Глава 4. Контрольные прокаты

      Утро в день прокатов было у Антона очень добрым, ведь сегодня можно официально пропустить школу, которая успела надоесть за пару недель. Хоть он и был в первом классе, но домашнее задание им задавали каждый день. А после тренировок хотелось прийти домой и упасть в кровать, но никак не садиться за стол и писать какие-то палочки или закорючки в прописи. Конечно Антошка старался, в его тетрадке всегда стояли штампики со словом «Отлично!», но у него это отнимало очень много сил.       Уже в 7 утра, они находились в раздевалке ледового дворца. Многие мальчики катали программы на контрольных прокатах в своей обычной спортивной одежде. Но Антон захотел катать программу в новом костюме. На нём не было слишком много страз, чтоб не бросалось в глаза, но при этом он очень сочетался с музыкой программы и подходил самому Антону.       Стартовые номера были определены дистанционно и отправлены тренерам в сообщениях. Антон в списках был 7, что радовало, ведь было время собраться с силами и посмотреть прокаты других детей. Начались прокаты, первых 6 человек пригласили на разминку. Антон стоял рядом с отцом у бортика, ведь он был во второй разминке и наблюдал за своими одногруппниками, которые вышли на лёд. А именно Сережа и Марк. — Тош, а чего мы стоим, ворон ловим? Мне что ли сейчас на лёд выходить и программу катать? Я то выйду и откатаю, но к сожалению делать это тебе надо. Так что давай шуруй разминайся. Пять кругов легко бегом вокруг льда, потом возле меня вот тут встаешь и разминаешься, я буду следить. - с ноткой строгости в голосе произнес тренер и отвернулся ко льду, так как к нему подъехал Марк, чтобы обсудить некоторые моменты в программе. Антон всегда считал, что разминаться и уставать перед программой не правильно, ведь потом ты уставший выходишь на прокат. Но ослушаться отца он точно не мог, поэтому побежал вокруг арены, оббегая людей, ходящих туда сюда и фотографов, которые настраивали свои камеры, стоя возле бортов. Пробежав все 5 кругов, он остановился за спиной у отца и начал делать классическую разминку, начиная с головы, заканчивая ногами. Потом прыгнул на полу пару раз двойной сальхов, его любимый прыжок, который стабильно получался всегда и встал рядом с отцом. — Пап, мне холодно… — Холодно говоришь? Ты же тут разминался стоял, как тебе может быть холодно? Марк и Сергей уже выступили, осталось два человека до начала твоей разминки, можешь идти коньки надевать — Арсений снял с себя пиджак и заботливо повесил его на плечи сына, оставаясь в одной белой рубашке. Он легонько похлопал его по спине и подтолкнул в сторону раздевалки, направляясь следом. В раздевалке творилась суматоха. Мамаши мальчиков бегали вокруг своих сыновей, заботясь больше всего о их внешнем виде. Антон же прошел к своему месту и сел, начиная туго зашнуровывать коньки и сверху замотал шнуровку скотчем, чтоб точно ничего не развязалось. Арсений всё это время стоял рядом, облокотившись одним боком о стену. Он понимал насколько важна сыну его поддержка в данный момент и во время соревнований старался находится с ним постоянно, чтоб Антошка не накрутил себя дурными мыслями в одиночестве. Как тренер он понимал, что должен быть рядом с каждым учеником и не выделять кого-то одного. Но как отец он больше всего переживал за сына, хоть никогда и никому не покажет этого.

***

— На шестиминутную разминку приглашается вторая группа! — по всей арене разнесся очень громкий голос из колонки и после чего включили какую-то популярную музыку. Но мальчику уже было не до этого. Он выехал на лёд и быстро начал раскатываться и распрыгиваться, ведь времени на разминку мало, а после разминки он выступает первый. На третью минуту разминки он начинает пробовать прыжки. Антон начинает со своего коронного двойного сальхова, идеально исполняя его. Потом он попробовал прыгнуть аксель и упал с него. Он поднялся и попробовал снова, но опять падение. А у него в программе стояло два каскада с акселем. Он потерянно поднялся со льда и подъехал к отцу. — Антон, что с акселем? Ты аксель прыгать разучился? У тебя два акселя стоит! На полу ты его сегодня прыгал хорошо, сейчас что? Давай иди разомни вращения. В прокате будешь ориентироваться по ощущениям. Если первый аксель не сделаешь, на второй не надо заходить. Лучше замени каскад сальхов аксель на сальхов риттбергер. Антон потерянным взглядом смотрел в уверенные глаза отца и лишь кивнул на все его слова, отъезжая подальше от борта и начиная делать вращения, которые сегодня получались очень хорошо. — Шестиминутная разминка окончена, просим всех участников покинуть лёд. - передали через колонку и все мальчики поехали на выход, кроме Антона. Он подъехал к борту, где стоял тренер и вложил свои маленькие, холодные ладошки в теплые руки отца, которые приятно согревали его. Они пересеклись взглядами и Арсений заговорил уже не голосом строгого тренера, а настраивающим тоном. — Тош, делай как на тренировке. Это не соревнования, за местом не гонимся, но стараемся откатать чисто. По поводу акселя не переживай. Делать ты его умеешь, отбрось лишние мысли, тело помнит. Давай, ты сильный, всё сделаешь отлично, как всегда. – Арсений отпустил руки сына и протянул ему две ладошки, открытые вверх. Антон с улыбкой хлопнул по ладоням отца и под представление комментатора, поехал в центр льда, еще раз ощущая лед и прыгая перекидной. — На лёд приглашается Антон Попов, тренер Арсений Сергеевич Попов. Антон встал в начальную позу и замер, прислушиваясь к стуку своего сердца и началу мелодии. Началась музыка и Антон начал программу. Первый каскад и аксель получился хоть и без падения, но недокрученный. Во втором каскаде Антон рисковать не стал, он прыгнул каскад двойной сальхов - двойной риттбергер, который получался у него довольно стабильно и всю оставшуюся часть программы он катал эмоционально, цепляя взглядом судей и заряжая весь зал энергетикой. Он запыхался, останавливаясь в конечной позе и под аплодисменты сделал поклон, выезжая в объятия отца. — Мой ты умница. Тош, хвалю! Сегодня мне очень понравился твой прокат. По поводу акселя будем разбираться что у тебя сегодня с ним не так. Остальные прыжки очень хорошие, молодец что рисковать не стал на втором каскаде. Беги в раздевалку, вечером посмотрим распечатку дома, там если захочешь, обсудим все недочеты. Если нет, настаивать не буду, довольно чистый прокат был. Антон засунул руки в рукава кофты, которую отец заботливо держал для него. Потом взялся за его предплечье и надел чехлы на лезвия. После чего взял со скамейки свою салфетницу и убежал в раздевалку переодеваться. Дома обсудить результаты проката так и не удалось. Ведь после пережитого стресса Антон уснул прям в машине. Арсению стало жалко будить сына, поэтому он на руках занес спящего фигуриста в дом и уложил в кровать, накрывая одеялом.