9. ...run for your life

Не такая уж и безумная, думал Джунхо, двигаясь по-пластунски по узкому тоннелю вентиляции. Всего лишь влезть в кабинет Фронтмена, о котором говорила 011, и чей плащ он мельком видел в командном центре. Того, который говорит женским голосом, и контролирует даже Черного. Он пока не знал, что будет делать дальше. Переоденется в его костюм? Не понятно, зачем, но чёто хочется. Вот бы 011 была рядом, чтобы указать направление. Ну ладно, он и сам справится, это не должно быть так уж сложно. Это было очень сложно. По ощущениям он ползал по трубам уже больше часа и каждый раз, как натыкался на решетку под собой, не мог сообразить, где находится и нужное ли это помещение. Бесполезно. Вдруг он услышал голоса. «Есть разговор», произнес синтезированный голос внизу. Джунхо подтягивает туловище ближе к узким дырочками решетки, чтобы заглянуть внутрь комнаты. Над спинкой широкого кресла видны плечи и черный капюшон. Похоже на плащ Фронтмена. Ничёсе! Неужели это правда его кабинет? Худой мужчина в черном смокинге делает шаг вперёд и медленно садится на стул напротив Фронтмена. Теперь Джунхо видно лицо игрока и номер на груди слева. 456. А ведь этот игрок был ближе всех к Инхо. Нужно было всё-таки поговорить с ним. Придумать как и поговорить. Ещё Джунхо вспомнил, что 456 принимал участие в вооруженном восстании. И всё ещё жив. Возможно ненадолго. Хочет ли Фронтмен отомстить за произошедшее? Не потому ли пригласил среди ночи на разговор? Джунхо показалось, что за спиной кто-то шаркается, и обернулся. Там никого не было. И всё равно ещё с полминуты с опаской всматривался в пустоту. «А разве у нас есть шанс на будущее?» иронично отозвался игрок 456. У кого это «у нас»? Что там вообще намечается? Джунхо уже жалел, что не слушал внимательно и пропустил часть диалога. Тогда Фронтмен стал уверять, что игрок 456 вместе с младенцем станут целью других игроков в следующей игре. Джунхо понял, что должно быть, игрок взял на себя «опеку» над ребенком, раз уж его мать не пережила последнюю игру. По-настоящему бескорыстный поступок. Не каждый решится на такое даже в обычной жизни, не то, что в этом безумном месте. «А разве не этого вы добиваетесь? Даже поместили невинного младенца в эту бесчеловечную игру, чтобы наблюдать за тем, как эти жадные озверевшие психопаты убивают младенца ради денег». В голосе 456 была искренняя боль. Джунхо поплохело от одной мысли, что этот крошечный ребеночек не переживет следующую игру. «Я пытаюсь помочь». Пауза. «Вам и младенцу». Ничёсе, как-то слабо верится. Почему-то матери ребенка никто не спешил помогать. Почему-то никто не отпустил ребенка отсюда. Он ведь не игрок, а если ему и дали номер, то как он может соревноваться со взрослыми людьми? Кажется, 456 разделял чувства Джунхо, потому что в ответ лишь хмыкнул и выдал горькую полуулыбку. Это заставило Фронтмена замолчать. Не похоже, чтоб тот был главным в этом разговоре. Когда он медленно наклонился вперёд, сокращая расстояние между ними, Джунхо стало как-то даже неловко наблюдать. «Возьмите нож с собой», говорит Фронтмен, откинувшись обратно на роскошную спинку. А, он всего лишь передал нож. Стоп, зачем он даёт нож одному из игроков? «И убейте этих тварей». Видимо, вот зачем. Это вообще законно? Нож — неслабое преимущество на игре, какой бы та ни была. Ведь у остальных оружия нет. Если поначалу Джунхо хотел просто подождать пока Фронтмен не покинет кабинет, а потом спуститься и пошариться, то теперь он был заинтригован и не собирался упустить ни единого слова. Фронтмен начал объяснять, как игроки обожрались, напились и крепко спят. Да, Джунхо помнил, что Кружочки должны были кормить тех игроков. Может ещё и придерживать бокалы с соджу? Он укоризненно посмотрел в затылок человека, придумавшего этот бред. «Если вы тихо перережете им горло…» Тихо что? Говорит, мол, никто не заметит. В смысле никто не заметит? Конечно все заметят отсутствие игроков на следующей игре. 456 недоумевал, зачем ему такое предлагают. А Джунхо кажется понял по чуть ли не умоляющему тону синтезированного голоса. Даже шокировался от осознания. Ну конечно, 456 похож на того, в кого может закрашиться Фронтмен. А при костюме вообще ну вылитый жених. Погодите, что он творит? Фронтмен. Снимает капюшон? И маску? Ладно, Джунхо с его ракурса было не совсем понятно, так что про маску он додумал сам. Бро, полегче. Ты знаешь этого человека всего шесть дней. Не драматизируй. Кажется, маски действительно не было, потому что реакция игрока 456 была непередаваема. Не понятно, что такого он там увидел, что подскочил со стула и схватил нож. Джунхо уже представлял, как он бросится вперёд, а Фронтмен машинально откинется на кресло. Джунхо даже на секунду поверил, что тот не станет защищаться. После того, как игрок 456 поднялся на ноги, его лица больше не было видно из-за неудачного расположения решетки. Фронтмен сказал, будто сожалеет о смерти какого-то человека. Возможно, это был игрок, но назвал он его по имени, а не номер. Если бы там прозвучало имя Хван Инхо, Джунхо сам бросился бы на него, даже не имея под рукой ножа. Посмотрите, ещё и интересуется, хочет ли 456 его убить. Как будто по нему не видно. «Вы можете, здесь кроме нас никого нет». Джунхо поморщился. Тут вообще нечего добавить. А можно говорить это нормальным тоном? Он будто смотрел одну из тех мелодрам, которыми так увлекается мама. Кстати, голос у Фронтмена какой-то очень знакомый. Или может просто так доносится до его ушей через облицованные металлом стены вентиляции. И так понятно, что если истощенный на вид 456 попытает удачу с ножом, Фронтмен расправится с ним. Это всего лишь проверка. Игра. Не слушай его, 456. Тут должен быть подвох. Игрок не послушался беззвучного совета и наоборот похоже успокоился, потому что перестал так шумно дышать. Фронтмен правду готов отпустить 456 с ребенком, если тот убьет остальных исподтишка? Дал слово, что они выйдут живыми. У тебя. Есть. Его. Слово. Джунхо уже не выдерживал. Стыдно признаться, но Фронтмен на секунду поднялся в его глазах. Чувства смешанные. Он смотрел в спину Фронтмена. Ты ведь тут главный. Если тебе не плевать на жизнь этого игрока, спаси его. Сомнения в искренности предложения всё же присутствовали. Единственная задача Фронтмена здесь — организация игр, а не их саботаж. Что если в следующей игре нужны как раз двое и он просто хочет, чтобы это были именно игрок 456 и ребенок, какой бы там номер тому не присвоили? Видимо, услышав достаточно, 456 молча разворачивается и уходит. Туда его, этого Вротмена. Мог бы сделать больше, а не просто давать с собой нож. 456 один, а их много. Даже с ножом, не имея подготовки, он вряд ли победит их всех. «Игрок 456, вы всё ещё верите в людей?» Прозвучало как довольно личный и болезненный укол. 456 остановился на секунду, сжал кулаки, но так и не обернувшись, пошел прочь. Фронтмен просидел ещё какое-то время, не шевелясь. Он что уснул там? Не надевая маску, наконец поднялся на ноги и направился в сторону. Если сразу как он встал, угол видимости заканчивался на его пояснице, что не давало возможности увидеть лицо, то сейчас он в принципе был где-то за кадром. Послышался звон бутылки и звуки льющейся жидкости. Тишина. Он потоптался немного и заиграла музыка, как будто на пластинке или что-то вроде. Fly me to the moon Let me play among the stars And let me see what spring is like On a-Jupiter and Mars. Джунхо была знакома эта песня. Довольно романтичная. Когда она крутилась на повторе уже двадцатый или тридцатый раз, начала раздражать. Хоть там и пелось о красивом признании в любви, ему не терпелось поскорее пробраться внутрь, а не слушать навящевую мелодию. Фронтмен давно уже вернулся обратно в кресло и попивал что-то, по-прежнему сидя без маски. Джунхо даже не смотрел туда больше, просто опустил лицо на согнутые перед собой предплечья. "Flyyyyy meee tooo the mooooon let meeee playyyyy amoooong the starssssss", по-прежнему доносилось снизу. Этот Фронтмен собирается куда-нибудь выйти? Потому что всю ночь оставаться здесь тоже не вариант. Он вспомнил, что по идее должен сейчас драить туалет. Тело затекло и кажется приняло форму твердой поверхности шахты. Он слышал, что северокорейские снайперы способны лежать по 12 часов без движения, дожидаясь удобного момента, чтобы сделать выстрел. Ему до них было далеко. Но и кому вообще в обычной жизни могли пригодиться подобные навыки? Внезапно икру пронзает невыносимая боль. О нет! Шон пришёл! — так они с братом называли судороги после какого-то старого сериала с персонажем по имени Шон, который мог исцелять людей от разных болячек, в том числе и те самые судороги. Быстро перевернувшись на спину, Джунхо схватился за ногу и принялся стучать по ней. Кажется, так ещё хуже. А нет, понемногу проходит. Если бы он не знал этого способа, то корчился бы до последнего. Должно быть, он слишком шумел в своем тайном убежище, потому что музыка вдруг стихает. Поборов остатки колющей боль, он аккуратно поворачивает голову и краем глаза выглядывает через уголок решетки. Черная маска Фронтмена прямо под ним грозно смотрит вверх. Джунхо срывается с места и сколько есть сил мчится обратно, слабо понимая, куда движется. Не важно. Главное чтоб подальше оттуда. Он понятия не имел, как вернуться обратно в туалет, поэтому просто вскоре вылез, пропустив всего пять или шесть решёток. Он оказался в коридоре, но опять же не ориентировался, в какую сторону идти. Благо на пути никто не встретился. Спустившись на уровень ниже по обычной лестнице, снова побродил по коридору, оборачиваясь на каждый шорох. Где же комнаты персонала? Ему опять не хватало 011 с ее познаниями и неизменным спокойствием. Самому Джунхо сейчас очень сложно было его сохранять, потому что он не только зря просидел в вентиляции больше часа, в наглую покинув место работы, но и оказался замечен Фронтменом. Остаётся только представить, как сейчас включатся сирены и на его поиски пошлют каждого розового. Он вылез из-за угла и мигом полетел обратно к стене, задерживая дыхание и надеясь, что не создал слишком много шума. Осторожно выглянул. Только что вышедший из лифта Фронтмен злобной размашистой походкой направлялся вперёд по коридору. В руках пистолет. Но никакого подкрепления. Наконец Джунхо сообразил, что наверное на этом этаже расположен кабинет Черного, возможно он пошел прямиком туда. Или хочет сам разобраться с нарушителем. Всё же подслушивание разговоров это личное дело. Единственный выход сейчас — найти путь к своей комнате, запереться внутри и надеяться, что его не заподозрят в нарушении порядка. Стоп, можно же, пока Фронтмен скрылся, проскочить в лифт. Он же ведёт к его кабинету? Сейчас или никогда. Он и так собирался туда влезть, только через вентиляцию. Пока Фронтмен занят поисками, не вернётся назад, так что у Джунхо есть немного времени. А обратно выйдет по вентиляции. Да, в костюм не переоденется, потому что он на самом Фронтмене, но и в кабинете может найтись много полезного. Не давая себе времени отказаться от плана, он полетел к лифту и даже не забыл проверить, чтоб в маленьком холле никого не было. Оказавшись у дверей он быстро нажал кнопку вызова и принялся ждать. Куда уже лифт пропал? Фронтмен же ехал на нем только что. Давай, ну давай же. Щибаль. Тишина. Никакого характерного механического звука. — Без моего доступа он не работает, — за спиной спокойно произносит властный синтезированный голос. Джунхо запоздало понимает, что так и не нацепил маску Кружочка, которую запихнул в карман во время поползновений по тоннелям, потому что там абсолютно нечем было дышать. Лифт так и не подавал признаков жизни. Джунхо медленно поворачивается. Человек позади не просил его об этом, но наверное если тебя уже застукали, ты не будешь и дальше стоять лицом к стене. Как и ожидалось, перед ним стоял Фронтмен собственной персоной. Пистолет нацелен на Джунхо. Интересно, Квадраты из командного центра удалят кадры, на которых его застрелят, как и всё остальное подозрительное? Джунхо не отводит взгляда от глаз-сеточки напротив. Крутая маска, думает он. Кажется, это будет его последняя мысль перед смертью. А нет, он ещё успевает подумать, что и плащ у него чёткий, прямой такой. Чтобы не провоцировать Черного. Вот 011, например, провоцировала своими талиями. Но она-то не может не носить пояс. Там же чёто есть. Звенит оглушающий выстрел.