Дружелюбие 6/7 "Спящие на мягком"

Незапланированно наступающий вечер, казалось, очень даже запланирован. Вейгар выходил из ворот своего замка наружу решительной и угрожающей походкой, сжимая под рукой... подушку. Да. Он чувствовал себя напряжённо, ведь очень желал казаться крутым в глазах гостей, а образ величайшего Повелителя зла с подушкой в руках мог бы смутить недалёкие умы. Но для него всё складывалось идеально! Он оценивает встречные взгляды гостей и приспешников, которые расположились небольшим дружным лагерем между двумя входами в мрачные катакомбы самого лабиринта возле чистого и почти флюоресцирующего пруда, над которым кружили Мерия и Амарилла. И Вейгар ощущает самое лучшее что мог ожидать - он крут. Они таким его считают! Прямо сейчас и почти всегда! - Приветствую наших смертных, и не очень, участников! - вскинул он латные перчатки в воздух, сжимая пальцами подушку - Сегодня мы погрузимся в пучину невиданного веселья, покрытого тайными чарами сна! Истории, загадки, фантастические задания! Эту вечеринку вы не забудете никогда! - зловеще-пугающе, и в тоже время дружелюбно наигранно нагнетал Повелитель зла. Полу-мрак, воцарившийся совсем недавно, навеивал атмосферу загадочного и мрачного приключения, которое им обещал Лорд Вейгар. И под агитаторские призывы, пикси распространяли сонную пыльцу, уводя спящих гостей в катакомбы мистического лабиринта каменного духа, на подготовленные для них места. - Тайна о сироте из подпольного приюта, который гостям предстоит найти и рассудить! То, что поддерживалось на плечах всего трёх женщин, но под собой имело с десяток детей! Не опасно ли это? - щекотливо и с жаром раззадоривал сонные умы Повелитель зла, чей голос раздавался по лабиринту словно из звуковых усилителей - Не опасна ли та землянка, в которой они их прячут, не обвалится ли почва, не сгинут ли дети в смертельной ловушке самой земли? Игры превращались в фантастическую зачистку! Лабиринт предстал перед глазами светом утреннего солнца - остров и тропический лес, лагуна, море, и монстры! Гости наспех и с азартом собирали свои подходящие партии для битвы. Тени и смутные образы неизвестных противников выныривали то тут, то там, пытаясь застать врасплох любопытных путников. Рамбл, оседлав свою Тристи даже во сне, по началу старательно увязывался за Тристаной, которая впрочем составила компанию одной тени самого Мастера теней. Но при первом удобном случае, в прямом смысле слова, садилась в прыжке на свою ракетницу и с грохотом выстрела пушечного запала удалялась по дуге в другую часть острова, оставляя Рамбла на спонтанный дуэт с Сеттом, который по началу с опаской отнесся к чертогам лабиринта. Битва ему импонировала. А к паре Тристаны и тени Зеда подступала мрачная и колкая фигура Аколита, дружелюбно щуря жёлтые глаза за стеклом своей лампы и раскидывая руки в стороны, вопросительно взывая: - Начнём разрушение?! - с нервными нотками веселья глухо захихикал лампоголовый приспешник. Тристана, в тот момент выпустившая заряд в неожиданно возникшую вражескую марионетку, подрывая ту до теоретического уничтожения, обернулась. - Да-а... Типа того! - одобрительно отмахнулась она, широко заулыбавшись - Присоединяйся! Приспешник с ликующим злорадством ступал к дуэту, вставая в готовую стойку к атаке и высматривая жертву, но волновало его не скопище иллюзорных врагов, а задача: Втереться в доверие! Спустя пару минут относительно умеренной перестрелки и резни, тропическое окружение затихало с мирным тактом от шума волн где-то неподалёку. - И это всё? - улыбчиво сетует Тристана - Я думала будет поинтереснее. А то пиф-паф, и всё, монстры закончились. - пожимала она плечами. Но прямо в тот момент Леди восседала за неведомыми гранями, наблюдая за поприщем как за настольной игрой в реалистичных объемах. Она с азартом слушала эти слова и её пальцы заскользили по эфемерным наклонным, откликаясь на касания магической рябью. На острове, где-то издалека поднимался животный гомон! Шорохи, хруст веток, кто-то в зарослях ловко преодолевал расстояние запутанных джунглей. И для гостей наступал второй этап увлекательных битв... Лисьи духи племени Весани возникали будто из неоткуда, с игривой хищностью рассекая джунгли как свои собственные владения, но сталкивались неожиданно подготовленным сопротивлением. Остров полнился боевым шумом, звоном клинков, гула магии и взрывов из пушки. Соперники стоили друг друга и прежде лёгкая забава превращалась в настоящее испытание для обеих сторон. Но Леди смеялась, наблюдая за происходящим... и пожинала плоды их трудов. Она чувствовала, после сегодняшнего приключения гости покинут пределы замка. Но может не все. Все участники, так или иначе, выбывали из игры. Приспешники Повелителя зла затесавшиеся среди гостей, ловко обходили атаки лисьих духов, при этом умудряясь на их же глазах проявлять себя как яростные бойцы в битве. Лабиринт каменного духа благоволил своим обитателям, ловкими и тайными манёврами давая им преимущества в битвах. Именно так хищный наплыв шалостей племени Весани потерпел свой крах.       Воцарялась тишина, где Мерия и Амарилла уводили заблудших проигравших на "перерыв" перед следующим заданием. Гостям, расположившимся на солнечном пляже у моря и каменной скалы предстояло посетить самые мрачные катакомбы, решая загадки чьей-то истории и вынуждая выдвигать предположения "Что тут не так". Для них это были игры. А для Повелителя зла - выгода. Мнение гостей позволяло получить результаты сродни опросу, где им предоставлялись картины отдалённо схожие с условиями самого замка Болхейм, но в совершенно других реалиях, визуально не имеющих сходства. Целью было узнать, что же требуется замку Болхейм для улучшения качества обслуживания и подходящий условий для содержания детей. Мастер теней бродил по мрачным незнакомым коридорам с искренним любопытством, подмечая действительно важные детали, нежели Рамбл и Тристана. - Здесь нету ветра, воздух влажный и слегка затхлый. Может возникнуть недостаток кислорода. - с хладнокровным спокойствием излагал Зед, получая некие эфемерные очки за свой комментарий. Но ведомый непривычной атмосферой странных загадок, которые вызывали у него скуку после сравнительно жаркой битвы, рассекал пространство тенями в поиске выхода...

***

Самка отвлекалась от щедрого почивания на оклик Трикси, которая заглянула в игровую комнату. - Требуется ваше вмешательство, дело неотложное. - спокойно сообщала Заклинательница зеркал, прикладывая ладонь к дверному косяку.       В детской комнате, где малыши должны были мирно спать в своём уголке, кремовый мальчик улёгся на выходе подле увесистого балдахина, сворачиваясь калачиком и прижимая ушки ручками. Что-то не давало ему покоя, но дело было не в том что творится в лабиринте. На полу лежала одна из каких-то игрушек... Тенор Ужаса стоял на страже детского тельца, придерживая руки за спиной. В данной ситуации он чувствовал себя бессильным и только с сухой виной наблюдал за лежащим на полу малышом. Можно было подумать, что мысленные песни менестреля или прежде грешные фантазии могли затронуть нежный ментальный слух, но дело было совсем не в этом. Самка подступалась не к малышу, а к лежащей на полу игрушке. И присела на корточки, наклоняясь к предмету. Кремовый малыш реагировал незамедлительно, жалобно промычав и резко усаживаясь на попку, лапками перебирая по мозаичному полу, стараясь отдалиться от причины своих кошмаров. Кремовые пальцы Леди брали в руки брошенную игрушку, внимательно рассматривая. В груди неожиданно слегка сдавливала неприятная тревога, которую источал предмет. "Мама..." раздался детский и тихий голосочек мыслей "Зачем ты трогаешь их?" Самка лишь оглянулась на кремового малыша, наблюдая за тем как он с тревогой и опаской придерживал ручку у рта, практически прибившись к ногам Тенора Ужаса, который замер на месте будто истукан, глядя в пустоту прямо перед собой. Но Самка уводила взгляд, вновь прицениваясь к некоторым деталям. Во первых, подобных игрушек было несколько. Какое-то четвероногое чудо-юдо с хвостиком средней длинны. Все они состояли отчасти из кристаллов маны. Голубой, зеленоватый, кроваво-красный... В этой игрушке она видела бледно-красный самоцвет, слегка пульсирующий светом и источающим настоящую трепыхающуюся тревогу и страх безысходности, нисколь не утихающей. Словно осколок души был глуп и примитивен настолько, что бился о грани не осознавая неизбежности. Вот только осколки душ не должны себя так вести. Леди сравнила несколько похожих игрушек и ощутила в чём дело. Она развернулась и протянула Трикси неугодные игрушки, слабо улыбаясь с видом слегка удивленного открытия. Трикси на секунду опомнилась, торопливо просеменив к Леди и забирая игрушки из рук. Она недоумевающе глядела на них, не замечая подвоха и ожидающе переглянулась на Леди, которая выпрямлялась на месте. - Это мы унесём. - озвучила Леди, стремясь избавиться от источника детских тревог, ощущая как после этих слов детское напряжение ощутимо сбавляет обороты. Трикси молча кивала, унося забракованные предметы, а Тенор Ужаса плотно поджимал губы, ощущая в сколь затруднительном положении он сейчас оказался. Подумать только, юного потомка какие-то игрушки пугали гораздо больше, чем тёмный менестрель Повелителя зла! А в добавок к этому, он избирал его в качестве защитника! В груди у Тенора слабо щемило от трогательной чести быть пусть даже недвижимой опорой и поддержкой, в прямом смысле заслуживая расположение в первую очередь. И совершенно не важно, что он был к нему просто ближе всех, ведь юное дарование сейчас находило свой детский покой совсем рядом, теряя чувство страха. Самка давала этому моменту слегка настояться, чтобы укрепить эту чудесную ниточку доверия и принятия, небрежно наблюдая за картиной лишь периферическим зрением. И к её счастью, как только кремовый малыш решил двинуться с места, менестрель расторопно подхватывал малыша как драгоценный хрусталь и торопливо укладывал его к братьям и сёстрам, задерживая дыхание, будто не боялся как-то задеть их даже выдохом.       Леди устроилась лёжа на мягком покрывале, одолеваемая тихими тревогами. Малыши живут свою жизнь. Они кушают, играют и спят. Но дни полные суеты, затем гостей, по мнению Самки предвещали скорое затишье, где её внимание погружалось в заботы. Практичный подход к воспитанию в обществе уже растил из них наименее капризных малышей, которые не бегут к матери под юбку при первой удобной возможности. Они тянулись ко всем по необходимости, ища внимания или помощи. Бурная затея с гостевыми играми обогащала весь замок, в том числе магическим пропитанием малышей. Но Самку уже начинала терзать тревога, что отсутствие её исключительной материнской заботы, которая граничила с жертвенностью, могла как-то сказаться на их здоровье или состоянии. Вейгар же стремился развеять эти выдумки. Повелитель зла гордо ступал в детскую комнату отзывая сдержанно выпрямившегося менестреля на отдых от бдительного стражничества со словами: - Смой это выражение лица и возвращайся к своим струнам. Тенору оставалось только поэтически-иронично сокрушиться без слов, не имея за этим обиды. Просто приказ. И оставшись наедине с супругой, Лорд Вейгар отважно переносил каждого малыша ей под бок, устраивая на светлом покрывале россыпь своих драгоценных отпрысков рядом с любимой. Брал каждого на ручки, одаривая сияющим и улыбчивым взглядом, усаживал на покрывало, шёл за следующим... Последнюю он брал на руки крупную девочку, ловко подхватывая увесистую малышку, чьи лапки и хвост болтались наперевес с латной перчатки. У него ни разу не возникало сомнений, что все пятеро его родная кровь. Он это чувствовал и подмечал в деталях, любуясь удивительной смесью самого себя и супруги. Эта юная гурьба радовалась вниманию как отца, так и положению рядом с матерью, предаваясь тихой детской радости. Им просто нравилось. И это было неоспоримым фактом того, что с ними всё хорошо. Вейгар расплывался в довольстве, как-то странно хмыкая от умиления после пересадки детей на пригретое местечко рядом с кремовой красотой. Он молча заливался тягучим довольством, на короткое время отвлекаясь на горделивый шаг вдоль царящего тепла. Грелся в лучах этой семейной славы и благополучия! И внезапно срывался с места, бегом отправляясь на выход из детской комнаты, словно ему припекало срочно покинуть бесценную сокровищницу, заставляя Самку искренне удивиться его действию. - Я самый могущественный и счастливый Повелитель зла! - раздавался крик Вейгара из коридора, полный разрывной пылкости - Моя власть простирается за гранью жалких смертных умов! Я разрушитель миров! И под моей защитой любой натиск падёт! Разорву на мелкие осколки, сокрушу своей всемогущей магией, не оставлю и шанса на спасение! Все падут на колени перед моим величием!!! - срывался его воинственно надрывный голос. Видимо изобилие семейного счастья разрывало Повелителя зла своими богатствами... Но Самку это неожиданное и громкое откровение только забавляло. Она перекатилась на спину, пока малыши затихали, обращая внимание на приглушенные из коридора крики. И поднимала руки в воздух, негромко ликуя в счастливой улыбке. - Уи-и-и! - мило протянула она, будто поддерживала как супружеский клич, так и подбадривала малышей. В ответ кто-то весело попыхтел, кто-то завалился на спинку вскидывая лапки, а кто-то принимался весело ползать на волне детской беззаботности и радости. И она устроилась поспать в их окружении, эфемерно считая что это прекрасная идея чтобы восполнить чувство материнства.

***

Сон Самка стала рассекать со звериной лёгкостью, ловя ветер в лицо. Сновидение воодушевляло её с ходу. Она замечала как неподалёку, духи расставляли картонные фигуры и картины, будто памятные изваяния прошедшего карнавала. Леди в своей звериной форме, другие духи лис, йордлы гости и приспешники. Где-то виднелись настоящие абстрактные картины какой-то заварушки, будто сюрреалистичные картины акварельными красками Но в одной части духи поставили целый стенд своих "кумиров": Лорд Вейгар, Леди, Ле Блан, Сетт и Зед. По их мнению, это были самые яркие фигуры прошедших развлечений. Картонную фигуру Зеда они вырезали так, что можно было нырнуть ему под руку, которой он либо обнимал, либо душил... всё зависело от воображения. Но позу они ему выбрали такую, будто он слегка красовался мышцами, которых не было видно за тканями и доспехами. Самка оживлённо ныряла в этот обхват руки как заводная девчушка, ловко выуживая кристалл и делая селфи на память, дурашливо высунув язык и выставляя уличную распальцовку. Просто прикалывается. Теперь у неё было кое-что на память! Как вдруг, картонная рука внезапно приобрела живые формы... Кажется, судьба постоянно сталкивает Мастера теней и Леди - он уснул и оказался во сне. Первые несколько секунд он не двигался, замерев в неопределенной растерянности. И вдруг опомнился! Самка замирала как нашелудившая, ожидая реакции или её отсутствия, но ладони Зеда внезапно охватили её щеки, в неверии вглядываясь в её кремовую макушку головы. Она лениво моргнула и сделала еще одно фото, на котором было видно, как её щеки смешно и пухло торчали из под его ладоней, а на лице было выражение снисхождения от некоего дружеского прикола. И она почувствовала, как его щёки запылали... Зед принялся деликатно щупать её щеки, словно проверял степень дозволенного и реального... а затем откинулся назад. Пространство сна податливо подкидывало их обоих... в Белую чайную. Светлые покои подложили под Мастера теней знакомую Самке кровать, на которой она некогда вещала Мастеру теней о безумии. Казалось, он был в шоке и восторге, не в силах ничего сказать, будто на дребезжащих ультразвуковых волнах своей души балансируя между неверием и реальностью сна. Он обхватил Леди в объятия покрепче обеими руками и вовсе откинулся с ней назад. Самка чувствовала как отчаянно он ловит осознанность, широко распахивая глаза и глядя упрямо перед собой, в потолок. Ей же самой стало чрезвычайно интересно, но внутри всё сурово насторожилось. Действия Зеда её просто возмущали! Разум охватывал ощущения Мастера теней будто марионетку на примерку, пронизывая глубокой пробой, будто тяжёлый якорь фонящий радиацией. И кажется, столь интенсивное любопытство будоражило Зеда до безобразия! Ведь он чувствует когда Леди ныряет в его мысли, но прямо сейчас - буквально во всё тело! В штанах горячо и внезапно креп просто неприличный бугор, до ужаса смущая Мастера теней, который испуганно отпускал Леди из объятий, заметавшись взглядом. Самка инстинктивно вскакивала подобно пружинке и отпрыгивала от излишне контактного друга, чуть сурово кивая, будто утаивая в мыслях "Так тебе и надо. Будешь знать" И Зед попадал в маленький и бурный круговорот сонного разума, где инстинкты, паника и привычка диктовали ему примитивное действие - срочная мастурбация. Адреналин и стыд избивали Зеда как несчастного дурака, сбивая любую попытку самоконтроля убогим восторгом от ощущений, захватывая в круговорот паники, которой он почти никогда не испытывал. Самка с отвращением отвернулась и поморщилась, чуть тошнотворно высовывая язык и ожидая окончания безобразия. А что она сделает? Уж лучше не трогать такое... Зед был в ужасе, бурно заканчивая свой беспредел и резко брал себя в руки, сдёргивая простыни в угол, будто экстренно заметая следы похабного преступления. И как ни в чём не бывало вставал по струнке, отвешивая Леди поклон и провожая рукой к чистой кровати. - Присаживайтесь. - скомканно-виновато выдавил он из себя, впадая в свой тихий холодный позор. Самка разворачивалась и сурово недоумевала "Как можно быть таким отчаянным, подрочить прямо при замужней девушке, а потом как ни в чём не бывало приглашать её присесть?" Она отмахнулась от приглашения, закрутив головой и скручивая комнату Белой чайной как ту самую смятую простыню... Ей правда нравится издеваться над Зедом, но ей бы хотелось более адекватной реакции... Она сетует на старую мудрость "Между мужчиной и женщиной не бывает дружбы", хотя и считала это каким-то суеверием.       Тем временем, Вейгар бродил вдоль пруда в лабиринте и примерял на себя чью-то личность в самоцветных очках. Он примерял на себе осколок души того, кого определял как "раба", и был просто в ужасе от того, что оказывается существуют болты пирсинга буквально прямо на головку полового органа. Он снимал очки на пару секунд, ощущая какое-то тревожное чувство, сетуя на постороннего который мог уловить о чем он тут думает... Всё было тихо, но где-то вдалеке один дух с уродливым чувством страха убегал подальше. И Вейгар продолжал, вновь заглядывая за кристальные грани. Он из любопытства и с неловким отвращением пропихивал один из тонких инструментов прямо в уретру и мысленно поражался "Казалось бы, такая маленькая щёлочка, а может быть целой дырой!" с извращённым исследовательским интересом оценивал он вид и ощущения, припоминая как супруга фантазировала что сунет туда свой язык... А Леди прыгала по лабиринту, разделяя с кем-то шутки про штаны, которые когда-то её отец Монсеньор Дрю попробовал примерить, от чего все смеялись. Немного участвовала в заготовке подарков для гостей, которые собирали пикси Болхейма, после чего сразу посещала пару церемоний бракосочетания духов, не задерживаясь на долго и шустро участвуя в призовой лотерее, напрочь забывая что она там выиграла. Однако один из выигрышей оказался чем-то странным... Девочка обиделась на родителей и сбежала из дома. Собирала кучу своих игрушек в чемоданчик и всхлипывала. Разум Самки реагировал на это волной увесистого воображения, рисуя будто масляными красками историю о морском адмирале-нежити, который воинственно извлекал пиратский клинок и насмешливо кричал: - Побираться этими крупицами! Ха! Как унизительно! В моё время мы грабили и пожирали всё что было на нашем пути!       И то было приключенческой сказкой для детей, которая наглядно показывала разницу между прекрасным и расчётливым тёмным колдуном Лордом Вейгаром, и жадным алчным мертвецом, который находит отраду лишь в жестоком грабеже. Вейгар на его фоне - здраво рассуждающий семьянин, но способен уничтожить врага своим магическим потенциалом. Красочный раскат мультипликации тонул для Самки как наперёд известный сюжет, и вот, она остановилась в магазине. Её взгляд пал на выбор мужских трусов для Вейгара, будто любопытная семейная забота о супруге и его причиндалов. А после она носилась вдоль прилавков, забрасывая в корзину средство от паразитов и кучу других вещей, но к выбору подходила строго рассудительно. Оплачивала она свои "покупки" липкой на вид шалью, выуживая её из неопрятного свёртка смятой простыни, слегка надменно и злорадно ухмыляясь. Из отвратительных телесных жидкостей, разум Леди сплёл паутинку маны, которую она торопилась растратить, чтобы не оставлять гадость при себе. А затем она устраивалась с пятью духами в уютной комнатке и веселила скучающую девочку. Только тогда она могла расслабиться рядом со своими детьми.

***

Зед просыпался в лёгком шоке. Он задремал на каменном ограждении коридора перед садом и ему приснилось то, что хотелось бы забыть... Любопытство к Леди беспощадно тянуло его проведать как у неё дела, пусть благоразумие и твердило уже держаться подальше и похолоднее. Но он дал себе молчаливое обещание - просто посмотреть. Нашёл он её в детской комнате, мирно сопящую на мягком покрывале посреди тихо копошащихся малышей. Он с учтивой смиренностью воина не переступал дальше приспешницы Трикси, молча склонив голову и отступая на шаг. Хотел дать понять без слов, что ничего предпринимать он не намерен. Заклинательница зеркал смерила его недоверчивым сомнением в глазах, но снисходительно отмахивалась, негромко заявляя: - Если хотите помочь, это приветствуется. Но Мастер теней как и прежде заново оценивал и взвешивал царящую атмосферу подготовленности Лорда Вейгара и его приспешников в их нелёгком деле по воспитанию. Он достоял до момента, когда Леди сгребла сиреневую малышку в охапку чрезвычайно тёплых и сонных объятий, и отрицательно мотнув головой в мягкой улыбке. И удалялся прочь.

***

Самка опомнилась от глубокого сна из-за постороннего вмешательства. Она сидела со своими спящими малышами в закутке, за прикрытым навесом балдахина в уютном полумраке. Её хвост и бёдра, лапы согнутые в коленях, выступили избранными местами для сладкого сна детей. Но проснулась она, потому как к ней в закуток настойчиво залезала маленькая неуклюжая фигурка. Мейлис, невесть как тут оказавшаяся, почти требовательно взбиралась через шерстяной барьер огромного хвоста, выбирая себе местечко среди господских детей как равная им. Леди не предпринимала никаких действий, лишь прослеживая траекторию движений малышки, но такой расклад её не очень устраивал. В её шустром понимании это было неуместно, но она испытывает ко всем детям слабость... - Ложись и веди себя хорошо... - тихо и пренебрежительно отвернулась Самка от малышки, чувствуя собственное раздражение. Мейлис сурово хмурила бровки и ложилась плотным калачиком, стараясь не задевать кого-то из неродных ей малышей. И будто вредно засыпала. Но непозволительная роскошь длилась совсем не долго. Большая латная перчатка Вейгара нырнула в закуток словно властная длань жестокого кошмара, смыкаясь на детской тушке Мейлис и грубо выуживала ту из уютной колыбели не родственных душ. Самка не видела что творится за балдахином, но произошедшее позволяло ей ощутить, как то раздраженное напряжение отпускало её плечи, позволяя расслабиться. Однако слух и восприятие, близь происходящего, довольно подробно обрисовывало суть. Кажется, будто грубая хватка латной перчатки и суровый взгляд Повелителя зла запугивающе сверлили малышку взглядом, внушая жуткие поучительные образы. Оторвать голову, зашить обрубок, оставляя мозгоносящий отросток усыхать где-то в пустом коридоре, а тело бродить в бессмысленных потёмках, где для малышки Мейлис останется лишь 20% от всего её нынешнего восприятия. Ни понюхать, ни посмотреть, не послушать, не покушать... Только бродить как кукла! В Самке поколебалось некое возмущение и жалость. - Так нельзя... - очень тихо и сдержанно пробубнила она. Но на её негативную реакцию к ней заглядывала Трикси, виновато совершая какой-то скромный и элегантный книксен, словно она не хотела нарушать материнскую идиллию с её малышами. - Понимаете, - тихо заговорила Заклинательница зеркал - Если оторвать голову, жизнь не будет казаться прежней. И что-то в этом "понимаете", в этой совершенно спокойной и холодной интонации, Самка отчётливо почувствовала воспитательный процесс: беспощадное устрашение с целью поставить зазнавшуюся малышку на своё место. Мейлис не дочь Владыки и Владычицы, а отпрыск кутюрье замка Болхейм и рабыни пикси Марис. И оба этих родителя служат Повелителю зла. - Если оторвёте ей голову, сможете починить? - мрачно и как-то снисходительно подыграла Леди, зловеще ухмыльнувшись. - Шансы малы, но есть. Я приложу все усилия. - слегка заискрилась Трикси, практически подмигивая Леди, сверкая довольной улыбкой обнажая верхние зубы. Но тон голоса она выбирала крайне досадующий, словно отсечение головы неизбежно при определенных обстоятельствах. Чтобы слушающая Мейлис боялась.       А немного позднее, в одной части замка, тишину нарушал целеустремлённый и решительный выпад... - Требование по обязательству! - вспыхнул голос Повелителя зла в полу-круглом зале. Латные перчатки импульсивно всплеснулись в воздухе, выражая высшую степень срочности. - Требуется обрамление судоходного судна! Украшение тазобедренных линий! И желательно, чтобы кормилица не досталась жалким матросам! - эмоционально выражался Лорд Вейгар, то и дело жестикулируя о своём требовании, обрисовывая линии в воздухе. Изготовитель, уже представший перед Владыкой в ровном изяществе покорного слуги, спокойно выслушивал требование, умалчивая комментарии. Даже не удосужился хихикнуть, вздохнуть или показать что-то еще на своём припудренном лице из красок макияжа. Его голова лишь слабо, еле заметно кивнула, отступая от подошедшей тирады. А внутри вспыхивало глумливое счастье. Создать нечто превосходное и неповторимое... нижнее бельё для Леди. Разве может быть что-то более захватывающее для кутюрье замка Болхейм?