Король Узкого моря

       Боги точно благословили Лу, потому что Йонас вернулся. Он вошел в тронный зал. Победа и самодовольство ощущались в каждом его шаге.        Лу стояла в толпе, наблюдая за ним. Он стал еще красивее с их последней встречи. Он неряшливо поправлял короткие платиновые волосы, пока направлялся к Железному трону.       — Я слышал, тебя зовут Королем Узкого моря, — строго сказал отец.        — Да, после победы у Триархии, меня нарекли Королем, — самоуверенно произнес Йонас, — но для меня есть только один Король, Ваше Величество, — он опустился на колени, обнажая меч.       Лу видела, как отец улыбался. Она радовалась, когда видела его таким. Словно он в то мимолетное мгновение снова становился ее отцом. Тем, кто учил ее читать и вырезать фигурки из камня. Тем, кто слушал пение мамы и танцевал с Лу на каждом празднике.       Казалось, что в одной улыбке отца, посвященной Йонасу, теплилась надежда на возвращение их семьи. Не династии Драконов, не завоевателей Семи Королевств, а семьи, которую Лу любила больше всего в мире.       Чуть позже она нашла Йонаса у Чардрева. Выглядело так, будто он молился, но Лу знала, что Йонас не верил в Богов. Скорее всего, он просто любовался красотой. Возможно, тоже размышлял о прошлом.       — Ты изменился, — произнесла Лу, отвлекая его.       — Ты тоже, Принцесса, — улыбнулся Йонас.       Она чувствовала, как его взгляд медленно скользил по ней. Он задержался у шеи, и Лу нежно коснулась кулона, который стал неотъемлемой частью ее самой. Йонас улыбнулся, скорее всего, замечая ее жест.       Лу не видела его столько лет. Она невыносимо скучала и ждала. А теперь Йонас вернулся, и связь между ними казалась почти ощутимой. Лу надеялась, что его чувства не изменились.       — Ты справилась, — нарушил тишину Йонас.       Они прогуливались по Богороще. Таргариены не особо почитали Богов: ни старых, ни новых. Но именно в этом месте Лу почему-то ощущала покой. Словно боль в сердце на время отпускала ее. И порой казалось, что Боги отвечали на молитвы, даже если они не были произнесены.       — С чем? — поинтересовалась Лу.       — Со змеями в своем доме, — хмыкнул Йонас.       — Все еще справляюсь, — она выдохнула, — это сложно, учитывая, что их больше.       — Ты сильная.       — Я скучаю по ней, — прошептала Лу, — если бы мама была жива, ничего бы не произошло, и Хайтауэры не отравляли бы голову отцу.       — Королева же постоянно таскалась за тобой, — он звучал удивленным.       — А потом решила, что мы с тобой спали, — усмехнулась Лу, — и выставила меня лгуньей и шлюхой.       Йонас рассмеялся. Боги, какой же у него был красивый смех. Но спустя секунду Лу нахмурилась, думая о том, почему его так забавляла мысль разделить с ней постель?       — А что смешного? — возмущенно спросила Лу.       — Если Ее Светлость в шестнадцать выдали замуж за старика, — Йонас не переставал смеяться, — это вовсе не значит, что и я хотел бы трахать ребенка.       — Эй, — Лу возмутилась еще больше и стукнула его по плечу, — отец не старый.       — Она все равно слишком молода для него, — Йонас пожал плечами.       — Так ты… — она не знала, как задать вопрос.       — Не понимал прозрачные намеки, потому что считал тебя ребенком? — он усмехнулся.       — Считал? — спросила Лу, останавливаясь.       Йонас оказался напротив нее. Он улыбался, а Лу чувствовала, как сердце плавилось от его взгляда.       Когда-то Йонас покинул замок и ее в ту ночь, оставив кинжал в напоминание о себе и мысли о потерянной связи. Но сейчас Лу чувствовала, что разлука не повлияла на них. Лишь усилила то, что зрело в ней все эти годы.       И глядя на него, Лу могла поклясться, что Йонас ощущал то же самое. Время словно замерло для нее, остался только он. Хотела ли она поцеловать Йонаса? Да. Ответил бы он ей?       — Я вам помешала? — Ирма приподняла бровь.       — Нисколько, Ваше Величество, — Йонас подмигнул Лу и исчез.       Он будто забрал с собой всю легкость и теплоту, которую Лу ощущала на протяжении этого дня. Она смотрела Йонасу вслед, совершенно не желая сталкиваться с недовольным лицом Королевы.       Лу надеялась на то, что он задержится в замке подольше. Хотя от Йонаса можно было ожидать чего угодно. Она хотела забрать немного его отношения к жизни. Хотела забрать его свободу. Она хотела его.       — Твой жених приедет завтра, — осуждающе произнесла Ирма.       — Я в курсе. Спасибо, — отстраненно сказала Лу.       — Тебе не кажется, что неуместно проводить столько времени с дядей? — Ирма скрестила руки на груди.       — Тебе не кажется, что ты слишком много себе позволяешь?       — Наследник Баратеонов не согласится жениться на тебе.       — Это я могу не согласиться, — упрямо заявила Лу.       — Ты, — Ирма приблизилась к ней вплотную, — попорченный талант.       — Ты — подстилка, — прошептала Лу, оставляя эту змею захлебываться своим ядом.       Как Лу оказалась настолько слепа? Ирма — милая девочка в зеленом платье. Когда она стала такой насквозь прогнившей сукой? Или она всегда ею была, а Лу просто в упор не замечала этого?       Стоило Ирме примерить корону, как она потеряла ощущение реальности и их дружбу, которая когда-то казалась важнее всего. Лу надеялась, что они всегда будут вместе, что их детей не кровь свяжет, а бесконечная любовь.       Лу любила Ирму. Правда любила. Добрую и светлую наследницу Дома Хайтауэров. Королеву она не знала, и знать не хотела. Пусть эта сука катится в пекло. Лу не собиралась ей ничего доказывать.       Вечером недовольный сир Доган передал ей записку и небольшой сверток.       — Я дежурю у ваших покоев сегодня, Ваше Высочество, — строго сказал сир Доган.       — Я буду спать, — спокойно сказала Лу.       — Ну да, — усмехнулся он, — не опоздайте на мое свидание, Принцесса.       — Я уже заплатила палачу, чтобы вас не казнили, — Лу широко улыбнулась, — без меня.       Сир Доган пожелал ей доброй ночи и пробурчал себе под нос про то, что Лу сведет его в могилу.       Казалось, что Лу даже не дышала, пока разворачивала сверток. Она улыбнулась, прикасаясь к простой рубашке из хлопка и черным штанам.       Пока Лу шла на встречу к Йонасу по тайному проходу, в голове звучал ее же голос из детства. Счастливого детства.       — Я — Данни Флинт!       Как жаль, что познать истинную ценность счастливых мгновений можно было только через боль. Порой ей думалось, что боль продлится вечно, но время, пусть и не залечивало раны навсегда, притупливало их.       События накладывались друг на друга и вместе составляли жизнь. Оглядываясь назад, Лу ясно видела только любовь и свет. Она понимала, что невозможно стереть все плохое, но и хорошее никто не в силах у нее отнять.       — Данни Флинт, — усмехнулся Йонас.       — Ты помнишь конец легенды? — уточнила Лу, — когда ее обман раскрыли, дозорные изнасиловали и убили ее.       — Ты помнишь, что я обещал защитить тебя? — Йонас улыбнулся, надевая на нее шапку, чтобы скрыть длинные платиновые волосы, а на свою голову натянул капюшон.       Он взял Лу за руку и уверенно повел прочь от дворца. Восторг переполнял ее настолько, что она буквально не могла дышать. Приходилось постоянно оглядываться, чтобы не упустить ничего из виду.       Шелковая улица даже ночью казалась более шумной, чем замок во время самого пышного торжества. Здесь выступали уличные артисты, а горожане кричали, не стесняясь в выражениях. Пахло едой, алкоголем и потом, и Лу не знала, какой запах ощущался сильнее.       Она словно оказалась в другом мире, и ей было очень интересно узнать, что он может предложить.       — Осторожнее, пацан, — пробурчал толстый мужчина, неосторожно сталкиваясь с Лу.       — Слышал? — с улыбкой спросила Лу, когда они свернули за угол, — назвал меня пацаном.       — Здесь темно, а он явно глупец, — усмехнулся Йонас.       — Ты бы узнал меня в таком наряде, если встретил случайно на улице?       — Я всегда узнаю тебя, — хмыкнул Йонас.       Они петляли по узким улочкам, прежде чем Йонас вывел ее к сердцу Шелковой улицы. Здесь было еще более шумно из-за горожан, которые едва стояли на ногах. Но это абсолютно не мешало им горлопанить.       — Принц Йонас из Дома Таргариенов! — прокричал худощавый мужчина с деревянной сцены, возле которой собралась огромная толпа, — кто бросит вызов Принцу Королевской Гавани?!       Люди буквально взревели, когда на сцену вышел тот, кто представлялся Йонасом. Просто огромный лысый мужчина, выглядевший горой на фоне настоящего Йонаса. Видимо, это была не сцена, а поле боя. И Лу не представляла, какой идиот сразится с таким громилой?       — Я! — крикнул Йонас, поднимая руку.       Лу закатила глаза. Понятно, этот идиот.       — Малец, куда ты?!       — Да он же убьет его!       — Мальчонка — не жилец!       Толпа кричала и восхищалась! И вскоре их крики слились в сплошной и неразличимый гогот. Лу не разделяла их восторга. Как она потом объяснит отцу смерть его брата? Ирония была в том, что Йонаса собирался размазать по улице Йонас, пусть и ненастоящий.       Йонас поднялся на сцену, и им выдали деревянные мечи. Лу скрестила руки на груди, размышляя о том, что крови должно быть немного. С другой стороны тот мужик мог засунуть ему меч так глубоко, что потом ни один мейстер Цитадели бы не достал.       Бой начался. Лу все же не сдержалась и закрыла лицо руками, чтобы не видеть этого. Толпа продолжала орать, но по их реакции она не могла определить, кто побеждал. Точнее, насколько сильно проигрывал ее Йонас.       — Седьмое пекло, — выругалась Лу, когда решила взглянуть.       Йонас двигался так словно танцевал. Лу знала, что он — отличный боец, но чтобы настолько… Он уклонялся от грубых и хаотичных ударов так изящно, что даже капюшон не слетал. Как он это делал?       Представление продолжалось, и громила уже перестал быть таким угрожающим. Йонас выглядел так, словно развлекался. Лу не видела его лица, но чувствовала, что он улыбался. Самодовольный мальчишка.       Это напомнило ей турнир трехлетней давности. Тогда Йонас так же играючи расправился со всеми соперниками. Он остался таким же самоуверенным, но при этом что-то безвозвратно изменилось. И Лу очень хотела узнать, что именно.       Бой набирал обороты, а противники не собирались уступать друг другу. И когда Йонас выбил меч из рук мужчины, тот просто вышел из себя. Кто-то бросил громиле настоящее оружие.       Лу сглотнула. Йонас держал в руках игрушку, и она всерьез начала беспокоиться.       — Это же нечестно! — крикнула Лу, но ее недовольство растворялось в ликовании толпы.       Турниры проводились на равных условиях, а это подобие было более жестоким. Видимо, горожане очень хотели крови, даже не зная, что на арене дрался настоящий Принц!       Казалось, что Йонаса ничего не смущало. Он продолжал развлекаться, а у Лу сердце билось в глотке. Они перемещались так быстро, что Лу не успевала отследить их движения.       Йонас отступал, а Лу просто застыла, думая о том, что убьет его. Конечно, если он выживет. Громила злился все больше, и каждый новый удар выглядел сильнее прошлого.       Йонас увернулся еще несколько раз, и Лу упустила момент, когда он уложил противника на лопатки, прижав его же оружие к горлу. Она все же недооценила Йонаса, как и громила, который, скорее всего, будет еще долго зализывать раны.       Народ кричал. Йонас поклонился, умудряясь до сих пор скрывать свое лицо. В качестве приза ему досталась синяя роза. Лу фыркнула. Ради цветка этот придурок рисковал своей жизнью?       Он быстро спрыгнул со сцены, уводя Лу подальше под рукоплескания горожан.       — Для вас, моя Принцесса, — Йонас протянул ей розу.       — Ради нее тебе чуть голову не оторвали, — Лу сверлила его недовольным взглядом.       — Зимняя роза из Винтерфелла, — с улыбкой произнес Йонас, — особенная, прямо как ты.       Она больше не могла ждать. И пусть темный переулок Шелковой улицы был не самым романтичным местом для первого поцелуя, земля все же ушла у Лу из-под ног. Ее будто погрузили под воду, а потом подняли выше неба.       Йонас прижимал Лу к грязной стене, а его руки медленно скользили по ее телу. Слишком много эмоций она испытала сегодня, но, пожалуй, это самое яркое воспоминание этой ночи, которое будет гореть гораздо дольше, чем пламя Сиракс.       Когда Йонас отстранился, и его тяжелое дыхание опалило ее щеку, пуская мурашки по спине, Лу очень ясно осознала одну вещь.       Она не хотела замуж за Кея.