Глава 2. Извлечение максимальной пользы

Глава 2

      

Извлечение максимальной пользы

      — Не так! — раздалось нетерпеливое рычание Адама, пока он пытался показать своему опекуну-человеку, как правильно накладывать повязки.              — Извини! Подожди, просто… подними руку и…              — Ай! Чтоб тебя, человек, следи за своими пальцами! — поморщился он от боли, когда рука Руби поспешно отдернулась от значительной раны на его плече, оставив конечность обездвиженной.              — Не могу! — в отчаянии топнула ножкой Руби, и казалось, что всего несколько строгих слов отделяют её от слёз.              — А, точно… ты же слепая, — с тяжелым вздохом некогда грозный террорист мог только сетовать на свое несчастное и унизительное положение. — «Нужно ещё немного подыграть, а потом я смогу убить эту человеческую стерву.»              — Прости. Пожалуйста, дай мне попробовать еще один раз, — Руби похлопала по кровати, которую она предоставила гостю, пока он приходил в себя, ища рулон бинтов, которые она наложила, пока её пальцы не нашли его. — Тебе нужны чистые бинты, поскольку ты настоял на том, чтобы не ехать в больницу. Ты должны позволить мне помочь.              — О-ох! Ладно! Просто дай мне свою руку, — с горьким вздохом смирения Адам протянул здоровую руку, дрожа и медленно, пока не взял руку Руби, держащую бинты. — Я буду держать за один конец, а ты просто обмотай его вокруг моей руки и больше не травмируй меня.              — Ладно! Ты сможешь это сделать, Руби! — она громко подбадривала себя, чувствуя, как разматывается катушка бинтов. Она сосредоточилась на своем обонянии, осторожно опускаясь на колени, чтобы положить голову туда, где по её ощущениям была его рука. В этом ей помог достаточно сильный запах застоявшейся крови и с память о том, в каком месте она причинила ему боль, прочно закрепившимся в её сознании. Всё, что ей нужно было сделать, — это найти его локоть свободной рукой.              — Так, теперь начинай заматывать, не слишком туго и не торопись, — он не мог не приготовиться к боли, когда молодая женщина начала осторожно и медленно заматывать руку. После того, как несколько кругов вокруг его бицепса прошли без боли, он расслабился, наблюдая, как его сиделка быстро стала намного более искусной и уверенной, перевязывая его рану.              — Так хорошо? — остановилась Руби, одной рукой держа катушку, а другой осторожно ощупывая его руку и пальцами проводя по его коже, пока не наткнулись на мягкую ткань, проверяя ее натяжение, хотя она не была уверена, насколько тугой она должна быть.              — Пойдёт. Теперь держи, я отрежу, — прежде чем она успела ответить, Адам взял ножницы с кровати.              — Эй, по-твоему, я не могу этого сделать?! — она пристально посмотрела на него, надув щёки и уперев кулак в бедро.              — Ты уже достаточно сделала, — это было самое дипломатичное, что Адам смог сказать, не признаваясь, что в его нынешнем состоянии он боится подпускать к себе слепую девушку с ножницами.              — Чтоб ты знал, у меня отличная координация, — фыркнула она, чувствуя, как натягивается конец бинта, когда её новый сосед по комнате перерезал его.              — Всё, готово, теперь исчезни, — он говорил сквозь стиснутые зубы, отрывая ртом кусок ленты.       «Думаю, мне повезло, что она слепая, и никак меня не узнает. Сейчас это может быть неудобно, но так даже проще.»              — Да, вижу, тебе нужен отдых. Я скоро вернусь с закусками. Если уснёшь, я оставлю их на тумбочке, — Руби с облегчением улыбнулась, радуясь, что мучения с промыванием и обработкой ран незнакомца закончились.              — Вообще-то, могу я воспользоваться твоим свитком? Мне нужно позвонить, — просить разрешение на что-либо у человека мгновенно переполнило его глубоко в груди отвращением, чувством, которое грызло его, когда вся его злоба была обращена против него. Но он всё равно держал это под контролем… с горя пополам.              — А, конечно, твоя семья, должно быть, волнуется! Вот! Держи, — она без лишних движений полезла в карман платья и достала свиток.              — Теперь можешь идти, —прорычал он, выхватывая устройство из ее руки. Несмотря на это, ее теплое и доброе поведение не изменилось. Он не мог быть уверен, было ли это потому, что она не могла его видеть, но даже с его враждебностью она никогда не подавала виду, что боится его.              — Точно, хе-хе, приватный звонок, я поняла. Всё равно мне надо достать печенье из духовки, — нервно хихикнула Руби, прежде чем развернуться и уверенно пойти к двери. Адам почти забыл о свитке, наблюдая за ее походкой, не совсем уверенный, чего он ждет. Может быть, что она споткнётся или упадёт? Тем не менее, он не отводил взгляд, пока слепая женщина ловко не повернула за угол и не закрыла за собой дверь.              — Печенье? — моргнул Адам, принюхиваясь и только сейчас уловив сладкий аромат выпечки, разлитый в воздухе. — Плевать, я просто надеюсь, что Белый Клык вытащит меня отсюда, эта баба невыносима.              Резко тряхнув головой, он открыл свиток, его большой палец завис над иконкой вызова, но его голубые глаза были устремлены на что-то другое. Значок газеты в правом верхнем углу свиток привлек его большой палец, а затем, со щелчком, он завибрировал и открылся.              — Сегодняшние заголовки, — проговорил свиток цифровым голосом, читая слова на экране.              — Видимо, она и прочитать то, что написано на экране, не может… — рассеянно пробормотал Адам, услышав это открытие.              — Поиск: Адам Таурус, — громко и чётко говоря в микрофон, он ждал, пока ИИ зарегистрирует его запрос... но ничего не произошло.              — Зараза! Должно быть, в него встроено распознавание голоса, — его разочарование и гнев снова начали подниматься, когда он начал вводить текст в строку поиска вручную.              — Заголовки, связанные с «Адамом Таурусом», — открыв первый попавшийся новостной сайт, он начал читать:              Победа специальной антитеррористической оперативной группы военных Атласа после того, как специальный лейтенант Вайсс Шни и её команда захватили или уничтожили около дюжины высокопоставленных оперативников «Белого Клыка». Среди убитых числится Адам Таурус, считающийся одним из самых радикальных и влиятельных лиц в организации. Вайсс Шни была тяжело ранена в ходе столкновения, но находится в стабильном состоянии и восстанавливается в неизвестном военном госпитале. Генерал Айронвуд в своем заявлении на прошлой неделе высоко оценил действия...              Щёлк!              Нажатием кнопки свиток погас, и в комнате воцарилась тревожная тишина. Адам Таурус сидел там, на этой уютной гостевой кровати, с холодным, непроницаемым выражением лица, уставившись на черный экран в своей руке.              «Ха-а… получается… меня похоронили, да? — тёмная и ужасающе довольная ухмылка растянулась на его губах, пока он позволил себе снова осмыслить эти слова. — Ведьма Шни, может, и не сдохла, но они считают меня мёртвым! Это идеально, и единственный человек, который знает обратное, — слепая девчонка из захолустья! И всё же у меня много вопросов. Как мне удалось смыться? В статье говорилось, что Айронвуд опубликовал заявление на прошлой неделе, так что я был без сознания целых шесть дней и в итоге получил раны, которые не помню, чтобы у меня были. Ну да ладно, как только я доберусь до «Белого Клыка», я смогу…»              Тук-тук!              — Ах! — лёгкий, но неожиданный звук заставил грозного террориста вздрогнуть, спазм мышц сжал его треснувшие ребра, заставив вздох вырваться из легких, а свиток упасть.              — Извини, я… Ой, прости, если я помешала! Я услышала, как свиток выключился, поэтому подумала, что ты закончил. Э, всё хорошо? Ты звучишь так, будто тебе больно? — Руби широко распахнула дверь с обеспокоенным выражением лица и тарелкой, почти переполненной ассортиментом разных видов печенья. — Ты, что, пытался встать? Я же сказала тебе позвать меня, если что-то понадобится! Ты обещал, что будешь вести себя спокойно! — тревога наполовину сменилась сострадательным ворчанием, пока она шла через комнату, поставив тарелку на тумбочку, прежде чем на ощупь добраться до стула, который она оставила у кровати.              — Всё нормально! Не трогай меня! — ему даже рычать было больно, но ярость сумела притупить боль, когда он ударил по воздуху перед ней своей здоровой рукой. Но она не вздрогнула и не отступила, только через несколько секунд он вспомнил, почему.              — Прошу, тебе нужно успокоиться, иначе ты не поправишься. Если ты продолжишь сопротивляться и не будешь заботиться о себе, я вызову скорую, чтобы отвезти тебя в больницу! — она разгадала его слабость, и это было единственное средство чтобы заставить его слушать.              «Это даже не угроза насилия. Ха, я никогда не слышал, чтобы кто-то использовал помощь в качестве угрозы», даже с тем, как он ненавидел своё положение, он не мог не найти это забавным.       — Ладно, буду отдыхать…              Ему это не понравилось...              «Не то, чтобы у меня был выбор».              — О, но тебе нужно поесть, ты ощущался худым, когда я сняла твою мокрую одежду с пляжа. Я также готовлю ужин, но подумала, что ты захочешь перекусить, — её улыбка была почти невыносимо милой.              — Ладно, пусть тарелка стоит и оставь меня в покое, — он горько сплюнул, а затем медленно и осторожно повернулся так, чтобы его ноющие ноги свисали с кровати.              — Сделаю! Не волнуйся, я действительно хорошо готовлю! — Руби засияла, как драгоценный камень-тёзка, прежде чем потянуться к тарелке с печеньем и протянуть его перед собой навстречу звуку разочарованного дыхания.              — Просто уйди! — снова рявкнул Адам, выхватывая у нее тарелку.              — Скоро будет готово. Я готовлю много и не была уверена, что именно тебе нравится, поэтому я просто сделала немного всего, что у меня было. Не волнуйся, всё, что останется, может быть остатками! — её легкий и серебристый смех был все еще совершенно не смущен темпераментом Адама. Не сказав больше ни слова, Руби оставила его со сладостями, на этот раз приоткрыв дверь, чтобы комнату могли заполнить соблазнительные ароматы, доносящиеся из кухни.              «Она может быть безобидной, но это не мешает ей меня бесить, — стараясь изо всех сил выкинуть ее из головы, он снова потянулся к кровати за свитком. — Стоп! — его рука застыла в нескольких сантиметрах над устройством. — Если бы вся моя команда была схвачена, то это означало бы, что «Белый Клык» мог бы быть оповещён. У меня есть преимущество, я теперь призрак, и не хочется вот так скоро его лишаться. Надо правильно разыграть карты», с ровным выдохом он отвёл руку назад, взял печенье, поднес его к губам и аккуратно откусил.              — Хм… не беды, есть можно.