Пролог

Приятный свет факелов создавал уютную атмосферу в кабинете директора школы Хогвартс, вот только лица присутствующих были напряжёнными и хмурыми. Альбус Дамблдор сидел за столом и взгляд его блестящих озорством глаз сегодня наполнился глубокими раздумьями. Поводом для сегодняшнего собрания послужила, казалось бы уже привычная стычка с Пожирателями — верными слугами Лорда Волан-де-Морта. Но исход ее был чем-то выходящим за рамки возможного. Орден Феникса был главной надеждой Дамблдора на победу со злом. Он многое видел в своей длиной жизни и имел много друзей и врагов, однако эти люди вызвали в нем глубокое уважение. Большинство присутствующих здесь — молодые, даже юные волшебники, что всего год назад сидели за партами в Хогвартсе и списывали друг у друга. Но теперь перед ним собрались храбрые, сильные люди, готовые сражаться за то, что любят. От этого разочарование казалось сильнее. — Может вы наконец расскажите, что конкретно случилось? — Сириус Блэк, черноволосый красавец, всегда слыл своей нетерпеливостью, вот и сейчас поникшие лица друзей вызвали кучу вопросов в его голове. — Да, Дамблдор, профессор, — опомнившись, добавил Джеймс Поттер. — у вас такое лицо — словно кто-то умер, хотя все вроде бы здесь. Блэк хмыкнул на глупость Джеймса. Надо сказать, что несмотря на разность воспитания они были словно родные братья. Понимали друг друга с полу слова и поддерживали, даже если знали, что друг не прав. — Джеймс, — зеленоглазая красавица одёрнула шутника, это вошло у нее в привычку. Но если дома такое поведение мужа вызвало смех, то сейчас хмурый Дамблдор говорил о важности собрания. — Нет, правда, сидим тут, жмыра посадить некуда , и молчим. Гарри наверно уже с ума свел Питера своими играми. После этих слов Джеймса Алиса Долгопупс зашлась рыданиями, отчего все собравшиеся обернулись и уставились на пару в углу. У Долгопупсов тоже недавно родился сын, так что всем в голову стали приходить плохие мысли. — Алиса, что-то с Невиллом? — Лили всегда отличалась своим состраданием, так что слезы подруги разбивали ее сердце, словно родная печаль. Джеймс мгновенно сжал руки супруги. Но Алиса не могла ответить, потому что слезы текли градом. Макгонагалл, стоящая до этого скалой, поджала тонкие губы. Ей было особенно тяжело видеть любимых учеников здесь, в центре войны. — Френк, я думаю, ты должен рассказать им сам, — взгляд Дамблдора были холоден, никогда ещё присутствующие не видели директора в таком настроении, особенно по отношению к союзникам. Но Френк сидел красный, как рак и молчал. Стыд накрывал его с головой, а от любопытных взглядов хотелось лезть на стену. Он знал, что заслужил это, знал, что Дамблдор прав, что это маленькое наказание за его бесчестие, но от чувств не так просто было сбежать. — Ну вы издеваетесь! Что у вас там случилось? Дамблдор, ответьте нам наконец! — терпение Сириуса лопнуло. Не любил он сидеть на месте и терпеть не мог обсуждать план атаки и обстановку. К чему болтать, если можно действовать? — Френк, обьясни нам, — Джеймс и сам сгорал от нетерпения. Поттер старший вообще не любил тишину и все эти «неловкие паузы». Даже во время боя старался разнообразить дуэль колкими фразами, чтобы не сражаться, как идиот, молча. Лили это жутко раздражало, потому что после его бесед соперники становились ещё злее, а значит Джеймсу грозила большая опасность, но разве можно усмирить Мародеров? Можно. — Джемс, Сириус, хватит на него давить, — воскликнул мужчина в потрёпанной мантии. Его лицо было изуродовано глубокими шрамами, а мантия потрёпанная, словно последствия войны отражались только на нем одном. Римус Люпин тоже был другом Поттера и Блэка, но другим. Удивительно другим. Спокойным и рассудительным, возможно только поэтому Хогвартс всё ещё стоял целый, а не рухнул после какой-нибудь шутки Мародеров. Поттер и Блэк, как обиженные дети у которых отобрали игрушку, притихли. А Френк понял, что уйти от ответа все равно не получится и даже спокойный Люпин его не спасет. — Я… я совершил ошибку, — начал Долгопупс неуверенно. — Отвечай по делу, мы тут не сопли разводить собрались, — громкий бас Грюма заставил всех вздрогнуть. Он стоял со скрещенными руками, а на его левом глазу была белая повязка, он потерял его в недавней схватке, но вид его от этого не стал менее устрашающим. — Аластор, дай ему собраться с мыслями, — Дамблдор был полностью сконцентрирован на Френке. Его не так волновала сама ошибка, как поведение союзника. Именно поэтому он созвал часть Ордена, только близких друзей Френка и его начальника — Грюма, чтобы тот понял свою ошибку и искренне покаялся. Война не только уносит жизни, но и души. Сириус, что-то шепнул на ухо Джеймсу, отчего тот ели заметно хмыкнул. Грюм посматривал на друзей и в мыслях считал дни до их смерти. Не со зла, он лишь считал, что с их беспечностью долго им не прожить. Просто они ещё не познали весь ужас войны, оттого вели себя слишком азартно и нагло, что по отношению к Пожирателям, что к своим друзьям. Но надо признать, сражались они лучше многих мракоборцев. И наверно в большей степени потому, что не боялись умереть. А Джеймс так вообще с цепи сорвался, после того, как он женился и у него родился сын — избавить мир от Волан-де-Морта он считал личной целью. А Сириус просто любил драться, ну и возможно хотел утереть нос брату. Наконец Френк смог начать: — Мы сидели в гостиной, Алиса уже уложила Невилла, он долго не хотел засыпать, все капризничал. Такое с ним часто, наверно кошмары. Он же чувствуют угрозу, — Долгопупс говорил неуверенно и заикался, но главное, что говорил. — И вдруг принесли письмо, птица врезалась в окно с таким грохотом. Бедняга Невилл проснулся и Алиса побежала его укладывать. Алиса сжала в руках платок, потому что слезы все никак не переставали течь. Лили присела на корточки рядом, стараясь поддержать ее. А в голове Миссис Долгопупс был только страх, что как только Френк закончить свой рассказ, подруга отвернется от нее. — Там было написано, что Дирборн нашел нам новое укрытие и что нужно скорее мчаться туда, пока ночь и за нами нет слежки. — Дирборна мы не видели уже неделю, он не выходит на связь. Ты уверен в том, что говоришь, малец? — Грюм улавливал точные факты из речи Френка. — Да, я уверен. Это был его почерк. — Его можно подделать, — спокойно сказал Люпин. — Там была его подпись! — выкрикнул Долгопупс, вызывая удивление у собравшихся. — я не задумался о подделке, все выглядело правдоподобно, — уже тише добавил Френк. — Продолжай, — сказал Дамблдор. — Мы собрались, разбудили Невилла и вышли. Наш дом был в лесу, зачарованный от недоброжелателей, но мы сами себя выдали. — Что случилось? Что с Невиллом? — Лили вмиг представила картину, как Долгопупсов окружили и отобрали малыша. Только вот вместо Невилла ей представлялся Гарри, от того страх возник нешуточный. Френк посмотрел в глаза Джеймса, как отец отцу, и воспоминания того вечера ворвались в его голову бурным потоком.

***

Поляна заливалась лунным светом, а густой лес вокруг создавал ещё более таинственную атмосферу, словно кто-то неустанно следит за ними. Но высокая, худощавая девушка стояла непоколебимо, даже не оборачиваясь на далёкий вой из чаши. Причина ее смелости была не только в характере. Пятеро крепких волшебников следили за ее жизнью, словно она их родная кровь: они замкнули круг, а их зоркие глаза замечали малейшие изменения в окружении. Ведь их жизни, и всех их близких, зависели от ее благополучия. Как, спрашивается, болезненно худая и молоденькая девушка могла вызвать страх у опытных волшебников, тех, кто участвовал не в одной переделке, да что уж там, убивал? Ответом служило золотое кольцо с небольшим черным камнем в центре на безымянном пальце. Эта молодая особо была замужем за самым могущественным и темным волшебником этого времени. Ветер завыл громче и волшебники напряглись ещё сильнее. Их цель на сегодня была проста: поймать сторонников Альбуса Дамблдора и отобрать ребенка. Черная мантия девушки трепыхалась, а ноги тряслись от предвкушения. Неужто в таком возрасте можно на столько очерстветь, что кража младенца не является чем-то за рамки выходящим? Этот вопрос задавали сторонники Темного Лорда не раз, хоть и не осмеливались сказать вслух. Даже с их темной душой это было, как минимум странно. Но девушка держала голову прямо, узкий подбородок был слегка приподнят. Она знала свою цель и собиралась выжить из этой встречи все возможное. Главное — чтобы они не ошиблись и убежище действительно было неподалеку. Наконец что-то изменилось, ветви подозрительно затряслись и из-за высоких кустов задыхаясь выбежала молодая пара, а у девушки на руках хныкал младенец. Всего несколько секунд и ничего не подозревающую семью окружили пятеро темных волшебников и стали держать на прицеле палочек, а их предводительница наконец смогла выдохнуть. Он не ошибся. — Ублюдки! Алиса, это была ловушка! — крикнул низкорослый, но широкоплечий мужчина, и стал закрывать спиной свою семью. Вот только защитится не было шанса. Худая фигура двинулась по мокрой траве прямо к ним. Ее шаги были медленными и тихими. Длинная черная мантия развевалась от сильного ветра и казалось, что преодолеть даже такое препятствия ей даётся с трудом, но та лёгкость, с которой ступала главная Пожирательница, заставила обратить на нее внимание даже жертв сегодняшней трагедии. Девушка зашла в круг и остановилась в паре метров от молодой семьи. Мужчина напрягся ещё сильнее, он слышала об этой девушке, его внимательный взгляд остановился на кольце и теперь он был уверен кто перед ним. Но несмотря на страх, вид у него был воинственный. Мракоборец не в первый раз встречается лицом к лицу с опасностью, только редко сзади него стоит любимая жена, а на ее руках совершенно беззащитный младенец. — Мерзкие ублюдки! Отпустите мою жену и сына и сражайтесь со мной! — его голос был пропитан ненавистью, а рука с палочкой подрагивала от нервов. — Так уж вышло, Френк, что мы здесь, как раз по его душу, — мелодичный голос Пожирательницы разнёсся по всей поляне, заставляя пару похолодеть от страха. Френк и Алиса знали, что из-за проклятого пророчества на их сына ведётся охота. И черт возьми, надо было слушаться Мадам Долгопупс и прятаться у нее, а не спешить к уединенной семейной жизни. Сейчас родители проклинали свое решение, но было поздно. — Невилл совсем малыш! — всхлипывая сказала Алиса, а ребенок на ее руках уже начал кричать. Ему совершенно не нравилось, что руки мамы трясутся. А ещё больше ему не нравилось, что пришлось просыпаться ночью, одеваться и выходить на улицу, где темно и страшно. Вот только он был слишком мал, чтобы сказать это. — Неужели он боится ребенка? Френк обернулся на жену и стрельнул глазами. Уж он то знал, что им до жалости и дела нет, а оскорблять их Хозяина себе дороже, особенно в такой ситуации. Вообще-то Алиса была Гриффиндоркой и уже точно не была трусихой, но когда жизнь твоего ребенка висит на волоске ты заставишь себя молить о помощи кого угодно, даже если это бессердечная Пожирательница. — Я бы на вашем месте сдерживала свои колкие речи, вы же хотите уйти живыми? — Пожирательница смотрела холодно, но голос ее был словно тихая мелодия. Без ненависти и злости. — Вы нас отпустите? — в голосе Алисы прозвучала надежда. Но Френк знал, что все не так просто. — Разумеется, ни к чему проливать волшебную кровь напрасно. Даже если вы служите не тем людям, — Пожирательница резко замолчала, словно ком встал в ее горле, но никто не спешил торопить. Наконец она вдохнула всей грудью и сказала, жестоко, не так как раньше. — но ребенок останется с нами. — НЕЕЕТ, — дикий крик матери взбудоражил птиц на высоких деревьях. А Френк уже был готов напасть первым, зная, что шанса против стольких противников у него нет. От этого крика мурашки пробежали по коже, однако мужчины остались на своих местах. Но плечи их предводительницы дрогнули и сжались, что-то внутри ее мучило и справиться она была не в силах. — Ровена, одумайся! — продолжала кричать Алиса. — он же младенец! Девушка не обратила внимание на мольбу матери, ее взгляд был сосредоточен, словно она разбирала в голове трудную схему, и все внимание было обращено на Френка. — Ты готов побороться за свою семью? — спросила девушка у отца семейства. Пожиратели нахмурились, они ожидали схватки. Пару сильных проклятий и нет преграды в виде безутешный родителей, но Миледи решила иначе, а учить ее было не по статусу. — Что ты хочешь? Встать на вашу сторону? Тогда вы отпустите их? — мысли Френка были беспорядочны, но любовь к семье заставляла не падать духом. — Нет, — Ровена вновь сжалась, слова выходили из нее с трудом, словно она борется с зельем правды. — Ты сразишься со мной… Один на один…- она тяжело дышала, но продолжала говорить. — Если победишь — мы отпустим вас всех. Хорошо, что на лицах Пожирателей были маски, иначе их удивленные лица вызвали бы смех даже у смертельно напуганных Долгопупсов. — Один на один? — не веря ее словам уточнил Френк. — Да, и чтобы… — Ровене пришлось вновь набрать воздуха по больше. — чтобы все было честно, дуэль будет без непростительных заклинаний. Ты и я. Один на один. Френк не был дураком, а что важнее — был мракоборцем и точно знал, что сделки с темными волшебниками такими простыми не бывают. Он знал, что она серьезный соперник и если по силе он превосходил ее, но вот, что касалось арсенала… Девчонка выглядела больной и слабой, но все члены Ордена Феникса предупреждали сколько темных проклятий она знает. Непростительные и рядом не стояли с теми заклинаниями, что она могла наложить. С другой стороны, был ли у него выбор? В любом случае исход один — они все умрут, а Невилл, их любимый и единственный сын, попадет в лапы Волан-де-Морта и возможно его смерть будет ещё хуже и ужаснее. Ровена начала злиться, Френк слишком долго раздумывал над ее предложением. — Ну так что? — голос ее стал строже. — ты дорожишь семьёй? Или не готов встать на их защиту? — Это ловушка, милый, она убьет тебя! — Алиса хотела ухватить мужа за рукав, но тот сделал шаг и громко произнес: — Я согласен! — Френк! — Алиса конечно могла ещё уговаривать отступить, но она как и он понимала, что выбора нет. Осталось только надеяться, что они справятся. Ровена кивнула Пожирателем и те нехотя разбрелись по поляне, давая место для схватки. Надо сказать, что те переживали за предводительницу не меньше, чем Алиса за мужа. Всё-таки этот Долгопупс хоть и недавно закончил Хогвартс, но уже год трудился в аврорате. Да и не раз калечил их самих в какой-нибудь схватке. Девчонка выглядела так, словно упадет замертво сама по себе. И что им делать в таком случае? Они конечно убьют виновных, да и сосунка. Но от гнева Повелителя их это не спасет. Оставалось надеяться, что для победы ей хватит знаний, коими та блистала, несмотря на полное отсутствие физической подготовки. Дуэлянты соблюдая протокол, поклонились и разошлись по сторонам. Напряжение в воздухе витало нешуточное, а в ушах Френка и Ровены шумело от адреналина. Они взмахнули палочками одновременно, разноцветные искры вылетали стремительно, встречая на пути невидимые преграды. Френк двигался умело, уворачивался, посылая скрытые атаки. Шел напором, резко и решительно. В каждом его движении читалась ненависть и желание отомстить за угрозу, нависшую над их семьёй. Ровена наоборот, стояла на месте и лишь вытворяли разные узоры в воздухе. Слишком плавно для такого резкого соперника, но тем не менее ей удавалось перехватить его атаки на пол пути. Они потеряли счёт времени, все следили за дуэлью на столько внимательно, что появись сейчас здесь сам Мерлин, никто бы не обратил внимание. Даже маленький Невилл словно понял важность момента, потому как перестал хныкать и лишь морщился от ярких вспышек. Френк начал выдыхаться, его активные атаки отнимали много сил, так что теперь каждое движение получалось все более неловким и медленным. Алиса и Пожиратели это заметили. Группа поддержки Ровены воспряла. Они даже стали хвалить ее в мыслях за такой ход. Если он проиграет — смерть ребенка ляжет на его плечи. Оставить его жить с этим будет лучшим наказанием для осквернителя рода. Долгопупс старший злился с каждой секундой все сильнее. Ровена стояла на месте и совсем не запыхалась. Ее удары стали попадать точно в цель, но только сбивали Френка с ног, не принося ему никакого урона. Это злило его ещё сильнее. «Она издевается!», — думал он. «Хочет показать на сколько я слабый, пиная, как мелкого щенка.» Лицо Ровены было спокойным. Она не обращала внимание на чужие эмоции и лишь была сосредоточена на своих заклинаниях, полностью растворяясь в магии. В третий раз, когда заклинание Ровены полностью сбило с ног Френка, она остановилась, давая ему время подняться и встать в стойку. Ее взгляд был прикован только к противнику, и это стало ошибкой. Красная вспышка заставила ее тело окаменеть и Ровена не успела отразить наполненную злостью атаку Френка. Ее тело не смогло показать судорогу, но разум взорвался от боли, обволакивая сознание в темноту.

***

Тишина в кабинете стояла мертвая. Даже Алиса перестала рыдать. Никто не поднимал на них взгляд, но на лицах присутствующих читалось сильное удивление и непонимание. — То есть, вы сжульничали в честной дуэли? — слова Сириуса были резкими, но он произнес то, что не осмелился никто из присутствующих. Френк уже не смотрел никому в глаза, его плечи опустились и он прожигал взглядом пол. Алиса же подрагивала от переживаний, потому что рука Лили перестала ее гладить и замерла. — Не говори так, — неожиданно сказала Лили и при обняла Алису за плечи. — Я лишь озвучил факт, — вставая с удобного кресла произнес Сириус и устремил свой взгляд на Лили. Он хорошо к ней относился, хотя порой она немного раздражала. К примеру тем, что сначала вместо Сохатого предпочитала мерзкого Снейпа, или своими поучительными лекциями об ответственности. Но в целом, он бы не смог ее обидеть, даже если бы захотел. Потому что она жена его брата и мать крестника. — Это Пожиратели на них напали, у них не было выбора, — Лили не собиралась останавливаться. Джеймсу она кстати чем-то напоминала Бродягу, хоть она этого и никогда не признает, а он не скажет, но упертости им было не занимать. — Им его предоставили, это была частная дуэль, а Френк и Алиса напали вместе, — Сириус ненавидел Пожирателей, но не спроста его распределили на Гриффиндор. Честь для него значила очень многое. Хотя возможно он преувеличивал. — Если бы Френк проиграл, их бы убили, — Лили заводилась все сильнее. — Мне кажется никто не собирался их убивать, иначе зачем вся эта игра? В него не прилетело ни единого проклятья. В комнате стало жарче, ссора разгоралась. — Откуда тебе знать, они служат ему и хотят убить наших детей! Ты, что на их стороне? Лили сказала это сгоряча, от страха за Гарри и Невилла. Но разве можно говорить подобное Сириусу? — Я? Да это ты скорее переметнешься на другую сторону, у тебя там уже есть сальноволосый союзник! Люпин выпучил глаза на Сириуса, Алиса и Френк в шоке замерли, а Лили покраснела и собралась уже заткнуть рот Блэку, как грозный голос раздался по кабинету: — Заткнись! Сначала Бродяга обернулся к Грюму, потому что только он мог так хорошо пародировать рев собаки. Но оказалось, что это крикнул вскочивший с места Джеймс. Его злой взгляд прожигал Сириуса насквозь, так что тот сразу понял, что натворил. — Сохатый, да я же… — Извинись, — голос Джеймса сейчас вызвал бы уважение у самого отпетого преступника. Строгий и властный, не дающий и шанса на отступление. Будь это кто-то другой, Блэк бы накинулся с ещё большим энтузиазмом, но ответить так Поттеру, ни за что. — Извини, Лили, я не должен был так говорить. Несмотря на серьезность ситуации, Макгонагалл ели удалось скрыть улыбку. Отношения Мародеров вызывали у нее приступы смеха и счастья. Лили сама поразилась такому резкому тону Джеймса и кивнув Сириусу, сказала: — Прости, Сириус, я не то имела ввиду. Через пару секунд тишины, Грюм произнес: — Надеюсь вы закончили? Долгопупс, что было дальше? Френк словно только сейчас вынырнул из своих мыслей, и то потому, что его толкнула жена: — Все Пожиратели кинулись к ней, а мы успели сбежать. Они так перепугались, что им было не до нас. — Что ж, спасибо Френк, я надеюсь все понимают, что я попросил рассказать об этом не для того, чтобы вызвать осуждение. Важно, чтобы несмотря на тьму вокруг, вы не потеряли свой свет, — важно изрёк Дамблдор, поправляя очки на переносице. — Как обычно, ничего не понятно, но очень таинственно, — шепнул Сириус Джеймсу, чтобы сгладить обстановку. Друг в ответ пихнул его в бок. Конфликт улажен. — Джеймс, — обратился Френк, подняв глаза в которых стояли слезы. В них читался прямой вопрос. Надо признаться, Френк хоть и был немного старше, но отчего-то считал Джеймса образцом для подражания. Его сила воли и духа вызвала восхищения. Сириус и Лили замерли, смотря на Поттера, словно его слово сейчас поставит точку в этом вопросе. Даже Грюм прищурил свой единственный глаз и ждал ответа. Его голос был твёрдым и жёстким: — Ты нарушил слово чести, Фрэнк. Ты дал им повод считать нас такими же лгунами, как они. Это предательство наших принципов. Пойми, если мы будем поступать подобным образом, то чем мы лучше? Он замолчал, воздух будто потяжелел от напряжения. Алиса вцепилась в руку мужа, Лили нахмурилась, готовая вступиться, но Джеймс вдруг опустил плечи и проговорил уже тише: — …Но если бы на твоём месте был я… если бы в руках Лили был Гарри… я сделал бы то же самое. И ненавидел бы себя за это всю жизнь.