Часть 1

* * * Когда из-под стола раздался вкрадчивый голос Чжучжи, спросивший: «А вы не видели тут голову?» Ся Ляндао закричал. Вообще, Чжучжи был штатным патологоанатомом и как раз ему можно было (или хотя бы ожидаемо) терять головы. Но не под столом же господина Ся! А еще Чжучжи иногда терял голову от любви, очень романтичный молодой человек. Но о жизни знал разве что из сериалов, так что над ухаживаниями ему надо было поработать. Хотя о том букете из мармеладных змей в отделе нравов еще долго будут вспоминать. * * * Ся Ляндао так-то, был комиссаром полиции. Но иногда ему казалось, что он глава школы. Для трудных подростков. Иногда он думал, что остальные тоже так думают. Ся Ляндао был немолод. Давно пора было уйти в отставку, как поступили другие его коллеги, заняться проблемами со здоровьем и греться на солнышке какого-нибудь приморского городка. Но дети… то есть сотрудники, он хотел сказать, сотрудники. С такими детьми врагов не надо. * * * Иногда заходил Лянмин. Это было как глоток чистого воздуха. Однажды Лянмин буквально выпал (На тогда еще молодого полицейского Ся) из окна богатого дома. И закричал. Интересная была история. Теперь Лянмин был мужем Ся Ляндао. Всю жизнь он посвятил зарабатыванию денег. И уже был бы миллиардером, если бы из собственного кармана не оплачивал штрафы местных сотрудников. Особенно штрафы Лю Цингэ. Он даже имя сменил, чтобы не иметь с этим человеком ничего общего. Кроме штрафов. * * * Лю Цингэ был тем, кого звали на подмогу все, и кто никогда не вызывал подмоги сам. Хотя есть же инструкции. На его счету было больше всех схваченных опасных преступников. Погромленных картелей. Оскорбленных свидетелей. Разбитых машин. И разрушенного имущества. Сестра звала его сниматься в блокбастерах вместе с ней, но узнав, что там дерутся не по-настоящему, Лю Цинге отказался. Его бы давно выгнали из полиции. Но ни один судья или сенатор не мог поспорить об этом с мамой Лю, и остаться в себе. В штате было несколько срочных перевыборов из-за этого. * * * Ши Ляньхуа был адвокатом и другом семьи Лю. Он тоже в этом участвовал. В отличии от прочих, он был в восторге (Кто откажется увидеть киношные трюки в жизни?!) и скорее подначивал, и отмазывал. В отместку, на него сваливали самые кривые дела со всех отделов. Хотя вообще-то, он должен был заниматься только Лю Цингэ. Но Ши Ляньхуа любил свою работу. И хаос. Это пугало. * * * Еще он любил Шэнь Цинцю, из убойного. Что было довольно странно, потому что Шэнь Цинцю по некоторым свидетельствам, периодически пытался убить Лю Цингэ. Кто-то говорил, что так ухаживал. Кто-то, что не мог простить лучшие показатели по закрытым делам. Кто-то, что Шэнь Цинцю со своим прошлым просто не так понял смысл «Отдела по убийствам». А кто-то, что это старинная вражда кланов. Какая вражда кланов? Лю богатейшая семья в штате, тогда как Шэнь был подзаборником-сиротой с криминальным прошлым. * * * У Шэнь Цинцю был старший (Иногда комиссару казалось, что младший) брат. Юэ Цинъюань. Очень хороший мальчик. Полная противоположность Шэнь Цинцю. Золотые показатели во всем. Светлая голова. Собачий нюх. Ответственность трудоголика и сила спецназа. Получил медаль за операцию «Таньлан». Ся Ляндао хотел сделать его своим заместителем. Увы, у Юэ Цинъюаня было только два состояния по жизни. «Я работаю до упаду» и «Я волочусь за кем-нибудь с заботой». Обычно, он изводил вниманием брата, но иногда доставалось и остальным. Еще он жил у Ся Ляндао в кладовке. У Ся Ляндао, потому что тоже был сиротой, все наградные и государственные деньги куда-то бестолково потратил, и квартиры не имел. В кладовке, потому что они с Лянмином так и не смогли переложить стыдящегося «приемного сына» в одну из гостевых спален. * * * Возможно, могла бы помочь Ци Цинци, из отдела нравов. Но она предпочитала разговаривать о травмирующем прошлом с женщинами и детьми, а не двухметровыми полицейскими. Да и сама была не без греха, запретив входить на территорию своего отдела без отдельного разрешения. Ну да, дети (Сотрудники!) несколько раз крали ее дорогущее кресло. И змеиные букеты Чжучжи не помогали. Но она же девушка, должна бы поддерживать дружескую атмосферу. Ци Цинци предпочитала поддерживать войну полов. * * * Ее предшественница, Хань Лянцан была еще хуже, однажды устроив с Шан Лянъюэ из убойного, драку прямо посреди офиса. Так что комиссар не жаловался. Другая была эпоха в его юности. Другая. Суй Лянтянь тогда носил черные очки и огромные рыжие усы. И все девушки были его, вместо того чтобы разбегаться от ужаса. А Цзинь Лянси из отдела по наркотикам никогда не просыхал, и его за это не осуждали. * * * Сейчас его преемник, Ли Цинминь, все время ходит трезвый. И подозрительный. Подкладывает еду и выпивку другим, а потом смотрит, не мигая. Как будто ждет, как подействует. Страшное. Только за руку не поймать, они с Лянмином пытались. К тому же, он тоже из богатой семьи. Вот зачем, скажите, человеку с таким состоянием, идти в полицию?! Сам Ся и Лю не в счет, они… особенные. Это другое. * * * Лю Минъянь — Та самая «Актриса, сценаристка, спортсменка и просто богачка» — каждый раз придумывала новую версию, когда забегала. А забегала она часто. То, пообщаться с братом. То, навестить Ци Цинци, у которой брала материал для новых идей. А то, и сдать очередных негодяев, о которых успела узнать в своем «маленьком» актерском кругу. Потом уносила все собранные угощения от Ли Цинминя «для подруг». Прав Лянмин, у этих киношников там не коллектив, а паучатник. Ну, хотя бы она лицо прячет, когда приезжает. А то бы их офис бесконечно осаждали фанаты с папарацци. * * * Вэй Цинвэй, их главный оружейник, не раз пытался взять у нее автограф. Один раз на живом панголине. На панголине Минъянь даже расписалась. Вэй Цинвэй был другом семьи, и утешением комиссара на редких загородных выездах. Знал самые лучшие и тихие места для рыбалки. Настоящий мужик, спасибо ему за это. Хотя где он взял панголина, Ся Ляндао очень не хотел думать. * * * Потому что Мо Циншоу была легендой, и была самой страшной вещью в их офисе. В их городе. В их штате. Истории о Мо Циншоу были похожи на истории о Рэмбо. Дескать, еще в юности она плавала в джунгли, и под вражеским огнем вытаскивала оттуда редких зверей. Сражалась с пиратами и живодерами на ножах. В одиночку вычистила базу Триады, отобрав у кого-то там старый меч. Умеет вскрывать замки и лазать по стенам. И придет за тобой, если ты ей не понравишься. В темной ночи никто не услышит твой крик… Ся Ляндао не был уверен, что видел Мо Циншоу из отдела по защите животных хотя бы раз за всю свою службу. Но он боялся ее. * * * То ли дело Ван Цинчжи из анти-террористического. Само очарование. Все время и чай на столе. И печенье собственного приготовления. Еще теплое, установили электропечку у стены за свой счет. (Или собрали из очередной разобранной бомбы.) А то, что ходят слухи, будто по ночам переодевается в женское платье, так не на службе же. У каждого свои недостатки, как говориться. Правда, еще Ван Цинчжи обожал взрывы. Но пока он делал это в специальных местах, и не давал другим делать в местах с людьми — комиссара абсолютнейше все устраивало. * * * Му Цинфан тоже был милым, и не ругался на Ся Ляндао, когда тот приходил за новыми таблетками. Он никогда не ругался. Он просто смотрел. И делал пометки в журнале. Вот его предшественник, штатный медик Тан Лянпао, того было слышно через залив. А Му Цинфан был тихим. От этого тоже немного страшным. И очень давящим на совесть. Когда не наступало время ежегодного освидетельствования, во всяком случае. Потому что, однажды, Му Цинфан уболтал как-то морскую пехоту и провел целую спецоперацию, чтобы скрутить и нормально проверить здоровье у всех своих разбегающихся коллег. * * * Чжу Цинъи — штатный психолог — даже поставил Му Цинфану какой-то там диагноз с гиперответственностью. Но сдавать коллегу и останавливать его, и не подумал. Чжу Цинъи вообще редко работал по должности, предпочитая тратить время на волонтерство и писанину. Когда комиссар высказал ему свои претензии по этому поводу, Чжу Цинъи заявил: что как раз он гиперответственностью не страдает. И не собирается тратить свое время на людей, у которых диагнозы были красными чернилами на лбу написаны еще при приеме на работу. Чжу Циньи врал. У него в кабинете лежали толстенные папки на каждого из них. И он писал многотысячестраничную диссертацию. Просто он хотел диссертацию, а не лечить людей. * * * Из-за этого бухгалтер Шан Цинхуа постоянно урезал ему жалованье и снабженье. Но Чжу Циньи не замечал. И тогда Шан Цинхуа запирался вместе с Лянмином, и они то ли плакали, то ли резались часами в Нинтендо. Ся Ляндао бы не удивился. Но опять же, плач и Нинтендо, разве это взрослое решение проблем? И как после такого думать, что не окружен детьми и подростками?.. Хоть бы дали взятку начальству и тоже позвали поиграть. * * * У Шан Цинхуа тоже был муж. Ходили слухи, что сын главы преступного синдиката. Поэтому, в отличии от Лянмина, Мобэй в офис не приходил. Зато несколько раз Лю Цинге громил базы синдиката, чтобы забрать оттуда заблудившегося бухгалтера и решить какие-то проблемы с отчетностью и финансами. Лянмин сказал, что платить штрафы синдикату он отказывается, так что тут Цинхуа приходится крутиться самому. * * * Ся Ляндао горестно вздохнул, взял воды, принесенной Цин Цинцином, и проглотил таблетку. Поблагодарил. Проследил взглядом уходящего коллегу, с которым прослужил уже не один год. И в очередной раз задумался: А в каком же отделе работает Цин Цинцин? И чем они там занимаются?..