Магазин

Форд вышел из больницы, зябко поёжился, поправил шарф и направился по привычной дороге домой. Голова гудела от усталости, хотелось только упасть в кровать. Но вдруг он заметил витрину: яркие шарики с колокольчиками, когтеточки, пакеты корма с улыбающимися котами. Он остановился, прикусил губу. “Глупость… Я не кот. Но…” Рука сама потянулась к двери. Внутри пахло сухим кормом и чем-то сладким, пушистым. Полки ломились от баночек, игрушек на верёвочках, мягких подстилок. Продавщица приветливо кивнула: — Вам что-то для питомца? Форд растерянно замер. Питомца? Да, так оно и выглядело. Но хвост, спрятанный под пальто, предательски дёрнулся. Он кашлянул в кулак: — …Да. Для питомца. И внезапно понял, что впервые за день чувствует себя… на своём месте. Форд долго ходил между полок. Игрушки с перьями казались слишком откровенными, когтеточки — ненужной роскошью. Он чувствовал, как щеки горят, будто его застукали на чём-то неприличном. Наконец взгляд упал на простую керамическую миску. Белая, с жёлтой каймой. Совсем невинная вещь. Он взял её в руки, прокрутил, представил, как она будет стоять у него дома на кухне. «Ну и что, — убеждал он себя, — это просто посуда. Просто посуда». На кассе он торопливо заплатил и почти выбежал на улицу, пряча пакет в сумке. Дома Форд поставил миску на стол. Она смотрела на него пустыми краями, как будто ждала. Он вздохнул, налил туда воды и усмехнулся: — Совсем сошёл с ума… Но спустя пару минут поймал себя на том, что сидит за столом, наклонившись, и пьёт прямо из миски — потому что так удобнее, так правильнее, будто тело знало лучше разума. Форд резко отпрянул, вытер рот рукавом и сел обратно на стул. Миска осталась на столе, наполненная водой, и манила его снова и снова.