История Панси

      Панси никогда не нравился свой почерк, но надпись на личном дневнике была выведена старательно — этого не отнять.

«Собственность Панси Малфой»

      Первая страничка, первая любовь. Панси было восемь, когда это написала, вывела вензеля на заглавных буквах, нарисовала вокруг сердечки красными чернилами…       Если полистать дальше, можно найти отпечаток детских губ, оставленный благодаря стащенной из комнаты матери помады вызывающего оттенка. Или открыть страницу, полностью ушедшую на тренировку красивой подписи из двух переплетённых росчерками букв «П» и «М».       Сейчас Панси не могла толком сказать, какое чувство владело в большей мере сердцем той девочки: любовь к белокурому мальчику или желание примерить его громкую фамилию. Она не столько хотела стать женой Драко, сколько хозяйкой Малфой-мэнора, такой же изящной, спокойной и уважаемой, как Нарцисса. Собственная матушка, увы, не обладала ни одним из этих достоинств.       Панси вздохнула, взяла перо и зачеркнула выведенную детской ручкой фамилию.

«Собственность Панси Забини»

      Так правильно.       Она припудрила щёки, а то в последние дни стала выглядеть как Миртл, совсем побледнела. Нужно привести себя в порядок. Хотя каждый раз, когда она жаловалась Блейзу, что подурнела и потеряла человеческий вид, он смеялся и говорил:       — Тебе неплохо и в божественном.       Каков подлиза!       Оставшись наконец довольной отражением в трюмо, Панси покинула будуар и направилась вниз. Гости уже ждали.       Блейз радовался как мальчишка, когда на пороге объявлялись Блэк и Нотт, и перетряхивал содержимое погреба, чтобы прихвастнуть какой-нибудь бутылочкой редкого вина перед друзьями.       Панси шла без спешки, прикладывая усилия для того, чтобы не шаркать. Об обуви она как-то не подумала, забыла сменить домашние мягкие туфли на что-нибудь модное. С другой стороны, грохнуться по дороге тоже не хотелось.       Панси запыхалась и остановилась, не дойдя до гостиной три шага. Из комнаты слышался смех.       — Я думаю назвать сына согласно обычаю предков, — высокопарно сказал Блейз. — Это будет что-то яркое, запоминающееся, космическое!       — Ну-ну, — подначил Теодор. — Ты же решил не афишировать своё родство с Блэками.       — Именно, — весело поддакнул Регулус. — Даже не мечтай запустить руку в наш фамильный сейф.       — Я не собираюсь давать сыну твою фамилию, но имя… Мне всегда нравилась ваша традиция давать детям звёздные имена! Это необычно, красиво и загадочно! Орион, Персей, Альтаир…       — Альдебаран, — вставил Регулус.       — Центавр, — добавил Тео.       — Канопус.       — Уранус.       — Да ну вас! — возмутился Блейз, осекая шутников. — В вас нет ничего романтического, возвышенного! Где астрономический справочник?!       Панси улыбнулась.       Её муж не менялся с годами, как и его привычка громко заявлять о себе. Она не знала Сириуса Блэка, но, судя по рассказам его близких, он был таким же.       — Мы ещё удивим этих неотёсанных мальчишек, — проворковала Панси, поглаживая округлившийся живот. — Центавр… Придумают тоже… Нам не нужно звёздное имя, чтобы сиять, моя малышка Мэриголд.