Der Herbst in unseren Erinnerungen

[7 ноября, 1937 год]

За ужином царит уют, и от стоящего посередине овального блюда с рейнским зауэрбратеном исходит пряный аромат. Хельга с нетерпением ерзает на стуле: она чувствует себя невероятно гордой тем, что, в отличие от младших Хильды и Хельмута, может ужинать вместе с родителями за большим столом. К счастью девочки, они вскоре садятся за стол — Магда помогает ей наложить мягкую тушеную говядину и несколько картофельных кнедликов, пока Йозеф проверяет, чтобы белый хлопковый фартучек был хорошо завязан. Трапеза проходит в молчании, прерываемом лишь звоном приборов: блюдо приготовлено просто волшебно, и мясо прямо тает на языке. Хельга, уже почти доевшая свою небольшую порцию, внезапно нарушает эту тишину: — А у вас была свадьба? — с любопытством спрашивает она, кладя вилку с ножиком на тарелку и протягивая руку к стакану с яблочным соком. Йозеф от такой неожиданности едва не давится, а Магда лишь смеется. Девочка, видя такую реакцию родителей, спешит пояснить: — Ты читала мне сказку, где у принца и принцессы была свадьба в конце, потому что они любили друг друга. Супруги переглядываются; Магда слегка кивает Йозефу, и тот, прочистив горло и отпив красного вина, улыбается дочери: — Конечно, милая. И чуть больше, чем через месяц, у нас будет годовщина, — погружаться в эти воспоминания приятно: они кажутся одновременно и далекими — после стольких перемен 1931 ощущается как что-то из совсем другой жизни, — и близкими: эти семь лет с их знакомства в берлинском Гау пролетели как мгновение. — Наше знакомство — твое любимое воспоминание об осени? — шутливо спрашивает Магда, разворачиваясь к мужу; ее губы невольно растягиваются в теплой улыбке. Хельга смотрит на отца с нескрываемым любопытством: раньше родители никогда не рассказывали ей об этом. — У нас, конечно, не сразу все стало гладко, но для меня ценна память о той осени — отвечает Йозеф, накладывая себе еще немного зауэрбратена. — Вы что, ссорились? — в вопросе девочки нет никакого подвоха — лишь искреннее любопытство, а потому не ответить кажется чем-то кощунственным. — Когда люди проводят много времени вместе, они иногда не сходятся во мнениях. И не потому, что не любят друга, а наоборот — потому что слишком сильно друг другом дорожат, — спокойно поясняет Магда, и Йозеф благодарен ей, что она сама ответила на этот непростой вопрос. — А как вы мирились? — не унимается девочка; она, наконец, кладет в рот последний кнедлик и запивает его соком. — Иногда наш фюрер помогал нам, — отвечает Йозеф после небольшой паузы, и Магда согласно кивает. — Ого! Дядя Адольф помогал вам быть вместе? — восторженно восклицает девочка под слегка нервный, но все же счастливый смех родителей.