Она и демон

      Он был таким красивым. Она никогда не встречала подобных ему. И, наверное, Вики уже откровенно пялилась, но не смотреть просто не могла.       Он казался произведением искусства, и, хотя Вики была сомнительным ценителем, его привлекательность точно могла соперничать с картинами в Лувре       — Здравствуйте, — тихо произнесла Вики, не отрывая взгляд от его лица.       — Вики Уокер, я полагаю, — он не спрашивал.       — Да, — но она все равно ответила, потому что не знала, что еще нужно сказать.       — Ты в курсе, что пялишься? — его пухлые губы расплылись в усмешке.       — Да, — в трансе ответила Вики, — простите, пожалуйста, — она сжалась.       — Интересно, — он обошел ее, сделав небольшой круг, — очень интересно.       — Что?       — Ты, — он снова встал напротив, — и причина, по которой ты меня вызвала.       — Я, — Вики замялась, в очередной раз, не зная, что должна сказать.       Она не знала, что сказать не только, потому что он такой красивый смущал, а потому что не было никакой даже близко адекватной причины вызова демона.       Вызова демона.       Еще она не знала, тупее было то, что демон пришел или то, что она его реально вызвала? Вызвала демона! Наверное, у нее все же галлюцинации. Только раньше они никогда не были такими детализированными. Слишком реальными.       — Ты умрешь на следующей неделе, — ни сожаление, ни усмешка, просто факт.       И от этого Вики было даже легче. Она пережила около сотни сочувствующих взглядов, грустных улыбок и натянутых объятий, после которых люди отскакивали, будто боялись, что опухоль заразна.       — Да, умру, — она ответила более уверенно. Это единственное, в чем она была уверена.       — И чего же ты хочешь от меня? — он немного наклонил голову набок в ожидании ответа, внезапно становясь еще более красивым. Как это работает, черт возьми?       — Я хочу увидеть мир, — неожиданно выпалила Вики, — мир, который болезнь у меня отняла.       — И все? — кажется, его удивление было искренним.       — Да.       — То есть вместо того, чтобы попросить вечную жизнь, столько денег, чтобы можно было зад себе подтирать, ты просишь у одного из самых могущественных существ в мире, три дня нормальной жизни? — удивление точно было искренним, как и последующий смех. Слишком прекрасен.       Если в аду или откуда он там, все похожи на него, то она была готова отдать душу за просто так. Ему, конечно, об этом знать необязательно. Вики надеялась, что он не умеет читать мысли.       — Не умею, — черт.       — Что? — растерянно спросила Вики.       — Я не умею читать мысли, Уокер.       — Тогда как ты…       — По твоему лицу все видно, — закатил глаза. Ей казалось, что он чересчур эмоционален для одного из самых могущественных существ мира.       — Мне не нужна вечность. Мне нужны три дня, — твердо сказала Вики.       — Хорошо, потому что вечность я бы тебе и не дал, даже если бы захотел, — он скрестил руки в ожидании ответа, — ну так что? Подпишем договор или я пойду? У меня нет времени на дальнейшую светскую беседу.       — Подпишем, — уверенно произнесла Вики.       Если это такая продолжительная галлюцинация, а она все же находилась в коме, то почему бы не развлечься напоследок, хотя бы в собственном разуме. По крайней мере, это не выглядело, как один из сотни кошмаров, которые ей снились. И даже смутный образ матери ее не преследовал. Очевидный прогресс.       Он кивнул, и в то же мгновение протянул ей бумагу с десятком пунктов и неизвестных ей юридических терминов. Вики точно свихнулась. Или уснула перед телевизором.       — Подписывать кровью? — спросила Вики, не отрывая взгляд от документа.       — А у тебя что, ручки нет? — уточнил он, усмехаясь.       Она, наверное, очень глупо выглядела в его глазах, а смех был явным доказательством этого. Уж извините, не каждый день она вела переговоры с демонами за свою бессмертную душу. Во всех сериалах, которые Вики когда-либо смотрела, говорили, что нельзя продавать душу, ведь ничем хорошим это никогда не заканчивалось.       Но ей было все равно. У нее оставалось три дня до больницы и около недели до смерти. Демон явно не сделает хуже, чем уже сделал рак. В этой войне у ее глиобластомы точно не было соперников.

***

      Первый день.       — И почему я не удивлен твоему выбору? — спросил Люцифер, но Вики отмахнулась от него, оглядываясь по сторонам.       Пляж. Настоящий песок и яркое солнце, которое делало морскую воду практически бирюзовой. Она не могла ни слова произнести. Он был гораздо прекраснее, чем в фильме «Ешь, молись, люби», который Вики много раз смотрела с отцом.       — Невероятно, — прошептала она.       Вики коснулась белого песка и присела, продолжая любоваться видом. Песок был теплым и мягким, а она — совершенно потрясенной. Это лучший сон, который ей доводилось видеть.       — Ваша культура сильно отравляет мозг, — произнес Люцифер, присаживаясь рядом. Наверное, его не сильно волновал дорогущий костюм, который мог быть испорчен.       — Я мечтала об этом моменте с шестнадцати, — вздохнула Вики, наслаждаясь солнечными лучами.       Странно. Она сидела в джинсах и потрепанной черной куртке, не говоря уже о шапке, а изнуряющая жара ее не касалась. И Люцифер, который в целом состоял из черного, видимо, не умирал от палящего солнца. И людей не было.       — Задавай свои вопросы, я слышу, как вращаются шестеренки у тебя в голове, — хмыкнул Люцифер, отрывая взгляд от волн.       — Почему я не чувствую жару?       — Ты связана со мной договором, одна из частей которого заключается в том, что при любом раскладе ты будешь чувствовать себя комфортно, — спокойно ответил Люцифер.       — А людей нет, потому что…       — Потому что ты их не любишь, Уокер, — ответил он и завалился на песок. Кажется, Люцифер чувствовал себя гораздо более комфортно, чем Вики.       А она и вправду не любила людей. Точнее не хотела находиться среди них. Она чувствовала себя другой, думала, что является объектом сожалений или насмешек. Ей всегда было проще прятаться дома с книгами, сериалами и дневником, в котором она писала о том, что когда-нибудь обязательно попадет на пляж Паданг Паданг.       — Смертные всегда с нами, ты увидишь их, когда будет необходимость.       — Мне кажется, что я сошла с ума.       — Это новость для тебя?       — Ты всегда такой язвительный?       — Считай это частью моего очарования, — несмотря на то, что глаза Люцифера были закрыты, Вики казалось, что он видел ее насквозь.       Она решила, что еще будет время, чтобы пообщаться с плодом своего воображения, а сейчас Вики наконец могла насладиться тем, о чем так долго мечтала.       Вики легла рядом с ним на песок и прикрыла глаза. Это все еще чувствовалось невероятно. По ней буквально растекалось умиротворение. Ей казалось, что она здорова, будто опухоль покинула не только ее разум, но и тело. Больно больше не было.       Даже когда у Вики была длительная ремиссия, она знала, что глиобластома не покинула ее. И хотя она регулярно ходила на обследования, и доктор Хокинс говорил, что болезнь отступила и пока им есть что отпраздновать, предчувствие чего-то плохого не покидало ее. Вики оказалась права.       А сейчас внутренний голос молчал. Вики подумала о том, что так бы и ощущала себя, если бы она была абсолютно здорова. Она бы наслаждалась жизнью и каждой ее возможностью.       Она, кажется, уснула и с легкостью могла провести так оставшиеся дни, но, судя по тому, что Люцифер нагло ее поднял, у него были другие планы. Вики мгновенно открыла глаза, стоило ему только коснуться ее. Она не смотрела на Люцифера, но это прикосновение выглядело самым реальным из всего, что ее окружало.       — Что ты делаешь? — растерянно прошептала Вики.       — Я не против, чтобы ты тут валялась три дня, но советую не тратить время, — с усмешкой произнес Люцифер.       Он пошел в сторону пещеры, чтобы уйти с пляжа, а ей оставалось лишь следовать за ним. Люцифер не оборачивался, а Вики не старалась догнать его, навязать себя или заговорить. Хотя у нее и было много вопросов, ей хотелось, чтобы обстановка была более располагающая и спокойная.       В пещере было свежо и прохладно, но ступени были скользкими и, Вики, несмотря на слова Люцифера о ее комфорте, не могла перестать контролировать каждый свой шаг из-за страха кубарем скатиться вниз.       Но где же был ее хваленый инстинкт самосохранения, когда она додумалась вызвать демона? Она с трудом сдержала смешок. Точно сумасшедшая.       Вики не хотела отставать от Люцифера, поэтому поспешила, пока он окончательно не скрылся из виду. Когда они вышли из пещеры, солнце было все таким же ярким, небо идеально чистым, но появились люди.       Они были шумными и их было много. Они проезжали на мопедах или на велосипедах, были ярко одеты, даже туристы интегрировались в среду и в целом отличались от местных только цветом кожи.       Вики улыбнулась. На фоне этого праздника жизни и буйства красок они с Люцифером выглядели воронами. Буквально. При таком палящем солнце не было ни одного человека в черном.       Вики нервно поправила шапку, когда Люцифер уверенно сел за столик в небольшом ресторанчике, где по всей видимости подавали морепродукты. Он сделал заказ, улыбался и не обращал на нее внимания, пока официантка от них не отошла.       — Мы не выглядим странными на их фоне? — тихо спросила Вики.       — Нет.       — Почему? Мы даже на туристов с трудом похожи, — сказала Вики, смотря на мужчину в белой футболке и шортах.       — Они видят меня таким, каким хотят видеть, — он откинулся на спинку плетеного кресла.       — А как ты на самом деле выглядишь? — любопытство взяло вверх, а обстановка отлично подходила для разговора, — я вижу тебя настоящим?       — Нет, я собирательный образ из всего, что тебе нравится, — с улыбкой ответил Люцифер, — отражение твоих желаний. Единственное настоящее, что ты видишь…       — Это глаза, — закончила за него Вики.       — Верно, — одобрительно кивнул Люцифер, — смертный, который заключает договор должен помнить о том, с кем заключает сделку.       — А как ты видишь себя?       — Так, как хочет тот, кто подписывает договор. И должен сказать, у тебя неплохой вкус, — он ей подмигнул. Вики покраснела.       Поэтому его внешность была так знакома и притягательна. Собирательный образ. Наверное, это были герои когда-либо просмотренных ею сериалов, которые особо ярко отпечатались в подсознании, чтобы в конце концов стать им.       Татуировки на его шее имели для нее свою историю. Несколько лет назад Вики видела молодого человека, похвалившего ее серую шапку, которую она в первое время после стрижки вечно поправляла. Он был добрым и улыбался, а она смотрела на его татуировки и скейт.       Он сказал, что она красивая и ушел, а Вики запомнила эти слова на долгие годы и, шапка больше не была позором, знаком того, что она отличалась от других. И в тот момент шапка стала просто предметом гардероба, а татуировки осели глубоко в голове, чтобы однажды стать частью Люцифера.       — Что происходит с душой после смерти? — спросила Вики, пристально смотря на Люцифера. Она знала, что он не соврет.       — Твоя душа станет частью ада.       — Я стану демоном?       — Нет, — резко ответил Люцифер, — душа — это чистая энергия. Бесконечная батарейка, если можно так выразиться, — он остановился, когда официантка подала напитки и одну большую порцию ассорти из морепродуктов.       Она мило им улыбалась, когда разливала лимонад в стаканы. Вики заметила ее взгляд, направленный на Люцифера. Он точно не лгал. Люди видели в нем то, что хотели видеть. Интересно, все демоны так влияли на людей?       — Ешь, Уокер. Никогда не знаешь, когда жизнь может закончиться, — он в очередной раз усмехнулся, — потом будешь жалеть об упущенных возможностях.       — Я жалею только о том, что родилась, — буркнула Вики, смотря на тарелку.       Выглядело очень аппетитно, но она так отвыкла от нормальной еды, особенно какой-то экзотической. Вики практически не ела. Ее постоянно тошнило во время химии и, за длительный период лечения она привыкла есть только то, что рекомендовали доктора. Иногда количество лекарств превышало порцию ужина.       — Ты будешь?       — Мне не нужна еда. Я больше не смертный, у меня нет тела, которое нуждалось бы в топливе, — пожал плечами Люцифер.       — Тогда зачем привел меня сюда?       — Чтобы ты насладилась моментом, Уокер. Все это, — он описал небольшой круг в воздухе, — жизнь. И жизнь состоит из этих моментов, а твоя скоро подойдет к концу. Так почему бы не прочувствовать хотя бы одно ничтожное мгновение перед вечным забвением?       Вопрос, скорее всего, был риторическим. Люцифер был прав. Жизнь была моментом, а ее жизнь — тремя днями.       Она поела и это было прекрасно. Наверное, Вики впервые насладилась вкусом еды. Насладилась моментом. Забавно, что она почувствовала себя по-настоящему живой только, когда продала душу демону.       Он больше ничего не говорил, даже не обращал на неё внимания. Они сидели в тишине, но она не угнетала Вики. Наоборот, позволила прочувствовать кусочек жизни обычного человека.       Позже они вернулись на пляж. Солнце медленно клонилось к закату и оранжевыми бликами играло на воде. Это были ни магия и ни договор с демоном. Это было самое красивое мгновение в её жизни.       Песок был мягким и теплым, море — спокойным. День подходил к концу, а Вики чувствовала себя самым счастливым человеком. Здоровым человеком. Ей больше не было больно. Не было нужды в уколах и дневнике, чтобы отвлечься от непрерывной агонии. Она ощущала то, о чем всегда мечтала.       Покой.       Солнце ласково прощалось с ней, оставляя после себя небо, взорвавшееся розовыми красками и обещание вернуться завтра. Вики с восхищением смотрела на горизонт, пока в синеве не появилась первая звезда.       Первый день подошел к концу.

***

День второй.       Нью-Йорк встретил их теплой погодой, шумом такси и большим количеством людей. Не зря его называли муравейником. А осень была очень красивой.       — Хм, — притворно задумавшись, протянул Люцифер, — Митпэкинг. Позволь угадать, «Секс в большом городе»?       — Ты точно не читаешь мысли?       — Ты просто слишком предсказуема, — с усмешкой сказал он, — хотя чего я ожидал от девочки из субурбии?       — Эй, — Вики слегка толкнула его плечом, — всего несколько часов езды от Лос-Анджелеса.       — Говорю же, — Люцифер улыбнулся, глядя на нее, — субурбия, — Вики фыркнула, — на третий день мы поедем по местам славы «Дневников вампира»?       — Для того, кто считает, что наша культура отравляет мозг, ты слишком хорошо осведомлен, — Вики попыталась скопировать его усмешку.       — Вот, что происходит, когда подписываешь договор с безумной фанаткой, — он пожал плечами.       — Ой, заткнись, — обиженно сказала Вики. Для галлюцинации он слишком много говорил.       — Девочка умеет кусаться? — почти удивленно спросил Люцифер, — мне нравится.       Они гуляли по городу, Вики восхищалась, а Люцифер продолжал издеваться. Рядом с ним она чувствовала себя комфортно, даже слишком, будто знала его всю жизнь.       Они не были друзьями, которые внезапно поняли, что любили друг друга всю жизнь, любовниками, сбежавшими в ночи от надоевших супругов, родственными душами, получившими благословение на небесах, но Вики все равно ощущала связь между ними.       Возможно, это последствия договора, но, скорее всего, Люцифер, как и все окружающее, был нереальным, всего лишь игрой больного разума. Если быть честной, Вики не хотела знать правду. Впервые она хотела чем-то просто насладиться, а не искать ответы, которые все равно ничего не дадут.       Вики потащила Люцифера в Нью-Йоркскую общественную библиотеку на Пятой авеню и сорок второй улице. Люцифер ворчал и упирался, но Вики оставалась непреклонной. Рассказывала ему о долгожданной свадьбе Кэрри и мистера Бига, пока он изображал рвотные позывы.       Конечно, Вики не могла пройти мимо Центрального парка, как и любой турист, впервые приезжающий в Нью-Йорк. А осень в Большом яблоке, действительно, была восхитительной.       Желтые листья, казавшиеся на солнце еще более яркими, фонтаны, парочки, фотографирующиеся и целующиеся у фонтана. Парк был чистым, а деревья ухоженными, чего не скажешь о трех полудохлых вениках дома, которые никто не удосуживался даже поливать.       Какой все же удивительной была жизнь. Еще на прошлой неделе Вики делала записи в дневнике и рассуждала о Нью-Йорке, а сейчас шла в ресторанчик напротив Центрального парка с Люцифером, который выглядел, как самый красивый актер в мире.       — Мы не закончили разговор, — сказала Вики, когда им принесли кофе и чизкейк, — что происходит с душой после смерти, если человек не заключал договор с тобой?       — Не знал, что ты такая зануда, хотя подождите, — он усмехнулся, наверное, в сотый раз за день, — конечно, знал.       — Ты уходишь от вопроса, — констатировала Вики, смотря через окно на спешащих куда-то людей.       — Потому что не хочу отвечать.       — Но тебе все же придется.       — Ешь, Уокер, — устало сказал он, — мне нравится, когда твой рот чем-то занят.       — Расскажи.       — Дотошная, — Люцифер закатил глаза, — если смертный не заключает договор и не грешит, его душа становится частью вечности.       — Частью вечности?       — Вечная свобода, — он пристально взглянул на нее, — вечный покой. В общем все то, что вы зовете раем, — на последнем слове Люцифер сделал кавычки в воздухе.       — А если грешит или заключает договор?       — Как я уже говорил, моя невнимательная девочка, твоя душа станет частью ада и будет питать его. Позволит ему жить.       — А если грешит?       — Тогда смертный станет ангелом или демоном и будет работать на благо ада или небес.       — Ангелом? — Вики нахмурилась, — разве ангелы…       — Не играют на хорошей стороне? — Люцифер усмехнулся, — расстрою тебя, но нет. Они тоже плохие ребята. По крайней мере, были плохими.       — А вы можете обрести покой?       — Конечно, для этого и работаем, — он отодвинул от себя кофе, словно его аромат доставлял дискомфорт, — после завершения нашей сделки я буду свободен.       — Ты сделал что-то ужасное при жизни раз стал демоном?       — Главная фишка в том, что я не помню. Никто из нас не помнит свою прошлую жизнь.       — Грустно, — тихо сказала Вики.       — Это часть жизни, — спокойно произнес Люцифер, — бесконечный круговорот душ.       — А душа может переродиться?       — Расскажу тебе, когда освобожусь, — он подмигнул Вики, — смертные, заключившие договор, точно не могут. Остальное не в моих полномочиях, поэтому смерть решила, что нам не нужно этого знать.       — Смерть?! — она воскликнула так громко, что официант проходящий рядом, чуть не выронил поднос.       — Ори погромче, мы же здесь погоду обсуждаем, — усмехнулся Люцифер, — смерть. Она руководит всем.       — А Бог тогда что делает?       — Вот только не нужно приплетать сюда своих выдуманных друзей, — он закатил глаза, — есть только смерть.       — Ясно, — буркнула Вики.       — Я разрушил твои мечты о рае?       — Почти, — ответила она, пытаясь переварить полученную информацию.       Вики никогда даже не задумывалась об этом. Ее представления о загробной жизни были совершенно другими. Люцифер не мог этого знать, потому что она не знала. Или в мире сумасшедших новые правила?       Вики больше не хотела продолжать разговор. Чизкейк и холодный кофе — потрясающий поздний завтрак, которого у нее никогда не было. Раньше вся еда была похожа на картон, а сейчас перед Вики открылась целая палитра разных вкусов.       Она снова потащила его гулять. Раньше у нее не было сил на долгие прогулки, но всегда была огромное желание. Часто болела голова, и Вики быстро утомлялась, потому если и выходила куда-то, то, чтобы дойти до скамейки, укутаться в плед и читать книги, которые покупал отец, чтобы хоть как-то ее порадовать.       — А ты можешь сказать будущее человека, которого впервые видишь?       — Могу. Видишь ту парочку? — уточнил Люцифер, показывая на молодых людей, которые делали селфи.       — Да.       — У него есть любовница. Они расстанутся через пару лет, когда она будет беременна.       — Серьезно? — Вики даже оглянулась, чтобы снова посмотреть на них.       — Нет, конечно, — фыркнул Люцифер, — я это придумал. Уокер, по-твоему, я похож на гадалку?       — Нет, но ты же называешь себя одним из самых могущественных существ в мире.       — Это не дает мне права залезать в чужую голову.       — Как-то слишком, — Вики пыталась подобрать верное слово, — благородно.       — Это закон. Мы можем форсировать некоторые события, но окончательное решение всегда принимают смертные.       — Это честно.       — Мы всегда играем по правилам, — он говорил с ней, словно объяснял что-то пятилетнему ребенку, — Ости, может, и сунула тебе бумажку с ритуалом вызова демона, но вызвать меня — твое решение.       — Откуда ты об этом знаешь? — удивленно спросила Вики.       — Ости — демон. Это ее работа, — спокойно сказал Люцифер, — Не думала же ты, что каждому смертному выпадает такая возможность?       — Почему я?       — Чистая душа — сильная энергия. Ад нуждается в таких.       — Чистая?       — Ты толком не жила, ничего плохого не сделала. Если бы не заключила со мной сделку, обрела бы покой.       — Мне будет больно? — наверное, единственный вопрос, который по-настоящему ее беспокоил.       — Нет, — его голос звучал очень утешающе, — ты не будешь свободна, но боли больше никогда не испытаешь.       — Это единственное, что мне нужно, — подытожила Вики, — а почему ты сказал, что не можешь дать вечную жизнь?       — А твои вопросы когда-нибудь закончатся? — тысячный раз, когда Люцифер усмехнулся, — никто не может жить вечно. Тело смертных не приспособлено для подобного. Даже демоны не в силах это изменить.       — А смерть?       — Спросишь у нее, когда увидитесь.       — Как она выглядит?       — Увидишь, когда узнаешь.       — Ты видел ее?       — Да, но не могу вспомнить ее лицо.       — Она тоже принимает какой-то облик в зависимости от человека?       — Ты растешь на глазах.       — Это можно считать комплиментом? — Вики улыбнулась.       — Возможно, — Люцифер подмигнул ей, и они продолжили прогулку.       Она решила задержаться в Нью-Йорке, потому что было еще несколько локаций, которые хотелось увидеть. Люцифер продолжал шутить по поводу других сериалов, но Вики вновь настояла, а он ныл, но в итоге сдался, будто действительно имел выбор.       В одном из самых популярных отелей на Пятой авеню и пятьдесят девятой улице, в которой Кэрри столкнулась с мистером Бигом после празднования его помолвки с Наташей в конце второго сезона, для Вики, конечно же, нашелся номер. Она могла и привыкнуть к тому, что все ее желания исполнялись.       Люцифер вызвался проводить ее, потому что Вики, по его словам, точно бы свернула шею, свалившись с этой шикарной лестницы, даже если бы поехала в лифте.       — Я вернусь завтра, когда будешь готова, — он облокотился о дверной косяк ее номера, — и начнется твой последний день в моей компании.       — Ты рад избавиться от меня? — Вики широко улыбнулась.       — Слушай, Уокер, не скажу, что я в восторге, но ты явно не худшая из моих клиентов, — в номере было темно, но Вики все равно видела его взгляд.       — Точно комплимент, — Вики произнесла это с таким восторгом, будто его похвала была ей жизненно необходима.       — Да, — Люцифер закатил глаза, — это был комплимент. Не радуйся так сильно, но ты действительно особенная, Уокер. Я раньше не встречал смертных похожих на тебя.       — Спасибо, — тихо произнесла Вики, — и спасибо за то, что ты делаешь.       — Это договор, — фыркнул Люцифер.       — Неважно. Я нуждалась этом, — она не знала, как правильно сформулировать свои мысли, но, кажется, он все понимал и без слов.       — Знаю, Уокер. Твоя душа меня освободит, так что думаю, это равноценный обмен.       — Доброй ночи, Люцифер, — Вики улыбнулась, глядя на его удивленное лицо.       — Мне раньше никогда не желали доброй ночи, — Люцифер улыбнулся в ответ.       — Я желаю, — тихо сказала Вики.       И в следующее мгновение произошло то, что она даже не могла себе представить. Прежде чем раствориться во тьме номера, Люцифер тихо приблизился к ней и мягко поцеловал в щеку или, скорее, невесомо коснулся губами. Вики лишь мимолетно ощутила тепло его тела, и спустя секунду он просто испарился.       Вики улыбнулась, касаясь места поцелуя.