Глава 2. О том как Виша покушать принесла, или же пиздец.

Когда гауптштурмфюрера ваффен СС Дегуршафф привел назад в камеру штурмшарфюрер отряда СС «Тотенкопф» Маслаев, то она увидела, как лейтенант вермахта лежит на трубе. - Ой, Танечка вернулась? - спросила лейтенант Серебрякова у гауптштурмфюрера Дегуршафф. - Ну что ты грустная такая?.. - видит, что Таня хочет залезть на трубу. - Давай я тебе помогу, Танечка. Ну что же ты? Все мы люди... Таня залезла на трубу и села, а Серебрякова от нее не отставала. - Ну что ты? Я вижу, тебе плохо стало... Ты тоже меня стукнула... - держится за свою голову. - Стукнула ты меня крепко... - смотрит на гауптштурмфюрера. - Ну чего? Все ж мы люди, ты знаешь... Таня легла на трубе, а лейтенант, что рядом сидела, продолжала выводить ее из себя. - Каждый как может... Мать-то моя говорила... "Ты живи и другим не мешай жить", понимаешь?.. Слушай, а давай я тебе спою песню про цирк? Называется "Зеленый слоник". - Нет... - еле ответила Таня, у которой даже не было сил попросить заткнуться Серебрякову. - Да я быстро спою, я эту песню сочинила, когда тебя увели... Трам-парам, та-та-та-парам, та-та-та... «Зеленый слоник на шапке пришел, зеленый слоник трубу нам принес...» Таня, которая устала как собака, заткнула свои уши, но даже так она продолжала слышать песню поехавшей. - «...Ну а когда ребята уходили, зеленый слоник на трубе играл... играл «Плато»...» Погоди-погоди, дай вспомнить... Секунду... Тара-рам, та-та-та... «...О том, как в клетке плохо жить... О том, как плохо есть проклятую еду... А хуже всего ему... Зеленому слонику...» Та-та, ра-ра-та... Ну такая песня, я просто хотела поднять тебе настроение... - Лейтенант... Ты можешь заткнуться хотя бы сегодня? - спросила гауптштурмфюрер у лейтенанта. - Дай поспать... - Но перед сном... - Отстань. - Но танечка... - Виша или как тебя там, отвянь. - Да я сейчас тоже лягу... Я просто тебе попела... - Перед сном не разговаривай. - Всё-всё-всё, спать... Полежать немножечко... - Серебрякова легла. - Вдвоем здеся лежим. -Лейтенант... - зло прошипела сквозь зубы Таня. - Как гауптштурмфюрер приказываю тебе... Заткнуться к ядреной матери до завтрашнего дня! Выполнять!.. -Есть, гауптштурмфюрер! -Ложится спать. Таня, обрадовавшись, что Серебрякова наконец-то заткнулась, заснула, не подозревая, что когда она проснется, ее ждет пиздец... *** Таня проснулась из-за того, что ее разбудила Серебрякова. - Танечка! Танечка! - Что такое?.. - Поворачивается к Серебряковой. - Как поспала, Танечка? Проголодалась, наверное? Гауптштурмфюрер Дегуршафф, протерев свои глаза, увидела, как лейтенант Серебрякова протягивает ей тарелку с говном. - Епт твою мать, блять! Иди отсюда нахуй! - Заорала Таня на Вишу, отталкивая ее от себя ногой. - Что-то случилось, Танечка? - Не поняла Серебрякова. - Ты что, обосралась, дура?! - Смотрит на Вишу, на которой из одежды были только штаны с лифчиком, а все ее тело было измазано в говне. - Я не какала, я покушать принесла... - Зачем ты это сделала?! Ты совсем дура?! - Что ты? Я покушать принесла... - Убери это отсюда! - Но я тебе покушать принесла... - Протягивает тарелку. - Дура, блять! - Отталкивает Серебрякову ногой, чтобы та отошла. - Выкинь это! Но тут Таня увидела, что весь пол их камеры засран. - Епт твою мать, блять, ты весь пол нам засрала!.. - Но я хотела покушать тебе сделать... - Овца, блять, ну ты и овца... - сказала гауптштурмфюрер Више, хватаясь за свою голову, смотря на весь этот пиздец. - Я хотела покушать сделать... - Я тебя сейчас убью! - Я хотела тебе покушать сделать... - Ну ты и овца... Сумасшедшая, блядь, епт твою мать... - Покушать-то... - Существо Х, ну ты конечно... - сказала Таня про себя. - Я хуею с тебя, куда ты меня заносишь... - Я не какала, я тебе честно говорю, я просто хотела тебе сделать доброе дело. - Доброе дело? Какое доброе дело? Ты понимаешь, что ты насрала в тарелку?! - Доброе дело... - Это наша единственная тарелка, и мы из нее едим! А ты в нее насрала! Из чего мы теперь есть будем?! - Но я хотела доброе дело сделать... - Из чего я есть буду?! Ты на хрена это сделала?! - Мух чтобы убить... - Мух убить?! Это я тебя сейчас убью! - Но я доброе дело сделать хотела... Но я доброе дело сделать хотела... Но я доброе дело сделать хотела... Но я доброе дело сделать хотела... Но я доброе дело сделать хотела... Но я доброе дело сделать хотела... Но я доброе дело сделать хотела... Но я доброе дело сделать хотела... Таня не выдержала и ударила Серебрякову по голове ногой. - Я тебя сейчас, дура, убью... - Но я доброе дело сделать хотела... - Я тебя сейчас убью... - Ну что же ты, Танечка? - Садится посреди комнаты на пол и надевает себе на голову тарелку с говном. - Я позавтракать же тебе принесла... Я позавтракать же тебе принесла... Я позавтракать же тебе принесла... Я позавтракать же тебе принесла... Я позавтракать же тебе принесла... - Блять... - сказала Таня. - Я позавтракать же тебе принесла... Я позавтракать же тебе принесла... Я позавтракать же тебе принесла... Я позавтракать же тебе принесла... Я позавтракать же тебе принесла... - Иди под струю мойся! - указывает на протекающую трубу. - Поняла? Чтобы через пять минут чистой была! Иди мойся! - Я позавтракать же тебе принесла... Я позавтракать же тебе принесла... Я позавтракать же тебе принесла... Я позавтракать же тебе принесла... Я позавтракать же тебе принесла... - Иди под струю мойся!!! - Я позавтракать же тебе принесла... Я позавтракать же тебе принесла... Я позавтракать же тебе принесла... Я позавтракать же тебе принесла... Я позавтракать же тебе принесла... - Штурмшарфюрер! - начала звать Таня Маслаева. - Лейтенант обосралась! Штурмшарфюрер!.. - Смотрит на Вишу. - Иди под струю мойся, чтоб чистой была! - Но я... - Лейтенант, ты поняла?! Чтобы чистой была!.. - Я же покушать хотела сделать... - ответила Серебрякова. - Обосралась, овца... - сказала Таня. - Штурмшарфюрер, лейтенант обосралась!!! Идите мойте ее, я с ней сидеть тут не буду!.. Я не буду с этой дерьмоедкой сидеть! - Я же доброе дело... - сказала Виша. - Сука, блять... - ответила таня. - Вы зачем меня в сюда подселили?! Она же ебанутая на всю голову!.. - Смотрит на Серебрякову. - Иди мойся! - Но... - Иди мойся, а не то убью! Чтоб чистой была, а не то я придушу тебя!.. Серебрякова начала плакать, а таня продолжила на нее орать: - Убери эту тарелку со своей головы! - Танечка... - Протягивает тарелку тане. - Мне она не нужна! - Но я покушать... - Подходит к тане. - Убери ее от меня! Отойди, я сказала! - Ну будьте же людьми!.. - Иди мойся! - Покушать хотела сделать... - Идет под струю мыться. - Тарелку поставь! - Куда? - Протягивает тане. - Тебе? - Убери ее от меня! На пол! Убери, я сказала! Иди мойся, а не то убью!.. - Люди! Ну будьте же вы людьми!.. - Закричала виша. - Овца, ну ты и овца, блять... - Ответила таня. - Это хлеб!!! - Снова протягивает тарелку тане. - Уйди отсюда!!! - Хлеб!.. - Уйди, я сказала!.. Иди мойся! - Я просто завтрак тебе хотела сделать!.. - Как же ты меня, лейтенант, заебала... - слезает с трубы. - Фу, блять... - осматривает засраный пол. - Всё засрала... - Давай покушаем вместе! Давай покушаем!.. - Виша была вся в слезах. - Посидим вдвоем, хлебушек поедим... - Вся в говне, вся в говне... - Таня посмотрела на Серебрякову. - Я не какала сегодня вообще! Я хлеб тебе готовила! - подползает на коленях к Тане. - Иди мойся, блять! - шарахается назад. Таня решила для начала отобрать тарелку у Серебряковой для того, чтобы ее потом помыть, и поэтому она, подойдя к Више сзади, сняла с ее головы тарелку и быстро положила на трубу. - Куда ты? Это же я тебе... - Иди мойся!!! - пинает Вишу по жопе ногой. - Гомосятина, блять... Иди мойся!.. - пинает Серебрякову по жопе, чтобы та пошла мыться. - Штурмшарфюрер! Уберите от меня эту гомосятину! - Я хотела... - всхлипывает. - Чтобы мы поели... - Что, поели?! Говно поели?! - Мой хлеб!.. - Это не хлеб, а говно! Совсем ебанутая в край... Гомосятина поехавшая... *** Штурмшарфюрер СС отряда «Тотенкопф» Маслаев шел разбираться, что творится в камере гауптштурмфюрера и лейтенанта, и как только он в нее зашел, то увидел, как на трубе сидит гауптштурмфюрер Дегуршафф и орет на лейтенанта Серебрякову, которая была вся измазана в говне и стояла перед ней. - А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!! А-а-а-а-а-а-а-а!!! А-а-а-а-а-а, бля!.. Сука!.. А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!.. А-а-а-а-а!.. - Начинает из-за последней лопнувшей нервной клетки плакать, а после махать головой взад и вперед из-за нервов. - Молчать! - Закричал штурмшарфюрер Маслаев. - Что за хуйня у вас тут?! - Обосралась, гомосятина... - Указывает на Вишу. - Пошла на работу! - Маслаев подошел к Тане и, схватив ее за руку, скинул с трубы. - Ай! Она насрала!.. - На работу! - Маслаев повел за собой Таню. - Она обосралась!.. - Пошла на работу! - Пытается силой вывести из камеры. - Отвали! - Хватается за трубу. - Уберите эту гомосятину! - Указывает на Серебрякову. - На работу! - у маслаева получилось отцепить таню от трубы, и тот понес ее на работу. - Говно чистить!.. *** Гауптштурмфюрер СС отряда «Тотенкопф» Осмоловский шел разбираться с тем пиздецом, который устроила лейтенант вермахта Серебрякова, и когда он пришел в камеру, где она сидела ранее с таней, то увидел, как Серебрякова, которая, по всей видимости, плакала, застегивает свой мундир. - Здрасьте, здрасьте... - поздоровалась лейтенант. - Что орем, блядь? - спросил Осмоловский у Серебряковой. - Да я ничего... Проходите, пожалуйста... Проходи, браток... Гауптштурмфюрер Осмоловский спросил: - Я тебе разве слово давал, гомосятина?.. Ты что тут устроила? - Да ничего... Я танечке хлебушек испекла... - Хлебушек? - Он вон там, на трубе... Осмоловский посмотрел и увидел на трубе тарелку с говном. - Где? - В тарелке. - Это? - берет тарелку. - Д-да, это мой хлеб. Секунду-другую Осмоловский пытался понять, шутит ли над ним так Серебрякова или она серьезно, но, подумав, что она шутит, он к ней подошел и надел на ее голову тарелку с говном, размазав по ее волосам это самое говно и еще стукнув сверху по тарелке кулаком. - Мой хлеб!.. - Молчать! - дает леща Серебряковой. - Ай! - Ты на хрена в тарелку насрала? Тупая, что ль? - А? - Не "А"! Тупая, спрашиваю? - А? - Значит, тупая... - сказал Осмоловский. - Значит, лекцию буду читать... Туда садись. - Куда? - Туда. - указывает туда, куда надо сесть. - Тута сесть? - садится. - Ага, "тута"... И чтоб молчала, пока буду рассказывать. Итак, Империя Акицушима... - Что? - не поняла Серебрякова. - Пасть свою заткни! Так-то лучше... Осмоловский начал читать лекцию по истории Серебряковой. -Значит, Империя Акицущима перед великой войной, а именно адмирал Ямамото, задумали расхуячить флот Соединенных Штатов на Гавайских островах... Слушай и запоминай: командующим налетом на Перл-Харбор был адмирал Нагумо... Средний офицер, на самом деле... Но исполнительный и профессиональный, но без фантазии. У Империи Акицущимы фантазии было немного... Смотрит на Серебрякову: «Говноедка в погонах... Ничего не знаешь, ничего не можешь... Что ты вообще в вермахте делаешь?» - Я... - попыталась ответить Серебрякова. - Молчать!!! - заорал Осмоловский на лейтенанта. - Какие самолеты были на авианосцах? - А? - не поняла Серебрякова. - Не "А"! - ответил Осмоловский. - Самолеты какие были? Какой самый известный самолет на Тихоокеанском театре военных действий?.. - Т-34, - ответила Серебрякова. - Идиотка... - дает леща. - Сколько истребителей?! - снова дает леща. - Сколько истребителей, твою мать?! Седьмого октября 1918 года флот Империи Акицушимы в составе шести авианосцев "Акаги", "Кага", "Хирю", "Сорю", "Сёкаку" и "Дзуйкаку", а также двух линейных кораблей "Хией" и "Киришима" появились на траверзе острова Оаху Гавайских островов... Первые ударные воздушные соединения насчитывало 50 истребителей "Зеро-40", торпедоносцев и 81 пикирующий бомбардировщик, а также три батальона магов... В итоге этого налета четыре линейных корабля флота Соединенных Штатов были затоплены... Какие корабли?.. - смотрит на Серебрякову. - Какие корабли?! - видит, что Серебрякова ноль реакции. - "Аризона", "Вэст Вирджиния", "Оклахома" и "Мэриленд"... - замечает, что Серебрякова на него не смотрит. - Это знать надо! Это классика, блядь!.. - дает Серебряковой леща. - Сколько истребителей, сука?! - А-а-а-а-а!.. - пытается отползти в сторону. - Сколько, сука, истребителей?! - продолжал орать Осмоловский. - Скотина, блядь!.. Сейчас у нас в армии ориентируются именно на этих офицеров. По крайней мере, это те немногие, кто выебали американцев в жопу... Это знать надо! Дерьмо в погонах... А ну иди сюда, дерьмо в погонах! - начинает избивать Серебрякову. *** Гауптштурмфюрер Осмоловский стоял рядом с лейтенантом, которая забилась в угол и тихо хныкала. - Так... Сейчас чай принесут, и продолжим нашу лекцию... Хоть ты и дура, но я думаю, что эта информация будет тебе полезна... По крайней мере сейчас. - Разрешите войти. - Это был штурмшарфюрер отряда СС «Тотенкопф». - Разрешаю. - Я чай принес. - Протягивает чашку чая. - Одна ложка? - спросил гауптштурмфюрер Осмоловский. - Так точно. - ответил штурмшарфюрер. Осмоловский взял чашку и попробовал чай. - Это что, моча? - Нет... - Шаг ко мне. - Выливает на голову маслаеву чай. - Видишь ее? - Указывает на лейтенанта Серебрякову. - Ага. - Что ты хочешь с ней сделать? - Уничтожить. - Молчать! - рявкнул гауптштурмфюрер на штурмшарфюрера. - Приступай. Штурмшарфюрер, сжав кулаки, начал избивать лейтенанта. ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.