Глава Первая

   Морган сидела в старом резном кресле у камина , пролистывая страницы давно прочитанной книги, в надежде зацепиться за что-то интересное. Огонь потрескивал и искры из него, яркие и смешанные с чёрным пеплом, летели во все стороны. Любому человеку показалось бы, что в комнате невпомер жарко (к растопленному камину добавлялась духота летней августовский ночи), но девушка лишь только больше закидывала дрова в пламя.    На самом деле комната, в которой она находилась, вполне себе уже могла и воспламениться, если бы не слабый редки ветерок, который ухитрялся дуть в закрытое окно. Хотя последнее было настолько старым, что даже нельзя было сказать : это на нём узор вырезан или все же пыль оседает неравномерно?    Хотя вообще здесь было достаточно красиво : аккуратно разложенные книги на паре стилажей, которые перекачевали из библиотеки в одну из нескольких гостиных. В центре был аккуратный диванчик, настолько мягкий, что не остаётся сомнений в его заколдованности. Небольшие кресла, такого же нежно-голубого цвета как диван, были расставлены  около камина, на котором стояло несколько самых обыкновенных черно-белых фотографий в позолоченных рамках и бронзовая фигура мужчины, гордо расправившего узкие плечи и и поднявшего к небу безжизненное, как будто высохшее, лицо.    Вместо привычных картин на стенах висели симпатичные мозаики, изображавшие морские пейзажи, а сдругой стороны были большие, но крайне древние окна. Их не могли поправлять или даже банально протереть из-за слишком сильного защитного заклинания против слежки. У Великой Гильдии всегда было от кого защищаться и от кого что-то скрывать.    Морган подняла взгляд от несчастной книги, которая уже начинала разлетаться по страницам не то от старости, не то от того, что девушка черезчур сильно другой раз тянет за страницы пока их переворачивает.    Её тёмные (можно даже сказать черезчур, для такого лица) глаза смотрели на отдельные искры, и только сейчас она заметила, что несколько таких начали проживать маленькие дырочки в её недавно купленной домашней мантии.     Она с раздражением захлопнула книгу и бросила её в камин, из-за чего огонь разгорелся в пару раз ярче. Конечно, ей придётся ответить перед Главой за сожженную книгу, но Морган знала, что это был не последний экземпляр даже на небольшую библиотеку гильдии, что уж тут говорить об остальных местах.    Морган взмахнула рукой и пламя погасло. Единственным освещением теперь был тусклый свет от догоравших свечей в подсвечниках, да мягкий свет луны. Идеально белая, она говорила девушке об опасности : сегодня полнолуние. Ей хотелось верить, что все вышедшие сегодня на охоту новорождённые вернуться полным составом, не напоровшись на стаю оборотней, которые сегодня должны были особенно буйствовать.    А ведь девушка знала, что нужно их предупредить. Вот только у Главы были на это другие планы. Он считал, что всякий, кто не следит за циклом Луны когда собирается на ночную охоту — дурак, а в Гильдии дуракам не место. Естественный отбор, чтоб его.    Самым грустным было то, что новорождённые, по скромному мнению Морган, в первые два месяца после обращения, пошли бы на охоту даже если бы в этот момент их одновременно грыз за одну руку оборотень, а другая пылала адским пламенем.    С тяжёлым вздохом, который был больше как дань своим давним привычкам, она встала и отряхнула пепел с одежды, но как только он косался пола звучал странный тихий звук и тёмный деревянный пол по итогу оставался чистым.     Нужно было идти в общий зал, где навярняка проходило очередное вне плановое собрание. Правда, ничего сильно важного для девушки там не было : кто-то наверняка оповещал всех о своём новом проекте по поводу какого-то очередного невероятно-сложного артефакта, найденного в очередном заброшенном меноре или пещере, кто-то просто решает поехать в путешествие или к родным, хотя последних было крайне мало, а кто-то же получал важные распоряжения в свой адрес от Главы. Учитывая сейчашнее положение дел — это было самым актуальным.    Морган знала, что и для неё есть задание, что и ей придётся снова взяться за свою палочку. И она этого боялась. Боялась настолько, что даже подумать было стыдно, ведь бессмертным тварям не о чем переживать. "Даже жизнь у них уже отняли."    На самом деле с этим заявлением девушка была не сильно согласна. Они жили, причём той жизнью, которой многие "смертные" позавидовали бы : большой уютный особняк с группой товарищей, отсутствие нужды постоянно вкалывать на нелюбимой работе, а главное — бесконечность времени. Очевидно, что за "бесконечность"  куда легче успеть сделать  больше, чем даже за несколько сотен.    Другое дело в скуке. Не каждый способен найти то, чем он сможет заниматься вечность, даже если этих занятий будет очень много. Лишь бесконечность может уровнять бесконечность — и с этим спорить глупо.                                                          ***     Её шаги были едва слышны, но она знала, что всегда нужно давать знать о своём присутствии, иначе рискуешь получить что-то острое между рёбер. Морган даже ухмыльнулась от таких мыслей.     Они — вампиры, одни из самых сильных тварей, при этом обремененных разумом и одарённых некоторой долей магии, и при этом все равно пользуются старыми проверенным методами. Заклинание можно отразить контрзаклинанием, а специальный кованый с помощью яда клинок не подводит никогда.     Морган уже знала, что внизу, в общей комнате для собраний , будет  не так много народа, как обычно. Все таки на вряд-ли новорождённые быстро насытятся, даже если выпьют кровь у десятка гиппогрифов, но им все равно придётся привыкать к голоду. К постоянному и, временами, невыносимому голоду.    В Великой Гильдии, в отличии от многих других подобных групп, было достаточно средств, чтобы раз в некоторое время покупать в магловских донорских центрах человеческую кровь. Лишь пара умелых конфундусов и ни у кого уже не возникало вопросов, но делать это все равно нужно было осторожно.    Слишком уж подозрительно выглядят "люди", скупающие кровь в таком количестве, так ещё и без чёткой причины. Да и к тому же это весьма дорого. Не дороже чьей-то жизни, разумеется нет, но все равно у каждого без исключения здесь возникала мысль о том, чтобы просто выкрасть парочку взрослых человек из ближайшей деревни.     Увиденное повергло её в некоторое недоумение : в зале сидели всего трое человек, одним из которых был Глава.    — Где все остальные? – нахмурившись спросила Морган.    — Ночь сегодня особенно светлая... — со злой иронией сказал Глава и жестом указал девушке сесть за общий стол.    Стол был из тёмного дерева, овальный и с резной ножкой, которая каким-то образом удерживала достаточно большую столешницу. Без магии тут точно не обошлось.    Морган поморщилась, но села на один из тяжёлых местами позолоченных стульев. Она откинулась на мягкую обивку с золотой вышивкой и вопросительно посмотрела на одного из прустствующих.    Тот был мужчиной, на вид  ему было не больше тридцати, но каждый, кто пробыл в гильдии хотя бы несколько месяцев, знал, что ему уже минуло третье столетие. Его звали Эдвин Бёрнетт.     Он потягивал что-то из кубка, на котором можно было разглядеть изображение гаргульи и нежных лилий, которые овивали почти всю его поверхность.    — Практически все пошли на подмогу новорождённым, иначе нас станет ещё меньше. — Эдвин невзначай накручиваю одну из прядей длинных и частично седых волос.      Бёрнетт часто раздражал этим Морган, которую так и норовило просто подойти и переплести растрепанную косу мужчины, чтобы из неё больше ничего не торчало. Правда сейчас было не до этого.     — Всё настолько плохо? — волнение на мгновение промелькнуло в чёрных глазах девушки. — Мне, может, тоже стоило пойти?      После этих слов другая из оставшихся — женщина лет пятидесяти, явно бывшая аристократка с этими её чопорностью, тонкими чертами лица и любовью к дорогой выпивке с утра пораньше — насмешливо фыркнула :     — Вам, мисс Кэмпбэлл, там делать точно нечего, — она сделала глоток из кубка.    Морган только больше нахмурилась.     — В данном случае любая помощь пригодилась бы. — девушка высоко вздернула подбородок.      — Конечно, вот только что твоя палка может против оборотней, которых можно разве что прирезать хорошим таким кинжалом, а лучше сразу сжечь! — на этом месте женщина с громким стуком поставила кубок на стол, — А тебе, дитя, не хватит сил и скорости для такого поединка. — она покивала  "со знанием дела".     — А вы, миссис Жастье, много смыслите в схватках с оборотнями? — Морган скептически подняла бровь. — Мне всегда казалось, что вы были вдали от этого.     — Разумеется, но поверь мне, ты не сможешь убить даже одну такую тварь, если она сначала убьёт тебя... — последние слова немного "утонули"  во вновь приставленному к губам кубке.      В словах Элионоры Жастье, можно сказать, мачехе большинства из представителей Гильдии, была доля горькой правды.     Не смотря на то, что после обращения Морган  почти полностью сохранила свой магический дар, она была некудышна в физическом плане. Каждый, даже самый ослабленный  новорождённый, мог обогнать её в беге, привозомочь в силе и уж точно перекусить её глотку напополам, в тот момент когда она разве что покалечит. Клыки её были слабоваты, разве что прокусить плоть у неё не составляло особого труда.     Глава говорил, что её "немощность" (по их стандартам, разумеется), может быть вызвана либо ее магией, либо тем, что она чуть не обезумела от голода сразу после обращения. Он часто шутил по поводу её странного поведения в начале своего пути — когда Морган сама была новорождённой, она пряталась по пещерам и лесам, в надежде ни встретить людей. Тогда мысль о том, чтобы наконец-то "поесть" была одновременно и притягательной, и пугающей.     Один из членов  Гильдии вышел тогда поохотиться, когда наткнулся на практически бьющуюся в агонии девушку. Своих узнать всегда было просто, да и укус — чёрный, расползающимися чёрными линиями, похожими на корни дерева — был заметен на приоткрытой ключице.     Тогда он спас её, доставив в особняк Гильдии, и неплохо поплатился за это, но все же выгонять Морган не стали. И так она обрела дом. Дом, в котором ей будут рады и в котором она будет среди "своих".      — И что мы будем делать? — задумчиво сказала Кэмпбэлл.      — Ждать, — отвечал ей Глава, — если не вернуться до рассвета, тогда пойдём за подмогой.       — До рассвета их уже может не остаться, если все настолько плохо... — девушка чуть сузила глаза, смотря прямо на Главу.     В своей жуткой маске из черепа ни то барана, ни то неведомой твари он, как и пологалось по его статусу, вызывал страх. Не обычный, а благоговейный. Да и на самом деле все члены Гильдии уже давно прониклись уважением к нему. Тех, кто уважение в себе не пробуждал, ждала не завидная судьба.     — Вы не верите в своих товарищей? — с насмешкой проговорил Глава.      — Вы в нас тоже когда-то не верили. — глубокомысленно произнёс Эдвин. — Она ещё совсем молода, не думаю, что у неё был опыт подобного сражения... Насколько мне известно, Морган не принимала участия в единственной войне, до которой доросла еще будучи  волшебницей...     Губы девушки изогнулись в отвращении. Ей всегда было тошно, когда делали акцент на её возраст, ведь в свои тридцать шесть лет она выглядела едва ли на восемнадцать. И то, только если она ухитриться подобающе одеться, сделать причёску и макияж. Понятное дело, что посравнению с тем же Бёрнеттом Морган выглядит совсем соплячкой.     — На тот момент, когда начались основные боевые действия я уже закрепила свой нейтралитет, а так же вступила в Гильдию. — девушка холодно посмотрела на Эдвина. — К тому же я, можно сказать, бастард, а не полноправный член рода, к которому могла бы относиться. Так что меня не особо-то и зазывали ни одна, ни другая сторона.     — Я как раз об этом и говорю, моя дорогая. — мягко улыбнулся он.     — Но это все равно очень печально, — устало прикрыла веки Жастье — если бы у нас был посвящённый в тонкости военной стратегии боевой маг, так ещё и со связями... Ммм... — мечтательный вздох сорвался с  её губ.      — Мы бы не стали посвящать людей в свои планы. — сказал, как отрезал Глава. — Они бы скорее сожгли весь этот дом с нами внутри, чем стали союзниками.      Все сидящие в зале молчаливо согласились с этим. Вампиры считались тёмными тварями, нечестью, причём весьма небеспричинно. Правда, в отличии от тех же оборотней, которые так же были в этом разряде, вампиры в большинстве своём жили спокойной, но все же скрытой жизнью, часто в дали от городов. Уже давно они не совершали открытого выхода в свет или, не дай Мерлин, коллективного нападения.      Очень многие вампиры, которых не отлавливали в первые месяцы беспорядочного скитания в поисках хоть какого-то пропитания, были либо совсем молодыми, либо древними. Последние как раз таки и стали образовать свои группы, которые сначала были совсем небольшими (человек десять или пятнадцать максимум), а потом разрослись до масштабных, по типу Великой Гильдии, которая только в этом особняке насчитывала около пятидесяти членов, а ведь были ещё другие, которые тоже были под началом этого же Главы, но предпочитали городскую или деревенскую жизнь.      — И все же мы так и будем здесь сидеть, без дела и даже какого-то без сомнения важного обсуждения? — Морган вопросительно посмотрела на Главу.       — Можешь пойти поспать, если совсем нечем заняться, — Эдвин улыбнулся, оскалив пару смертоносных клыков.      На это Кэмпбэлл лишь закатила глаза и продолжила надеяться, что она пришла сюда не зря.       — Для тебя есть одна работа, — в образовавшейся тишине сказал Глава, — Тебе известно, что тучи снова сгущаются?       — О чем вы, сэр? — девушка настороженно оглянулась на остальных сидящих за столом : те казалось, удивлены не меньше её.      Для Морган никогда не было важных поручений. Её магия не совсем стабильна — все из-за отсутствия хоть какой-то практики, кроме бытовых чар — а про отсутствие выдающееся силы и скорости уже было сказано ранее. Раньше, конечно, она может и была подающей надежды волшебницей, с талантом к дуэлям, но сейчас это все отошло даже не на второй, а на сотый план.     Её волшебная палочка лежала без дела уже около пяти лет, просто за ненадобностью. Выходить из дома Морган не любила.      — Недавно в газетах появилось известие о сбежавшем из Азкабана Сириусе Блэке. — пронеслось по комнате.      — Тот, который сдал Поттеров? — удивлённо переспросила Морган, — Вы хотите сказать, что его сторонники начинают возвращаться из заключения?     — Не только из заключения. — с горечью сказал Бёрнетт, — Многие не пробыли в тюрьме и месяца.      — Да-да,  — сладко пропела Жастье, — я бы засадила всех, будь моя воля. Профилактика, так сказать, от империуса...      — Вобщем, — начал Глава и все рассуждения стихли, — нам нужен кто-то, кто мог бы достать информацию обо всем происходящем.. — он мог бы сейчас тяжело вздохнуть, — Кто-то, кто ещё может "вернуться" в этот мир. Тяжело строить планы на грядущую войну, если не иметь о ней ни малейшего понятия.       — Вы считаете, что до войны всё-таки дойдёт? — с сомнением сказала Морган.      — Нет. — заявил он, — Но осторожность лишней не бывает.      — И что же вы конкретно хотите от меня? — Кэмпбэлл начала нервно заламывать пальцы на руках.       — Тебе, Морган, нужно будет добраться до нашего, надеюсь, главного информатора. — он явно перевёл взгляд на неё, хотя его глаз Морган и не видела. — Проблема в том, что его невозможно выловить из Хогвартса.        — Кто он? — нехорошее причуствие пробило девушку, как будто в комнате стало резко холодно .        — Альбус Дамблдор.       — Вы с ума сошли! — не подумав воскликнула Морган, но тут же стала извиняться, ведь дерзость была не меньшим пороком, чем ложь.      — Я могу тебя понять, — Глава поднял свой кубок и слегка взболтал содержимое. — но тебе и не придётся что-то узнавать лично от него. Тебе нужно его доверие. Тебе нужно попасть в Орден феникса.      Морган знала, что Орден распался ещё в начале восьмидесятых, но ещё лучше ей было известно, что под ним здесь воспринимался, можно сказать, "ближний круг" директора Хогвартса.     Пробраться в эту компанию — все равно, что получать информацию из постоянно пополняющегося листка с бумагой. Осталось лишь его найти и научиться читать на нужном языке.      — Как я должна буду это сделать? — она спрашивала, уже зная что согласиться.      Ей нужно было как-то оплатить за все, что дала ей Гильдия, а такая возможность наврядли ещё раз выпадет.      — Я предполагал, что можно будет записать тебя как ученицу... — задумчиво произнёс Глава, — Но, боюсь, так ты лишь оидалишься от нужного пути. Мало кто станет доверять ребёнку информацию.     Морган поджала  губы.    — И все же, — продолжал он — Хогвартс — это самая выгодная позиция. Было решено, что как преподаватель ты там приживешься куда  лучше. Тебе нужно будет развести немного розовых соплёй о том, как ты страдала после того пожара, в котором погибла твоя мать и считалась погибшей ты. Надавишь на жалость, и попросишь место в школе. Неважно, будешь ты преподавать трансфигурацию или помогать с растениями. Просто нужно иметь постоянный доступ к замку.     — А если мест не окажется?     — Лаборанты нужны всегда. Деньги тебе ни к чему, так что сможешь запросить самую минимальную зарплату.     — Когда мне надо будет приступить? — Морган зглотнула, понимая, что ей снова придётся взяться за палочку в ближайшее время.     — Как можно раньше. До учебного года почти месяц, успеешь на тренироваться с палочкой, вспомнишь школьнуб программу. И тебе следует уже через пару дней отправиться к директору. Нужно заложить крючок с приманкой заранее. Мне нужно, чтобы ты поначалу просто вызвала интерес у Альбуса.     — Я вас услышала и согласна на это задание. Это честь для меня. — она склонила голову.       Луна была ещё высоко.                                                          ***      От грохота в прихожей все четверо за столом вскочили. Стоны боли разносились на весь особняк, отражаясь от каменных стен и зеркал. Каждая клеточка Морган говорила о том, что пострадавших в этот раз больше, чем обычно.     Они быстрым шагом, почти бегом, направились ко входу и заметили тошнотворную картину : большая часть была перемазана в крови, причём непонятно чьей, ведь кровь людей и животных в таком количестве  давно бы свела их с ума. Остальные были как будто покрыты очень толстым слоем чёрной краски, кто частично, а кто полностью.      Морган попыталась различить то, чья же все таки кровь на них, но очень быстро отпрянула при первых уловимых для не запахах. Кислый, отвратительный смрад крови оборотней вперемешку с горящей плотью. Если бы она ещё была человеком, её бы скорее всего сейчас стошнило.      Впервую очередь были перенесены в комнату, отведенную под лазарет , те, кто пострадал от огня. В этот момент Кэмпбэлл как никогда порадовалась, что ей не придётся тащить их на руках. Достаточно было взмахнуть руками и сосредоточиться.     Покрытые кровью поспешили как можно быстрее хотя бы минимально смыть и стереть с себя ужасную субстанцию. К сожалению, их на предмет ранения пока что было осмотреть невозможно.     Морган, как одна из немногих минимально  разбирающихся  в магической медицине стала пытаться применять какие-то простенькие диагностические чары. Руки, казалось, даже немного подрагивали. Огонь, от которого они пострадали, был явно вызван сильным волшебником, и тут-то возникали вопросы. Каким образом в битве между оборотнями и вампирами вписался маг?     Она отбросила эти мысли, сейчас для них было не время и не место. Девушка шептала заклинания из старых фолиантов, найденных когда-то давно в библиотеке, пытаясь залечить ожоги, но уже тогда было понятно, что получается слабо.      В этот же момент Жастье проводила похожие действия с другими пострадавшими. Походу, она все таки в прошлом была ведьмой, но магические силы покинули её почти полностью и толка от её действий было ещё меньше.     — Беги за палочкой! — дошел до ушей Морган чей-то крик, — Ты не сможешь залечить такие раны так.     Почти не соображая,  она метнулась на верх, стараясь взять под контроль всю свою скорость, на которую была способна. Палочка пылилась в специальной длинной шкатулке, с ярко поблескивающим изумрудом посередине. Девушка открыла её и от прикосновения к палочке на "душе" стало  так тепло, как не было уже несколько лет.     Ей повезло вовремя опомниться и снова ноги несли её в лазарет, где лежала куча обгорелых трупов...