Глава 2. Последствия для Темного Лорда

Волан-де-Морт шагал по кабинету, словно по клетке. Злость точила его изнутри, но он знал — причины для неё были весомыми. Он вспомнил начало этой истории. Тогда ему казалось, что решение верное: девочка должна была стать инструментом. Империус сделал её послушной марионеткой — а значит, проблем быть не должно. Но проблемы возникли. Слуги, его верные Пожиратели, молчали. И всё же их мысли были слишком прозрачны. В их взглядах он читал сомнение, едва заметное, но ядовитое. Они не понимали, зачем Повелителю безвольная девчонка. Зачем её защищать? Конечно ему и дела не было до нее, но вот частичка души внутри требовала защиты. Он приказал ей учиться, изучать темную магию, тренироваться. Она должна иметь возможность защитить свое тело, чтобы не случилось. Но и это вызвало молчаливое возмущение. «С какой стати Повелитель учит кого-то без метки?» — вот что звучало в их головах. Газеты добавили масла в огонь. Родители девочки, Селвины, хоть и не блистали величием, всё же имели вес. Чистокровные. На стороне Дамблдора. И теперь в «Пророке» обсуждали её исчезновение. Волан-де-Морт не опасался их мести — но он опасался утечки. Старик Дамблдор наверняка заинтересуется, а зная его упорство, дойдет до сути. Этого нельзя было допустить, ведь живой крестраж уничтожить ещё проще, если, конечно, ты знаешь о нем. Поэтому он сделал ход. Смелый, решительный. Он объявил Ровену Селвин своей супругой. Шум в обществе оказался оглушительным. Слуги облегчённо приняли эту новость — Повелитель нашёл себе достойную партию. И сам Лорд позволил себе короткую тень улыбки, представляя лица её родителей, когда они прочли газету. Ровена получила метку. Её стали отправлять на задания, и хотя империус делал её предсказуемой, в магии она оказалась удивительно сильна. Проклятия ложились точно, ритуалы удавались. Она выполняла приказы, но двигалась так стремительно, что Лорд приставил к ней охрану. Официально — «жена Повелителя». Темный Лорд намучался немало, чтобы ее жизнь здесь стала иметь хоть какой-то смысл. Пожиратели не могли искренне уважать ее, ведь та даже ответить без приказа не могла. Но со временем он сам не заметил, как это решение дало плоды. Она стала его глазами и ушами, действуя из тени. Всё складывалось удачно Но тут случилось то, чего он не ожидал — пророчество. Снейп совсем недавно вступил в его ряды и пока кроме, как хорошим зельеваром никак себя не зарекомендовал. Темный Лорд принял его по рекомендации Малфоя и надо сказать, пока не знал на сколько не ошибся. Юнец доложил ему о подслушанном пророчестве. Волан-де-Морт смеялся над самой идеей своей гибели — и всё же страх поселился внутри, холодный, как змея, обвившая сердце. Дни и ночь его проходили в мыслях и страхах о предстоящей участи. Он не мог поверить в то, что кому-то удастся сразить его, но даже Пожиратели начали опасаться за него. Волан-де-Морт думал о Долгопупсах, как о главной угрозе. Совсем недавно у них родился сын, и те часто мелькали в поединках. Он отправил Ровену к ним, дабы та выкрала младенца и он наконец доказал всему миру, что его не победить. Он рассчитывал, что вернётся она с победой. Но вместо этого в его кабинет внесли её тело — обмякшее, без сознания, словно опустошённое. Он убил всех, кто был с ней на миссии. Перед этим, конечно, покопался в их мозгах, дабы полностью воссоздать картину произошедшего. Странно было одно — Ровена вела себя слишком своевольно. Обычно она никогда не строила свои планы и поединок с Френком был совершено непонятным ему решением. Она пошла против империуса. Но уже месяц она лежала в постели словно труп, чем пугала Лорда. Он ещё раз убедился, что пророчество относится к Долгопупсам. Ведь одной встречей те чуть было не уничтожили его крестраж, даже не зная об этом. В дверь осторожно постучали и в кабине зашёл невысокий старик с длинными седыми усами и квадратными очками. — Мой Лорд, — склонился гость в поклоне, при этом в голосе не прозвучала и капля требуемого почтения. Филипп был прекрасны лекарем и спас многих Пожиартелей. Но он точно не был на их стороне, один только страх за семью заставлял его подчиняться. Лорд давно бы убил его за неуважение и эту неуместную гордость, но слишком хорошим медиком тот оказался. — Как она? — голос Лорда на был наполнен заботой, скорее злостью. Ему претила сама мысль о беспокойстве за ее хрупкое тело, но частица души внутри нее связала их навеки. — Никаких изменений, мой Лорд, — Филипп сказал это с искренним сожалением. Он понимал, что девушка совершенно безвольна в выборе судьбы, хоть и не знал точной причины этому. Ему было жаль Ровену. — Наверно стоит лишить тебя кого-то очень дорогого, чтобы ты наконец начал работать, — Темный Лорд привык добиваться всего угрозами, но в глубине души понимал — это не поможет. — Повелитель, — печально выдохнул Филипп. — она не реагирует на зелья и заговоры. Ее тело в коме, сердце ели бьётся. Я ничем не смогу ей помочь, даже под угрозой смерти. Лорд обернулся и сверкнул красными глазами. Его лицо от злости стало ещё более ужасающим, так что колдомедик поежился. — Ты наверно думаешь, что я не так серьезен. Белла будет пищать от восторга играясь с твоей маленькой внучкой. Сердце старика болезненно сжалось при упоминании семьи. Он делал все, что ему приказывали, лишь бы те остались жить. Но сейчас даже его знаний не хватило для лечения Ровены. Он боялся ее смерти, как огня. — Мой Лорд, Снейп просил вашей аудиенции, — стараясь переключить внимание Повелителя, сказал старик. Темный Лорд разозлился сильнее. — Я приказал не беспокоить меня по пустякам! Только если он не хочет умереть прямо сейчас! — Он хотел поговорить о Миледи, Снейп считает, что нашел лекарство, — скепсис в голосе старика прозвучал отчетливо. Филипп сделал все возможное и Ровена все ещё находилась без сознания на грани смерти. Юноша вряд ли мог похвастаться более глубокими знаниями. Глаза Волан-де-Морта прищурились, он разозлился на наглого Снейпа и его самоуверенность. Так что решил проучить юнца. — Пусть войдёт! Двери распахнулись в ту же секунду. Черноволосый юноша с прямым острым носом и черными глазами вошёл в кабинет без опаски, почтенно склоняясь в поклоне. — Мой Лорд, — голос Снейпа был ровный, он не стушевался под грозным взглядом. — Снейп, — выплюнул Лорд. — как ты смеешь ослушаться приказа? Но Северус остался так же собран. Он пришел сюда с одной целью — доказать Лорду, что он не пустое место и лучшего момента больше не представиться. Вообще Снейпу надоело находится в тени, что в школе, что среди Пожиартелей. Ему осточертело слушать пафосные речи Люциуса: «ещё не время». И видеть насмешки в глазах сторонников. Он не пустое место и пора это доказать. Сначала он надеялся попасть в ближний круг после донесения пророчества и ему почти удалось, но несчастье с Ровной обернуло все в другую сторону и теперь Повелитель наверняка считал Снейпа виновным в этом стечении обстоятельств. Но доказывать обратное было бесполезно, так что Северус пошел другим путем. — Прошу меня простить, Повелитель. Я бы не осмелился побеспокоить вас не имея на то веской причины, — Снейп хотел только одного — чтобы его выслушали. Но Лорд славился своим дурным характером, так что требовалось соблюдать максимум осторожности. — Оставь нас, — приказал Темный колдун лекарю и тот сбежал из кабинета в ту же секунду, плотно захлопывая двери. — Ну и что же привело тебя ко мне? Надо сказать, Лорд надеялся, что причина действительно окажется глупой, ему хотелось выпустить пар и Снейп прекрасно подходил для этого. Найти нового зельевара проще, чем колдомедика. — Я приготовил зелье и полагаю, что Миледи наберётся сил с помощью него и очнется, — Снейп не стал тянуть, его предчувствие твердило об опасности и злобный взгляд собеседника не дал ему усомнится в этом. Северус стоял спокойно, будто и не замечал смертельной угрозы. Его лицо оставалось непроницаемым, но внутри всё сжималось. Это был единственный шанс. — Ты считаешь себя умнее Филиппа? — насмешка прорезала воздух. — Тот служит мне десятки лет. И он признал поражение. — Я не умнее его, — ровно ответил Северус. — Но я смотрю на проблему иначе. Зелья, которыми пытались её лечить, бессильны. Миледи становится все хуже, скоро в ней не останется сил для поддержки работы сердца. Волан-де-Морт прищурился. Взгляд его стал опасным, колючим. — И ты утверждаешь, что можешь вернуть её? — вкрадчиво произнёс Лорд, почти шипя. Северус достал из-под мантии крошечный флакон. Внутри переливалась густая, почти вязкая жидкость насыщенного красного цвета. Она мерцала в свете факелов, будто сгусток крови, в которой билась собственная жизнь. Он потратил уйму времени на его изготовление, но это были мелочи по сравнению с привилегиями, что могли достаться ему после успешного лечения. Волан-де-Морт протянул длинные белые пальцы и поднял флакон к свету. Красные отблески отразились в его глазах, усиливая ощущение, что сама смерть заглянула внутрь сосуда — А если она умрёт? — спросил он тихо. Так тихо, что от этого стало только страшнее. Северус склонил голову, и его голос прозвучал твёрдо, почти вызывающе: — Тогда убейте меня, Мой Лорд. Но если я прав… вы получите не только возвращённую супругу. Вы получите зелье, которое никто, кроме меня, не сможет повторить. Снейп знал по какому тонкому льду сейчас ступает, но обратного пути уже не было. Молчание растянулось. В нём слышалось только тяжёлое дыхание Лорда. Затем он вдруг усмехнулся — холодно, без намёка на веселье. — Смелость… или глупость. Посмотрим, Снейп. Если твой эксперимент провалится, твоя жизнь будет короче вздоха. Он щёлкнул пальцами, и двери сами распахнулись. — Проводи его к Миледи. Сейчас. Путь до спальни Ровены казался Снейпу дорогой на эшафот. Сейчас вся его жизнь зависела от густой жидкости, что болтался в его кармане. Ему надоело быть никем и ощущаться себя ничтожеством. Пришлось рискнуть. Он шел и рассуждал: «Лили бы одобрила этот поступок? Я же спасаю человека, хоть и для Темного Лорда.» Рыжая красавица никогда не уходила из головы Снейпа, он долгие годы пытался ей соответствовать, но потом рассудительный Малфой открыл ему глаза. Лили на него плевать. Она считает Северуса пустышкой, бесполезным и слабым. Он бы никогда не назвал возлюбленную лицимеркой, но это слово сильно подходило под ситуацию. Она столько лет воротила нос от Поттера и они вместе обсуждали его наглость и безнаказанность, как вдруг влюбилась. Северус понял, что девушки действительно не всегда говорят то, что думают. Лили, как бы та не отрицала, подкупила самоуверенность и напорство Поттера. Снейп ему сильно уступал. Когда он понял, что Лили уже совсем иначе смотрит на очкарика ему захотелось показать себя иным. Что главное — ему понравилось быть сильным. Он принес немало хлопот Мародерам, но Лили вместо того, чтобы восхититься просто напросто порвала с ним все отношения. Нет, Снейп конечно тоже облажался обозвав ее, но он извинился и не раз. Все это привело Северуса сюда, где он, по словам Люциуса, должен многого добиться. Вот только за год Снейп так и остался мальчиком на побегушках. Пожиратели уважали Джеймса Поттера сильнее, чем Снейпа. Они его конечно ненавидели, но как врага — уважали и опасались. Это задевало Северуса за живое. Даже здесь, среди своих, Поттер имел больше славы, чем Принц-полукровка. С этими мыслями Северус достиг спальни Ровены. Девушка лежала на огромной кровати. Её лицо было бледным, почти прозрачным, длинные волосы разметались по подушке, как тёмный саван. Она выглядела скорее мёртвой, чем живой. Снейп осторожно приблизился, ощущая на себе тяжёлый, прожигающий взгляд Филиппа. Его ущемила самоуверенность юнца, но больше пугал плохой исход. Северус мало, что знал о Ровене. В школе она больше походила на неприметную мышку. Вечно сидела по углам с книгой. Но чистокровность дала ей некую популярность на Слизерине. К ней не приставали и даже приглашали на Рождественский балл. Он видел её под заклятием империуса и если честно, не сильно питал к ней жалости. Она получила всё просто так. Только потому что была чистокровной девушкой, кто приглянулась Лорду. Ее миловидное лицо сейчас не выглядело таким симпатичным. Больше пугающим. Кожа так сильно обтянула лицо, что ее мягкие черты разрезались острыми скулами. — Капля за каплей, — прошептал он самому себе, открывая флакон. Он коснулся её губ тонким стеклом, и красная жидкость скользнула внутрь. Ровена не двигалась. Несколько мгновений в комнате царила мёртвая тишина. А затем тело содрогнулось. Губы дрогнули, пальцы напряглись, будто она пыталась ухватиться за жизнь. Снейп не отводил глаз: вот оно, подтверждение его расчётов. Зелье работает. В этот момент для Волан-де-Морта всё происходило иначе. Он чувствовал, как в груди отозвалась странная вибрация, словно частичка души внутри Ровены пыталась соединиться с ним. Это ощущение было почти невыносимым. Он ненавидел его — и в то же время не мог отвернуться. Он не был рядом, но уже знал — все получилось. — Её пульс учащается, — тихо сказал Снейп, наклоняясь над девушкой. Его голос оставался ровным, но в груди бушевала буря: страх быть растерзанным в случае неудачи и сладкий вкус победы. Он был единственным, кто смог это сделать. Ровена застонала. Едва слышно, но этого хватило, чтобы воздух в комнате стал вязким. Она шевельнулась, веки дрогнули, и её дыхание стало глубже. Северус замер, но внутри его переполняло ликование. Он сделал невозможное. Он доказал свою ценность. Филипп медленно подошёл ближе и склонился над девушкой. — Миледи, — его тихий шепот вывел Снейпа из ступора ликования.

***

Pov: Ровена Селвин Голова никогда не ощущалась такой тяжёлой, как сейчас. Все тело словно онемевшее, с трудом подчинялось. Перед глазами плыло и лишь собрав всю волю в кулак и сощурившись я смогла разглядеть очкастого старика, который пытался поймать мой разбегающийся взгляд. — Миледи, — сказал старик, — вы меня слышите? В моей тяжёлой голове было так много вопросов, что я не сразу обратила внимания на обращение и кивнула. Улыбка на лице старика растеклась до ушей. — Какое счастье, Мерлин всемогущий, это невероятно! — причитал он и осматривал меня с особой тщательностью. Наконец я стала прокручивать в голове события и пытаться понять, как здесь оказалась: я отправила в Лютый переулок за книгой и на меня напали. В голове вспыхнула картинка ужасных красных глаз и я зажмурилась. Тот-кого-нельзя-называть хотел меня убить! Страх обрушился ловиной и я схватила старика за морщинистые руки и запричитала: — Он ушел? Кто меня спас? Очкарик попытался вырвать руки из моей хватки и стал оглядываться за спину, щебеча: — Миледи, успокойтесь, вы в безопасности. — Тот-кого-нельзя-называть напал на меня, — стала я объясняться. — как вы меня спасли? Глаза старика расширились, словно я начала ему угрожать и он отпрыгнул от моей постели, как от прокаженной. — Снейп, у нее что-то с рассудком! Скорее неси успокоительное! Я повернула голову в лево и наткнулась на высокого, худого однокурсника, волосы которого всё-так же свисали грязными паклями. — Снейп, — слишком строго сказала я. Все же увидеть его было неожиданностью, мы не общались ранее, да и честно сказать, он вызвал у меня опасения. — Где это я? Это ты меня спас? Когда он приблизился я отметила, что кое-что всё-таки в нем изменилось. Осанка выпрямилась и взгляд стал менее едким, скорее внимательным. И он казался немного старше, чем я помнила перед началом каникул. — Миледи, что последнее вы помните? — в его голосе не было слышно сарказма. — Тебя околдовали? Я спросила — где я нахожусь? — В доме Повелителя, — помедлив ответил он. — И все же, я хотел бы услышать ответ и на свой вопрос. Сначала я подумала, что сошла с ума. Пока мой мозг наконец не начал работать, как обычно и факты не вышли вперёд. Тот-кого-нельзя-называть напал на меня в переулке, я нахожусь в доме какого-то Повелителя и Снейп, кого не раз обвиняли в Хогвартсе за использование темной магии и присоединении к Темному волшебнику, сейчас стоит над моей постелью. Меня похитили. Этот факт был почти не оспорим, если бы не обращение «Миледи» и весьма уютная комната в которой я оказалась. Пленников вряд ли селят в такие покои. — Я отправилась на пасхальных каникулах в Лютый за книгой и на меня напали, — сказала я о своем последнем воспоминании Снейпу, стараясь не выдать страха. — Котел мне в голову, — прошептал старик в очках, а потом дёрнул Снейпа за рукав и скомандовал. — Выйдем, Северус. Они сбежали из комнаты ничего не объяснив, а щелчок в замке дал понять, что я близка к правде по поводу плена.

***

Лорд ликовал. Надо же — сработало! Этот полукровка не бесполезен. Он был почти готов отдать Люциусу должное за такого нужного соратника, как двери его кабинета вновь распахнулись и к нему зашли, от чего-то не радостные, двое колдунов. — Что ж, Северус, ты меня не разочаровал. Признаться я и не надеялся, — с улыбкой похожей на оскал сказал Лорд Снейпу. — За свое зелье ты получишь от меня достойную награду. Будь уверен я не останусь в долгу. Но что-то Снейп не поспешил падать ему в ноги с благодарностями, а Филипп, почесав бороду, руки его тряслись, сказал: — Повелитель, кое что случилось с Миледи. Волан-де-Морт нахмурился. Ему было очевидно, что вряд ли та проснется полностью здоровой, но тот факт, что она жива и очнулась уже превосходно. Уж теперь то он посадил ее на цепь в подвале и поставит такую охрану, что не видывал Азкабан. Прикажет ей сидеть на месте взаперти. Жаль конечно, что он лишился ее в качестве Пожирательницы, но крестраж дороже ее жалкой помощи. — Ничего если она не может двигаться или что-то в этом роде. Миледи более не стоит собой рисковать и участвовать в миссиях. Теперь у нас есть новый член ближнего круга. Уверен, ты с лёгкостью заменишь ее, Северус, — почти похвалил его Лорд. Снейп же чувствовал себя проклятым. Его взяли в ближний круг. Лорд его хвалит и обещает награду. Если бы эта Ровена не приносила столько проблем он бы сейчас стал главным слугой! — Двигается она отлично, — сказал Филипп поглаживая запястья в которые впивалась Ровена. — все дело в голове. Лорд не понимающе сморщился. Он представил Ровену такой же чокнутой, как Беллатриса Лейстрендж и это ему не нравилось. Хватает и одной взбалмошной девицы на его голову. Хотя, вряд ли это прям проблема, решил Лорд. Империус вернёт все на места и девчонка будет смиренно сидеть под замком вечность. — Если она испугала тебя своей свирепостью, Филипп, то не переживай. Я решу эту проблему сам. — Она потеряла память, — ровным голосом выдал Снейп. Его радость от удавшегося зелья исчезла без следа и теперь он боялся лишь наказания. Но Волан-де-Морт и тут носом не повел. Подумаешь, велика потеря. Ему нет дела до ее воспоминаний и рассудка в целом. Лорду даже стало забавно, что они так трясутся в страхе, что он будет мстить за нее. Если бы они знали, как ему было плевать… Филипп не понимал, почему на лице Лорда все то же равнодушие и ни капли злости. Снейп же понял все быстрее. — На ней нельзя сейчас использовать империус, Повелитель, — наконец сказал страшную правду Снейп. -ее голова подверглась сильному заклинанию и похоже, что проклятье почти сделало ее овощем, Мой Лорд. Благодаря зелью ей удалось восстановиться и прийти в себя, но мы не знаем на сколько хватит его действия. Я предполагаю, что она забыла все, что связано с империусом, точнее всю жизнь, пока она была под вашим подчинением. Если вы наложите его ещё раз, то ее мозг начнет сопротивляться этому и убьет ее раньше, чем мы сможем помочь. Вот Филипп и увидел гнев на лице Лорда. — На сколько ты в этом уверен, Снейп, — шипел Повелитель, ели сдерживаясь от крика. — Почти на сто процентов, Мой Лорд. Последнее, что она помнит — это как она была на каникулах в Хогвартсе и ее похитили в Лютом переулке. Это было почти год назад, когда Пророк писал… Злобное шипение Лорда не дало договорить зельевару: — Хочешь сказать, что я теперь не смогу ее контролировать? — Не в ближайшее время, я смею предположить, что она вас… Боится. — Филипп, оставь нас, — сказал Лорд и старик сочувствующими взглядом окинул Снейпа и покинул кабинет. — Значит, империус может ее убить? — Не только он, полагаю. — продолжал Снейп. — по моим наблюдениям за травмой Миледи, ее сначало оглушило, а после ударили весьма сильным проклятьем. Весь удар пришелся на мозг и любое вмешательство просто не возможно, пока она не наберётся сил. — Долгопупсы сделали из нее оружие. Контролировать я ее не могу, заглянуть в голову тоже. Как удобно, однако. Не удивлюсь если это был план Дамблдора, — рассуждал Лорд. Снейп мог бы предложить ему найти новую супругу, а от этой девчонки просто избавится. Вряд-ли, по его мнению, Лорд любил ее. А выбор чистокровной преданной (кто в отличии от Ровены будет подчиняться без империуса) достаточно велик. И теперь ее к тому же нельзя контролировать. Можно конечно и отпустить, она же не помнит ничего, но в этом следует сначала убедиться, а для этого надо залезть в ее голову. Что вероятно убьет Ровену. Выход один. Избавится от обузы. Но он не решился высказать это вслух, хотя по пристальному взгляду Лорда боялся, что тот прочитал все это в его глазах. — Свободен, — сказал Лорд. Когда в кабинете остался лишь он один, то мысли налетели, как мухи. С одной стороны, можно, как он и хотел, посадить ее в темнице и охранять. Вот только, как понять, что в ее голове? Не решит ли она удавиться или ещё чего? Станет биться головой об стену. В общем, захочет умереть. Волан-де-Морт не понимал такого порыва, но слышал, что многие предпочли бы смерть вечному заточению. Можно конечно связать, только выход ли это? Не найдется ли какого-нибудь доброжелателя, кого девчонка доведет или наоборот, упросит убить. Отрезать ей язык? Следить за ее жизнью, когда та не в его власти куда сложнее. Впрочем, это следовало проверить. Может он просто запугает и та пойдет на что угодно, лишь бы жить. А только это Волан-де-Морту и надо. Он застал ее стоящей у окна и рассматривающей территорию. Уже думает о побеге. Пожалуй, ему будет трудно.

***

Pov: Ровена Селвин Домики вдалеке казались хорошим знаком. Значит по близости есть деревня и люди. Если повезёт — то волшебники. Хотя мне хватило бы и дороги, только чтобы вызвать Ночной рыцарь и сбежать. Осталось только разобраться с замком на двери или выбить окно. Только со второго этажа прыгать было страшновато. Так что я рассматривала ближайшие кусты и прикидывала сколько костей сломаю по приземлению, как дверь неожиданно хлопнула. Обернувшись я встретила тот самый красный взгляд, что парализовал от страха. Высокий, лысый мужчина в темной мантии хищно рассматривал меня, дрожащую от страха и совершенно беззащитную. — Ну здравствуй, Ровена, — сказал Тот-кого-нельзя-называть шипящим голосом, он так и стоял у двери не приближаясь, но этого расстояния между нами было мало, чтобы чувствовать себя в безопасности. — уже планируешь побег? Моё сердце застучало громче, а руки впились в подоконник. В Хогвартсе учили что делать в таких ситуациях: слушать и запоминать, оставляя намеки на свое пребывание и ожидая помощи. Вот только все это относилось к другим, обычным преступникам. Того-кого-нельзя-называть боялись абсолютно все и конечно, никто не бросится ко мне на помощь, вывеси я хоть флаг над домом «Ровена здесь!». — Да, — сразу сказала я, не видя смысла врать. Дамблдор говорит, что у этого опасного человека есть способности читать мысли и того хуже — их путать. Брови Темного колдуна приподнялись, и хотя волоски были редкими все же выражение его лица читалось вполне понятно. Я рассматривала его с особой тщательностью, словно надеялась заметить слабость. Мантия была полностью черной, отчего бледная кожа казалась почти прозрачной, но вот лицо… Кожа была натянута на скелет, а глаза, как две змеиные прорези выглядели ужасающе. Все было острым и каким то нечеловеческим. — И каков план? — равнодушно уточнил он. Меня пугала эта напуская небрежность. Своего предназначения я пока не поняла, но вряд ли меня ждало что-то хорошее. — Я ещё не придумала, — стараясь избегать встречи взглядов, сказала я и он сделал шаг вперед. Я почувствовала, как волосы на руках встали дыбом. Сам темный колдун словно и не обращал внимание на мой страх и говорил спокойно. — Не трать напрасно сил, от меня ещё никто не сбегал, — все также просто ответил он и уголок его рта дернулся, словно ему на ум пришла забавная мысль. Но было что-то не так. В прошлый раз он даже не стал разговаривать со мной. И хотя моя память могла меня подвести, казалось, что он тогда совершил благородное спасенье не из-за меня. Третий лишний — вот кем я себя ощущала. Только неужели он так безумен, что убивает всех на своем пути? Или его так разозлило небрежное обращение тех пьяных колдунов? Тогда почему он не убил и меня? Единственной причиной своего похищения я могла назвать лишь шантаж. Мои родители финансово обеспеченные и отчасти влиятельные колдуны, и на мое счастье - любившие свою дочь. Вот только, как он узнал кто я такая мне было не ясно. Волан-де-Морт разозлился, его брови теперь нахмурились и он сделал ещё шаг в мою сторону, заставляя меня спиной упереться на холодное стекло. Причину его ненависти я не поняла, так быстро холодное спокойствие сменилось злым прищуром. — О чем ты задумалась? — резко спросил он. — Почему вы меня не убили, — мой голос звучал так нервно, но это наоборот меня обрадовало. Пусть не думает, что я жажду проверить на себе его жестокость. Родители точно сделают все, чтобы вернуть меня домой. Главное дожить до этого момента и если меня оставили в такой хорошей комнате, а не бросили в темницу, то пожалуй шансы были велики. — А ты жаждешь смерти? — страшно оскалясь, прошипел он. Я ещё сильнее откинулась назад, а табун мурашек пробежала вдоль позвоночника. Не этот ли вопрос задают всем жертвам перед смертью? — Нет, — покачала головой я для убедительности. Тот-кого-нельзя-называть усмехнулся и сделал ещё шаг вперёд, так что я уже сидела на подоконнике, а стекло за спиной подозрительно трещало. — Я не убью тебя, если ты будешь сидеть тихо и не станешь создавать проблем, — сказал Лорд. — но если, — сделав ещё шаг вперёд, медленно проговорил он слова. — ты попытаешься сбежать… — ещё шаг. — я сделаю твою смерть мучительной… — шаг. — и долгой… Я даже не поняла в какой момент опора за мной исчезла. Осколки больно расцарапали спину, но меня больше пугало свободное падение в котором я летела два этажа, пока спина не коснулась острых веток на которые я и приземлилась. Все тело разом заболело, а глухой удар пришелся на мягкое место. В ужасе я уставилась на окно из которого выпала, теперь там лишь виднелась дыра и несколько торчащих осколков стекла. Спина чесалась и я предположила, что остальные части окна воткнуты именно в меня. — СТОЯТЬ! — прогремел грозный голос из окна и оттуда высунулась голова Того-кого-нельзя-называть. Это сработало наоборот. Честно говоря я и не думала бежать, сидя в кустах и умирая от боли во всем теле, но сейчас была идеальная возможность. Я покинула дом и деревня казалась близко. Увидев, как его голова начала растворяться в черном сгустке дыма я начала выкарабкиваться из кустов, цепляясь за ветки и пустилась бежать с горки вниз, к деревне.