Часть 4

Четыре часа казались вечностью. Эмилия едва сдерживала себя, чтобы не выдать своего отвращения к супругу. Каждое его прикосновение, каждый взгляд, каждое слово — всё вызывало в ней волну неприязни. Но она держалась, улыбаясь гостям и поддерживая светские беседы, словно её сердце не разрывалось от ненависти к этому фарсу. Наконец, когда последние ноты музыки затихли, а гости начали расходиться, Эмилия почувствовала, как с её плеч упал тяжёлый груз. Не проронив ни слова прощания, она стремительно покинула бальный зал, словно за ней гнались призраки её несбывшихся надежд. Ночной воздух встретил её прохладой и свежестью. Эмилия глубоко вдохнула, позволяя аромату цветущих садов и влажной земли наполнить лёгкие. Она бежала по извилистым дорожкам парка, прочь от сверкающих огней особняка, прочь от притворства и лжи. Вдалеке слышалось ржание лошадей — конюшни располагались в восточной части поместья. Их звуки казались Эмилии музыкой свободы, напоминанием о том, что где-то существует простой, честный труд, не запятнанный лицемерием высшего общества. У реки, там, где парк плавно переходил в дикий лес, раздавалось нежное курлыканье журавлей. Их мелодичные голоса, отражаясь от водной глади, создавали волшебную симфонию природы, которая всегда успокаивала душу Эмилии. Она остановилась у старого дуба, чьи могучие ветви словно оберегали её от внешнего мира. Здесь, в объятиях ночи, она наконец могла быть собой — не герцогиней, не идеальной супругой, а просто женщиной, уставшей от своей судьбы. Эмилия прислонилась к шершавой коре дерева, закрыв глаза и впитывая в себя звуки природы, которые были единственным утешением в её нерадостной жизни.