул его в ответ, и далтиец сдавленно продолжил: - А вы… ну… не оставите нас здесь? Бернатов даже опешил от столь неожиданного предположения и непонимающе переглянулся с Андро. Тот устало вздохнул. - Я объяснял. Но скажите сами, – он сел на кровать и принялся складывать полотенце. Капитан шагнул в комнату и потрепал парней по волосам, тоже влажным после душа. - Нет. Вы теперь под моим началом. Не переживайте ни о чем и отдыхайте. И да, загляните потом к девочкам, им это нужно. - Хорошо! – Раздалось на два облегченных голоса, и Бернатов снова переглянулся с Андро. Тот кивнул: мол, присмотрит. Успокоенный этим, и с чувством выполненного долга, капитан пошел обратно к себе. Мимо все тех же ярких птиц и невиданных тварей, машущих ему вслед своими пестрыми крыльями.