Часть 13. Секретарь Его Величества

Ламао выходила из приемной Императора - вот уже несколько недель, как она получила чин “талантливой супруги” и приступила к  работе в качестве одного из секретарей Его Величества.  К этому привели пара писем достопочтенному отцу с обеспокоенностью о безопасности во Внутреннем дворе, рассказами о неудачах на поприще наложницы Императора и заинтересованностью в продолжении образования. А также обезоруживающая преданность, которую девушка проявляла  по отношению к Гекуе. Императрица переживала не лучшие времена.  Несмотря на то, что сыну Лихуа становилось лучше, настроения при дворе были мрачными. Фракция, которая желала бы видеть следующим наследником другого принца, то и дело кружила вокруг трона Императора. Поэтому западной принцессе нужен был союзник, который мог бы стать ее глазами и ушами в коридорах, по которым бродили чиновники. -Госпожа, уже уходите?  Ламао обернулась. Перед ней стоял младший помощник Главного секретаря. На самом деле он был его сыном и явно метил на должность, которая досталась Ламао. Сама мысль о том, что дочь стратега, женщина, заняла его место, приводило мужчину в ярость. С самого первого дня он бросал в ее адрес колкие, но завуалированные замечания. Правда, недовольным ее назначением был не он один.  -Я выполнила все поручения от Главного секретаря. Кажется, он хотел, чтобы я закончила эти дела за месяц, но, как-то так вышло, что мне удалось со всем справиться еще до обеда, - Ламао хлопнула пару раз глазами, изображая крайнюю степень наивности. Наверное, именно такой в его понимании должна была быть расфуфыренная кукла из гарема. На лбу мужчины выступила жилка.  Первые дни на посту секретаря Императора девушка поразила всех ленивых чинуш: она проявляла невероятную работоспособность, смекалку и цепкость. Как была уязвлена гордость тех, кто поначалу относился к ней пренебрежительно, медленно произнося слова, будто считая, что говорят с умалишенной. Двор снова захлестнули сплетни о чудаковатости семейства Кан. А ее прозвище “паучиха” теперь было страшным ругательством не только в разговорах наложниц, но и в кулуарных беседах чиновников. Они косились на нее, но вслух почти никто не осмеливался выказать неуважение: в первую очередь из-за стратега, во вторую - из-за той уже поистине дурной репутации, которую она приобретала из-за слухов и пересудов.  -А вы ждете, когда Главный секретарь позовет вас носить за собой свитки из Священного Хранилища Императора? - продолжила разговор Ламао.  -Это почтенная обязанность, - надулся он, словно индюк от собственное гордости, не замечая иронии в словах девушки. -  Даже увидеть его - настоящий дар Богов, который дано вкусить не всем. Бездарный и напыщенный, только мелкое прислуживание своему отцу и было его достижением.  Девушка хмыкнула и, не удостоив его ни мгновением своего внимание, прошла мимо. Ее ждали поистине важные дела.   Ламао направлялась в лазарет. Прошло уже несколько недель, когда Маомао отдала ей ключ от картотеки, очередная услуга за услугу по поиску “бабочки”. Но новая работа и визиты к Гекуе отбирали много времени и сил. Сегодня девушка закончила дела пораньше и выведала, что Ломень еще какое-то время будет занят обходом наложниц. Вероятно, вместо него кто-то дежурит, но провести этого человека явно будет легче, чем мудрого лекаря. Девушка открыла дверь и огляделась. Ну конечно, Яо. Сославшись на намерение увидеть дедушку, Ламао вызвалась подождать. В воздухе повисло неловкое молчание.  -В прошлый раз мы почти не успели поговорить. Хочу спросить только одно, как твой дядя узнал ? Мой брат поступил ужасно, - Ламао изобразила возмущение. Яо внимательно посмотрела на девушку, будто изучая. Выдержав паузу, она ответила: -Кто-то отослал дяде мои письма к Лахану. -Не может быть! - воскликнула Ламао. - Мог ли это быть Лахан? Я вытяну из него всю душу! -Не думаю, что это он. Лахан бывает странным, но он не мог так поступить, - девушка с сожалением опустила глаза.  Все еще влюблена в него, вот же наивная Ламао приблизилась к Яо и с участием взяла ее за руку. Та внезапно вздрогнула, но руку не убрала. -Я разберусь с этой ситуацией. Я считаю моим долгом восстановить твое доброе имя, - продолжила Ламао, внимательно вглядываясь в глаза собеседницы. Верит или нет? Лицо Яо смягчилось. Она кивнула и вернулась дальше к своим делам - продолжила подсчитывать лекарства и травы, которые были в лазарете.  -Тебе нравится твоя работа? - спросила Ламао.  Девушка на мгновения задумалась, вглядываясь в очередной пузырек.  -Календула, - прочитала она надпись и, горько вздохнув, отставила пузырек, будто он был виноват во всех ее бедах. - Я совсем не привыкла жить такой жизнью, а большинство названий, тем мне абсолютно непонятны. Я рада быть полезной, но, кажется, медицина это не совсем мое.  -Так займись чем-нибудь другим! - воскликнула Ламао.  Девушка горько усмехнулась.  -Ламао, это для тебя все так просто. Ты такая храбрая, всегда знаешь куда идешь, следуешь против правил. Хотя ты такая…. пугающая, - она робко посмотрела на девушку исподлобья. - но при этом я всегда восхищалась тобой.  Ламао смутилась. Такие чувства редко посещали ее, но, вероятно, в глубине души, она всегда хотела услышать их от такой, как Яо. Она воплощала то, кем Ламао никак не могла стать - благородной дамой от рождения, воспитанной в безопасности,  с серебряной ложкой во рту.  Она отмахнулась от этих мыслей и резко сменила тему, так, будто не слышала слов Яо.  -А теперь мне нужна твоя помощь. Императрица просила занести травы от мигрени, больно мучается. Неизвестно, когда Ломень придет, а Ее Величество просила быстрее. Ты пойди, научи служанок, как заваривать нужно.  Атмосфера, неожиданно потеплевшая, тут же снова стала ледяной. Яо кивнула, закончила свое занятие и, больше ничего не сказав, вышла из лазарета. Дождавшись, когда дверь за ней захлопнется, Ламао подошла к шкафу, где находились записи о состоянии здоровья наложниц. Вот уж время только потратила с ней Она прокрутила ключ, и замок тут же поддался. Внутри было много свитков, благо, все они были хорошо отсортированы. Девушка стала искать. ”А-Дуо”, “ Анши”..  Ламао быстро перебирала пальцами свитки, но нужных среди них не было. Девушка уже стала подозревать, что среди них может не быть нужных ей, как вдруг:  -А-Дуо! -воскликнула девушка.  Убрав свиток в складки одежды, девушка продолжила поиск. Ей нужна была Вдовствующая Императрица. Но свитков с ее именем не было. Внезапно за дверьми послышались приближающиеся шаги. Девушка моментально захлопнула двери шкафчика и вставила ключ в замок.  В то же мгновение дверь открылась. Ламао вжалась спиной в шкаф, закрывая собой замочную скважину. Она аккуратно завела руку за спину, дотянувшись до ключа.  -Дедушка ! - с чувством выпалила она, проворачивая ключ за спиной.  Ломень с интересом посмотрел на нее и на шкаф сзади.  -Мао, неужели пришла проведать? - он медленно зашагал к столу, чтобы положить свои медицинские принадлежности.  Ламао даже пропустила мимо ушей ненавистное ее же имя без иероглифа Ла, так как в этот момент старалась как можно тише вытащить ключ.  -Да! Как давно мы с тобой не беседовали! - она избирала повышенные интонации, чтобы заглушить звук своего копошения. -Будешь чай? - спросил Ломень.  Ламао подумала, что это была прекрасная возможность, чтобы окончательно вытащить ключ, так как кухня находилась в соседней комнате.  -С радостью.  Как только он скрылся в проеме, Ламао, наконец, завершила свое дело и присела за стол. Отказываться было бы подозрительно.  -Рад, что ты решила продолжить учебу, - произнес Ломень, возвращаясь с двумя чашками ароматного чая.  Ламао почувствовала странное чувство ностальгии, будто она вернулась в далекое прошлое. Мягкий голос Ломеня действовал на нее успокаивающее, так, будто она была дома. Девушка попыталась стряхнуть с себя это ощущение.  -Это поможет мне занять место во Дворе, - Ламао отпила чай.  Чабрец. Как в детстве -Возвышение может сулить как большие возможности, так и большие опасности.  -Я не боюсь опасности, - девушка ощутила, что ее голос звучал немного ребячливо.  Пытаюсь что-то доказать ? Ломень мягко коснулся плеча своей внучки. В этом жесте было много теплого, отеческого. Возможно, он один во всем мире мог заставить ее чувствовать вину, сожаление и потребность в чужом тепле.  Что со мной сегодня ?  -Ты с детства пытаешься одна выстоять против всего мира, Мао.  Он долго посмотрел на нее своими светлыми, почти полупрозрачными голубыми глазами. Может ли он знать? В голове уродливыми картинками проплывало прошлое. —--- Ей пять лет. Они играют с Маомао в догонялки. Старая Карга разрешила побегать по саду, так как клиентов почти не было, и они никому не могли помешать своими возгласами. Но где же сестра? Девочка позвала раз, два. В ответ лишь тишина и легкое покачивание веток от теплого летнего ветра.  Неприятное, скользкое чувство разливается в груди девочки. Ноги сами ведут в самую дальнюю часть двора, к пристройке. Дверь слегка приоткрыта. Из нее доносятся звуки - всхлипы ребенка и невнятное бормотание. Девочка медленно приближается, окунаясь в неизведанное. Перед ее глазами двое посреди комнаты. Эта Женщина, страшная тень бывшей Куртизанки и ее сестра - малышка Маомао. В  ее глазах - ужас, когда женщина держит ее ладонь с оттопыренным мизинцем. В глазах женщины - пустота. В руках - нож.  -Отойди от нее, - Ламао пугается собственного голоса. Он холодный, равнодушный, совсем не такой, какой, по ее мнению, должен быть сейчас, когда она смотрит в лицо перепуганной Маомао.  Женщина от неожиданности роняет нож и выпускает руку ее сестры. Та без оглядки выбегает из пристройки, в то время как женщина оседает на пол, закрывая лицо руками. Прошло ли мгновение или вечность, когда куртизанка снова поднимает изможденное лицо. Ее глаза совершенно пустые, где -то в глубине в них плещется лишь отчаяние.  -Ты тоже подойдешь, - произносит женщина  отстраненно.  Ее взгляд как будто насквозь скользит по полу, по всей видимости, в поисках ножа.  -Куда он.. где он…  В момент она останавливается. На ее лице - осознание, она смотрит на девочку, в руках которой - нож, подобранный с пола. Ламао безмолвно разворачивается и выходит из постройки.  —------ Ламао шумно встала из-за стола. После того дня все изменилось. Она узнала, что Эта Женщина из пристройки - ее родная мать, а то, что она пыталась сделать - старинное и уродливое проклятие с лишением части мизинца. Вконец обезумев, она хотела наказать их отца.  В тот день Ламао спрятала нож в тайник и поклялась, что никогда не даст себя или свою сестру в обиду. Но что-то изменилось в ней по отношению к  Маомао: она винила ее за слабость. Хотя, со стороны, никто не мог бы назвать ее сестру слабой - девочка была исключительно умной, бесстрашной, построившей броню между ней и миром. Такая же как Ламао. Почти. Маомао бесстрашно глотала яды и проводила эксперименты над собой. Но этим она и ограничивалась. Никогда не поступала как должно. Их всегда защищала Ламао, потому что она могла переступить черту. Однажды одна из наложниц, Марико, сдала Карге сестер, которые подпольно продавали наложницам масло роз. Та высекла их до кровавых ссадин на спине. На следующий день Марико почти на месяц слегла от неизвестного недуга, отдаленно напоминавшим отравление ядом. Тогда Маомао осуждающе посмотрела на Ламао, но так ни разу не сказала ей ничего про этот случай.  Изменилось отношение и к Этой Женщине, Фэнсян. Та тоже хотела выжить в этом мире, пробить себе дорогу наверх, со дна, в котором родилась. В этом ее не стоит винить. Но что не могла простить ей Ламао так это то, что та проиграла. Она не повторит ее участи.  Девушка подошла к двери, и, задержавшись всего на мгновение, вышла прочь. —- Ламао пораньше отослала служанок и осталась одна за письменным столом.  Свиток, который она забрала из лазарета, описывал историю беременности  А-Дуо, одной из первых наложниц действующего Императора. Судя по записям, вынашивание ребенка проходило без осложнений. Но роды были достаточно сложными, так как ребенок был достаточно крупным.  Ламао вспомнила женщину, которую, видела во время банкета. Сейчас А-Дуо было около сорока лет, она была достаточно высокой, выше среднестатистической девушки, статная, выражающая силу и здоровье. Но когда она рожала, то была более юной, поэтому, предположительно, могли быть сложности.  В записях отмечалось, что А-дуо вовремя не удалось оказать надлежащей помощи.  Ламао задумалась, как такое могло получиться. Первый ребенок будущего императора и такая халатность.  Девушка припомнила историю действующей императорской семьи.  Точно, Вдовствующая Императрица и наложница А-Дуо рожали в один день Событие было настолько выдающимся, что в столице закатили настоящий праздник: город был украшен цветами и фонариками, а все питейные заведения ломились от простого люда. Во всяком случае, так об этом рассказывали.  Видимо, докторов не хватало из-за нового закона, введенного Матерью-Императрицей, который гласил, что врачами во Внутреннем дворе должны быть исключительно евнухи. И выбор сделали в сторону Анши, на тот момент действующей, ныне вдовствующей императрицы.  Несмотря на это, ребенок родился достаточно крупным и здоровым, но вот для матери роды стали роковыми - А-Дуо больше не могла иметь детей.  После родов записи были достаточно путаными и излагались совершенно в другом стиле, будто в них стало меньше медицины и больше - традиционных, ритуальных практик. Ламао едва продиралась сквозь слишком поэтичный и туманный стиль изложения. Их писал уже другой человек, не тот, кто вел наблюдение раньше. Ламао сверила почерк, чтобы удостовериться в своей догадке. Действительно, иероглифы были менее изящными и более расслабленными.  Это уже писал не Ломень Ее двоюродный дедушка был хорош даже в письме - точность, собранность и структура.  Ламао читала дальше, но ничего не могла найти подходящего. А-Дуо много отдыхала после родов, лежала, питалась по особой диете, которая, даже по меркам не сведующей глубоко в медицине Ламао, казалась неподходящей для женщины, которая пережила сложные роды: курица с соусом из кунжутного масла и рисовая водка, приправленная имбирем. Ламао знала, что в традиционной медицине  эти блюда считались “теплыми” и должны были помочь ослабленной женщине, но в случае с А-Дуо, это могло только ей навредить.  Были также редкие записи о малыше - над ним тоже проводились разные суеверные обряды. С самого рождения мальчика облачали в старую одежду его ближайших родственников. Чтобы Дитя впитало жизненные соки рода Ламао потерла виски и решила оставить это на завтра. —-------- Следующее утро немало удивило Ламао.  Первым необычным событием стал ее двоюродный братец Лахан. Он появился на пороге кабинета.  -Дорогая сестра, - его глаза растянулись в хитром прищуре.  Ну что ж, подыграем -Дорогой братец, - невозмутимо ответила девушка. - Что тебя сподвигло к столь приятному визиту?  Он прошел в глубь кабинета и уселся на небольшой скамейке. -Наш высокопочтенный отец получил письмо. Явная провокация, но впечатление оно  произвело.  Он сделал паузу.  - В письме неизвестные тонко намекали на непростой период престолонаследия и выражали крайнее беспокойство, что он, Кан Лакан, не выказал никакой поддержки ни одной фракции.  Ламао вся превратилась во внимание.  -А он, как никто, должен помнить, откуда началась его карьера.  -Намекали на Западные земли? - тотчас же продолжила Ламао.  -Верно.  -И что дальше?  -Да собственно ничего. Только кулон, который был приложен к письму. Именно он и произвел впечатления на отца.  -Этот кулон принадлежит той, о ком я думаю?  Ламао знала только одного человека, пропажа которого могла бы вызвать в стратеге столько чувств. Возможно, она могла бы тоже войти в этот короткий список.  -Маомао похитили прямо из-под носа императорской стражи? Она умеет развлекаться.  -Как будто намек слишком грубый? Император ни за что не поверит, что это дело рук Императрицы, - продолжила Ламао после некоторой паузы. -Это очевидно. Но письмо не было какой-то большой тайной. Оно было доставлено так небрежно, что, видимо, прошло через несколько рук, прежде чем попасть к отцу. Руки, как понимаешь, там были заинтересованные.  - А есть ли вести от господина Джинши и его компании?  Лахан пожал плечами.  - Ты явно ведешь какую-то игру, притворяясь верной Гекуе, поэтому хотел предупредить тебя.  Он встал со скамейки и направился к двери.  -Кто -то отослал письма Яо ее дяде. Ты знал, что ее послали учиться из-за этого на придворную даму? - окликнула его Ламао. Лахан обернулся. Он внимательно посмотрел на девушку и усмехнулся:  -Ты достигла своей цели, да? -Не понимаю, о чем ты, - бесцветно ответила Ламао. - Если это не ты, то проведи расследование и узнай, кто из слуг мог это сделать.  Лахан закатил глаза и вышел из комнаты. —---- Прошло несколько дней с визита Лахана. Девушка сидела в кабинете и, делая вид что работает, в который раз изучала свиток с медицинской историей А - Дуо. Ей казалось, что она ходит по кругу, упуская что-то, что лежит перед ее самыми глазами. Внезапно за дверью послышались какие-то шаги и громкие голоса. Ламао осторожно подошла к двери и прислушалась.  -Как можно быть таким болваном и уснуть во время аудиенции Императора! Ламао узнала голос Главного секретаря и его сына. Девушка усмехнулась. После той их перепалки в коридоре она заметила, что он стал вести себя крайне странно. Видно, что ей удалось уязвить гордость, которая и так была растоптана. Парень то и дело пытался выслужиться, показать себя, но получалось все невпопад. Это раздражало Главного Секретаря. Оставалось только подтолкнуть его к ту пропасть, куда он сам себя загнал.  После письма Джинши Император приказал выяснить все, что было известно о Лотосе.  Главный секретарь прошерстил все Хранилище и хотел дать сыну возможность вместе с ним выступить с докладом перед Императором. Но случилась незадача - мужчина уснул прямо во время аудиенции. Судя по его ответам отцу всему виной была утомительная работа, но Ламао знала, что всему виной была ее рука, дрогнувшая утром у его чашки с чаем. Несколько доз смеси, которую она взяла из лазарета для госпожи Гекуе.  -Ты просто позор на мою голову! Завтра же отправишься к матери! - вскричал Главный секретарь, поставив последнюю точку в этом разговоре.  На следующий день сын Главного секретаря снова встретился в коридоре с Ламао. Он покидал пост на неопределенный срок. Девушка иронично поклонилась ему, но мужчина лишь злобно посмотрел  в ответ.  В этот же день она уже шла с Главным секретарем в Священное Хранилище и выслушивала его причитания о непутевом сыне.  - Был такой крошка, мы даже думали, что он не приживется: слабый, хиленький, не то что его братья, которые рождались огроменными и крепкими. Мы его еле отходили, надевали рубашки братьев. Благо, сработал обряд.  Ламао слушала в поллуха, но последняя фраза старика показались ей знакомыми. Она не была хорошо сведуща в обрядах и ритуалах, так как Ломень придерживался западной медицине, далекой от суеверий. Точно, в медицинских записях госпожи А-Дуо -А что за обряд такой? -Да как же вы не знаете госпожа? Если недоношенный, хиленький рождается, совсем крошка, то надо надеть что-то из одежды родни, чтобы впитать их силу и здоровье. Девушка вспомнила, что лекарь, который наблюдал А-Дуо после рождения ребенка тоже говорил об этом обряде. Внезапно ум Ламао поразило простое озарение. Как же она не видела этого раньше ? Ломень писал, что малыш родился крупным и здоровым. Зачем тогда понадобился этот обряд? Поспешно заменив Ломеня и будучи явно некомпетентным, он мог даже не прочитать то, что врач, принимавший роды, писал о ребенке. Ламао ахнула. Вот она, зацепка, которая еще раз подтверждала ее догадку: Лунный принц мог быть настоящим сыном А - Дуо, а, следовательно, истинным наследником. Но для верности это нужно доказать и со стороны медицинской карты другой женщины, рожавшей в этот день - Вдовствующей Императрицы, Анши. Девушка и Главный секретарь подошли к Священному Хранилищу.  -Господин, а правда, что здесь находятся все документы о членах Императорской семьи?