Молочные цветы: "Интимный конфликт и несчастный гость"

Осознанный сон начался сразу же, переходя плавно в восприятие астрального слоя. Снова мрак, шепотки, еле-слышимые в этом тихом и пугающем покое разума в спящем теле. "Вейгар" первое что проносится в ее разуме. Первое, что ее всегда волнует, и первый о ком она думает. Она ощущает колебания воздуха, движения тьмы, эти прикосновения дымкой, которые превращаются в касание пальцами ее губ и подбородка. Ее слух уловил только какой-то краткий скулеж, будто Вейгар был вне себя от счастья настолько, что пробивались все трогательные чувства. Тьма сгустилась у ее рта и заполнила его, будто в очень странном поцелуе. Непонятно что было первым; его проникновение через ее рот вглубь тела, или ее тихое предложение "залезайте, погрейтесь немного. Будет очень хорошо" Так или иначе, тьма плавно затекала внутрь, заполняя тело и мягко ворочаясь там, словно укладываясь поуютнее. Самке было приятно. Она мирно переносила этот процесс и улавливала эти почти нежные ощущения. Сама эта тьма была приятна на ощупь, даже изнутри. Можно было почувствовать как Вейгар... ластится? Ее рот оставался открытым и из него дымилась тьма. Он покидал ее нутро, секунд через пятнадцать. Этот мрак выходил плавным потоком наружу, сгущаясь в более плотную форму Повелителя зла, но все так-же дымилась. Может даже гуще прежнего. Вейгар хихикнул и взяв невесть откуда обыкновенную трубочку для напитков, принялся точечно присасываться ею к различным частям ее живота и бедер. Щекотно и немного неприятно до содрогания, все как полагается... В этих состояниях Самке знакомо это чувство. По началу было немного смешно. Она терпела, предлагала ему менять зону "посасывания" в упитанную часть бедра, где эти ощущения не столь бесячие. И он ретировался, точечно, пошагово, давая ей ощущение относительной передышки, ведь на бедре это казалось менее щекотливым и мучительным. Но он снова захихикал и двинулся дальше, к хвосту, буквально нащупывая самые уязвимые точки у его основания, но не под ним. От этого, Самка вздрогнула всем телом и выгнулась, скорчив лицо в гримасе противной муки. Она претерпела несколько таких шутливых посасываний, пока терпение не лопнуло. "Ну это уже наглость!" подумала она и выставила ладонь там, куда тыкалась трубочка. Это были почти комичные секунды, где трубочка утыкалась в ладонь. Несколько раз. А в воздухе повисало недоумение и молчание Вейгара. И они завертелись в секундном конфликте, сцепившись друг с дружкой. Он хочет лакомиться! Хочет, потому что чувствует как эта теплая и живая энергия поступает приятной густотой к его вожделеющей жадности. Самое приятное, наполняющее и доставляющее исключительное удовольствие! Самка перевернулась на спину и схватила тьму за лицо Вейгара, ощущая под подушечками ладоней его щеку, подбородок, рот и нос. Уперлась руками ему в лицо. Он попытался отвертеться от этого выпада, но схватился за лицо супруги в ответ. От его ладоней лицо Самки просто звенело, очень-очень тонко и неприятно, словно костная структура дребезжала на молекулярном уровне. "Так не пойдет! Ну уж нет!" начала сопротивляться она, подавляя это ощущение в лице. Они боролись, практически не двигаясь со своих мест, руки щупали, упирались, попадая то в нос, то в рот друг друга, в этой нелепой битве. Вредничали оба. Возникла неожиданная пауза. Дух Праэдор запрыгнул в кровать будто маленький зверек и зарычал. Самка улавливала, что ее девочка не осознает происходящего, но чувствует эту тревогу, этот конфликт, обиду за возникшую ссору. И, свернувшись калачиком где-то под бочком матери, постепенно растворяется в воздухе, теряя внимание к ситуации, переходя в другой сон, словно спокойно засыпала заново. Вейгар не двигался все это время. От него исходило лишь удивление и остолбенение. Ожидание. А когда они вновь остались вдвоем, то конфликт продолжился. В ответ, Самка стала вещать святые слова. Распространенная техника среди служителей церкви, мантры которые ей не очень нравились и казались не очень эффективными. Тьма Вейгара схватилась за голову, поджимая уши и выпрямляясь во весь рост. Это были секунды каких-то рефлексов. Вот только он убирает ладони от ушей и понимает - у него есть сопротивление этой святой агонии. Он сам ее сделал. И затыкает ей рот руками. Она продолжает делать это мысленно, почти безуспешно, но пытается понять разницу... Это помогает ей только меньше ощущать неприятное влияние дребезжащих костей. Не более. Пока в какой-то момент, ее взор не заметил прошмыгнувшую постороннюю тьму, в окно. Она уловила как чья-то фигура тихо и весело нырнула вниз, будто шаловливая ящерица, которая соблазнилась игрой с добычей. И сразу помыслила супругу: "Кто-то идет! Уже здесь!" И тьма Вейгара развернулась, отпустив ее лицо. Склонилась и шевельнулась так, будто раздавила ногой вторженца и послышался жалобный писк, после которого он развернулся к супруге и... продолжил. Вот только буквально через пару секунд, еще одна тьма проскользнула в дверь. Тьма Вейгара оперативно, практически с размаху, сделала почти тоже самое, нарушая шум вороха тьмы очередным жалобным звуком поверженного хищника. Казалось, будто пол под ними распростерся в черной и полыхающей тьмой паутине, в которую попадают насекомые. И он всё равно вернулся к этой тихой битве с супругой. "Заклинаю тебя, катись в бездну!" яростно выпалила она свою мысль, уже порядком устав от затянувшегося конфликта. И тьма Вейгара хлынула безболезненным потоком в ее голову, будто через затылок. Они внезапно почувствовали друг друга. Где бездна, это буквально - разум. А он коротко и удивленно хмыкнул, будто делая какие-то умозаключения... и успокоился, располагая их ко сну. И им снятся сны на территории лабиринта каменного духа. "Будет очень непросто, взращивать в себе мужество" Кто-то из потомков прячется под стулом и принимается грызть когти от стресса и страха, пока Изготовитель настаивает на том, чтобы проводить уроки, подобные тем, что преподавали в его академии. И с какой-то веселой жутью ухахатывается. Вейгар показывает сюжет, где дикий хищник бродит по городу и разоряет местных жителей. Но Самку это вообще не зацепило. Она просто сидела и смотрела на то, как дикий зверь терроризирует совершенно не интересующих ее жителей какой-то деревни. - Не тот пример... - потупил взгляд Вейгар и вздохнул. Он предлагает ей проверить последствия его проникновения в ее тело, когда тьма заполонила ее нутро. И Самка спокойно погружает эластичную трубку себе в горло, приноравливаясь к требуемой глубине. Супруг сидит рядом и рассматривает в кристалле результаты, задумчиво потирая подбородок, пока на заднем фоне Изготовитель сокрушался от того, что его запланированное посягательство на Леди потерпело сокрушительный крах. Бас Бремени раскатисто смеется над этим поражением сопартийца. - Я выиграл спор! - счастливо взметнул авангардист кулаком в воздухе. А Вейгар, отвлекаясь на эту картину, опомнился и повернулся к супруге, которая спокойно сидела с трубкой в горле, тут-же вытаскивая ее из пасточки с суровым выражением лица и ноткой вины. Они отправились к озеру, посреди мшистых лугов и высоченных деревьев, кроны которых пропускали через себя приятный солнечный свет. Но было немного пасмурно и серовато. Все купались. Детей одели в белые тельняшки. Вейгар сажал Кадуса на колени и проверял его мокрую белую одежку, высматривая вместе с кутюрье хоть какие-то огрехи. Темному потомку недавно снилось, как его рвало от наложенного проклятия на Владимира, так что под животиком имелось лишь чуть-чуть желтоватое пятнышко, будто ребенок обмочился от страха. - Ничего серьезного. Это лишь маленькая неприятность. - с мягкостью утешал кутюрье смущенного Кадуса, слегка посмеиваясь про себя. Самка стояла на коленях в воде по пояс, наблюдая за этой сценой. Как бы то ни было, все это выглядело очаровательно. Ей казалось, что Вейгар хоть и беспокоился, но в то же время искренне радовался держать Кадуса на коленях. Девочки, на заднем фоне, бегали в воде и плескались. Однако факт того, что ее потомок испытал подобный казус, указывал на искажение мира духов. Самка вынырнула из лабиринта. Ее дух обходит территорию замка внутри формации и принимается везде что-то поправлять. Она чувствует суету, ощущает какие-то пятна в природе, будто аномалии. Поправляет каждую из них, будто занимается уборкой, починкой и наладкой одновременно. Не сказать что она полностью осознает свои действия, просто чувствует "вот здесь надо поправить". И поправляет. Какой-то дух носится параллельно с ней, создавая ресурс для наладки пространства. Буквально таскал мана-камни. Самка замечает его и чувствует - он маскируется. Почему-то именно под... ёжика? Но пока он ей помогает, она это беспристрастно допускает. Работа подходит к концу. Самка смотрит вдаль, рассматривая собственную формацию. Удивительно, но она стала сложнее... Выглядит внушительно. Трехслойный купол охватывал огромную территорию. "Она продолжает увеличиваться" понимает для себя Самка. Леди давно не танцевала. Ни в материальном мире, ни во сне. Только в мыслях. Образами, в свободные и приятные минутки. Откуда возникли эти пятна аномалий? Это тот самый результат, которым ее одарил Вейгар. Совокупность его действий. Проел плешь. Состояние формации отражает духовное здоровье Леди. Именно поэтому, когда ей было плохо, когда скверна губила ее разум и она испытывала стресс, упадок духа, именно тогда все в замке Болхейм казалось серым, грустным, грязным и скверным. Чтобы понять, как себя чувствует Леди, достаточно просто изведать какая сегодня погода и насколько яркие вокруг краски, запахи и сам воздух. - Я скоро возвращаюсь. - произнесла Самка, глядя на вновь подошедшего "ежика" с кучей мана-камней. - Ох! - вырвалось у него какое-то растерянное огорчение - Сейчас! Подождите пожалуйста! Я всех приведу! - заторопился он в неизвестном направлении. От него брызгала тревога, страх упустить шанс радости, лишиться приятного момента или благоприятной возможности. В конечном счете, он приводит ее к, своего рода, стойлам и загонам. Перед Самкой лежит нечто знакомое. Существо. Размером с лошадь, с лоснящейся шерстью и нравом как у добродушной спокойной собаки. Это один из тех самых огромных прихвостней, что некогда создавал Номер 3. Тот зверь, что он создал для защиты Леди, самый крупный что у него получался. Который катал потомков, будучи запряженный в карету. Сейчас он спокойно лежал и отдыхал. Стал светлее и покладистее. Даже шерсть шелковистее.

***

Самка не злилась на Вейгара по пробуждению. Ее переполняла радость, ни смотря ни на что. Когда состоялся их мысленный диалог, супруга скорее подбадривала Вейгара, нежели осуждала или ругала. "Это результат твоей провокации..." почти пробубнил Вейгар "Будешь так делать, это повторится" "Логично" с улыбкой думала она "Но что же это за баловство такое, с трубочкой?" Вейгар выдержал неловкую паузу. "Пристрастное и неудержимое желание лакомиться очаровательным теплом" пояснил он. "М-хм" коротко промычала она "С трудом осуждаю ваше влечение" ответила она, просто понимая как это приятно Вейгару. "Это..." удивлялся он "Утешает. Но является конфискацией энергетического имущества. Спорный момент" "А к чему было начинать акт взаимного сопротивления?" почти посмеивалась она. Вейгар возмущался от этого вопроса. Ему определенно было обидно за препятствие в виде ладони супруги, но в то же время, это была уместная самозащита и прерывание упоительного и разоряющего действия. И они просто не уступали друг другу. Он выдерживал эту эмоциональную паузу. "... Похвальное сопротивление, удивительный подход, интересная идея и неожиданные повороты" внезапно охарактеризовал он совокупность конфликта, будто хвалил ее упорство "Наравне со мной" "Но вас это расстраивает" подмечала Самка, не веря что супруг исключительно положительно высказывается по этому поводу. "Проницательно" немного сдержанно подметил он "Ссоры и конфликты приводят к ненависти и страданиям" "А вы думали, что в браке не бывает ссор?" внезапно добродушно и жизнерадостно поинтересовалась она. Вейгар слегка призадумался. И почти просиял от радости. "Верно! Естественное влияние, имеющее место быть в любых узах" будто для самого себя осознавал Вейгар нечто, о чем он раньше задумывался иначе. И начинал удивляться, что супруга смотрит на это по хорошему, как на что-то естественное. И ведь это не противоречило логике. На него накатывало какое-то слезливо-счастливое состояние, от чего он мысленно всхлипнул. Их отношения не просто звук или название, а самые настоящие, как у любых других влюбленных существ. Они настоящие. А Самка просто морально поддерживает его и радуется. Очень любит, а внутри все просто тихонько играет и пляшет, от того чувствует себя хорошо и счастливо. Как и Вейгар, не переставая приятно удивляться. Все еще сложно в это поверить, но у него есть неопровержимые факты, удивительные и глубокие. Они вспоминали, как когда-то уже сцепились в саду на шезлонге, когда потомки спали в карете. Вейгар прекрасно помнил как это было тихо, возмутительно и нелепо. Тогда супруга столкнула его с шезлонга, резво переключаясь на вероятно проснувшихся детей. Праэдор кинулась ей в лицо. И сегодня случилось почти тоже самое. Вейгар с долей очарования понимал, что их девочка заступается в конфликтах, пытаясь предотвратить их. Чувствует. Вспоминали, как они делали вид, будто играют, как Самка старалась делать лицо по радостнее, когда латные перчатки сжимали ее хвост за спиной. А схватил он его, потому что этот самый хвост, исполнял издевательскую помощь в отряхивании от пыли. Разве что не пинался... "Это же было смешно" думала Самка с улыбкой. "Нет. Осудительно и возмутительно" строго высказался Вейгар. "Ла-адно... Сейчас это кажется смешным" поправила она себя, с каким-то веселым умилением. "... Пожалуй да" согласился Вейгар "Теперь это правда именно так" с легким довольством умозаключал он. И теперь он точно знал - супруга не беременна, и тот сомнительный момент во тьме, что колыхался безумием, был скорее театральным фарсом на глазах Обманщицы, или просто кратковременным помешательством, на почве мимолетных мыслей о том, как супруга стала причастна к наречению малыша пикси.

***

Вейгар заметил эту разностороннюю динамику супруги в присутствии Ле Блан и в ее отсутствие. График, который они чертили в разуме, но были прерваны... Это буквально выстроенная схема того, как подсознание Самки подбирает личный подход к одним личностям, и к другим. С кем она почти откровенничает, а кому бросает пыль в глаза. Она решила выпустить Ле Блан из плена лабиринта и Трикси была этим встревожена. В присутствии Обманщицы, поведение Самки немного меняется. Становится более броским, насмешливым, язвительным, пренебрежительным. И почти дружеским. Она ведет себя так, как Ле Блан привыкла понимать, например в общении с Владимиром. Трактовка расклад карт виделась Обманщице по своему, так как она озвучила. И она получила что ожидала. Концерт, выступление, шокирующую новость! Охота на духовных зверей и безумная нотка о беременности. Когда она услышала об этом, увидела это безумие на счастливом лице Леди во тьме, ее охватила мысль о том "стремительном росте". Самый лучший процент прибыли и выгоды! Дело было даже не в финансах. Выгода состояла в том, что потомки Леди, вероятно, нуждаются в убежище, в наилучших условиях, в обучении и воспитании. Потомки Леди и Лорда - непревзойденный результат! Смышленый ум никогда не допустит мысли, что это просто дети. Это сила, корни которой распростираются во всевозможные времена и уголки мира, из богатого прошлого древней вастайа, созданные и выношенные ею, где генным материалом выступала магическая подоплека темного колдуна. Существа, которые по законам мира не могли появиться, но появились. И могут появиться еще. Когда Ле Блан покинула зеркальный зал, игнорируя приглашение Леди на шабаш, все чего она хотела - попытаться покинуть территорию замка. И ей это удалось. Она вышла в снега посреди гор, но отнюдь не те, что были прежде. Она не чувствовала поблизости мирового портала, которым к сожалению даже не умела пользоваться. Это прерогатива йордлов, и то не всех. Никто не держал ее, никто не сковал. Может уйти. Но Ле Блан поняла, она не просто вышла за пределы замка, она оказалась в исконных землях. В Ионии. И ей нужно было сюда попасть! Перед тем как войти обратно на шабаш, Ле Блан услышала обрывок диалога Леди "Все то, что я уже сказала, но вкус настолько глубокий, что способен лечить чьи-то душевные раны". Внутри защекотало от любопытства. Эта ситуация, этот неожиданный "конвой" до Ионии, это дружелюбие Леди, пророчества, загадки, тайны и интриги! "Это слишком хорошо!" вырвалась внутри Ле Блан искрометная мысль. Но она состроила крайне недовольную гримасу и вошла в зеркальный зал. Леди улыбалась и язвила в ответ, просто очаровательно, не уставая, не давая ни намека на что-то иное. Словно в своей тарелке, в своей стихии, где этот девичий круг будто освобождал от некоторых ограничений. Бессмысленно по мнению Ле Блан. Оставалось только довольствоваться полученным шансом быть частью женского сборища, в котором она искала свою выгоду... но лишь до тех пор, пока дело не приблизилось к гаданию. Все что понимала Обманщица, так это то, что если она не посодействует, то упустит шанс что-то раскопать. А Леди и подавно, пошла на встречу. Не просто гадать на конкретные вопросы, а о скрытом. Это вызывало еще более щекотливое любопытство... "И ведь не боится..." первое что мелькнуло в мыслях Ле Блан. Хотя, чего бояться той, что пророчит будущее? Уж точно не расклада четырех карт таро, руками Обманщицы.

***

А по ту сторону формации, внешне пейзаж гор не менялся уже веками. Совсем недавно, чья-то стопа оставила свои отпечатки. Око сумрака, так называли воина ордена Кинку. Шен. Его виденье, между царством духов и физическим миром, уловило какие-то колебания. "Примерно здесь..." Вот только он не видит ничего. Ни обычным зрением, ни своим даром. Ни следов, ни духов. И это странно. Он спускается по снежному склону, беспрепятственно скользя по снегу. Но один из его шагов... Беспристрастность воина дрогнула. Он оказался совсем... совсем в другом месте. Перед его глазами распростерлись мшистые и витиеватые пейзажи природы, с многочисленными проходами среди огромных валунов и изгородей, возвышающихся высоко вверх. Его виденье здесь... искажено. Шен беззвучно вздыхает, ощущая в воздухе энергию природных духов. В основном камня. "Дух камня посреди гор - это нормально" умозаключает он. Но это все еще странно. Он обернулся. Но за спиной все тот же пейзаж. Будто выхода назад нет. Его ноги спокойно ступали по мягкому мху, сворачивая то в один проход, то в другой, но ощущения, что он хоть к чему-то приблизился - не было. Однако само место, видимо дух камня, будто следил за ним. Может оценивал? Очередной поворот вывел его на более просторную часть. И здесь он увидел несколько фигур, все из которых хаотичным, но дружным скопом рубили стены лабиринта, рассекая зелень и лозы ножами и топорами. На их лицах был гнев и злоба. Эта картина, показалась Шену преступлением против природы, но сначала он обратился к ним с речью, которую они, впрочем, совершенно не оценили. Просто набросились на него, будто под неким безумным влиянием. Он вырубил их всех, не убил. И в качестве поучительного урока, переступал с сустава на сустав, каждого из поверженных. По его мнению, примерно такую боль и испытывает дух, когда губят его территорию. Но внезапно, он обернулся. Шел кто-то еще. Он увидел, нет, почувствовал духа дикой природы. А сразу через секунду увидел. Этот дух выглядел иначе. По ощущениям все та же дикая магия, вот только облик был похож на миниатюрную девушку с заостренными ушками. В платье. А рядом с ней и того пуще, такой же дух, но совсем маленький, будто ребенок. Но все еще пикси с крылышками. "Это невозможно" единственное о чем он успел подумать, прежде чем третья фигура нахлынула на него тьмой. Сквозь сокрушительные вонзания оружия в плоть, где тело перестало слушаться, он успел разобрать только детский голос говорящий "мама" и речь противника о том, что "это его женщина". Беспристрастность Шена исчезла под потоком неожиданного ужаса. Он подумал только о своем покойном отце и захлебнулся кровью, как только открыл рот. И все пропало.