Суета 4/4 "Похоть достойная оваций"

Вейгар лежал с ней и приглаживал кремовую шёрстку. В комнате царил дождливый полумрак в тёплых тонах непогоды за окном, а его глаза скрывала шляпа. Самка лениво и сонно просыпалась от нежных прикосновений, разлепляя веки. Кажется Вейгар намеренно приводил её в желаемое состояние бодрости. Но происходящее навеивало нечто затаённое, что требовало выхода... Сначала его пальцы расчертили кроткие прикосновения по её губам, не окидывая её взглядом. Немой вопрос или просьба откликнулись в ней совершенно естественно - рот приоткрывался. Черные пальцы плавно пробирались внутрь, лишь слегка касаясь зубов и нащупывая язык, будто трамплин для спуска. Тихая прохладная нежность перерастала во что-то большее, когда его пальцы плавно нырнули в её горло. Этот момент отрезвлял Самку до неприятной осознанности - их действия более чем реальны. Эта сухость, трение короткой шерсти его руки, скрытой за пеленой тьмы, поступательными движениями проникающих глубже по глотке. Ей приходилось ловить такт, заглатывая эту "ласку". Самка лежала на боку, практически свернувшись калачиком. Вейгар сидел на коленях в этом кремовом полу-кольце. Он взволнованно вздохнул и всхлипнул, постепенно достигая пугающей глубины, вплоть до самого своего плеча. И приложился головой о её бок, как на подушку. Его ладони пригладили её как изнутри, так и снаружи, пронизывая ясностью в эмоциях - бесконечная любовь и нежность, требующая решительных действий. Его голова была тёплой... "Будьте осторожнее... Пожалуйста..." тихо попросила она. И больше ни о чём. Его губы приложились к кремовой шкурке, принимаясь тихонько потягивать её силы. Нежность превращалась в лёгкие муки, и её ясно осенило: "Вы так соскучились..." помыслила она ему. В ответ на свою мысль, Самка слышала хлюпающий звук посасывания, жалобное и влюблённое мычание, которое заставляло её корчиться от страданий, свернувшись кривым калачиком на боку, скованная этой, казалось бы, извращенной цепью взаимной жертвы. Она кусала его плечо в своей пасти, не в силах стерпеть нарастающие мучения, пусть и не желала вредить ему. Но Вейгар согласно терпел и присасывался яростнее, делая страдание взаимным и равносильным. Отрезвляющим. Но как только мысль о извлечении руки коснулась разума и плечо дрогнуло, всё изменилось... Она вгрызлась в его плечо и принялась разгрызать плоть, пусть у неё это будто и не получалось, слушая как Вейгар мычит от боли, но всё ещё терпит... и его рука вынырнула из её горла, оставляя за собой густой осадок тьмы, который принимался заполнять её нутро, даря приятное облегчение и тихий покой. Реальность превратилась в полу-мрачный хаос осознанного сновидения. Тьма мстительно накатывала изнутри, своей волной и силой, захватывая разум оперативным буйством. Теперь вокруг неё сновали миньоны, волоча тело по кровати, будто тушку мертвой, но красивой шлюхи. Они хихикали и восхищенно тихо ахали. Её рот снова оказался занят грубым и страстным стремлением, но это было просто приятно... Самка отдавалась этому чувству, но принималась повторять про себя: "Я хочу к Лорду Вейгару" Казалось, что чем больше она это говорит, тем больше миньонов толпится рядом, откликаясь тьмой супруга на зов. Вот в рот проникает вторая разгоряченная плоть, растягивая её глотку во взаимном трении. Третья грубо врывается туда же, поражая её собственной эластичностью на грани, а другие миньоны раздвигают её ноги и без обиняков пристраиваются во все доступные там дырочки, заполняя все пустоты и принимаясь вульгарно напихивать ей, практически уже держа кремовое тело на весу, будто муравьи тащили сладкую добычу. Самка чувствует одного под собой, тесно жмущегося и счастливо изгибающего свои глаза-бусинки, а между ног один или двое в прямом смысле хватаются и держат её под колени на весу для утехи. "Соскучился - слабо сказано..." Миньоны продолжали тихо роптать и хихикать, трахая теплую плоть, позволяя Самке ощущать шок от сладкой обречённости. Да, это было абсурдно пошло и совершенно странно, но как бы она не вникала - чувствовала Вейгара. И лишь поверхностно - примитивных марионеток. И наступил момент поочередного пика - горячий экстракт начал поступать в горло от дрожащей и трепетной напряженности. Один из миньонов остановился и вжался поглубже, насколько это позволяла уродливая теснота двух других конструктов, но в этот миг, Самке еще более отчётливо виделось - Вейгар всецело наслаждается этим моментом, нарушая многогранный контроль и фокусируя ощущения на этом изнурительном удовлетворении. Но на этом всё не закончилось. Миньон за миньоном, внутрь затекали потоки, развратные и бесстыдные, бурно растекающиеся внутри заполняя её сверх меры и принимаясь вытекать через щели во рту, через нос, слегка заливая её лицо. В кишки, в живот, заливается горячее и липкое тепло, пока руки миньонов натягивают тело на бурный процесс семяизвержения. А затем небрежно бросали тело на мягкие простыни, давая отдышаться и отдохнуть, завершая свой акт сладострастного насилия. Самка еле-еле отплёвывалась от этого избытка удовольствия, срыгивая обилие жидкостей, стискивая простыни дрожащими руками. Разум бдил и бодрствовал в своей почти агрессивной осознанности, требуя движения! "Я хочу к Лорду Вейгару...!" вновь пронеслась её мысль.       И он предстал перед ней, но в совершенно другом обличии. Обличие духа леса. Вместо его колдовской шляпы с шипастым навершием и пышным конским плюмажем, на голове сидела причудливая шляпка поганки с завитком на макушке. Вместо стильной мантии тёмного колдуна и шипастых наплечников, он был облачён в друидистическое одеяние, смесью алой ткани, круглого камня на животе в стальной окантовке и сумрачными торчащими листьями. Вместо рунического посоха он сжимал древко с навершием из ядовитой поганки. Глаза его выражали статичное и странное, пронизывающее безумие. Вейгар взглянул на неё этими пугающе странными глазами, сжимая в свободной руке свиток: - Что с тобой, дорогая? - с ноткой иронии поинтересовался он, но вновь перевёл взгляд на свиток. По этим глазам было практически невозможно прочесть эмоции... Но всё что она хотела - следовать за ним, ведь он куда-то торопился. И прямо сейчас, ей приходилось плестись как потрёпанное тело проститутки, полное грузной грязи любви и страсти, попутно избавляясь от излишков, сплевывая и стирая засыхающую любовь с лица. Сам факт движения тела стирал следы искромётной утехи. Они рассекали абсурдные и абстрактные коридоры, которые были ей давно знакомы - просторный и изменчивый мир духов, где каждые несколько шагов переносили их из одного места в другое. Оживлённые залы с шумными игровыми автоматами, маленький садик на заднем дворе, чёрно-белая плитка бального зала под стеклянным куполом, подлесок Бандл-сити... И вот, наконец, Самка с дикой прытью обошла посторонних духов, огибая их на бегу на всех своих четырёх конечностях, взмахивая хвостом ради баланса тела. Они оказались в удивительных архивах чудаковатой, практически бесконечной библиотеки, которая пестрила различными духами, потоками маны, витающими в воздухе книгами, предметами обихода, струящимися между стеллажами под потолком страницами. Её взгляд скользнул по причудливому, но смутно-знакомому созданию, похожему на мятную бабочку, которая прямо сейчас разливала какой-то чай подобный космическому течению млечного пути по фарфоровым кружкам. - Ритуал кровных уз и сцепления. - зачитал Вейгар помеченный большой печатью свиток, изъятый с полки. Откуда-то сверху послышался неожиданный шорох и посыпалось несколько книг, но вместо того чтобы падать на пол, они зависали в воздухе и принимались парить неподалёку. - ... Гости? Давно у меня не было гостей! - послышался откуда-то хрипловатый женский голосок. На Лорд и Леди воззрилась пара глаз, в очках из розовой оправы. Причудливого вида шляпа качнулась на её голове и она спохватилась поправить её. Йордл с длинными кроличьими ушами, но отнюдь не Эхинацея... Самка смутно узнавала то, что она про себя называла "Вечной Библиотекой". Кажется, отсюда она когда-то давно и периодически воровала нужную ей информацию... или одалживала? Не помнит. - Я совсем недавно видела этот корешок, - послышался её голос откуда-то с другой стороны, где книжные полки стояли вверх тормашками, но судя по всему здесь не существовало привычных законов природы для смертных - Одну минуточку! Может пока чаю? Ашане варит удивительный чай, но будьте осторожны! Не уверена что всем он придётся по вкусу, если вы не намерены остаться тут надолго. - чуть лукаво и добродушно тараторила она, судя по звуку шустро перебегая от стеллажа к стеллажу. Самка лишь осматривала волшебные окрестности вокруг себя, из любопытства выстраивая некоторые ориентиры и скользя взглядом сиреневых глаз по нескольким полочкам с книгами, будто помечая для себя что-то смутно цепляющее взор, но будто от лёгкой скуки в ожидании. И с опаской припоминала о существовании стража великой библиотеки, но не чувствовала никого опасного поблизости. А Вейгар лишь терпеливо ждал, не выпуская из рук свиток. - Нашла! Ох, какое мрачное чтиво, пронизанное исключительной близостью. Не ожидала, что кто-то прибегнет к нему. - будто сетовала она, покачивая головой и немного неуклюже спрыгивала с потолка на пол, отскакивая от нескольких стеллажей и усердно поправляя полы своей чародейской мантии. Вейгар молча принял книгу из пушистых ладоней чародейки, но взамен вручил ей как свиток, так и небольшой мешочек с тихо позвякивающими штучками. - Залог для будущего партнерства. - спокойно заявил Повелитель зла, который сейчас выглядел как лесной дух какой-то галлюциногенной поганки. Норра, йордл обитающий в этой таинственной части бандлы, торопливо поправила рукава мантии и с чистым любопытством, сначала раскрыла мешочек, будто её слух улавливал что-то знакомое. Она извлекла оттуда кусочек какого-то белоснежного мрамора, слегка потёртого временем, и взглянула на него в причудливом свете библиотеки. - Ах, драконья глазурь! Узнаю эту технику. Она была изложена в книге "Достопочтенные белые" времен Имперского процветания. - она чуть улыбчиво усмехнулась - Жаль что не целый, но что же это был за предмет такой... Норра пошуровала ладонью в мешочке еще, извлекая похожие детали. - О, может даже возможно что-то собрать! А это что такое... В её пальцах оказался узорчатый гвоздь, с резьбой-лотосом на шапочке. - Работа древняя, нужно срочно порыться в записях. Где же вы раздобыли подобные сокровища? Но Лесной дух Вейгар лишь кивнул на свиток, который чародейка до сих пор игнорировала в угоду безделушкам. Она поправила очки на носу, вчитываясь в документ, и ошарашенно вздохнула от удивления. - Не буду мешать, мне пора бежать, обязательно жду вас на чашечку чая! - напористо покачала она свитком, будто указательным пальцем и, стиснув мешочек покрепче во второй руке, сорвалась с места в один из проходов между стеллажей. А Вейгар раскрывал книгу, бережно перелистывая несколько старых от времени закладок, впрочем, хорошо сохранившимся. Тот самый ритуал, который они когда-то провели с Вейгаром, обмениваясь чашами с кровью и испив их. Его-же, этой ночью, проведут и Изготовитель с Марис. "Поедание и поглощение, с целью установления ритуальной связи, дарующей ауру кровных уз" вычитывал Вейгар несколько строчек, внося ясность в процесс ритуала и эффект. Чувство, при котором спутники взаимно-жертвуют друг другу плоть и силы, скрепляют их в ментальное подобие родства, одаряя чувством взаимопонимания. "Смертные способны добиться подобия во взаимном поглощении любовного экстракта друг друга" будто невзначай пролетела её мысль, но всё равно имела намерение как-то зацепить Вейгара "Эффект не тот, но разве у них есть выбор" чуть пожала она плечами и оглядела библиотеку вокруг еще раз. Вейгар ничего не добавил, шустро и внимательно сверяясь с некоторыми страницами. И захлопнув книгу, извлекал свиток с причудливой и изменчивой на вид картой, вновь стремительно приходя в движение, будто они торопились на поезд. Но поездом были изменчивые ветра Бандлы и удивительные пространства, в которые они шагали от места к месту, будто через внезапно возникающие порталы. Взгляд Вейгара не отрывался от карты, свитка, который он надёжно сжимал флюоресцентными пальцами, словно по нему можно было как по часовому механизму совершать переходы, исключительно зная в какой момент и в какую сторону делать шаг. Самка уже определила для себя - они не совсем спят, а вполне себе бодрствуют духом за пределами формации. И Вейгар был её надёжным билетом, с которым она не забудется и не потеряется. Хочется следовать за ним. Продолжая движение, Самка чувствовала как избавлялась от лишнего веса и груза, перепрыгивая в пространстве различного рода препятствия. Вот, они приземлились на какой-то осколок острова, посмотреть на уже подошедший к концу посторонний бой, от чего Самка слегка сокрушается, но Вейгар, внезапно, окликнул её, не давая упасть духом и отвлекая от размытых очертаний вдалеке: - Посмотри на меня. - повернулся он к ней лицом, чуть запрокинув голову, чтобы видеть лицо супруги - Как тебе мой образ? - раскинул он руки в стороны, слегка эгоцентрично заухмылявшись через этот причудливый образ духа леса. Самка простонала, отводя взгляд и отворачиваясь, прижимая руки к груди. - Вечно вы блистательно выглядите... - с тихим укором вздохнула она, бурча себе под нос - Я так не умею... Ей вправду нравилось, да так, что смотреть было сложно. Она чувствовала, как это располагает его к ней. Как его руки тянутся к бёдрам и обхватывают её со спины в объятия. Он утешает её и шутливо шепчет: - Может в следующий раз мне заручиться усами? Самка расхихикалась в ответ, прикрывая пальцами губы и щурясь от улыбки. Усы, по её мнению, это о-о-очень странно. И такое реальное путешествие таяло, давая проклюнуться еще более материальным, приземленным ощущениям замка Болхейм, словно они стояли на движущейся крупице отколотого островка, который преодолевал границу формации.

      Руки Вейгара вновь обхватывают её лицо, вынуждая сиреневые глаза узреть перед собой возбуждённую, но подусталую плоть. Они снова в её светлой спальне. Её рот вновь принимает тягучую ласку, от чего Вейгар тихо стонет и ахает, медленно двигаясь в пасточке, но всё же напирая вглубь, придерживая её голову в упоре ладони, виском в кровать. Это был медленный танец, сладкий своей испариной и их общим запахом, в котором не было ни капли чужого. Чуть сладковатый, слегка удушливый, будто в светлой комнате царила атмосфера их неоднократного соития. Он тихо-тихо выдавил из себя что-то короткое и ласковое, но финал действия вновь тонул где-то в пространстве, затягиваясь будто бесконечным туманом разума. Опьяняющим, но подходящим к своему, неожиданному концу.

***

Они лежали в кровати. Тела их остывали от чрезмерной похоти и многократных желаний, выветривая тот сладкий смог влажности. Теперь, в нос бил посторонний запах, от чего Вейгар хмурился, скрестив руки на груди. Его усталый вид был прикрыт лишь одеялом, по пояс, а сам он был полностью раздет. "... Чем пахнет?" вредно поинтересовался Вейгар, хмуря брови. Самка принюхалась. "Животным влечением, феромонами, природной страстью" совершенно беззаботно констатировала Самка, мимолётно вглядываясь в воздух комнаты. Кто-то щедро обдал её покои шлейфом урбанистических феромонов, от чего она ощущала где-то на постели эфемерный дух какого-то животного, крупного и внушительного своей мускулистой структурой. Отголоски существа, из которого эти феромоны были добыты, но она не может разобрать, что это за создание такое... Видит только силу. Вейгар насупился пуще прежнего, но Самку совершенно ничего не расстраивало. Она была не просто довольна - она была бодра и счастлива, от того и спокойна. Супруг настырно перебирал какие-то нюансы в своей голове, прикрывая хмурые глаза и слегка почесывая висок пальцем. И Самка улавливала что он делает - проверяет некоторых миньонов... И внезапно, лицо его с довольством расслабилось. "Опустошены и чисты" довольно умозаключал он, кивая самому себе с почти искрящейся улыбкой. И распластался в кровати, распуская свой серьезный замок из рук на груди, уставший, но довольный. Самка наблюдала за этим молчаливым аутом слегка надув губы, накручивая прядь волос на палец. " ... Мне понравилось" увела она невинный взгляд в сторону. А в ответ услышала совершенно утомлённый, полный широкой ухмылки вздох, шумный и с нотками скрипа его собственного голоса. Ему не нужно было говорить или думать, у него всё было написано на лице: утомленное блаженством и счастливый прищур жёлтых глаз от румяного смущения. Кто бы там не разбрызгал феромоны в светлых покоях Леди, но прямо сейчас эта шалость или продуманный план сыграли на руку супругам, воссоединяя их разумную связь после страстной встряски. Но взгляд Самки падал на его плечо, которое она прежде яростно грызла... Тьма на его плече была вздёрнута, словно разодранная ткань одежды, но рану не обнажала. Она чуть наклонилась и прикрыла краешком одеяла его плечо, тихонько и нежно чмокнув место укуса через ткани. - Ка-а-ак щедро. - совершенно просто протянул Вейгар, льстиво заулыбавшись, но решительно зыркнув по сторонам комнаты, будто выискивал чужие глаза. Самка навострила уши, но в комнате никого кроме них двоих не было. Однако, за дверью послышались чьи-то шаги и, кажется, хихиканья. - Щедро разлитый состав, продуманный план. - вслух рассуждал Вейгар. А Самка практически полностью игнорировала смешки за дверью. Она улеглась на бок лицом к супругу, спиной к двери, упёрла кулаком висок согнув руку в локте. Просто разлеглась как дива на картине и смотрела только на него, слегка улыбаясь. Её хвост плавно расчертил воздух подле кровати. Вейгар отвернул голову в сторону, мысленно комментируя момент "Какая грязь...", слушая похотливые смешки за дверью. Но Самку это только забавляло, вопреки всем установленным правилам скрывать соитие от посторонних. Она чувствовала себя красивой, а их ситуацию, на самом деле, поводом для окружающей зависти. Вот они, те самые абсурдные овации, которые чудились ей буквально за день до родов. А про себя вздыхала: "Если они хотят зрелищ, то я самая любящая девочка своего супруга" с какой-то жеманной улыбкой тихо причмокнула она. "После того, как ты щедро откормилась вульгарными кольями, твоя уверенность звучит правдоподобно" сонливо буркнул Вейгар, прикрывая глаза до щелочек. Шаги за дверью удалялись от светлых покоев, судя по веянию для какого-то совещания. И пока Вейгар мирно предавался мгновениям отдыха от бессилия, Самка подобралась к нему чуть поближе, вооружаясь блестящей и тёплой золотой нитью в своих пальцах. "Немного..." слабо опомнился Вейгар, будто одобряя её намерения. Немного можно. И супруга с мягкой улыбкой принялась кроить места разрывов на его плече, подвязывая на всполохах тьмы маленькие бантики, не прерывая общей нити. Живительная энергия дарила Вейгару приятное тепло и унимало боль, которую он скрывал, пусть она и была терпима прежде. А вот бок супруги, который он усердно обсасывал, был цел и невредим, затянутый здоровой шерстью. Единственный недуг, который она ощущала, был в горле. Судя по всему, проглоченная тьма или изобильное излияние, которое Вейгар совершил на последнем пике, нанесло свои повреждения. Но ей было достаточно просто молчать, и может позже, что-нибудь выпить. А Вейгар лениво поворачивал голову к теплому свечению на своем плече, которое супруга с беззаботной увлечённостью подвязывала на свой вкус, пусть эти бантики, в конечном итоге, и утопали в тьме его тела, укладывая чёрные всполохи в порядок. Он слегка помял плечом, оценивая ощущения и с приятным удивлением обнаруживал существенное облегчение, если не выразиться "как новенькое". Это было необычно, немного странно, но приятно. Они обменивались тихими взглядами в молчаливом перерыве, пока Вейгар не подался вперед, нацелившись на губы супруги. Но Самка отдалилась и ухмыльнулась, чуть лукаво глядя на него. - Вы же понимаете, - очень тихо зашептала она, прицениваясь к возможностям своего горла и переходила на мысль от укола дискомфорта: "Что эти губы были грязно замараны страстью. Неужели хотите разделить со мной смесь любви и похоти, добавляя слюну?" сплела она вытянутые пальцы ладоней, довольно ухмыляясь. "После твоих слов," чуть наклонился Вейгар, зыркнув на неё исподлобья "Да, черт подери!" стукнул он кулаком по кровати сбоку от себя и еще более сладко, утробно проворковал "Я требую" Их губы соприкоснулись во влажном дыхании, от которого Вейгар лишь жадно и слюняво причмокнул, настойчиво подсосав отвратную сладость, которая приводила его в восторг! Но на этом коротком поцелуе Самка отдалялась обратно, будто оценивая ситуацию с томной улыбкой. "Не слишком ли я щедра?" поинтересовалась она, упирая щеки в ладони. Вейгар перебарывал в себе эту сладость от похоти, от почти вульгарного и потребительского пойла в малой порции. Никакого отвращения, только надрывное упоение своим личным, почти вспыхивающим триумфом, жадным и сладострастным владением, помеченным и смешанным в телесных привкусах. Он сжал ладони в кулаки, перекатывая в мыслях эти странные, практически бурные факты. Этот посторонний запах, который он уловил еще когда пригладил её кремовую шкурку, перед тем как присосаться к её телу - вызвал в нём лютую и утробную ревность! Он дал мысли, сомнению, проклюнуться и взбелениться пеной внутри, прибегая к доскональным проверкам, жалобно и влюбленно черпая её потоки, проверяя её изнутри и снаружи, вымачиваясь в сладостном порыве ни с кем не делить любимое тело. Но всё закрутилось из-за обильной порции феромонов, которые он счёл чужим запахом. Настолько сильным и заметным, что поддался на малую вероятность того, что супруга оказалась под чьим-то чужим телом даже будучи под его контролем... А Самка же, в своей редкой ревности, предпочитала начисто отбрасывать подобные мысли. Только тот нелепый случай с дамплингами вводил её в ступор от странного запаха...       "Всякий кто нацелит своё копье, так или иначе, не возымеет успеха в натиске" стискивал Вейгар зубы в сдержанной злобе "Потому что я восстановлю связь в полной мере" мрачным, почти утробным голосом гулко прозвучала его мысль. И пусть Вейгар управлял ею последние несколько дней, что-то она не припоминает, чтобы кто-то позарился на неё в сексуальном плане. Близко находился? Может где-то во сне. Или она цепляла запахи во сне, который был покрыт мраком. Но сама практически ничего не помнит. Пусто. Все её фоновые мысли занимала семейная и естественная суета после рождения, со всеми её приятными нотками. Она развалилась перед ним чуть более откровенно, мысленно готовая на любые проверки с его стороны, будто красивая и преданная овечка на заклание, но слегка опомнилась, вспоминая что Вейгар уже сделал всё, что могло бы выявить чужое вмешательство. И от того Вейгар предавался довольству, будто победоносному венцу истинного победителя в несуществующей вражде ревности. "Я проверял с самого начала... и всё растратил на лакомства" виновато сглотнул он слюну, глядя перед собой и поглядывая на длинные лапы супруги, будто цепляясь за изящество. Он выдерживал молчаливую паузу, после которой настырно подобрался к ней поближе, прицениваясь к любому сочному кусочку её тела в поиске живительной силы. "Не могу себе отказать..." тихо прошелестел его голос, и он уже было уткнулся лицом в её грудь, как Самка ловко перемахнула через него. Ему за спину. И обхватила в мягкие, плотные объятия. "Лорд Вейгар," тихо мыслила она ему на ушко "А вы случаем не заработались?" Вейгар напряжённо обмяк у неё в объятиях. "Жена..." приподнялась его грудь во вздохе, выдерживая неожиданную паузу, задержав дыхание "... Я постоянно чувствую упадок сил..." внезапно проклюнулось его признание на выдохе, которое удручало его уже давно, просто он находил способы себя отвлечь и оставаться активным деятелем на виду. Кремовые пальцы нежно пригладили его грудь. "Но это значит, что вам требуется отдых" просвещённым тоном доносила она до него "Избыток сил не является бесконечной перспективой для воплощения идей, которые порой притягиваются за уши. Оставьте дела на плечи приспешников и отдохните естественным образом. А если они накосячат, мы обязательно их накажем" заботливо ворковала она, размеренно дыша в черный затылок. Вейгар медленно расплывался в улыбке, при мысли о наказаниях. Это казалось ему такой прекрасной идеей! Свежей, слегка бодрящей и позволяющей телу расслабиться. "Рабыня стала огрызаться на меня..." будто принимался жаловаться супруге Вейгар, изливая душу "Сколь бы прочными не были мои аргументы, но она начала проявлять борзость..." "Если бы я, с минуту назад, просто отдалась вам в угоду жадного впитывания, вам бы снова пришлось копошиться в куче суетливых дел. А мне бы опять пришлось валяться куколкой или семенить вслед вашим приказам. А вам это уже наскучило, разве я не права?" нежно приглаживала она пальцами его грудь "Так что, борзость не всегда проявление наглости, а лишь свежий взгляд на ситуацию, которую вы хотите натянуть до идеала. А идеала сложно добиться без окольных путей" заботливо рассуждала Самка. "Великолепно..." чуть округлились его глаза от восхищения. Вейгар тихонько похихикал от мимолётных соображений, которые посетили его от рассуждения, опуская взгляд на ладонь супруги, которая приглаживала его пальцами. "Может, тебе хотелось бы горячего напитка?" легонько пощупал он кончиками пальцев кремовую ладонь "Согреет изнутри" слегка философски расслаблял он взгляд перед собой. "Может быть" с исключительной теплотой будто понежилась она без лишних движений, мягко притираясь носом к чёрному затылку. Вейгар неловко помялся, опуская чуть задумчивый взгляд. "Но хорошенько покушать тебе бы не помешало" с пространной, расслабленной решительностью пригладил он её ладонь пальцами.       И пока миньоны на кухне уже орудовали кухонной утварью и ингредиентами, в угоду грядущей сытости Леди, она сама деликатно и теми самыми окольными путями постепенно подбиралась к ответу на вопрос "Почему вы всё еще не дали детям имена?" А ответ оказался прост до невозможности: Отец ревновал мать к детям, что Самка чуть шутливо назвала "То есть, папочка заиграл мамочку не желая делиться с малышами её вниманием" И пусть Вейгара это стыдливо задевало, но супруга верно подмечала факты. Это дарило ему какое-то облегчение от взаимопонимания. Особенно сейчас, когда она лежит только с ним. И обнимает только его.