Часть 4. Разрыв или принятие

      — О нашей свадьбе? — севшим голосом уточнила заклинательница.        — Верно, — кивнул на ее вопрос мужчина. — Я не хотел говорить об этом вчера, все же вы только прибыли к нам. Но сегодня пора поднять тему, раз занятия уже начались.        Сердце пропустило еще один удар, а потом будто сжалось в комочек от испуга. Неужели он хочет разорвать помолвку? Почему? Она что-то сделала не так? Не достойна быть женой главы Великого Ордена? Ее начало мутить от долгого ожидания продолжения разговора. Чтобы она не говорила братьям, чтобы не думала про себя, она не могла допустить разрыва помолвки. Ведь именно этого хотели ее почившие родители и ее дедушка. Ведь это все на благо клана, она не может пренебречь своими обязательствами. Ей просто необходима поддержка значимого ордена, иначе ее клан может закончить свою историю очень печально.        — Вы хотите разорвать помолвку? — совсем тихо, шепотом, озвучила свою первую мысль дева. — Вы нашли уже ту, кто вам по сердцу?        Казалось, время остановилось, юноша и девушка остановились посреди дороги, совсем не шевелясь. Юнлин все еще стояла, пряча глаза за челкой и с опущенным вниз подбородком. Что творилось сейчас на лице Лань Сичэня она не представляла и не желала представлять.        — Нет, совсем нет. Я предполагал, что может вы не захотите становиться супругой наследника ордена Лань, поэтому и завел разговор сейчас. Нас обручили в детстве, естественно, что чем взрослее мы становимся, тем сильнее меняются наши мысли. Возможно вы уже нашли того, кто занял ваше сердце.        Кажется, будто ее ударили наотмашь. Качнувшись, дева осела на землю под испуганный взгляд карих глаз. Стресс, накопившийся за день, заставил ее ноги подкоситься. А вновь напомнившая о себе нога разразилась еще большей болью чем раньше. Как же глупо было с ее стороны не пойти к лекарю сразу же.        — Ци Юн, вам плохо? Мне позвать лекаря?        Мужчина опустился рядом с ней на колени, придерживая одной рукой спину, а второй держа девушку за руку. Заметив брошенный взгляд на стопу, извинившись, он снял один из белоснежных сапогов. Нога стала выглядеть куда хуже, чем днем. С сожалением посмотрев на синюшный отек, беспокоивший ее весь путь, Ци Юн отвернула голову в сторону. И вновь она попала в нелепую ситуацию.        — Прошу прощения, — не дожидаясь никаких слов, кончиками пальцев подхватив снятую обувь, а руками придерживая деву за спину и под коленями, Лань Сичэнь встал с земли вместе с невестой.        — Постойте! Куда вы?! — почти пискнув, Юнлин обхватила руками шею юноши, боясь упасть на землю по случайности.        — К лекарю. Ваша рана выглядит серьезной, лучше сразу узнать что с вашей ногой.        — А если нас увидят в таком положении?! Вы хоть чуть-чуть подумали о собственной репутации! Вы же сейчас нарушаете правило вашего ордена, - пытаясь достучаться до рассудка Нефрита, девушка несильно стучала кулаком о чужое плечо.        — Отец и дядя поймут. Я объясню им ситуацию. О большем можете не волноваться, я все улажу. Тем более на руках я несу будущую жену, а не кого-то еще.        Видимо разговор о свадьбе был закончен. Зардевшись, Ци Юн перестала бить кулаком своего носильщика, и спрятав лицо в чужие одежды, пыталась успокоить разволновавшееся сердце.        Она ведь обещала себе не влюбляться. Лань Сичэнь хороший кандидат в мужья. Заботлив, верен, не обидит свою жену. О чем еще можно мечтать в договорном браке? Но ведь это не более, чем выполнение своих обязательств как мужчины и мужа. Это не та любовь, которой зачитывалась наследница, покупая дешевые романы. Это реальная жизнь и никаких чувств здесь и быть не может. А сейчас ее сердце трепещет, как у глупой дурочки, всю жизнь мечтающей только о крепкой семье. А она ведь будущая глава ордена. У нее должны быть другие приоритеты. Смешно. До чего страшное бывает девичье сердце.        — Ци Юн?        Ее тихо позвали. Глядя вверх, в теплые карие глаза, девушка вновь замерла. Но заметив, что они остановились, перевела взгляд на окружающее их пространство. Они стояли совсем рядом с небольшой хижиной, где и проживал лекарь. Ничего не поменялось за семь лет, пока ее здесь не было.        — Ци Юн, мы пришли.        «Скорее ты пришел, меня ведь на руках нес», — сразу подумалось ей, но вслух она сказала иное.       — Спасибо, что помогли, господин Лань. Теперь отпустите меня, пожалуйста, дальше я сама справлюсь.        Вытягивая одну ногу, намекая, чтобы поставили ее именно на здоровую, мужчина вместо того, чтобы посодействовать ей, пару раз ударил костяшками по деревянной двери, а затем толкнул ее, внося деву в комнату.        В домике пахло травами. Множеством трав. Их запахи смешивались и становилось трудно дышать. В носу что-то защекотало, хотелось чихнуть, а глаза наполнились слезами от изобилия ароматов. На циновке сидел мужчина преклонных лет, что-то мешая в чашке каменной ступкой. Заметив гостей, он тотчас поднялся.        — Господин Лань? — медленно протягивая вежливое обращение старшего из братьев Лань, будто вытягивал его из дальних воспоминаний, старик внимательно разглядывал заявившуюся к нему парочку. — Давно вы не заходили сюда, этот старик даже не вспомнит, когда мы встречались в последний раз.        — Прошу прощения, Лао Шан, мы обязательно с вами еще побеседуем. А сейчас не могли бы осмотреть ногу девушки?        Лекарь согласно кивнул, указывая на кровать в дальнем углу комнаты. Лань Сичэнь аккуратно положил невесту на грубое полотно ткани, служившее одеялом, стараясь не задеть больную ногу и опустить ее как можно аккуратнее. Сапог был поставлен рядышком. Лао Шан, так звали лекаря, приблизился к девушке, кончиками пальцев ощупывая раздутую конечность.        — Госпожа, что с вами приключилось?        — Случайно упала в пруд и сильно ударилась ногой, — не медля, с готовностью отвечала дева, не решившись больше затягивать с лечением.        — Вы прикладывали до этого лед к травме?        — Нет.        — Может использовать какую-нибудь мазь?        — Да. Я привезла одну из Линъшэнь Ци, но она оказалась бездейственной, — голос с каждым ответом становился все тише и тише, пока рот вообще не закрылся.        — Вам стоило раньше прийти ко мне. Я сейчас принесу лед, а затем дам собственную мазь. Рекомендую пару дней не ходить, не перегружайте больную ногу.        Ци Юн кивнула.        Лао Шан вышел, не сказав больше и слова. Пара вновь осталась наедине, но для девушки общество юноши больше не казалось таким обременительным. Ей нечего было ему сказать, а он сам не спрашивал. Да и рот уже устал выпускать из себя одно извинение за другим, чтобы решиться заговорить первой.       — Я предупрежу дядю, что вы несколько дней не сможете появляться на уроках, — непривычно серьезный голос Сичэня прорезал тишину.       — Спасибо. Передайте, пожалуйста, ему мои извинения.        — Конечно. Я помогу вам добраться до фанзы. Мне будет спокойнее, если буду знать, что с вами все в порядке.       — Спасибо.        Пара снова замолчала.        За стеной слышалось кряхтение суетливого старичка лекаря, который видимо пытался что ли что-то достать или до чего-то дотянуться. Вскоре он вернулся с железной баночкой в руках. Когда с лечением было закончено, наследник быстро с ним распрощался и покинул чужой дом, все так же неся девушку на руках.        Пробил колокол. Ци Юн невольно вздрогнула, на время позабыв о правиле, гласящем, что все адепты ордена Лань и прибывшие на обучение ученики должны отойти ко сну с начала часа свиньи.        — Прошу прощения, из-за меня у вас будут проблемы, — дева не могла не просить прощения снова, ведь именно из-за ее проблемы двое молодых людей вновь нарушили правило ордена.       — Не переживайте, ваше здоровье важнее, — все так же легко отвечал ей Лань Сичэнь.       В голосе не сквозило ни намека на недовольство или же сожаления о своих действиях. Чувствуя это, Ци Юн не могла не успокоиться. Стыд и волнение никуда не делись, но все же больше не были так явно выражены на ее лице.  Между ними вновь повисло молчание. Каждый раздумывал о своем, и только к моменту, когда пара достигла временной обители семьи Ци, заклинательница подала голос.        — На счет ваших слов, — их разговор был слишком внезапно прерван и хоть молодые поняли друг друга без слов, прозрачности помыслов явно не хватало между ними, — вам не стоит переживать, сколько бы времени не прошло, даже если решение было принято не мной, я не откажусь от своих слов выйти за вас.        Неловко улыбнувшись, Ци Юн опустилась на землю, благодаря помощи жениха. Сомнения не могли исчезнуть тотчас же, но проговорив слова вслух, ей немного проще стало принять свой выбор.        Они встретились вновь спустя много лет. Не зная друг о друге ничего, опираясь лишь на слухи, дева сомневалась в незнакомом ей человеке. Действия говорят лучше слов, даже одна протянутая рука помощи может сказать о многом. И раз ей уготовано судьбой стать женой этого человека, то пусть так и будет. В ней теплилась все еще надежда, что рано или поздно, но все смятения в ее душе растворятся, как снег под лучами солнца.