Часть 19. Девичник дался с трудом.

Наступил июль, а значит свадьба Иры тоже. Саша и моргнуть не успела, а казалось только вчера девушки выбирали платье невесты вдвоём. Когда Беловой пришла открытка с приглашением, та искренне умилилась, ведь сделана она была прямо под нее: в глянцевую поверхность была вшита ярко-красная лента. Внутри жирными, черными буквами дата, место, ее и Кирилла имя, а также теплые слова, написанные уже от руки самой Филатовой. Будущая журналистка прекрасно помнила о том, с какой хитростью ее подруга говорила о этих открытках, настолько запариваться над такими мелочами. Бледный был вполне себе рад происходящему, ведь это ничего такой повод вкусно поесть и выпить. Да и поболтать с кем-нибудь известным, популярным, ибо личность муженька, пусть и будущего, Иры, далеко не на последнем месте. Но когда Бледныйуслышал о дресс-коде — улыбка моментально спала с лица.

***

— Кис, ну че это за цвета такие? — он махал приглашением, внизу которого было несколько кружочков, указывающие на желаемые цвета нарядов гостей. Его детская манера часто смешила брюнетку, она улыбалась на те или иные выходки молодого человека. Но сейчас Саша злилась, причем настолько сильно, что словами передать невозможно. Это если он из-за такой ерунды устраивает истерики, то что будет потом…? — Ты прямо как ребёнок, — Саша цокнула и попыталась выхватить плотную бумажку из рук парня, но не вышло. — Кирилл, отдай, помнешь же! — Ты хочешь, чтобы я пошел в зеленом костюме?! О, или вообще розовом? — Блять, там еще есть серый и белый, ничего не найдешь что ли? И вообще, помнится мне, что ты обожаешь этот сраный, розовый цвет! — А я хочу черный! Он мне больше всего подходит! — А я хочу уметь летать, и что? Один раз одеть что-то другое, разве это так сложно? — Ой, всё, ты меня просто не понимаешь. — он положил открытку на комод так, что ладонь шлепнула по поверхности с характерным звуком, а сам упал на кровать. Он буквально вжался лицом в матрас, хныча еще сильнее. — Ну ты серьезно? Это важно Ире, а праздник ее. — сев аккуратно с краешка, Белова выдохнула, задумавшись о чем-то, и стала разглядывать собственные руки: искусанные пальцы, обломанные ногти в некоторых местах. На нервах, в последнее время, у девушки появилась вредная привычка. — Просто один день, по-другому прийти нельзя. — Боже, окей, — руки музыканта прижали к лицу подушку, а затем резко откинул ее. — Но наряды будут парными. — Да пожалуйста, лишь бы ты был доволен, лялька грудная. — Кирилл наконец-то улыбнулся и повернулся к девушке. В моменте ей стало даже страшно, если он ведет себя так, то что будет с его ребенком? В плане… Мини-Бледный — это будет буквально ходячий конец света.

***

Саше всегда раньше казалось, что таким страдают только девушки. Ну действительно, какому парню будет дело до каких-то тряпок, тем более на один день. Но не Кириллу. Ему нравилось выстраивать свой образ, особенно на какие-то мероприятия, даже на эфир к Урганту, Бледный настаивал сам на парном наряде. Белова уверена, что его гардероб, если не больше, то хотя бы точно такой же большой, как и у нее. Пятого июля у Иры был девичник, ровно за два дня до свадьбы, на который была приглашена и сама Саша. Всё по классике: ресторан, клуб и гулянки. Весело, что сказать, но Кирилл был против. Когда Саша сообщила о предстоящем мероприятии, тот нахмурил брови и наконец отвел взгляд от телефона. Вообще, до этого разговора, Белова и не задумывалась над тем, что в этом может быть что-то плохое. Просто тусовка, при чем чисто девчачья. А сама девушка давно ни с кем не общалась, ведь в Универе обстановка во многом накалена. И, самое обидное, что Кирилл, зная об этом, всё равно злостно отказывался от этой затеи.

***

Саша уже злилась не на шутку. Красная от злости и нервов, та хлопала дверьми, пока Кирилл наблюдал за этой беготнёй, сидя на кровати. Тимошенко не меньше хмурился, закатывал глаза. Плечи напряглись непроизвольно, кулаки сжимались всё сильнее и сильнее, когда она демонстративно выбирала себе образ к девичнику. Белова специально отбирала короткие, открытые, манящие юбочки, платьишки, да колготки. — Убирай это, быстро. — Кирилл указал взглядом на, совсем уж, мини-юбку черного цвета. — Я твоего мнения не спрашивала. — ткань полетела на пол, ко всем остальным вещам. — Не разговаривай со мной так. — не выдержав, Кирилл поднялся на ноги. — Хотя, знаешь, мне ничего не нравится. Пойду-ка в торговый центр завтра, а с него сразу на девичник. И, к твоему сведенью, я дома ночевать не буду. — Что ты сейчас сказала? — пара шагов, и Бледный уже рядом с ней. — Нихуя ты не пойдешь, ясно? — Не ясно. Я буду делать, что хочу. — Нет, дорогая, ты останешься дома, и мне глубоко насрать, куда ты хочешь. — Бледный, ты себя слышишь? Саша отпихнула со всей силы Кирилла, что стоял уже вплотную. Стало страшно, атмосфера ужасно давила, ребра сжимали легкие, от чего дышать становилось чем-то невозможным. Еще чуть-чуть, и заплачет. Словно маршем, Белова направилась в ванную комнату, слыша шаги позади. — Саша, остановись. — он не дал закрыться двери, одергивая так, что деревянная поверхность с грохотом ударилась о стену. — Не вынуждай меня кричать. — Я «остановись»? Ты ограничиваешь меня, и я еще остановиться должна? — Видишь же, где бы ты не находилась, всё равно фоткают направо и налево. Напьешься, что-то натворишь — и всё! Еще и вырядиться, как шлюха хочешь! — Что ты сейчас сказал?! Шлюха?! По-моему, ты большой любитель шлюх, забыл? — Кирилл на это громко цокнул и закатил глаза. — Твой член в разных двушках побывал. — Что ты несешь? К чему это сейчас? — А к тому, мой дорогой, что ты любишь, когда я так одеваюсь, сам мне даришь разные платья выше жопы, — она очертила линию длинны еще выше коротких шорт одним взмахом руки. Её глаза все же заслезились так сильно, что выдали сами себя. — Ты ходишь куда хочешь, общаешься с кем твоей душе угодно. А мне нельзя погулять в чисто женской компании? Я в универе тоже под прицелом вечно, только там не отдыхаю, а тут… — Так бросай универ, раз не нравится! — А может тебя бросить? Что за ультиматумы? — Да?! — первая фраза больно ударила по ушам. Кирилл хлопнул в ладони, уже нервно улыбаясь. — Расстаться хочешь? Ну давай, давай опять расстанемся, а потом потрахаемся, как в тот раз, помнишь? — Да ты только о сексе и думаешь! — Нет, дорогая, ты не поняла. Я к тому, что как бы ты не кричала о ненависти и желании расстаться, мы всё равно сойдемся, и всё равно будем вместе. — Ты звучишь как маньяк! Саша не выдержала, села на пол и закрылась руками, уже полностью погружаясь в истерику. Такая мелочь послужила скандалу, а что будет потом? А что будет, если причина окажется куда масштабнее? Кирилл злится, она тоже, только реакции и причины разнятся. Он стоит, облокачиваясь плечом о дверной косяк. Просто стоял и смотрел на неё, обдумывая всё сказанное. И что сейчас делать? Бледному никак не хотелось отпускать, без него точно нет, а так как там одни девочки, то и места парню точно не будет. Ну уж нет, какая вечеринка, а если в стрип-клуб поедут? А если выпьет так много, что допустит ошибку, после которой он не знает, сможет ли простить. То есть, он правда не знает. Кирилл не раз поступал так, а она нашла в себе силы простить. Честно будет с его стороны не прощать? А вдруг она перепьет ипроизойдет что-то ужасное только против её воли? Он задумался, не сводя глаз с дрожащего тела, что так и сидело на полу, прячась в коротких волосах. Опомнившись, Тимошенко опустил руки вдоль туловища, выпустил весь воздух из легких. — Кис, — его колени коснулись холодного кафеля. Он оперся ладонями, стараясь заглянуть в спрятанные от него глазки. — Не называй меня так. — раздались глухие слова, сказанные, словно, в пустоту. — Слушай, я не просто так не хочу, чтобы ты шла. — проигнорировав пререкания с ее стороны, всё вторил одно и то же. Ему казалось, что сможет достучаться до нее, казалось, что он прав. — Ты не имеешь права. Ты не мой «хозяин», чтобы запрещать. — Бледный хмыкнул. — Ты можешь перепить, а там уже случится что угодно! — А если я не буду пить? — наконец-то Белова подняла голову с колен. Глаза сощурились от лампочек на потолке, встроенных внутрь. Тушь потекла, лицо покраснело, а всё равно красивая, такая, что у Кирилла сердце забилось пуще прежнего. — А если они в стрип пойдут? — А если я в таком случае откажусь? — Нет, Саш, нет. — глядя на нее, он понимал, что от себя не отпустит. Никому, никогда, ну уж нет. Кто-то тронет ее? Ха, пусть мечтает. Будь то Дима, будь то кто-то еще, плевать. Киса принадлежит лишь ему, и если он не может контролировать окружающих, то сможет ее. — Да почему? — он потянулся тонкими пальцами к теплой щеке, но получил отказ. — Нет, отстань. — Без меня на такие мероприятия не будешь ходить. — Пошел ты. — девушка вновь оттолкнула его, но не успела она встать, как почувствовала, что ее схватили за руки, притягивая к себе. — Отпусти! Она пыталась бить кулаками, но промахивалась, пока Кирилл не прижал к себе и руки, перехватывая власть. Истерика лишь усилилась, Саша укусила парня, и побежала в комнату, желая натянуть на себя первые попавшиеся вещи. Кирилл проговорил под нос миллион матов, параллельно шипя от боли. — Да че ты успокоиться никак не можешь? — он силой выхватил вещи из рук и толкнул на кровать, от чего она свалилась. — Угомонись уже! — Я хочу к родителям. — К родителям? — вновь угомонив очередной порыв встать, и продолжить потасовку, он оседлал Сашу, прижимая к мягкой поверхности. В нос ударил приятный запах чистого постельного белья, ведь только сегодня они поменяли прошлый комплект, на новый. — Не брыкайся, успокойся, Саша! Блять, попробуй только укусить! — Я хочу домой! — она пыталась согнуть ноги, чтобы скинуть с себя чужое тело, либо пнуть, для освобождения, но не выходило. — Ты уже дома. — его обидела фраза Кисы. Чем это их обитель — не «дом»? — Если ты поедешь в таком состоянии к родителям, то что они подумают? Зачем их расстраивать? Кирилл знал за какие ниточки тянуть, знал, как правильно проводить столь искусные манипуляции. Плюсом ко всему, не хочется портить и без того плохие отношения с ее отцом. Удивительно, как он силой не запер у себя дочку, зная нрав Сергея. Саша перестала дергаться, просто плакала, осознавая, что он прав. Она не может показать маме или, тем более, отцу, что ошиблась с выбором. А ошиблась ли? Они были правы? Или это просто единичный случай? Может, это вообще она не права? — Кисунь, — Бледный улегся вплотную, укрывая Белову мягким, как облако, одеялом. Раньше, после мелких конфликтов, совсем небольших, Кирилл и Саша через пару минут мирились, очень страстно мирились. Даже вне дома, но это уже отдельный разговор. Но не сейчас. Кирилл прижал к себе ее, лоб ко лбу. Поддалась, перестала пускать слезы безостановочно, лишь парочка одиноких капель скатились по щечке, которые он поймал своими губами. Пара поцелуев, превратились в десятки. — Это для тебя, пойми. — кивнула, поняла, полностью под властью.

***

Утром пара проснулась почти одновременно, Бледный провел по чужому лицу ладонью, совсем невесомо, аккуратно, заправляя выбившиеся волосы за ушко. Саша опустила ресницы, ощущая, как подушечки пальцев уже спустились к острому плечу. Она не знала, как называется чувство внутри. Вроде, мурашки по телу, уже узел внизу живота стягивается, а с другой стороны, она боится, не хочет прикосновений, сдерживает слезы. Родные прикосновения так далеко, но так близко. Татуированные фланги пальцев от одной мысли вызывали приятную дрожь. Указательный пальчик поддел тонкую лямку майки, опуская подальше от исходного места. Он дышал через нос, Белова четко чувствовала это, даже с закрытыми глазами. Бледный смотрел, в упор – прямо на легкие веснушки, что проявились благодаря летнему солнцу. Ее нос чуть подергивался, Кирилл замечал в эту секунду все микроскопические эмоции на бледной коже. Тонкие брови расслаблены. Он придвинулся ближе, чтобы отдать хотя бы частичку своего тепла, той любви, которая кипит в сердце. В окно пробивались утренние лучи, большое пушистое одеяло чуть хрустело, так приятно, так нежно и сладко. Саша держала руки под щекой, стараясь не двигаться, а Кирилл перевернул на спину хрупкое тело, так же резко, как и впился губами в ее, чтобы наконец разбудить, открыть голубые глазки спящей красавицы. Белова не смела отвечать, но и не отталкивала. Не знала, что делать. Кирилл стянул тоненькую ткань, сквозь которую уже пробивались вставшие соски на груди. Саша стала наблюдать за действиями, не горя взаимностью, либо же наоборот, нежеланием. Кирилл провел дорожку влажных поцелуев вниз, подходя к шортам, чтобы избавится и от них. Он, своим тонким пальцем, водил вдоль небольших полушарий, приказывая мурашкам оставаться на месте. Отточенные движения, переходящие из стороны в сторону, от правой к левой груди. Бледный избавил и себя от пижамных брюк, вводя член во влажные складки сразу, как ощутил легкость освобождения от вещей. Его глаза смотрели вниз, контролируя собственное тело, которое требовало тепло Кисы. Горячая плоть обволакивала со всех сторон. Саша закрыла глаза опять, чтобы не смотреть на расслабленное выражение лица Тимошенко. Он приоткрыл рот, протяжно издавая глубокий вздох, толкаясь глубоко внутрь. Было хорошо. Ему было хорошо. Он закинул себе за бедро ее ногу, сжимая мягкую ляжку до покраснения. Тимошенко почувствовал на себе руки, стягивающие тонкую кожу на плечах. Темные волосы двигались в такт, падая на глаза. Грудь точно так же, мягко подпрыгивала, маняще дразня взор глаз парня. Поднялась пыль, танцующая под светом, который падал и на их тела. Очень уж удачно расположено было окно. Летом вообще рано солнце встает. Кожа Саши переливалась холодным оттенком, в точности, как и у Кирилла. Ее впалый живот, точно такой же, как и у Бледного, выдавал ребра, что еще больше возбуждало. Податливое тело было таким податливым, как никогда. Кирилл не мог терпеть, хотел чего-то еще, и провел по губам Беловой большим пальцем, проталкивая внутрь. Разомкнула зубы, впустила чужой палец в свой рот. Он оттягивал в строну левую щеку, чувствуя, как влага ее слюней обволакивает палец так же, как и естественная смазка его член. Саша поддалась и на это, обхватывая фалангу губами. Бледный хотел разорваться, потрогать везде, где только мог, но рук не хватало. Влажные, припухлые губы от поцелуев чертовски привлекательно выглядели, особенно вместе с его пальцем. Он размазывал слюну внутри, по губам. В моменте не выдержал и вновь впился в губы, проталкивая агрессивно язык. Пошлые хлюпающие звуки смешались со шляпками из тел друг о друга. Только вот девушка отвечала довольно вяло на поцелуй, а движения его бедер вообще игнорировала. Ей было приятно там, чуть ниже живота, но только не в сердце. Там было больно. Мутная радужка глаз выдавала приближающийся оргазм Кирилла. Красные пятна оставались на шее его девочки, а тот и остановиться не мог. Хотелось уже съесть ее. Он заставил облизать уже другой палец, а затем направился к чувствительной точке Сашеньки. Круговые движения, чуть подавливающие, отдавались нужными ощущениями. Легкая дрожь в ногах, Кирилл излился, продолжая массажировать клитор, добиваясь нужной концовки от кисы. Получил и это. Уже в ванной комнате, Саша сидела под струями теплой воды, плача себе в колени. Она не знала, что это было. Вроде секс, всё, как всегда. Но было не так, как раньше. Что-то не давало покоя. Кирилл был нежен, но молчал, впервые за весь процесс ничего не сказал, как и она. Белова словно не давала согласия, словно не такого ожидала, после вчерашнего. Нет, она не полностью под его властью, не сейчас точно. Саша легла с ним спать, вела себя словно вчера ничего не было. Истерика в ванной осталась лишь между ней и водой, которая утекла в слив. Кирилл на кухне приготовил завтрак, пока Саша приводила себя в порядок. Стоя у зеркала, Белова похлопала слегка себя по щекам, пытаясь улыбнуться. Да, все хорошо, он отошел от вчерашнего, все стало лучше. Да, после секса он не будет запрещать ей уйти, просто пойти и погулять. Он разрешит пойти, даст своей согласие. Все будет хорошо. — Короче яйца закончились, я макароны с сыром забабахал. — Бледный отложил в сторону телефон, указывая на две тарелки, из которых исходил пар, крича о горячей еде. Во время трапезы, девушка разглядывала Тимошенко, задумываясь, что чувствует после всего произошедшего. Любит ли? Однозначно. От этого еще больнее. Кирилл пытался подмять ее под себя, во всех смыслах. Она это понимала прекрасно, и не хотела позволить Бледному взять верх. Но драться, или кусаться — не выход. В любом случае она проиграет, хотя иногда сдерживаться тяжело. На глаза попался синяк после её зубов на руке Бледного. Она потянулась пальцами, чтобы огладить пятно. Чуть улыбнулся, задумавшись. — Киса, я тут… Мне, в общем, надо будет съездить в студию для выпуска трека с Янисом и Платоном. Это займет пару часов. — Саша убрала ладонь, принимая прежнее положение. — Го со мной? — Не хочу. — Только не говори, что ты до сих пор не отошла от вчерашнего. — Ты уже сам это сказал. Ты не имеешь право запрещать мне общаться с подругой. — Да кто запрещает то? Просто не хочу… — Вот именно! Ты не хочешь, именно ты! Но ты не можешь указывать мне, только посоветовать или выразить недовольство. — А я и выражаю недовольство, только ты не слышишь! — Слышу! Поэтому и говорю, что в стрип не пойду и пить много не буду. — Да блять. — он стукнул локтями по столу, прячась в руках. Он унимал злость, как только мог. — Похуй, иди. Но только попробуй не ответить мне хоть на одну СМСку или звонок. — Хорошо. — Кирилл кивнул, а Белова слегка улыбнулась. Уже искренне. — Деньги нужны? — Нет, у меня свои есть, спасибо. — Саша закинула последние кусочки в рот, и направилась к раковине. — Значит, переведу. — Бледный тяжко вздохнул. Девушка почувствовала руки на талии и голову на плече. Он обнял ее. — Прости за вчерашнее, я просто переживаю. — Всё нормально. — она почувствовала влажные губы на шее. — Ты тоже извини за укус, я испугалась. Кирилл лишь развернул ее к себе и поцеловал в губы, вновь залезая под широкую футболку, нащупывая рельеф трусиков.

***

Ближе к пяти вечера, Саша и Кирилл были уже готовы. Если Тимошенко одет в объемные джинсы на низкой посадке, да в базовую футболку, то Киса совсем наоборот: обтягивающие брюки-клеш на низкой посадке, обтягивающую футболку черного цвета с незамысловатой надписью, да конверсы. Куча украшений, по типу сотни цепочек и колечек. В общем, не юбка, не платье, ничего такого, что имеет вырез или неподобающую длину, по мнению музыканта. — Ты прекрасна, Кис, — он провел ладонью по тонкой спине. — Жаль, что не для меня. — Ты так говоришь, словно, это для другого мужчины. — Ага, сейчас. — он пропустил вперед Сашу к выходу из квартиры, попутно шлепнув по ее пятой точке. Уже в лифте, Кирилл пытался поправить прическу, что так и выбивалась из общей картины. Девушка взяла всё в свои руки, и, то-ли благодаря волшебству, то-ли благодаря ее мастерству, за пару секунд исправила ситуацию. — О, да ты просто мастер. — Обращайся, — пухлые губы, покрытые блеском, растянулись в улыбке. В машине было жарко, даже хуже, чем на улице. Кирилл моментально опустил крышу, после того как завел авто; плюс кабриолета. К слову, Саша уже успела получить права еще в июне, но Бледный вызвался самостоятельно ее довести до места, а потом уже забрать, так как она планировала выпить. Немного, капельку даже, но и такое количество алкоголя вынуждает отказаться от вождения. Это Тимошенко может себе позволить такую дурость, и то, на свой страх и риск. После долгих нравоучений, Кирилл не садился за руль в таком состоянии, либо же делал вид, что не садиться. Уже не суть. Девушка откинула сумку назад, готовясь к тому, что прическу ей явно сейчас испортят. И зачем он вообще прихорашивался в лифте? Музыка играет громко, всё, как любит Кирилл. Он уже не прячется, не скрывается, как в первое время их отношений. Оно и не удивительно, все уже знают, что это она его девушка. Многие, скорее большинство, относятся нейтрально, даже положительно к Саше. Пишут комплименты, делают уже излюбленные «эдиты» с ней и Бледным из отрывков шоу Урганта. А больше не от куда брать совместные моменты. Саша избегает камер, уходит в другую комнату, когда Кирилл записывает сториз. Не раз такое уже повторялось, на что Бледный в очередной раз цокал, а иногда даже злился. Парень достал телефон на одном из светофоров, включая Инстаграм. — Запишешь со мной? — он покосился на нее, поворачивая телефон. — И зачем? — Ну, типа, а почему нет? — он вновь врубил свою шарманку. Светофор подал зеленый сигнал, поэтому Бледный вдавил педаль газа. — Кисунь, ну мы же в отношениях, а я публичный человек. Просто записать коротенькое видео и сфоткаться. — Учти, я буду молчать на видео. — вновь красный свет, сорок пять секунд, парень быстро заснял видео, где говорит о предстоящем выходе нового трека, отмечая чуть ниже Платона и Яниса. Указал на Сашку, которая улыбнулась, уже искренне, ведь от голоса Кирилла, который меняет манеру на еще более «гламурную» и «слащавую» сдержаться не выходит. Она послала воздушный поцелуй в камеру. В общем, дорога была довольно быстрой. Тимошенко успел пару раз сфоткаться. Припарковавшись у дома Филатовой, он ударил по рулю двумя ладонями, так, слегка, и сжал губы в тонкую линию. — Ну что, иди. — Не говори так, мы же не прощаемся, — она улыбнулась, чмокнув липкими губами его мягкие. — Буду на связи. — Да, будь. — он вышел из машины, огибая вдоль капота. — проходим, мадмуазель. — Всё, Кирюш, целую. — Белова хотела совсем по-быстрому обняться, но он не дал ей отодвинуться. Вздохнув запах ее духов, провёл по шее рукой, оставляя там же свой поцелуй. На белой коже были парочка пятнышек, которые не смог спрятать тональный крем. — На связи. — Да-да! Помню я. Удачи там тебе! Девушка скрылась за дверьми подъезда, а он всё стоял и смотрел на железную поверхность. Вздохнув, Кирилл провел рукой по волосам, и всё же вернулся в красное авто. Ему предстояла довольно объемная работа, так что можно будет и отвлечься на время от собственных тараканов в голове.

***

Ира и Саша визжали от восторга, как только встретили друг друга. Белова готова была разрыдаться на месте от вида такой счастливой подруги. Рыжая без остановки рассказывала обо всем, что ее сейчас окружает. А это, поверьте, много всего. Волнение и счастье — Ира буквально олицетворение этих эмоций. Они уже едут в ресторан, где их ждут еще две девчонки, они являются хорошими подругами Филатовой. Она уверила Сашку в адекватности и позитиве этих двух особ. В целом, она полностью доверяла подруге, хоть и чуть волновалась. В последнее время она вообще ни с кем не общается, ведь лето, каникулы, в универ не надо. Хоть в этом и был большой плюс — Белова не видела Диму и Дашу, а все же, устала сидеть дома. Кирилл был только рад такому исходу событий. Казалось, он был помешан на излишне частом времяпровождении друг с другом. — Девочки! — рыжая протянула последнюю гласную, вознося руки вверх в приветствии. — Знакомимся! Это Саша, моя родная душа считаете. Сашка, это Милана и Лиля. — Приятно познакомиться. — Белова села на мягкий диванчик, стараясь унять частое сердцебиение. Ресторан довольно просторный, светлый. Судя по рассказам Иры, они с Димой хотели изначально тут праздновать свадьбу. Мол — «снимем полностью два этажа, да и все дела». Но побывав тут пару раз, пара решила, что это место для посиделок с друзьями, близкими, может даже по работе, но никак не справлять свадьбу. На самом деле, два этажа — громко сказано. Да, безусловно, несколько ярусов, но верхний больше как балкон, что обволакивает по стенам первый, оставляя по середине круглое отверстие. Столов много, но для комфортного расположения гостей не годится. — Купила уж платье то? — будущая журналистка в большинстве своем слушала, нежели болтала сама. Она уже наелась за эти два часа, да так, что обтягивающие штаны хотелось снять и выкинуть напрочь. — Лиль, ну а ты как думаешь? У меня, между прочим, свадьба уже послезавтра. — На заказ небось сшила? — Нет, по старинке, сходили в салон на Арбате, да там и купила. Сашка помогала. — Как бы мне хотелось уже на него глянуть! — Да, вам однозначно понравится. — брюнетка наконец вставила хоть какую-то лепту в диалог. Спустя еще какое-то время, девушки отправились гулять в центр, в поисках привлекательного клуба. Ира вообще напрочь забыла об организации этого момента, но оно и не удивительно, столько дел же! Она еще не до конца уверена, что все друзья получили приглашения, а их больше, чем «много». — Девочки, смотрите, вывеска вроде привлекательная! — Милана ткнула вперед острым ногтем, обращая внимание на неоновую, розовую надпись. — Да плевать, погнали! Сидя на диванчике, Саша ловила мощные флешбеки. Помнится ей прекрасно, как Филатова потащила ее на одну из тусовок, где та точно так же сидела ниже травы, тише воды, а в итоге нарвалась на такие приключения. И эти самые «приключения» до сих пор с ней, она буквально живет с ними. Будет, что внукам рассказать. Музыка, коктейли, большинство из которых не алкогольные, танцы; Белова и забыть забыла о телефоне, на котором скопилось сообщений так двадцать, пропущенных звонков примерно столько же. Кирилл себе места не находил, прошло уже три часа с последнего СМС, где она там пропала? Сука, только случись с ней что-то. Вообще эта гиперопека не свойственна Бледному была. В предыдущих отношениях было все настолько наоборот, что ему становится страшно — он реально стал вести себя по-другому. Пугающе по-другому. — Саш, у тебя там сумка уже минут тридцать вибрирует, проверь лучше. — Лиля подтолкнула за спину брюнетку, и та наконец-то опомнилась. Саша взглянула на сенсорный экран телефона и тяжело вздохнула. Даже отец так часто, в свое время, ей не названивал. Быстро найдя глазами небольшой балкончик, она рванула туда. Повезло, ведь, что удивительно, никого не было. — Саша, блять, почему не отвечаешь? — судя по голосу, Кирилл злился. — Кирюш, я отдыхаю. — Ты вообще помнишь о договоре? — Бледный, хватит. Я не подписывала ничего, чтобы ты сейчас так говорил. Я отвечаю сразу, как вижу сообщение или звонок. — Что-то не очень видно. — парень сдался. — Через сколько домой? — Не знаю, пока отдыхаем, танцуем. На улице прохладнее стало, хорошо очень. — И чем тебе дома не хорошо? — Выпустили трек? — Саша перевела тему махом, как только появилась возможность и тема. — Да, скролю каждую минуту прослушивания. Вроде заебись все. — А могло быть по другому? — Белова упиралась почти всем весом тела на перила, наблюдая за проходящими на улице людьми. Все спешат куда-то, с собаками гуляют, подростки счастливые носятся. — молодчинка. — Да, я такой. — Все, Кирюш, я пошла, меня девчонки заждались. — Окей, люблю тебя. — И я тебя. — она мысленно добавила фразу «моя ты женушка», издав легкий смешок. А что, правда как домохозяйка, правда не в том ключе. Скорее больше из-за того, что ждет ее вечно и требует возвращения домой. Белова вернулась на танцпол к рыжей невесте, что так и отплясывала под громкие треки неизвестных исполнителей. Подол платья до неприличного высоко подпрыгивал вместе с хозяйкой. Лиля и Милана совсем рядышком, но заигрывали с компанией каких-то парней. Саша так поняла, что они не в отношениях, раз и в ресторане подмигивали соседнему столику, и тут обжимаются с, надо признать, симпатичными парнями. В какой-то момент и к Ире с Сашей подошло два парня, выразившие желание познакомиться. Два высоких, довольно крупных брюнета. Они были настолько похожи, что в полумраке темного клуба Белова подумала, что являются близнецами. Судя по их самодовольному выражению лица, они излишне уверены в своем успехе. Только вот Филатова сразу показала безымянный пальчик с дорогущим кольцом. Вроде как Славе? Саша почти не слышала. Он расстроился, и это было видно по опустившимся уголкам губ. Второго она даже предположить не могла, как же звать, но отметила важное отличие — татуировка-рукав, покрывающая всю руку. Выглядело симпатично, еще и цветные огоньки витали вокруг, обволакивая тела каждого присутствующего, удачно подчеркнув вечный рисунок. — Тебя как зовут? — он наклонился так близко, опаляя горячим дыханием ухо. Признаться, Саша даже не отодвинулась, не стала выстраивать сразу личные границы, но сообщила: — Я Саша. Учти, у меня есть парень. — Не удивительно, у такой красавицы не может не быть молодого человека. — Спасибо, — пусть этого и не видно, Белова покраснела от столь наглой лести. — Слушай, а где татуировку бил? У меня есть одна, но я бы хотела еще что-нибудь. — А, это? Я сам себе, работаю тату-мастером. — Обалдеть, такой класс, — Белова улыбнулась еще больше, ведь музыка чуть утихала, а света прибавили. Можно было разглядеть. — Мощно. А какой прайс? — Зависит от эскиза. Давай номерами отменяемся? Скинешь примерный вариант, я скажу. — Ой, давай. — когда девушка включила телефон, то на обоях загорелась общая фотка с Бледным. Парень подумал, что показалось, всякое бывает в конце концов. Но когда высветилось большое количество сообщений от контакта «Кирюша» пазл стал складываться. Когда брюнетка записала его номер, диджей внезапно заговорил: — Дети мои, у нас вышел новый хит! Буквально час назад! — раздался легкий гул, который усилился, после последнего вопроса: — «Пошлая Молли» и «Яникс» вам что-нибудь говорят? — Сашка! — Ира стала перекрикивать визжащую толпу. — Это новый трек твоего Кирилла! — Ты девушка Кирилла Бледного? — рукавчик, так прозвала его девушка, ибо имени не запомнила или не услышала, наконец осознал сюр произошедшего. — Да, — видя смущение подруги, Филатова ухватила ее за руку. — Почему он ничего не сказал про Платона? — А кто это? — рыжая косилась на парня, который стоял так же рядом и раздражал ее. Не хорошее предчувствие появлялось при виде хитрых черных глаз. — Они вместе текст и музыку создавали, втроем. Он еще мелкий, но мне кажется прорвется. Диджей включил новый трек, все стали опять прыгать, орать, танцевать. Саша слушала и узнала в первом куплете Платошу. Паренек запомнился девушке хорошо, уж слишком умилял. Вспомнила те кружочки и голосовые со студии, когда они только начинали работать над песней. Долго же мусолилась эта работа, тянули до последнего с его выпуском. А вот во втором уже Кирилл зачитывал текст, из-за чего Белова стала непроизвольно улыбаться. Все же, она сильно любила его. Гордилась. А ведь раньше, была просто фанаткой, которая решила сходить на концерт. — А Бледный могёт, — Ира тыкнула в изгиб талии локтем, улыбаясь. Та лишь кивнула, наконец-то выходя из транса.

***

Кирилл терпеливо ждал в машине, но с поднятой крышей, чтобы никто не лез и не узнал. Все-таки выбрались они в самый центр, где народу на выходных очень много. Подростки носятся, прямо как он когда-то, с колонками, где-то уличные музыканты играют на инструментах, собирая вокруг себя народ, что танцует, периодически закидывая в чехол из под гитары мелкие купюры. Бледный слабо улыбнулся. Вспомнил, как еще с зелены и волосами валялся на земле, вставая на березку. Как с Мильковским отплясывал бухой в хлам. Показалась Сашка, которая чмокнула в губы у выхода рыжую подругу. Ира еще осталась тусоваться, но перед тем, как зайти обратно, махнула знакомой красной машине, зная, что ее видит Бледный. — Кирилл, это было так классно. Ваш трек — что-то с чем-то! — Ты успела послушать уже? — В клубе включили, — она откинулась на сиденье, улыбаясь чуть ли не во все тридцать два. — Устала? — он провал татуированной рукой по ляжке, поднимаясь наверх. — Кирилл, я тут трахаться не буду, — еще бы, вообще-то Арбат, множество различных людей. — Ты не поняла, — он все же вышел из машины, перед этим заглушил двигатель. — пошли песню закажем? Хочу станцевать с тобой. — В клубе? — Нет, там ребята отыгрывают, пиздато так. В пол уха слушал через приоткрытое окно. Погнали. Девушка лишь приняла его руку, буквально побежав вместе с ним к уличным музыкантам. Протискиваясь сквозь толпу, она наступила на пару чьих-то ног, попутно извиняясь. — Братан, сыграешь эту? — он показал на экране название песни, на что ошарашенный парнишка кивнул с открытым ртом. В голове брюнета мелькнула мысль: «узнал». На что, разумеется, ухмыльнулся. Кинул купюру в своеобразный «мешок». Кирилл вытянул за руку Сашу из толпы, что боялась выйти в центр воображаемого круга, и схватил ее за талию, прижимаясь всем телом. Многие достали камеры телефонов, стали снимать. Некоторые присоединились со своими вторыми половинками. С первых же мелодий Белова узнала песню, но удивилась. — Земфира? Ты же не любишь такое. — шепотом, буквально в ухо, Саша задала такой глупый и наивный вопрос. — Ты любишь, — прикосновение щеки Саши с его колючей, вызвало табун мурашек. — Ну, и я отношусь к ним нейтрально. Почему бы и нет иногда? Брюнетка не замечала людей, не обращала внимание на дикий гул улиц. Она посмотрела в его глаза и улыбалась. Ночная Москва так красива, так шумна и так романтична. Его руки крепко сжимали талию, все ближе к торсу. Тимошенко аккуратно наклонился и коснулся своими губами ее. Поцелуй был коротким, но чувственным. Белова положила голову на плечо, еще сильнее вжавшись и обнимая за шею своего мужчину. Они молча покачивались в такт пению и музыке. Ее глаза закрыты, и несмотря на это, она была уверена, что и его тоже.