14

— Мерлин, да он такой упрямый! — взвизгнула Лили, поправляя пакет с покупками. — Представь, сказал, что я слишком много времени трачу на учебу! А сам ночами в пабах сидит.   — Ну, может, ревнует? — хихикнула Джемма. — Зато мой вчера два часа ждал под дождём у «Трёх мётел», пока я болтала с подругами. Такой милый.   — Угу, — протянула Пэнси, закатывая глаза. — Милый до тошноты. Девчонки дружно засмеялись, поправляя пакеты и шагая по мосту к замку.   — А ты, Селин? — неожиданно спросила Джемма, прищурившись. — Ну не томи уже. Ты же теперь с Тео, все видят, как он на тебя смотрит. Селин чуть смутилась, отвела взгляд.   — Мы… — она замялась, — мы просто хорошо ладим.   — «Просто ладим»? — прыснула Паркинсон. — Да он смотрит на тебя так, будто готов разорвать каждого, кто подойдёт ближе. Говорят, Дафна кусает локти. Щёки Селин запылали. Она хотела что-то ответить, но тут шум впереди заставил всех обернуться. Возле ворот Хогвартса собралась толпа студентов. Гул голосов, возбужденные крики. Девушки переглянулись и поспешили ближе. Селин услышала первые слова, и ее сердце сжалось.   — Забини… Нотт… Не веря своим ушам, она протолкалась сквозь плечи и рюкзаки и увидела их. Блейз с кровавым взглядом ударил Тео кулаком по носу. Щёлкнул хруст. Тео отшатнулся, но в следующую секунду с силой впечатывал Забини в землю, удерживая за шкирку, прижимая лицом к камням. Толпа ахнула.   — Какая к тебе, чёрту, разница, какие у нас были отношения с ней?! — выкрикнул Блейз, захлёбываясь злостью. Тео фыркнул, вытирая кровь с носа тыльной стороной ладони. Голос его был низким, гулким, опасным.   — Разница в том, что ты, твою мать, оставляешь на девушке синяки, будто она твоя собственность. Я видел её шею. И если ещё раз прикоснёшься к ней, клянусь, Блейз, я сломаю тебе руки.   — Ты охуел?! — выкрикнул Забини, дёргаясь под его хваткой. — У тебя была Дафна! Прекрасная девушка, лучшая! Но ты полез в чужую постель!   — Заткнись, — прошипел Тео, кровь тонкой струйкой текла из его носа. — Риверс никогда не была твоей. Еще раз тронешь её, и я тебя убью. У Селин сердце сжалось так, что стало трудно дышать. Слеза сорвалась и скатилась по щеке. В руках хрустнули пакеты, и всё содержимое с грохотом посыпалось на камни. Толпа ахнула. Оба парня замерли. Их взгляды, полные ярости, вдруг устремились на неё.   — Детка. — выдохнул Тео.   — Дорогая! — рявкнул Блейз. Она резко отшатнулась, повернулась и побежала. Бежала так, будто спасалась от пламени, которое горело за её спиной. Шум толпы, крики Тео и Блейза гнались за ней коридорами, но она не слушала, лишь быстрее неслась вперёд, пока не достигла своей комнаты. Риверс влетела в свою комнату, хлопнула дверью так, что стены задрожали, и наложила запирающее заклинание дрожащими руками. Лишь тогда позволила себе рухнуть на кровать. Подушка моментально пропиталась слезами, дыхание сбивалось в рыданиях. Что я натворила? В ушах снова и снова звучали крики. Удар. Хриплый голос Тео, полное злости лицо Блейза. И десятки глаз, смотрящих на неё. Её жизнь, которую она тщательно берегла в тайне, теперь лежала перед всеми как на ладони. Она свернулась клубком, прижимая ладони к лицу. Сердце колотилось так, что казалось вот-вот вырвется наружу. Было страшно, стыдно и мучительно больно.   — Детка, — вдруг раздалось за дверью. Она вздрогнула. Тео.   — Любимая, это я. Открой дверь. Его голос был низким, срывался, в нём слышалась усталость.     — Я не хочу, чтобы ты была одна. Я знаю, что это тяжело, но я рядом. — Он тихо постучал кулаком в дверь. — Я не уйду, пока ты не выслушаешь меня. Она крепче прижала подушку к себе, словно барьер.   — Я видел твои глаза, — продолжал он. — И клянусь, я больше никому не позволю причинить тебе боль. Ни ему, ни кому-либо другому. Слёзы снова хлынули. Она закрыла рот ладонью, лишь бы не выдать себя.   — Ты испугана. Но я… — пауза, глухой вдох. — Я люблю тебя, Риверс. Чёрт возьми, я люблю тебя. Уже давно. Она резко подняла голову, пропуская всхлип. Её сердце будто остановилось. Мир сжался до этих слов. И вдруг в коридоре послышались шаги. Потом знакомый, тяжёлый голос:   — Она не откроет тебе. Блейз. Селин похолодела.   — Закрой рот, Забини, — резко ответил Тео. — У тебя больше нет права быть рядом с ней.   — У меня? — Блейз усмехнулся, но в его голосе сквозила ярость. — Ты влез туда, куда не стоило. Я был с ней, когда тебя и в помине не было.   — Ты был с ней, когда оставлял синяки на её шее, — прорычал Тео.  Селин вскочила. Паника захлестнула, она боялась, что всё снова выльется в драку. Подбежала к двери, сорвала заклинание и распахнула её.   — Хватит! — голос сорвался. — Я больше не вынесу ваших драк! Оба резко повернулись к ней. Тео с пластырем на носу, глаза пылают гневом, но внутри забота. Блейз бледный, но всё ещё упрямо сжатый.   — Милая… — начал Блейз, но она перебила:   — Нет, Блейз. Ты причинил мне боль. И это не обсуждается. — голос её дрожал, но был твёрдым. — Я не хочу больше лгать, не хочу прятаться. Если у тебя есть что сказать — мы поговорим, но не сейчас. Завтра. На лице Блейза отразилось разочарование и что-то похожее на отчаяние. Он хотел возразить, но лишь стиснул челюсть и отступил.   — Ладно, — глухо сказал он. — Завтра. Он развернулся и ушёл, не оглядываясь. Тео всё это время стоял рядом, будто готовый вмешаться в любую секунду. Его взгляд был прикован только к ней.   — Можешь… зайти, — выдохнула Селин, отступая в комнату. Теодор закрыл за собой дверь. Она заметила пластырь на его носу, тонкую красную царапину на щеке. Её пальцы сами потянулись, но она вовремя остановилась.   — Тебе больно? — тихо спросила она.   — Глупости, — усмехнулся он. — Поверь, всё это стоило того. Она опустила глаза, сердце всё ещё билось, как сумасшедшее.   — Тео… ты правда сказал, что любишь меня? — её голос едва слышно дрогнул. Он подошёл ближе, в его взгляде не было ни тени сомнения.  — Да. Я люблю тебя, Селин. — Он взял её за руки. — Я знаю, что это не просто. Она посмотрела на него сквозь влажные ресницы. Впервые за весь день внутри стало чуть теплее.   — Я… не знаю, как с этим справиться, — честно призналась она. Тео улыбнулся мягко, по-настоящему.   — Мы справимся вместе.