Мракобесие и идиотизм

      Применительно к первому сезону я уже отмечал любопытную тенденцию — при попытке показать какие-то религиозные верования жителей Средиземья они делают из них (причем из положительных, а не отрицательных, персонажей) утрированных «диких язычников», которые чуть ли не «живут в лесу, молятся колесу»:       «Местами религиозные мотивы в сериале звучат в духе махрового, причем карикатурного, язычества — вроде веры нуменорцев в то, что опадающие листья Белого Древа это слёзы Валар (!), или нуменорской же присказки, что «море всегда право» (хотя у Толкина некоторые духи моря, такие как Оссэ, обладают ненадёжным нравом, и нуменорцы это прекрасно знают!). Скажем, Элендиль всерьёз оправдывает спасение Гали Уксусной тем, что «море поместило её на моём пути, а море всегда право». Гил-Гэлад определяет упадок эльфийской расы по некому грибку, покрывающему некое дерево. У гномов есть некий ритуал по раскалыванию камней молотом, в зависимости от результатов которого проситель может или получить удовлетворение своей просьбы, или быть изгнанным из их королевства. Сериальные бомже-хоббиты «харфуты» используют некую гадательную книгу»[1].       Во втором сезоне, разумеется, эту тенденцию расширили и углубили. Я уже писал про идиотскую сцену с нуменорским храмом (!), где совершаются обряды в честь Ниенны, чтобы души умерших достигли загробного мира (no comments, махровый ритуализм), и про то, как сериальный Фаразон стал королем Нуменора потому, что он оказался в нужное время в нужном месте, когда на церемонию коронации прилетел орёл (это, кстати, добавляет абсурда в сюжет о закрытии храма Валар — если Фаразон тут легитимизировался через «волю Валар», зачем ему подрывать их авторитет?). Тар-Мириэль уговаривает Элендиля не сопротивляться захвату власти Ар-Фаразоном потому, что, видите ли, когда Элендиль заглянул в палантир, он не увидел гибели Нуменора, а значит, Фаразон — благо для страны (???). Но, на самом деле, это лишь частный пример вышеупомянутой общей тенденции.       Например, в той же пятой серии, где присутствовал дурацкий сюжет про заупокойные ритуалы, сериальный Саурон убеждает Келебримдеда в том, что нежелательный эффект от Семи Колец, переданных гномам и пробудивший в них жадность, связан с — чем бы вы думали? — нравственным несовершенством самого Келебримдеда! Мол, он перед тем, как начать работу над Кольцами Власти, обманул сериального Гил-Гэлада, что закрыл кузницу и прекратил работу. Поэтому Кольца такими и вышли. Так что надо работать над собой и нравственно совершенствоваться, чтобы Девять вышли хорошими. И Келебримдед это всё проглатывает.       Нет, я понимаю, что, возможно, сериальщики хотели сказать — мол, начавшееся с обмана не может кончиться чем-то хорошим и т.д. и т.п. Но подобный морализм смотрелся бы уместно в мире Толкина — а не в сериальной вселенной, где положительные персонажи не то чтобы лучше (а местами и хуже) антагонистов. Да и в мире Толкина сущность творения далеко не всегда жестко привязано к моральным качествам и характеру его творца. Вот у того же Толкина Феанор уже на момент создания Сильмарилей, ещё до начала основного этапа Непокоя Нолдор, отличался взрывным характером и недолюбливал брата Финголфина, что не помешало ему создать сосуды для первозданного Света, которым суждено сыграть ключевую роль в будущем возрождении Арды.       В шестой серии градус абсурда увеличился ещё больше. Например, там ввели в качестве древнего нуменорского обычая, установленного ещё в те времена, когда нуменорцы чтили Валар (!), ордалию при помощи морского чудовища, которого специально призывают на мероприятие. Убьёт чудовище человека — виновен, не убьёт — не виновен. Это так сериальщики видят не просто положительных персонажей, а цивилизацию, наставниками которой были Валар и эльфы? При том, что у Толкина у положительных персонажей вообще нет архаичных религиозных практик вроде ордалий (и рукотворных храмов тоже нет, это атрибут отрицательных персонажей).       На этом фоне уже не так выпукло выглядит то, что в той же серии Том Бомбадил, с чего-то ставший ментором недо-Гэндальфа aka Метеормена, говорит ему (под аккомпанемент рассуждений в духе «тайный огонь шепчет нам то, что будет или может быть»), что, мол, чтобы овладеть своими волшебными силами, Метеормен должен интуитивно (а не по каким-то конкретным объективным признакам) выбрать из множества засохших ветвей для изготовления волшебного посоха правильную — а иначе он своими силами не овладеет. Да ещё и это привязано к тому, что «ты найдешь истинный посох, когда взор твоего сердца будет служить тайному огню».       С чего это? У персонажей Толкина волшебная сила или есть, или нет. Да, истари, видимо, нуждаются в посохах для её применения. Поэтому Гэндальф и сломал посох Сарумана — хотя, судя по тому, что он сделал это уже в качестве Гэндальфа Белого, такая способность завязана на благословение Эру и/или Валар (то есть не стоит всё сводить к наличию или отсутствию посоха самому по себе). Но тут, опять же, возникает вопрос к идиотскому сюжету сериала — почему Метеормена в Средиземье отправили не просто со стертой памятью, а даже без волшебного посоха? Тем более что в первом сезоне показали, что он может использовать волшебную силу и без него — тогда зачем вообще ввели во втором сезоне линию с обзаведением волшебным посохом?       В итоге всё это (особенно после перлов из серии «в мифриле соединились свет и тьма, оттого он и такой могучий» или идеей заряжать воду эльфов светом из того же мифрила) при просмотре сериала порождает ощущение, что ты имеешь дело с продукцией от каких-то сектантов с довольно странной картиной мира. Одно лишь «Let my people go» от сериального Саурона (!) в адрес Адара в первой серии чего стоит — или уже упомянутое превращение сериальных харфутов в иудеев, отправившихся на запад в поисках земли обетованной в виде будущего Шира. [1] https://ficbook.net/readfic/12667826/32575293