Часть 1

Лежа на кровати, девушка лениво листала ленту Инстаграма, уже почти проваливаясь в сон, как вдруг дверь резко распахнулась, и в комнату ворвались соседки. — То есть, по Невермору сейчас бродит зомби, которого воскресил твой брат?! — как всегда истерично выкрикнула блондинка, едва переводя дыхание. — Да. И нам нужно найти его, пока он не совершил ещё одно убийство, — спокойно и холодно ответила девочка-гот, даже не моргнув. Эстер жила с ними всего месяц, но не проявляла ни малейшего интереса ни к их жизни, ни к их проблемам. Слушать по ночам стук клавиш пишущей машинки Уэнсдей или ждать на улице, пока Энид налобзается со своим новым бойфрендом, её дико раздражало. Поэтому она была уверена: в них нет ничего интересного. Но этот разговор заставил её напрячь слух. — Уэнсдей, я уже безумно устала от постоянной ерунды, которая тянется за тобой! — завопила Энид и закрыла лицо руками. В её эмоциональности было что-то изнуряющее. — Я и не просила тебя о помощи, если ты не заметила, — отрезала Уэнсдей, закидывая вещи в маленький чёрный рюкзак. Атмосфера в комнате быстро накалялась. Эстер отложила телефон, поднялась с кровати и выпрямилась. — Хочешь, я помогу? — твёрдо сказала она. Вечер всё равно обещал быть скучным, а за окном уже начинал накрапывать дождь — её любимая погода. Белокурая волчица тут же вскипела, и Эстер устало закатила глаза. — Нет! Уэнсдей моя подруга, а не твоя! Я должна ей помогать, а не ты! Эстер уже готова была огрызнуться, но Уэнсдей её перебила. — Эстер пойдёт со мной. Твоя эмоциональность в лесу — лишняя. К тому же, если рядом с ним Хайд, он тебя сразу учует. А Эстер ещё не обратилась. — Собрав всё необходимое, Аддамс встала, подошла ближе и, словно вспомнив о вежливости, сухо добавила: — Извини, если задела. Да уж. Не смотря на возраст, Эстер до сих пор не обратилась в полноценного оборотня. Даже Энид, считавшая себя поздней, прошла через это на год раньше. Ужас. — Ничего, — отозвалась Эстер, натянуто улыбнувшись. Скрестив руки на груди, она скользнула взглядом с одной соседки на другую. — Ну так идём? — Идём. Но думаю, тебе стоит переодеться. Я подожду у главного входа, — сказала Уэнсдей и вышла, не оборачиваясь. Её холодное поведение бесило, но, по крайней мере, лучше, чем бесконечные истерики Энид. Эстер подошла к шкафу. На улице было прохладно, но горячая волчья кровь позволяла ей спокойно гулять зимой хоть в шортах. Не заморачиваясь, она надела узкие чёрные джинсы и такую же футболку, обнажив бледные руки, исполосованные чёрными рисунками. — Я думаю, дело в твоих татуировках, — подала голос Энид, всё ещё сидя на кровати. — Возможно, именно они мешают тебе обратиться. Эстер поджала губы, с трудом сдерживая обидный ответ. — Может быть. А может, и нет. А может, это вообще не твоё дело, — бросила она и собрала длинные чёрно-белые волосы в высокий хвост. — Эти татуировки — память. И они касаются только меня. Натянув массивные берцы, девушка быстрым шагом вышла, захлопнув за собой дверь. Выросшая среди десяти братьев, она не отличалась ни мягкостью, ни покладистым характером. Поэтому друзей в Неверморе у неё так и не появилось. Стая оборотней её отталкивала шумом и глупостью, а из остальных изгоев никто не вызывал интереса: гаргоны — слишком далекие, вампиры — заносчивые, остальные и вовсе казались отбросами. Спустившись вниз, Эстер увидела Уэнсдей у входа. Та стояла абсолютно неподвижно, словно статуя. Казалось, даже не дышала. По спине Эстер пробежал холодок. — Ну наконец-то, — сухо произнесла Аддамс. — Я уж думала, вы там разорвали друг друга и придётся решать, где вас похоронить. Кстати, сегодня полнолуние. Даже ты можешь чувствовать себя странно, не говоря уже о Энид. Ах да. Как она могла забыть? А,точно,полная луна никогда не действовала на неё так, как на других. Её с детства учили держать себя в руках, и теперь полнолуние ощущалось только как обострение чувств — слуха, зрения, обоняния. Но порой это было скорее проклятьем, чем даром. Иначе чем она объяснит то что слышать чужие лабзания за стенкой среди ночи,это лишь  Обостренный слух,а не длинный нос. Выйдя на улицу, они сразу попали под холодный дождь. Капли промочили одежду до нитки, но Эстер лишь счастливо встряхнулась, наслаждаясь свежестью. — Пусть ты и не обращена, ведёшь себя как собака, — заметила Уэнсдей, не отрывая взгляда от дороги. — Не стоит считать себя умнее всех. И уж точно не лезь в чужие дела, — буркнула Эстер, смахивая капли с лица. — Волчьи способности проявляются не только в полном обращении. Обе понимали: спорить бессмысленно. Они были слишком похожи — язвительные, умные, упрямые. Примерно через двадцать минут молчаливой ходьбы лес накрыл их тишиной. Только дождь барабанил по листве. Но Эстер нахмурилась: запахи были почти полностью перебиты влагой. — Я ничего не чувствую, кроме дождя. Как мы будем искать его, если тут невозможно учуять хоть что-то? — Это усложнит задачу. Но искать придётся. Только береги голову. Разделимся, — спокойно сказала Уэнсдей и ушла вперёд, оставив Эстер одну. — Разделимся?.. — прошептала та, ошарашенно глядя ей вслед. — С ума сошла. Но, несмотря на соблазн развернуться и вернуться в тепло, что-то всё же тянуло её вперёд. Промокшая насквозь, она шла все дальше в глубь леса бурча себе под нос что нужно было все таки обратно,так бы уже сладко спала в теплой кроватке. Слипшиеся от ливня волосы липли к шее,создавая плотный узел что начинал душить,Эстер м так и по жизни не везет,и умереть задохнувшись от собственных волос это уже слишком. Она остановилась и поправила их но тут же заметила боковым зрением движение. Инстинкт сработал мгновенно: на пальцах выскочили длинные когти. Девушка затаилась, прислушиваясь. И вдруг ладонь пронзила жгучая боль. Эстер вскрикнула и посмотрела на руку. Тонкий шрам, что тянулся от запястья к пальцам с самого её рождения, вдруг начал кровоточить. — Что за… — выдохнула она, стирая кровь, но она продолжала сочиться. Не успела она опомниться, как из леса выскочил Хайд и сбил её с ног. Его тяжёлое тело навалилось сверху, когтистая лапа поднялась над её лицом. Эстер не успела даже закричать. Но удар так и не последовал. Монстр вдруг резко отпрянул назад. Задыхаясь, Эстер поднялась и тут же замерла. Рядом с чудовищем стоял человек. Сквозь ливень она успела разглядеть худого мужчину с тёмными кудрявыми волосами и горящими карими глазами. Он улыбнулся и, словно играя, помахал ей рукой. На его ладони блеснул шрам. Точно такой же, как у неё. Эстер застыла, не в силах отвести взгляда. Дождь барабанил по листве, стучал по её плечам, но она не чувствовала холода — всё внимание было приковано к незнакомцу. Он стоял в нескольких шагах от неё, и даже Хайд рядом казался приручённым зверем, ожидающим приказа. Мужчина не спешил нападать, лишь чуть склонил голову набок, изучая её. Сердце Эстер бешено колотилось. Она машинально прижала кровоточащую ладонь к груди, будто пытаясь спрятать её от чужого взгляда. — Кто ты?.. — вырвалось у неё шёпотом, едва слышно сквозь шум дождя. Мужчина усмехнулся, и это движение показалось ей пугающе знакомым, будто она видела его лицо в зеркале, только в другом возрасте, в другой жизни. — Ты правда не помнишь? — его голос прозвучал низко и мягко, но в нём ощущалась угроза. — Мы с тобой — связаны дорогая.Две половины одной истории. Эстер едва удержалась, чтобы не отступить назад. Лес вокруг словно сжался, тени стали гуще. — Ложь, — процедила она, но голос дрогнул. — Я тебя не знаю. — Ошибаешься,— он поднял руку, демонстрируя свой шрам. Кровь на нём сверкала в свете молний. — Мы связаны сильнее, чем ты думаешь. У Эстер закружилась голова. Шрам пульсировал, боль будто с каждой секундой становилась невыносимей. Её колени подогнулись, но она стиснула зубы и удержалась. — Убирайся из моей головы, — выкрикнула она, хотя он даже не сделал шага.  Хайд рядом зарычал, словно подтверждая слова мужчины. Но тот лишь снова улыбнулся — спокойно, слишком спокойно для того, кто управляет чудовищем. — Скоро сама поймёшь. Сопротивляться бесполезно. Эстер почувствовала, как по коже пробежал холод. Но вместе с этим в груди закипела злость. Она не позволит никому — ни стае, ни соседкам, ни этому чужаку — управлять её жизнью. Она распрямилась, когти на пальцах блеснули в свете молнии. — Попробуй, — прошипела она, — и я вырву тебе сердце. Мужчина тихо рассмеялся — и в следующее мгновение исчез вместе с Хайдом, словно растворившись в дождливом воздухе. Оставшись одна, Эстер рухнула на колени, прижимая руку к груди. Шрам продолжал кровоточить, и ей казалось, что в этой крови кроется ответ. Эстер тяжело дышала, колени упирались в мокрую землю, кровь из ладони смешивалась с дождём и стекала тёмными разводами на траву. Всё тело дрожало — от холода, боли и злости одновременно. Шрам горел, будто в него вживили раскалённое железо. Каждый удар сердца отзывался в ране гулким эхом. Что это было?.. Почему он..? Мысли путались, и только одна оставалась слишком яркой,кто он такой? Вдруг за спиной раздался сухой, уверенный голос: — Ты выглядишь так, будто тебя переехала карета с трупами. Эстер вздрогнула и резко обернулась. Уэнсдей стояла всего в нескольких метрах, как всегда — прямая, неподвижная, с холодным выражением лица. Дождь стекал по её чёрным косам, но, казалось, она вообще не замечала сырости. — Где ты была?! — сорвалась Эстер, вскакивая на ноги. Голос её дрожал, и от этого она разозлилась ещё сильнее. — Я чуть не сдохла, пока ты… пока ты шаталась одна! — Ты ещё жива. Значит, всё прошло лучше, чем могло, — невозмутимо заметила Аддамс и шагнула ближе. Её взгляд скользнул к окровавленной руке. — Шрам. Тебя ранили? Эстер прижала ладонь к груди, словно защищая её даже от взгляда соседки. — Это не твоё дело. — Сомневаюсь— поправила Уэнсдей. В её голосе не было ни капли осуждения, но эта холодная уверенность выводила из себя ещё больше. — Я видела следы. Здесь был Хайд. Но он не тронул тебя. Почему? Эстер замялась. Внутри всё сопротивлялось — она не собиралась делиться с этой чёртовой готичкой тем, что увидела. Но образ мужчины с теми же глазами и тем же шрамом врезался в память, и от этого становилось только страшнее. — Он… он знал меня, — выдохнула она наконец. — Или думал, что знает. — Интересно, — глаза Уэнсдей чуть сузились. — И что он сказал? Эстер стиснула зубы, ярость смешалась со страхом. — Что мы… что мы связаны, — слова застревали в горле. –и говорил это не Хайд,кто то был с ним. Тишина между ними повисла тяжёлой паузой. Даже дождь будто стал тише. — Значит, дело серьёзнее, чем я думала, — спокойно произнесла Уэнсдей. — Пойдём. Нам нужно проверить кое-что в архивах Невермора. — Ты собираешься тащить меня в свои расследования? — рявкнула Эстер, но голос её предательски дрогнул. — Ты сама уже в них втянута, нравится тебе это или нет, — бесстрастно отрезала Аддамс и направилась к выходу из леса. Эстер стояла несколько секунд, тяжело дыша, сжимая кровоточащую ладонь. Внутри всё кричало, что лучше сбежать, забыть, спрятаться… Но что-то другое, более сильное, тянуло её за Уэнсдей. Она выругалась сквозь зубы и пошла следом.