Глава 7: Развилка. (6)

Шикотсумяку (屍骨脈, «Пульс мертвой кости»): «Генетическая способность (Кеккей Генкай), уникальная для клана Кагуя. Шикотсумяку позволяет пользователю по желанию манипулировать своей костной структурой. Это включает в себя создание, изменение и использование костей в качестве оружия, выдвигая их из тела или применяя в бою как смертоносные инструменты.» В самом сердце чащи, замаскированная естественным покровом мха, стояла временная база — строение из темного дерева, укрепленное корой с нанесенными печатями и бумажными стенами, прошитыми чакрой. Снаружи двое шиноби в плащах двигались с отработанной точностью. Один проверял и раскладывал вооружение на столе, застеленном свитками: кунаи, сенбоны, взрывные печати и нити чакры были разложены в строгом порядке. Другой прикреплял свитки с донесениями к лапе ястреба. Внезапно, без малейшего звука шагов, из-за деревьев появилось некое присутствие. Воздух едва заметно всколыхнулся, и оба дежурных шиноби скользнули взглядом вправо. Из теней вышла фигура в глухом черном плаще, с белыми волосами до плеч и чистой фарфорово-белой маской на лице. Оба шиноби выпрямились и коротко, резко кивнули, отступая в сторону и освобождая дорогу. Человек в маске уверенно прошел через поляну, и тишину нарушал лишь едва слышный скрип его сапог по земле. Он подошел к самому большому строению в центре лагеря, защищенному двумя ловушками и детекторами чакры, искусно замаскированными под висячие амулеты. Остановившись перед дверью, он постучал дважды, а затем еще один раз. Грубый голос ответил почти мгновенно: — Входи. Он вошел, слегка склонив голову в знак уважения. Внутри комната была погружена в полумрак, освещаемая лишь парой фонарей и красным отблеском настенного монитора чакры. Воздух был пропитан запахом чернил, стали и едва уловимым ароматом крови. В дальнем конце сидел Забуза Момочи, держа в одной руке свернутый свиток, а в другой — потертый отчет. Он поднял голову, и его акульи глаза сузились. — Командир Забуза, — произнес беловолосый спокойным, приглушенным маской голосом, снимая плащ. Забуза хмыкнул, откладывая свиток. — Седьмой, ты принес деньги от Гато? — Отрицательно, господин, — четко ответил Седьмой. Челюсть Забузы напряглась. — В чем проблема? Седьмой ответил без задержки: — Гато отказывается платить, пока цель не будет ликвидирована. Он утверждает, что мостостроитель всё еще жив. Согласно нашей политике в отношении клиентов низшего звена, я воздержался от применения смертоносной силы или принуждения. Забуза слегка откинулся назад, шумно выдыхая через нос. — Всё еще жив? Я послал Сто Двадцать Пятого и Сто Двадцать Шестого. Они были уровня полувторого ранга. Кто, черт возьми, охраняет этого старика? — Команда генинов из Конохи, — сказал Седьмой, сделав шаг вперед. — Однако джонин, возглавляющий их, не просто кто-то посторонний. Разведка подтверждает, что это Какаши Хатаке, обладатель Шарингана. Забуза моргнул, его пальцы чуть сильнее сжали отчет. Прежде чем он заговорил снова, повисла тяжелая тишина. — Значит... Хатаке ввязался в это, — пробормотал он, прищурившись. — Ну конечно. Это объясняет провал. Он медленно поднялся, разминая спину, и подошел к стене, отодвинув занавеску. Там показался длинный оружейный футляр, в котором покоился его Кубикирибочо. Когда он откинул защелку, лезвие тускло блеснуло в полумраке. — Тогда нам придется потребовать больше денег, — холодно произнес он. — Какаши стоит недешево. Мысли Забузы лихорадочно работали. Хатаке Какаши... ниндзя времен Третьей войны, сын Белого Клыка, гений, прошедший подготовку в АНБУ. Его пальцы почти рассеянно коснулись кромки лезвия. Забуза отогнал лишние мысли и произнес вслух: — У нас нет времени на промедление. Либо Гато заплатит по новому тарифу, либо мы сольем информацию о том, что он нанял нас, каждому Даймё в окрестных странах. Седьмой медленно кивнул. — Мне передать это ему лично? — Нет, — ответил Забуза. — Пошли вместо себя Номера 043. Он более... убедителен на словах. — Забуза подошел к тактической карте на столе, указывая на несколько отмеченных позиций. — А пока начинайте подготовку к развертыванию. Нам придется разобраться с ситуацией самим. Мне нужна скрытая транспортировка и поддержка Шестого вдоль южных берегов реки после того, как он вернется из сектора 12. Седьмой коротко поклонился, сохраняя ровный голос. — Будет исполнено. Когда Седьмой покинул комнату, Забуза погрузился в раздумья. «Смертельно устал от этой дешевой наемничьей работы, а теперь еще приходится возиться с элитным джонином. Если бы этот ублюдок присылал нам деньги чаще, мне бы не пришлось самому искать средства на содержание конфликта в Стране Травы... эх, ладно, мне не помешает немного практики, вся эта стратегическая чушь уже сводит меня с ума...» . . . Маленькая деревянная лодка бесшумно скользила по спокойной глади океана, весло ритмично погружалось в воду с негромким всплеском. Мужчина на веслах в соломенной шляпе, похожей на шляпу Тазуны, негромко кряхтел при каждом гребке; его движения были отработанными и методичными. Туман стоял густой, окутывая всё вокруг белым безмолвием уже в нескольких метрах от лодки. Внутри лодки атмосфера была напряженной, но тихой. Какаши Хатаке сидел на носу, сканируя горизонт своим единственным видимым глазом. Тазуна, ссутулившись и настороженно озираясь, крепко сжимал бутылку, время от времени поглядывая то на Какаши, то на мальчика рядом с ним. Взгляд Саске был прикован к туману впереди. Его поза оставалась спокойной. Темные глаза почти не моргали. Тишина затянулась, пока лодочник наконец не заговорил низким и серьезным голосом. — Мы скоро прибудем в Страну Волн. Никто не ответил. Через несколько минут показались очертания моста. С краев свисали заржавевшие леса. Лодка прошла под арочным туннелем, где тени стали еще гуще. Когда они достигли берега и ступили на влажную землю, Тазуна поправил свой рюкзак. Его сапоги слегка погружались в грязь. Группа вышла на поляну, окруженную узловатыми деревьями и тростником, который едва колыхался в безветренном воздухе. Внезапно Какаши и Саске замерли. Между ними прошел едва уловимый сигнал — безмолвная сосредоточенность. За ними наблюдали. Взгляд Какаши метнулся в сторону, встречаясь с глазами Саске. Тот едва заметно кивнул. Он тоже это почувствовал. Высоко в ветвях деревьев, скрытые за искривленными стволами и клочьями тумана, неподвижно стояли двое. Один был крупным и мускулистым, с массивным клинком за спиной, который невозможно было не узнать. Рядом с ним молча застыла бледная фигура. — Команда из двух человек? — мысли Забузы Момочи закрутились, пока он наблюдал за сценой внизу. — Необычно. Мальчишка не любитель, но он в лучшем случае уровня чунина. Один из нас задержит Какаши... другой устранит строителя и пацана. Затем сходимся. Никаких хвостов. Коротким кивком Забуза подал сигнал. Слова были не нужны. Одним резким движением он потянулся к огромному мечу за спиной, сорвал его и швырнул сквозь туман, словно снаряд. Меч рассек пелену со свистом и устремился прямо к голове Тазуны. Но Саске уже был в движении. Мальчик действовал с предельной легкостью: он схватил Тазуну за воротник и резко дернул вниз. Меч распорол воздух над ними и с оглушительным треском вонзился в дерево позади, срезав лишь самый кончик соломенной шляпы старика. В мгновение ока на рукояти застрявшего меча появилась фигура — Забуза сидел на оружии, пригнувшись, как зверь над добычей. Он смотрел на них с мрачным весельем. Какаши шагнул вперед, держа руки на виду. Он выглядел расслабленным, но от него исходило смертоносное намерение. — Забуза Момочи, — ровно произнес Какаши, — Демон Скрытого Тумана. Губы Забузы под маской изогнулись в усмешке. Он спрыгнул вниз, вырывая меч, и приземлился с глухим ударом, от которого задрожала грязь вокруг. — Хатаке Какаши, Копирующий Ниндзя, — ответил Забуза. — Из уважения к твоей репутации я упрощу задачу: отдай мне старика, и вы с пацаном уйдете целыми. Какаши сначала ничего не ответил. Затем медленным движением он поднял повязку, открывая кроваво-красный глаз — его Шаринган уже начал вращаться. Но его голос был еще холоднее, чем взгляд. — Забуза... как ты связан с организацией, известной как «Епископы»? Это заставило мечника замереть. Он вскинул бровь. — Епископы? — с усмешкой повторил Забуза. — Никогда о них не слышал. Забуза сложил одну печать. Туман сгустился так быстро и плотно, что через секунду видимость упала до нуля. Деревья, небо и даже земля растворились в белой пустоте. Влажный воздух давил на кожу, поглощая все звуки, словно вакуум. — Саске, защищай—! — начал Какаши, но не закончил. Инстинкты взревели. Он пригнулся и ушел в сторону в самый последний момент, потому что в следующую секунду позади него возникла бледная фигура. Из руки незнакомца, подобно лезвию, торчала кость. Она рассекла пространство, где мгновение назад была голова Какаши, издав свист, как сталь по бумаге. Кимимаро стоял там с неизменным выражением лица, даже когда Какаши в прыжке перевернулся в воздухе и приземлился в десяти футах от него. — А вот и второй, — пробормотал Какаши, полностью сконцентрировавшись. — Этот ассасин тоже не из обычных. Крик Тазуны разорвал туманное напряжение. — А-А-А-А-А-А-А-А! Я СЕЙЧАС УМРУ! — вопил он, панически размахивая руками, пока железная хватка Саске не давала ему дать деру. Саске, не выпуская воротника Тазуны, сохранял спокойствие. — Господин Тазуна, держитесь крепче. Сейчас будет... много движения. Прежде чем старик успел осознать смысл слов, чудовищный клинок прорезал туман с яростным свистом — обезглавливающий меч Забузы Момочи. Воздух затрещал от скорости и жажды убийства. Массивный меч прошел меньше чем в дюйме от них, чисто разрезая туман и обнажая свирепый силуэт Забузы с горящими глазами. Саске присел, увлекая Тазуну за собой, словно легкую куклу. Кромка лезвия пронеслась над самыми головами. Вспышка — и Забуза снова исчез. — Сзади, — буркнул Саске, уже находясь в движении. Забуза возник, как фантом, нанося рубящий удар сверху вниз с неумолимой силой. Саске сделал сальто назад, упершись ногами в грудь Тазуны, чтобы вытолкнуть того из опасной зоны. Тазуна закричал, летя в воздухе, его плащ хлопал, как флаг. Он приблизился к краю тумана, но вместо того чтобы вылететь из него, врезался в невидимый барьер. БУМ. — А-А-А-А! Старик закричал, когда его плечо ударилось обо что-то твердое, как камень. Купол тумана едва заметно мерцал. — Моя вина, — пробормотал Саске, легко приземляясь позади него. Он развернулся, выхватывая Кацураги одним плавным движением. В ту же секунду, когда Забуза замахнулся для повторного удара, клинок Саске перехватил его. Искры брызнули, когда сталь столкнулась со сталью. Звук эхом разнесся в тумане, пока их взгляды встретились. Забуза оскалился. — Ты кто такой, сопляк, раз так уворачиваешься от моих атак?! Его мысли кричали громче голоса: «Что это за ребенок, черт возьми?! Как он умудряется уклоняться в этом тумане? Это додзюцу? Нет... глаза выглядят обычно... Погоди... только не говори мне, что он сражается на одних инстинктах? Такая скорость реакции... этот малец как минимум уровня полупервого ранга. А может и выше.» Их клинки столкнулись снова. Сталь бушевала между ними в крещендо света и металла. Затем оба разорвали дистанцию, приземлившись на противоположных сторонах поля боя. Туман клубился у их ног, словно живой дым. — Ты — Забуза Момочи, — произнес Саске тоном, который оставался раздражающе невозмутимым. — Один из Семи Мечников Тумана. Он улыбнулся. — Я как раз хотел испытать себя против настоящего противника. Так что, будь любезен... — Он слегка наклонил голову. — Не умри слишком быстро. С этими словами вспыхнул Шаринган. Три томоэ закружились в каждом его глазу, словно алые водовороты смерти. Забуза прищурился. «Эти глаза... Шаринган?! Но... разве клан Учиха не был истреблен? Кто этот пацан? Неужели это Итачи Учиха, убийца клана?! Нет, слишком молод.» Тем временем— Какаши вскинул кунай, высекая искры при столкновении с зазубренным костяным клинком из локтевой кости, проросшим из запястья Кимимаро. Скрежет кости о сталь разнесся над скользкой поверхностью моста. Какаши тут же нанес резкий удар коленом в бок противника, но почувствовал, что нога наткнулась на что-то неестественно твердое. Грудная клетка мальчика выдвинулась наружу прямо во время удара — веер из гладкой белой кости сработал как естественный доспех. Удар достиг цели, но отдача была болезненной. Даже не вздрогнул, — осознал Какаши, легко приземляясь и отступая. — Кеккей Генкай... Кимимаро не ответил. Он никогда не отвечал. Его ледяные глаза впились в глаза Какаши. Лицо оставалось пустым и непроницаемым, будто Какаши не стоил даже тени эмоций. Следом последовала низкая круговая подсечка — быстрая и четкая. Нога Кимимаро описала дугу, словно коса, а кости торчали из голени, как зазубренные лезвия. Какаши подпрыгнул, перевернувшись в воздухе, и обрушил вниз ладонь, заряженную молнией. Треск! Техника достигла цели, по мосту разнесся гром и посыпались искры. Грудь Кимимаро задымилась от удара, но его тело даже не пошатнулось. Он не кряхтел. Он не шелохнулся. Его ступни всё так же плотно стояли на камне, будто он поглотил чакру напрямую в костную структуру. — Ни единого вздрагивания... — пробормотал Какаши, приземлившись в нескольких метрах и осторожно заходя на круг. — Из чего, черт возьми, сделано это тело? Затем воздух изменился. Позвоночник Кимимаро неестественно изогнулся — позвонки вырвались наружу, превращаясь в костяной хлыст, вращающийся с такой скоростью, что он завыл в тумане. Какаши пригнулся, перекатываясь в сторону под режущей дугой, но позвонки разнесли перила позади него, словно мокрую бумагу. Он приземлился на корточки, его руки замелькали в вихре печатей. — Стихия Земли: Земляная Стена! Каменная баррикада выросла перед ним, но Кимимаро уже был в прыжке. ХРУСТЬ. Стена содрогнулась, когда шипы из бедренных костей пробили ее насквозь, словно снаряды из слоновой кости. Один из них пролетел мимо уха Какаши, распоров маску на щеке. Слишком близко. Какаши сделал сальто назад под непрекращающимся градом ударов, каждый из которых сопровождался звуком костей, прорывающих плоть. Очередное копье из запястья. Удар ребром. Вращающийся локоть, превратившийся в сверло. Какаши блокировал кунаем, отклонял удары плечевых костей, но каждый следующий выпад становился всё быстрее и точнее. Какаши нырнул под удар ладонью и увидел, как пять заточенных костей пальцев выстреливают вперед. Он извернулся, но одна задела плечо, в клочья разрывая жилет. Он ответил быстрым локтем и ударом ноги в живот Кимимаро— —и из голени высунулась очередная кость. Какаши едва успел отдернуть ногу. Острие шипа задело колено, оставив тонкую красную полосу. Он тяжело приземлился и проскользил назад по влажному камню. Никаких слепых зон. У него кости прорываются из каждой конечности... Очередной удар позвоночного хлыста рассек воздух, целясь в горло. Какаши пригнулся, перекатился вперед и, используя инерцию, прилепил взрывную печать на спину врага. БУМ! Взрыв немного отбросил Кимимаро. В воздухе повисла костяная пыль. Кимимаро стоял на месте. Половина его груди была обнажена, открывая сетку из закаленной костяной брони. Мелкие трещины покрывали ключицу, но он даже не взглянул на повреждения. Он просто наклонил голову. Руки Какаши снова замелькали — «Стихия Огня: Техника Цветов Феникса!» — и маленькие, быстрые огненные снаряды полетели вперед по непредсказуемым траекториям. Кимимаро лавировал, его кости слегка смещались, то защищая, то поглощая удары. Несколько языков пламени лизнули его рукава и волосы. Удар ребром в апперкот, сформированный из лезвий пястных костей. Удар с разворота, при котором три кости лодыжки вытянулись, как серпы. Какаши парировал, блокировал, уклонялся, но каждый раз очередной шип задевал его. Появились неглубокие порезы на бедре, предплечье, линии челюсти. Очередной взмах позвоночника. Какаши перехватил его кунаем и отвел в сторону, уперся пяткой в плечо Кимимаро и оттолкнулся, чтобы разорвать дистанцию. Он перевернулся в воздухе и приземлился в двадцати метрах. Затем он медленно перевел взгляд на другую сторону поля боя. К Саске. Его чакра вспыхнула на мгновение. — Прости, Саске, тебе придется продержаться еще немного. . . . Точка зрения Саске: Воспоминание. Один год назад. Обычный послеобеденный час в Академии. Голос Ируки-сенсея слабо отдавался в ушах. — Итак, класс свободен! Не забудьте повторить печати трансформации на этих выходных! Как только он закончил, вся комната превратилась в хаос из скрипящих стульев, смеха и торопливых шагов. Все были такими шумными. Такими... обычными. Дети собирались с возбужденными криками, предвкушая поход за раменом, игры или пустую болтовню. Ничто из этого не имело для меня значения. Я продолжал сидеть. Я спокойно собрал свои бумаги, аккуратно сложил их и убрал в сумку. Одну за другой я сложил книги, застегнул ремешок и встал, закидывая рюкзак на плечо. Когда я повернулся к двери, то услышал голос позади. — Эй! Саске! — Это был Наруто. Я остановился, но не обернулся. — Пойдем поедим рамена или типа того? Я помолчал секунду. Затем буркнул: — Нет. Мои шаги эхом отдавались в коридоре. Но проходя мимо двери, я уловил окончание следующего диалога. Снова Наруто: — Эй, Киётака — а ты что скажешь? Ответ Киётаки был лишен эмоций: — Я занят. Ну конечно. Солнце на улице уже клонилось к закату. Теплый ветерок гулял по деревне, принося запах жареного мяса и свежего дерева. Но меня не интересовали ни ужин, ни уют. Мой путь лежал налево, затем направо. Ноги сами знали дорогу. Я шел домой. И сегодня была пятница. А это значило: Специальная Тренировка. С тех пор как Третий Хокаге поручил Какаши Хатаке приглядывать за мной издалека, Киётака адаптировался. Он всегда адаптировался. «Мы продолжим тренировки, — сказал он мне. — Просто будем... более скрытными». Так родились Специальные Тренировки. Я толкнул дверь своего дома. Зайдя в гостиную, я поставил сумку под центральный стол. Затем присел и отодвинул мебель в сторону. Под ней была половица чуть тоньше остальных. Я ухватился за край и осторожно приподнял ее. Щелчок. Под деревом лежал свиток, запечатанный особым маркером с чакрой, который мог активировать только я. Я прижал ладонь к нему, выпуская шепоток чакры в печать. Фьють. Порыв воздуха. Зрение на мгновение затуманилось, и вот я уже стою внутри одного из «Спортивных залов», как он их называет. Огромный серый купол из армированного камня, тускло освещенный фонарями с чакрой. Воздух был сухим и неподвижным. Вдоль изогнутых стен тянулись полки и стойки с оружием — от катан и копий до незнакомых, жестоких инструментов, имитирующих вооружение других стран. Я не знал, где Киётака всё это достал. И не спрашивал. Секунду спустя рядом возник бесшумный силуэт — его тоже телепортировало. Киётака не поздоровался. Не спросил, как прошел мой день. Он прошел прямо к стене с оружием и взял массивный топор из темной стали. Его лезвие было выщерблено в трех местах. Баланс смещен. — Враг этой недели, — холодно произнес он. — Скрытый Камень. АНБУ. Топор. Стихия Земли. Злой. Подавленное раздражение. Высокомерие. И всё. Больше он ничего не объяснял. В этом не было нужды. Я коротко кивнул. Так это и работало. Каждую пятницу он создавал нового врага — психологическую и стратегическую симуляцию. Он вел себя как они, сражался как они, двигался как они. А я должен был выжить. Было всего два правила. Он мог использовать только то, что озвучил. И ему было разрешено убить меня. Конечно... что бы я ни делал, я никогда не мог убить его. Это было частью игры. Частью урока. Учись сражаться с противником, который превосходит тебя во всем. Выживай. Адаптируйся. Побеждай. Я шагнул вперед и закрыл глаза, делая вдох. — Хорошо, — пробормотал я. Мир вокруг исчез. Я больше не видел Киётаку самим собой. Его тело размылось, и активировалось дзюцу трансформации. Передо мной стояла фигура в маске и полном снаряжении АНБУ Скрытого Камня. Он сжимал топор обеими руками. Его стойка была широкой, грубой, яростной. Мои мысли мгновенно обострились, и зазвучали голоса: Мужчина, примерно 25 лет. Рост около 175 сантиметров, вес около 60 килограммов. Эмблема Скрытого Камня частично скрыта, но это однозначно АНБУ. Психологический профиль: нестабилен. Скрытая враждебность прорывается в каждом движении. То, как он сжимает топор — слишком крепко. Это не боевая готовность. Это фрустрация. Подавленная, но опасно близкая к взрыву. В его позе сквозит высокомерие, но не то, что добыто опытом — это эго, маскирующее неуверенность. Физиологические признаки подтверждают это: зрачки расширены, дыхание неглубокое, но частое, контроль чакры нестабилен — едва скрывает дрожь. Повышенный пульс указывает на гиперкардию. Легкие подергивания мышц челюсти и предплечий... либо гнев, либо страх. Скорее всего, и то и другое. Чакра Стихии Земли скапливается в основании позвоночника. Готовится укрепиться или начать штурм. Предсказуемо. Шиноби Камня всегда полагаются на грубую защиту и подавляющую силу. Этот топор — третья категория по весу и профилю лезвия — выглядит скорее церемониальным, чем практичным. Судя по его стойке, ему не хватает точности. Оружие для устрашения, а не для эффективности. Прогноз: в течение следующих 60 секунд растущие эмоции дестабилизируют поток чакры и снизят координацию на 80–90%. Тогда он либо совершит импульсивный поступок... либо заколеблется. И то и другое можно использовать. Тактический вывод: достаточно Шарингана низкого уровня. Обезоружить и нейтрализовать без травм. Не трать энергию. Он уже рассыпается. Мои глаза распахнулись. Шаринган пришел в движение. Мы начали. Конец воспоминания. . . . Возвращение в настоящее: Я закрываю глаза, мир вокруг размывается, и вот я снова в той каменной комнате. Вариант только один: убей или будешь убит. Голоса становятся громче: Мужчина. Примерный возраст: от 25 до 29 лет. Рост около 183 сантиметров. Телосложение плотное, созданное для силы и коротких рывков. Личность подтверждена: Забуза Момочи — бывший мечник Скрытого Тумана, классифицирован как нукенин. Известен как Демон Скрытого Тумана. Психологический профиль: не поддается обычному анализу. Нет видимых признаков эмоционального напряжения. Дыхание ровное. Пульс под контролем. Ни одного лишнего движения. Это не подавленная фрустрация или эго — это тишина, ставшая оружием. Сигнатура чакры слабая, почти неуловимая. Намеренная техника подавления... методология Бесшумного Убийства. Он уже визуализировал каждую возможную точку поражения на этой местности. Каждый мой вдох для него — информация. Оружие: Кубикирибочо. Нулевая категория. Не просто для устрашения — он смертоносен с ним. Хват одной рукой показывает полное родство с мечом. Это продолжение его воли. Никаких колебаний при переносе веса, никакого дисбаланса. Физиологическое состояние: холодная точность. Зрачки сужены, не расширены. Это значит, что нет выброса адреналина — нет эмоциональных искажений. Он не злится. Он охотится. Прямое столкновение без тактического преимущества — ошибка. Фронтальная атака 1 на 1 гарантирует вероятность травмы 40% или выше, даже с активным Шаринганом. Его опыт в боях не на жизнь, а на смерть превосходит большинство шиноби. Прогноз: Он будет провоцировать на движение тишиной. Ждать оплошности. Затем отсечет угрозу. Единственная лазейка — нарушение видимости. Его собственное оружие полагается на восприятие и углы. В ту секунду, когда он перестанет «чувствовать» мое дыхание, он потеряет контроль над темпом. Вывод: Не вступай в бой на его условиях. Контролируй местность. Сбей ритм. Шаринган обязателен — нелетальные варианты минимальны. Я снова открыл глаза в тот самый миг, когда лезвие Кубикирибочо вертикально опускалось к моей правой ключице. Повернув корпус и выполнив полный разворот на левой ноге, я сместил тело на три градуса с линии атаки, чтобы избежать прямого контакта. Сталь прошла вплотную — слышно, но безрезультатно. Цель, скорректировав движение без задержки, перешла к горизонтальному последующему удару на уровне головы. Я втянул шею, отклоняя верхнюю часть тела назад под углом 17 градусов. Оружие прошло в четырех сантиметрах от моего лба — недостаточно для нанесения поверхностных повреждений. Заметив временную дестабилизацию опоры цели из-за избыточного вращения, я провел низкую подсечку, нацеленную на заднюю часть его опорной ноги. Сила удара была рассчитана на то, чтобы нарушить целостность стойки, намеренно избегая перелома большеберцовой кости. Внезапный скачок давления позади меня указал на перемещение — вертикальное сжатие чакры, характерное для бесшумной походки стиля Тумана. Без визуального подтверждения я поднял правое колено по обратной дуге, перехватывая приближающуюся массу в середине атаки. Последовало звуковое подтверждение попадания — мягкие ткани и сжатие трахеи. Тело цели отпрянуло. Забуза мгновенно вернулся в бой. Кубикирибочо начал тяжелый диагональный замах, инерция которого была ускорена вращательным моментом бедер. Я ответил парированием вверх — одной рукой, усиленной молнией. Вибрация отклонила сталь. Искры брызнули из точки контакта. Он продолжил наступление. Я сохранял минимум движений — каждый шаг был рассчитан на уменьшение потери на трение. Наши клинки сталкивались в быстрой последовательности. Уловив фронтальный рывок, я резко вдохнул. В середине движения я выдохнул — активируя Стихию Огня: Дуга Пламенного Потока. Пламя вырвалось из моих губ по изогнутой траектории, назад и вниз, прикрывая мою слепую зону. Забуза среагировал всплеском чакры воды, возводя Гидрокупол высокого давления для защиты от горения. Пар хлынул из зон контакта. Пока он был на мгновение скрыт, я перенаправил чакру в правую ладонь. Треск суставов. Фрикционное зажигание. Поток Чидори. Горизонтальный разряд молнии вырвался из моей руки — линейная траектория, быстрое расширение. Забуза сместился влево, уклонившись менее чем на 20 сантиметров. Однако электрический поток был заранее запрограммирован на изгиб. Когда он пролетал мимо, я изменил его полярность печатью ладони. Разряд изогнулся, переориентируясь в воздухе. Он соединился снова — ударив в правое плечо цели как раз в тот момент, когда тот начал прыжок. Столкновение дестабилизировало вектор его прыжка. Инерция пропала. Тело распалось на жидкость. Клон. Вода разлетелась по полю боя, испаряясь по краям. Вторичный всплеск зафиксирован позади меня — угол и скорость идентичны первоначальному шаблону атаки. Он использовал повторение, чтобы вызвать усталость распознавания шаблонов. Я развернулся, чтобы встретить удар — Кубикирибочо снова опускался вниз. Я скорректировал хват — чакра укрепила кромку клинка. Сталь встретилась со сталью. Он мгновенно разорвал дистанцию, пытаясь уйти вертикально вверх. Траектория: 65° вверх, скорость увеличивается за счет водного ускорения. Попытка отступления, а не смены позиции. Недостаточно. В течение 0.3 секунды я преодолел расстояние в воздухе и появился над ним. Клинок направлен вниз. . . . Что здесь, черт возьми, происходит? Забуза Момочи, Демон Скрытого Тумана, стиснул зубы, пока летели искры. Он не отстает. Нет... Он делает больше. В этом Учихе было что-то не так. Не только Шаринган, не только скорость. Сама аура. Холодная. Аналитическая. Эти Шаринганы... Они читают всё. Он корректирует свою работу ног, стойку, даже его гребаное дыхание в реальном времени. Что это за фрик—? Забуза хмыкнул, разрывая клинч и скользя назад по влажной лесной почве. Но Саске не был напуган. Ему было любопытно. — Тц, — сплюнул Забуза. — Посмотрим, как ты справишься с этим. В мгновение ока вода вздыбилась под его ногами. Два клона вырвались из влажной земли и бросились к Саске. Стандартный финт: занять сопляка спереди, пока сам он бесшумно зайдет с тыла. Его шаги были шепотом, его клинок нацелился на открытую шею Саске. Вот и всё. Он никак не может этого предвидеть. Меч Забузы двигался по выверенным, отработанным дугам — идеальный тайминг, идеальная тишина. Но в следующую секунду— Мир замер. Зрачки Забузы сузились до точек. Перед собой — нет, в своем разуме — он увидел это: его собственная отрубленная голова летит вперед, глаза широко распахнуты от шока, рот открыт в безмолвном крике. Его тело рухнуло, безжизненное. Он не просто увидел это — он почувствовал. Холодную сталь, потерю крови, неподвижность. Голос взвыл из глубин его инстинкта выживания. УХОДИ ИЛИ УМРИ. Меч Забузы замер в дюйме от шеи Саске. Он бросил атаку, собрав каждую каплю чакры, которую смог направить в ноги, и прыгнул назад — до того момента, как вспышка чистой синей чакры рассекла воздух. ХРУСТЬ. Тонкий, чистый разрез прошел сквозь пространство, которое он только что занимал. Его массивный меч был разрублен ровно пополам. Верхняя часть взлетела в воздух, звякнула и упала мертвым грузом на лесную подстилку. Он приземлился на одно колено, тяжело дыша. Его тело била дрожь. Это была не просто жажда убийства. Это была... смерть. Я видел ее. Чувствовал. Моя шея до сих пор холодная. Рука Забузы дрожала, когда он смотрел на сломанную рукоять в своей ладони. Меч, который разрубал деревья как масло, перерублен пополам, как дешевый кунай. Мальчик стоял там, где Забуза пытался его убить — расслабленный, с легкой ухмылкой на губах. — Кажется, мой меч хотел убить тебя сильнее. Челюсть Забузы сжалась. Его глаза расширились. Пришло осознание — а вместе с ним и страх. — Т-ты... тебя тренировал Первый?! Мальчик наклонил голову. — Хм? Саске был немного озадачен. Но Забуза больше не видел Саске. Он видел Его. «Нет-нет-нет. Этого не может быть. Если этот мальчишка связан с Первым и узнает, что я продавал свои навыки и организацию наемникам и отребью с черного рынка ради денег, мне конец. Нет — нам всем конец.» Сердце Забузы колотилось в ушах. Он сделал выбор в долю секунды. Отступаем. Сейчас же. К черту Гато. Забуза прикусил палец, прихлопнул ладонью по промокшему дереву под собой и начал быстро плести серию печатей. Бык → Лошадь → Овца → Дракон → Кабан → Собака → Тигр. Кимимаро, заметив всплеск чакры своего господина, молча кивнул и прыгнул назад к краю купола. Переворачиваясь в воздухе и втягивая кости обратно в руки, он бросил единственный взгляд на Какаши — глаза были холодными, но полными уважения. — В следующий раз, — произнес он ровным, непоколебимым голосом, — Хатаке Какаши. Затем он исчез в деревьях, его длинные белые волосы промелькнули в тумане, как знамя. Какаши едва успел выпрямиться, прежде чем почувствовал это — колоссальное давление, раздувающееся над поверхностью воды. Голос Забузы проревел над полем боя, подобно грому. — Стихия Воды: Техника Великого Водопада — ВОЛНА ЦУНАМИ! Температура воздуха упала на несколько градусов, когда океан повиновался своему господину. Стена воды высотой почти в десять метров поднялась из моря за спиной Забузы. Это была не волна — это была жидкая гора, живая и извивающаяся от его чакры. — Какаши. Уходи. — Тц. Саске обернулся, снова подхватил Тазуну за пояс и быстро сложил печать. — Стихия Огня: Техника Скрытия в Пепле. Он выдохнул резкую струю перегретого воздуха в землю — испаряя часть влажной почвы и поднимая облако пепла и дыма. Волна обрушилась вниз. ГРРРРРРРА-А-А-А-А-Х-Х-Х-Х!! Вода взорвалась по всему полю боя. Деревья трещали и ломались. Камни разлетались вдребезги. Вся береговая линия изменилась, поглощенная мощью потока. А затем наступила тишина. Осталось лишь шипение бурлящей воды и далекие крики чаек.