Часть 3

Продолжая удерживать Гермиону в своих объятиях, Драко пытался хоть что-то разглядеть в ее глазах. Потому что то, что чувствовал он, было так же, как и шестнадцать лет назад. На 8 курс пришло совсем немного народу, поэтому Гермиону и Драко назначили старостами школы. Они заключили перемирие после выступления девушки на суде самого молодого Пожирателя. Жизнь в одной башне старост также оставила на них отпечаток. Поэтому к концу октября они даже общались не только на темы старостата. Оба с каждым днём все больше убеждались, насколько они похожи. Рвение к знаниям, любовь к книгам, склонность проводить больше времени в одиночестве привели их к зарождающейся дружбе. Теперь они проводили больше времени в гостиной своей башни, нежели в других местах Хогвартса. И проводили они это время вместе. В один из дождливых осенних дней их вызвала к себе директор. Кто-то из младшекурсников пронес в школу запрещенное зелье, которое он ненароком разбил в Запретном лесу. И им, как главным старостам школы, было поручено разобраться с ситуацией и устранить последствия. Обсуждая последнюю тему по нумерологии, они даже не заметили, как дошли до леса. Гермиона так бурно с ним спорила, что в один момент ее нога соскользнула с камня, на который она наступила, и девушка чуть не упала прямо в болото. Но сноровка ловца еще была при Малфое, поэтому он моментально притянул девушку к себе. Драко почувствовал жар от горячих ладошек, которые сразу же обхватили его за плечи. — Грейнджер, ты что-то чувствуешь? — Мне очень жарко, — хрипло произнесла девушка, облизав губы, на что не мог не обратить внимание Малфой. Потому что больше всего на свете он сейчас хотел узнать, какие на вкус эти губы. — И все? Только жарко? — так же хрипло выдохнул он. Девушка скользила взглядом по его лицу, будто пытаясь там что-то отыскать. Возможно, именно то, что он тяжело дышал, а его зрачки расширились, закрыв радужку, сподвигло ее на следующие слова: — Возможно, еще я хочу тебя поцеловать, — этот шепот был выстрелом в самое сердце. И он не терял больше ни секунды. Накрыв ее в жадном поцелуе, он терзал ее губы. Язык скользнул по губам, будто спрашивая разрешения. Гермиона приоткрыла рот, давая согласие, и руками зарылась в его промокшие от дождя волосы. Драко удерживал ее за талию, притягивая еще ближе к себе. Они не могли оторваться друг от друга. Тайные желания прорвались наружу, выливаясь так же, как и ливень из туч в сегодняшний день. Они остановились только тогда, когда Драко почувствовал дрожь девичьего тела. И он думал, что это не от накрывших чувств, а от пронизывающего ветра, который обдувал их насквозь промокшие тела. — Ты знаешь, что это было? — немного отдышавшись и наложив на девушку высушивающие и согревающие чары, спросил парень. Гермиона зарделась и, проделав с ним то же самое, повернулась по сторонам. — Мне кажется, что да. Но, может, поговорим в гостиной? Парень кивнул, и они молча направились обратно в школу. Войдя в гостиную, они сразу же разожгли огонь. Приготовив чай и расположившись у камина, Гермиона поделилась своими мыслями: — Мне кажется, что это было зелье «Осенний огонь». Его пары пробуждают скрытые желания, — девушка покосилась на парня и тяжело вздохнула. — Драко, прости, если я перешла границы… — Знаешь, — перебил ее парень и притянул ближе к себе, — я очень благодарен Годрику Гриффиндору, что хотя бы у одного из нас хватило смелости сделать первый шаг. Даже если под воздействием зелья. Девушка застенчиво улыбнулась и потянулась убрать выбившуюся прядь, но парень ее опередил. Ладонь задержалась на ее щеке. — Что мы будем делать? — спросил Малфой. — Предупредим директора, чтобы ближайшие несколько дней запретила походы в Запретный лес. Зелье само испарится из земли. Слизеринец, усмехнувшись, покачал головой. — Я имел в виду с нами. Он надеялся, что в его глазах отразилась надежда, и Грейнджер смогла ее прочитать. Потому что то, что он чувствовал рядом с ней, он ни с кем не ощущал: спокойствие, уют, тепло. Гермиона долго сканировала его своим взглядом, но в конечном итоге выдала: — Давай просто посмотрим, к чему это может привести. И вот сейчас, стискивая в объятиях пока ещё свою жену, Драко задался вопросом: когда все покатилось соплохвосту под хвост? Когда они перестали слушать и понимать друг друга? Почему прозвучала эта отвратительная фраза: «Давай разведемся»? Сейчас же, спустя 15 лет брака, в котором были как бурные ссоры, так и страстные примирения, куча проблем, пережитых вместе, они оба знали, что любовь не бывает простой. Их любовь так точно таковой не являлась. Но почему-то они сдались, даже не попытавшись починить то, что разрушили. — Что с нами случилось? Почему все привело к этому? — конечно, Драко подразумевал развод. И Гермиона это прекрасно понимала. — Почему мы даже не попытались? — Возможно, мы слишком давно вместе. Мы пережили за шестнадцать лет больше, чем некоторые переживают за всю жизнь. Малфой не мог противиться своим желаниям. Он уткнулся носом в макушку Гермионы, вдыхая аромат ее шампуня. Ваниль и кофе. Одна из составляющих его амортенции, которая не менялась уже столько лет. — Я так по тебе скучал, — тихо выдохнул он ей в волосы. Мужчина услышал громкий вздох. — Я тоже по тебе скучаю, — женщина подняла на него свои шоколадные глаза, которые начало заволакивать желанием. — Я каждый день думаю о том, что мы поспешили, что нужно было просто поговорить. Я так сильно люблю тебя. Обхватив ее лицо ладонями, он прошептал ей в губы: — Я сильнее. Он не помнил, когда в последний раз целовал свою жену. Но сейчас это было как взрыв. Малфой мог потерять сознание от переполнявших его чувств, так как зелье обостряло и выводило на первый план все тайное и такое желанное. Гермиона ни капли не противилась. Он видел, что она точно так же хотела всего этого. Они, как путники, идущие по пустыне, дорвались до оазиса. — Я хочу тебя прямо сейчас, — вырвалось из уст Гермионы, пока Драко прокладывал дорожку поцелуев по шее своей жены. — Ты же помнишь, что мы на территории школы? Он посмотрел ей прямо в глаза. В них горела необузданная похоть, которая вот-вот вырвется и спалит все к чертям. — Раньше нам это не мешало, — и когда на лице его жены появилась ухмылка, черт ее дери, малфоевская ухмылка, ему сорвало крышу. Это его ведьма. Она навсегда будет его. Наколдовав невербально непроницаемый купол вокруг них и обновив на ней согревающие чары, он подхватил женщину под ягодицы. Она сразу же обвила его ногами, пока он нес ее. Прижав девушку к дереву, он поблагодарил всех ему известных богов за то, что сегодня ведьма была в юбке. — Держись за меня крепко, — предупредил он и отпустил руки. Ладони пробрались под юбку и разорвали капрон, от чего Гермиона задышала ещё чаще. — Мерлин, как же сексуально ты выглядишь, — пробормотала она и, закусив губу откинула голову на дерево. Пальцы мужчины, сдвинув белье, сразу же проникли внутрь. Малфой двигался в умеренном темпе, с упоением слушая стоны Грейнджер. — Скажи, что заберешь заявление, — прорычал Драко. Он хотел, чтобы она прям сейчас пообещала ему, что все не закончится здесь. Что вечером она будет снова засыпать в его объятиях, как это было раньше. — Да, да, да! Все, что захочешь, только не останавливайся. Его вторая рука стала придерживать ее за талию, так как сил у женщины уже не оставалось. — Драко, пожалуйста, — пролепетала она, пока пальцы его порхали на клиторе, доводя ее до края. — Давай, детка, — прошептал Малфой, затягивая ее в новый поцелуй и заглушая этим стоны, которые вырывались из нее в момент оргазма. Они лениво целовались, пока дыхание приходило в норму. Уткнувшись лбами, пара смотрела друг на друга. Глаза каждого сияли от крохотной надежды, которая зародилась в их сердцах. Поставив Гермиону на ноги и взмахнув палочкой, он вернул ее колготкам первозданный вид. — А ты… — Моя дорогая жена, — заправив локоны ей за уши, он удерживал ее лицо в руках так, будто она его мир, — я хочу трахать тебя в нашей постели, а не у дерева на территории школы. Какими бы развратниками мы с тобой ни были раньше, сейчас я хочу делать это медленно, доводя тебя до исступления каждым касанием. Поцелуй вышел тягучим, ласковым. Это было как возвращение домой. А они когда-то и были друг для друга домом. — Идем, — потянул ее за руку Малфой. — Знаешь, мне кажется, что наш сын в сговоре с директором, — переплетя их пальцы, выдвинула предположение Гермиона. Мужчина задумался. — Ну, учитывая, что мы рассказывали ему эту историю тысячу раз, я не удивлен. — Он любит эту историю, — нежно произнесла миссис Малфой, скорее всего, вспоминая сына. — Как и я. — Мы все любим эту историю. Ведь благодаря ей и родилась наша семья.