Пункт 2

Они двинулись по коридору, шаги отдавались глухим эхом. Кенджун шёл впереди, время от времени оборачиваясь, словно проверяя, не передумала ли она. Когда дверь ролетa наконец захлопнулась за их спинами, шум школы остался снаружи, и пространство сузилось до цветастой комнаты с тусклым источником света. Она огляделась с любопытством, будто впервые оказалась здесь. — Уютненько, — заметила насмешливо, скользнув пальцами по столу. — Неудивительно, что ты прячешься тут один. — Это место не для уюта, — отрезал он и оперся о ближайшую стену. — Здесь можно нормально спать, не думая, что в горло воткнут нож. Она приподняла бровь и неторопливо подошла ближе, остановившись прямо напротив него. — И всё же, — её голос был мягким, почти игривым, — теперь я делю это убежище с тобой. Придётся привыкать. Кенджун вскинул глаза, в них снова мелькнуло раздражение, но он ничего не ответил. Лишь хмыкнул, делая вид, что её присутствие его не задевает. Тишина повисла густая, вязкая. Она вдруг легко уселась на стул, оставив между ними расстояние в пять шагов. — Ну что ж, первый пункт ты выполнил, — произнесла она спокойно. — Пора перейти ко второму. Кенджун молча посмотрел на нее.  — И что же? — Всё просто, — её губы тронула ленивая усмешка. — Отлижи мне.  Он моргнул, пару секунд даже не дыша, а потом коротко усмехнулся: — Очень смешно. Может у тебя на родине это и смешно, но в Корее это называется домогательством.  Но она не отвела взгляда. Ни намёка на игру — только холодная серьёзность. — Не тебе мне говорить о морали.  Смех застрял у него в горле. Он чуть выпрямился, будто пытаясь убедиться, что расслышал правильно. — Подожди… — руки стали нервно зачесывать волосы назад, — то есть ты, больная сука, реально хочешь, чтобы я… Он замялся, слова застряли в горле. О, этого она и ждала, неподдельный ни чем не прикрытый испуг, на его лице.  Ее взгляд впился в него, жадно подмечая все детали. Ей понравилось как резко он побледнел, как старался сдержать нервную дрожь рук, сжимая кулаки, как тело его на секунду сжалось в попытке казаться меньше.  Ей действительно безумно нравится видеть его таким беззащитным и уязвимым перед ней.  Он был создан быть у нее между ног. Теперь она понимает, что чувствовал Кенджун, когда смог тогда поставить ее на колени. Ничего страшного в тот момент на самом деле не произошло, она просто запнулась об его рюкзак у упала прямо между его разведенных ног, никто даже этого не видел, и она и не запомнила бы этого: просто встала, сделав ему замечание, о том, что нельзя раскидывать где попало свои вещи и ушла, но он положил руку на ее голову, затем с силой сжав ее волосы, оттянул вниз.  Глаза в глаза.   — Отсоси мне.  Испуг на ее лицо, насмешка на его.  Да, в его перепуганном виде она узнала себя. Уже только от этого трусы стали мокрыми.  И пусть тогда он все свел в шутку, правда, через две мучительные минуты ее бухающего сердца. Она не собирается оказывать ему такой услуги. Они все решать здесь и сейчас. Подчинится он ей или умрет.  — У тебя осталось 20 минут. Тебе бы поторопится, если я не кончу, я проголосую против тебя.  Кенджун стоял неподвижно, но внезапно в груди что-то взорвалось — никто не смеет его так унижать.  Он дернулся вперёд, почти рыча: — Хватит! — голос дрогнул, но уже не от страха, а от ярости. — Ты вообще понимаешь, что ты несешь? Да кто так черт возьми заводит союзников?! Так наживают себе врагов! Ты думаешь, что я готов на все ради своей жизни? Ха… Она его перебила.  — Да. Я это знаю. Ты готов на все.  — Ах ты сука! — вырвалось у него, и рука дернулась, будто он хотел ударить, но остановился в последний момент, едва сдержав порыв. Ожидаемо.  — Так будет лучше для тебя. Для нас. — Наше школьное противостояние, родилось только от чувств, которые ты не мог сдержать  рядом со мной. — продолжила она, слегка наклонившись вперёд, ловя каждую его реакцию. — Ты мне нравишься, уже давно, как и я тебе. Только вот ты себе боишься в этом признаться. Ничего, я тебе помогу.  — Даже если на секунду поверить во весь этот бред, что нельзя было как все нормальные девочки подойти с признанием? — яростно спросил он.  — Я никакая там девчонка, которую ты можешь унижать при всем классе, пока она будет молча терпеть.  — с нажимом сказала она.  — Ты не стабилен, и ты это знаешь. Из-за своих отношений с отцом. — его глаза округлились. — Я видела вас тогда в парке, как он тебя… — Заткнись.  — Как он тебя обзывал и бил.  Его рука сжала её горло, перекрыв путь к кислороду. Но ей не было страшно.  Она видела, как с ним обращался его отец. И если это то, что он мог позволить себе в общественном месте, страшно представить, что происходит дома. Но это открыло ей глаза, почему Кенчжун так яростно защищал себя этим напускным авторитетом.  И теперь в момент кульминации их вражды, она хотела не просто сломать его маску, а привязать, показать, что только она может управлять им, только с ней ему будет безопасно.  — Хватит! — прорвался сквозь зубы, голос хриплый и резкий. — Никогда. Больше. Не.  Смей. Говорить. О. Моем. Отце. — Ты мне нравишься, — прохрипела она, он ослабил хватку — и я хочу попробовать заключить с тобой союз, основанный на доверии. Но для начала тебе нужно решить — довериться мне, или нет.  — Ты имела ввиду подчиниться тебе?  — Это одно и тоже. Я обещаю, что в такой позиции тебе будет лучше, теперь только от тебя зависит сделаешь ли ты шаг на встречу или нет.  Он отпустил её и резко откинулся назад, а из груди вырвался громкий, почти неконтролируемый смех.  — Ахах… Гребаная сука… — Не хочу тебя прерывать, но у тебя осталось 10 минут.  Его безумный взгляд пригвоздил ее.  — Ахах… Хорошо, я это сделаю.    Рывком он развел ее ноги, увидев белые трусы с hello kitty, и выделяющееся мокрое пятно. Это деталь подогрела его самолюбие, пока он не понял еще кое-что. — Жизнь тебя ни чему не учит. — он расплылся в улыбке.  — Я сняла шорты специально для тебя.  — А трусы? — Не все же тебе на блюдечке с голубой каемочкой.   Фыркнув, он опустился между ног. Что не на шутку взволновало ее. А когда он поднял на нее свой голодный, безумный взгляд, мурашки пошли по коже. Кенджун это заметил и улыбнулся ещё сильнее, показывая клыки.  Удерживая с ней зрительный контакт, он демонстративно втянул воздух рядом с ее киской.  — Кисло. — хмыкнул он.  А потом приблизился и широко лизнул промежность сквозь трусы.  Вздох удивления вырвался из нее.  — Тоже кисло.  — Ах, а тебе ничего не мешает?  — Сам решу. — сказал он. После чего повторил свое движение ещё пару раз, но уже не смотря на нее. Ему это было и не нужно, он прекрасно слышал ее вздохи и чувствовал руками напряжение ее ног.    "Подчинить меня? " Как бы не так. Он не подчиняется кому бы то ни было. И даже если ему суждено проиграть, то только на своих условиях.  Закончив примерятся, он всосал в себя выпуклую часть ее промежности, вместе с трусами и клитором, пытаясь образовать вакуум. — Ты меня слюной хочешь залить или что? Это делается не так. — сказала она, приподнявшись со спинки стула.  Ну, он ведь тоже не профи. На самом деле, это его первый куни в жизни.  — Заткнись и кончи. — ответил он, рукой усадив обратно.  — Осталось 7 минут, может попробуешь, что-нибудь ещё.  — усмехнулась она. — Конечно. — вернув ей усмешку, он взял ее мокрые насквозь трусы, и потянул с силой вверх, что бы те уперлись в ее клитор, начав то поднимать, то опускать.  Громкий вздох, и замечание он успешно проигнорировал, продолжая натирать ее клитор таким образом. Теперь при сильном натяжение он мог увидеть ее дырочку и как сильно от туда течет. Так что, она сколько угодно может говорить, какой он плохой — правда перед его глазами.  Поддавшись порыву, он пальцем, отодвинув трусы, проник туда наполовину, сразу услышав стон. Это достаточно привлекло его внимание, чтобы бросить взгляд на ее лицо. И то что он там увидел, определенно ему понравилось. Растрепанный вид в купе с приоткрытым ртов и красным лицом, заставили его затвердеть.  Она встретилась с ним глазами и сказала. — 4 минуты.  — Тц. — от злости он с силой укусил ее за внутреннюю часть бедра, услышав теперь стон недовольства.  "А вот не надо его отвлекать. " "Но поторопиться действительно стоит. " С таким мыслями он вернул ее трусы на место, чтобы в следующий миг, порвать их ровно по середине.  — Ты дебил? Это мои единственные… Ах. Кенджун проник языков в ее отверстие, лаская изнутри. В то время как его нос упирался в ее клитор, натирая его.  Положение получилось таким, что он едва ли мог дышать, но ему много и не надо, 4 минуты ему хватит.  Он принялся с усердием работать языком и двигать головой, иногда сглатывая слюну с ее соками, чтобы не подавиться.  За старание, он был вознагражден громкими стонами. Но этого мало. Тогда к языку он решил добавить два пальца, совершая ими поступательные движения. В какой-то момент она также стала притираться к нему, или лучше сказать насаживаться на него. В конце концов, девушка схватила его за волосы и с силой сжала его лицо в свою промежность, одновременно сжимая его голову бедрами. Отрезанные пути к отступлению сначала напугали его, пока он не вспомнил, что в любом случае умрет, если не заставит ее кончить. Тогда подавив первый импульс — уйти с захвата, Кенджун подался на встречу. Он просто всосал ее клитор, быстро перекатывая на языке, пока не почувствовал как его с силой пытаются оттолкнуть. Однако, он не сдвинулся с места, наоборот только сильнее руками обхватил ее за бедра.  Как он сказал ранее, он даже проиграет на своих условиях.  И тут он услышал ее жалобный скулеж. — В-все хватит, я и так сейчас…кончу… Но уже поздно просить его остановится, для него это было как красная тряпка для быка.  — Ах, я проголосовала, ах, видишь, проголосовала!  — течет ему экран телефона в лицо.  Он на секунду отрывается, смотрит и говорит— Хорошая девочка. — перед тем как продолжить.  Чтож, возможно, ему действительно стоило остановиться, потому что в следующей момент она действительно с силой стала вырываться. Тянула за волосы так, что казалась вырвет вместе с скальпом, ему пришлось отстраниться.  Кенджун хотел уже было возмутиться на такое грубое обращение, пока не увидел как закатываются ее глаза и тело трясется в конвульсиях, падая со стула на пол.  " Это у нее от него так или это эпилептический припадок? " И хоть само действие длилось не дольше 10 секунд, ему показалось, что она уже вечность выгинается.  — Эй ты в порядке? — он держался в стороне, не собираясь ей помогать встать.  Спустя какое-то время, она смогла собраться с мыслями и ответить: — Считай наш союз состоялся.