Часть 4

Эльфы окружили носилки, с удивлением глядя на криво лежащую фигурку, покрытую слоем грязи. - Похороните с остальными, - вздохнул Элронд. - Но господин... она жива. Как в подтверждение, с носилок упала тонкая, серая от пыли рука и повисла в воздухе, подрагивая пальцами. Галадриель от неожиданности вздрогнула. - Как такое возможно? - пролепетал Леголас. - Она пролежала под завалами больше суток. - Сам не пойму, Ваше высочество, - у сержанта, похоже, было отличное настроение. - Там такое крошево, что когда мы увидели кисть руки, думали, что по частям будем доставать. Однако ж целая, теплая и дышит, хоть и слабо. Чуткие уши эльфийки уловили тревожный шепот от стоящий позади людей. Галадриель обернулась и увидела, что женщины как будто отшатнулись, некоторые даже тихонько пятятся, со страхом глядя на носилки и коротко переговариваясь. - Пилион, что они говорят? - резко спросила она. - Так это... не знаю... молятся, наверное, - всю прежнюю говорливость со швеца будто сдуло. Он переминался с ноги на ногу и старательно отводил глаза от носилок. - Кто она? - Галадриель была неумолима. Пилион пробормотал что-то на темном наречии. Женщины умолкли, кто-то скрестил пальцы, кто-то суетливо нащупывал обереги, иные просто застыли, как кролики перед змеей. - Не понимаю, это имя? - Ну как бы титул... Можно сказать, любимая игрушка. - Что? Какая еще игрушка? - Ну, любимая... - мужчина окончательно умолк, снова по привычке обняв себя за плечи и уткнувшись взглядом в землю. Понимание, наконец, пришло, и владычица Лориена с замиранием сердца подошла ближе. То же сделали и потрясенные эльфы. Некоторое время все молча рассматривали выжившую в Барад-Дуре. Под слоем грязи даже лицо не читалось. На черных щеках белели дорожки от слез, волосы сбились в комок. Одежды на ней не было, кроме тонкой золотой цепочки, сплетенной наподобие крупной рыболовной сети и обвивавшей все тело от плечей до пяток. На соединяющих узлах тускло из-под слоя пыли поблескивали драгоценные камни. Судя по телосложению, это была совсем юная девушка, почти ребенок: длинные худые руки и ноги, острые локти и коленки, маленькие треугольные груди и по-мальчишечьи узкие бедра. Что-то во всем происходящем было не так. И это странное чувство попытался сформулировать Элронд: - Это дитя впору пожалеть. Но почему же все местные ее так боятся? - Пилион! - чуть громче, чем следовало, крикнул Гимли. - Иди сюда, бездельник! И скажи нам, почему эту писявку все так боятся? Нам ее тоже стоит бояться? - Так это, господин... Нам же смотреть на нее нельзя. Кто посмотрит, того король-то наш того... Галадриель не удержала облегченный вздох и заметила, что всех так же отпустило напряжение. - Дурак ты, - рассмеялся Гимли, - нет больше твоего короля! - А, ну это... верно, господин. А кто теперь наш король будет? - Арагорн Элессар, государь Гондора, - торжественно провозгласил Леголас. - А вот, кстати, и он сам. Подъехал Арагорн, явно утомленный беседой со своими новыми подданными. Эомер чуть поотстал, на ходу отдавая распоряжения о подвозе провианта и питьевой воды для пострадавших. Элронд быстро рассказал гондорскому владыке о здешних обитательницах, тот согласился, что принцесс надо со всеми почестями отправить в родные земли, а по поводу принятия новых подданных из рабынь гарема тихонько застонал. - Друг мой, мы возьмем все хлопоты с ранеными на себя, - поспешил успокоить его Келеборн, - я уже отдал распоряжение о подготовке шатров врачевателей. - Мои целители также в вашем распоряжении, - добавил Трандуил. - А эту девочку отнесите в мой шатер, - обратилась Галадриель к солдатам с носилками. - И распорядитесь, чтобы ее отмыли и залечили раны. - Когда она придет в себя, пошли за мной, - попросил Элронд. - Надо ее как следует допросить. - И за мной, - вмешался Трандуил. - Эта... игрушка может много интересного рассказать про Саурона. ___