Глава 13

Микаэль методично делал записи в блокноте, ключевыми фразами отмечая характерные черты каждого из его дальнейших спутников. Он разделил каждую страницу, посвящённую Ллойду, Лэйн, Каину и другим на два столбика, дописывая в правом свои замечания. «Одри бы помогла разобраться с каждым и без этих записей», — подумал архангел, вспомнив смеющиеся глаза девушки. У неё без труда получалось найти подход ко всем. Кира тихо наблюдала за ним, едва выглядывая из-за стеллажа. Строгий, сосредоточенный, сильный, выдержанный. Безупречный. Он выводил её из себя одним своим видом. Поднимал внутри бурю горячего протеста. Но так хотелось домой, назад… Где всё понятно и привычно. — Кира, присаживайся, — ощутив на коже её взгляд и распознав энергию, проговорил Микаэль. Кира отличалась, но в то же время была очень похожа на простых, обычных людей. Только честнее, прямолинейнее и яростнее. И архангелу это импонировало. Уж слишком много лжи и лицемерия повидал он на Земле. Она вздрогнула. А потом усмехнулась сама себе. Глупо было надеяться на иной исход. Она снова сглупила. Выйдя из-за стеллажа, Кира села напротив Микаэля, пытаясь вверх ногами разобрать надписи на языке, который только-только начала изучать здесь в Школе. — Я делаю пометки о каждом твоём товарище, чтобы наладить контакт сразу по прибытии, — сказал начистоту архангел, чтобы между ними не было недомолвок. Кира была дикой, словно загнанный зверёк. Утаивание и секреты сделали бы её ещё и мнительной. — Так будет легче начать работу. Он перевернул записную книгу на страницу, которая была посвящена Донован и принялся заполнять убористым почерком все, что успел о ней узнать. — Мне показалось странным, что она возглавила базу, хотя, судя по рассказам, не отличается хотя бы сносным характером. Кира сморщила нос. Она считала так же. Но… — Лучше её никого нет. Она — тварь. Но она гениальный физиолог. И организатор. Умеет заставлять людей получать результат. И бессмертных тоже. И чуйка, как у дьявола. Ещё ни разу она не ошиблась в крупном плане. Все проекты, которые она вела, были успешными. Насколько я знаю. — Над какими проектами она работала? — Микаэля особенно интересовало, что за лекарство изобрели на базе и как его вообще удалось вывести, но он не стал торопиться с расспросами. Кира поколебалась немного. «Всё равно узнает ведь…» — она дëрнула губами. — Они изучали многое. Оружие против бессмертных. Лучшие образцы выпустила «Сибирь». И, вместе с тем, сыворотка тоже. Я не знаю, как. Но она сделала то, что не смогли сделать на Небесах. Хотя, раз в несколько дней приходится вводить новую дозу. Это позволяет Донован держать бессмертных в узде. Кира мельком взглянула на лицо Микаэля, пытаясь понять, что за этой непроницаемой маской. ― Тебе что-нибудь известно об этих экспериментах? ― продолжил задавать вопросы архангел. Она покачала головой, дёрнула плечами. ― Нам просто выдавали коробки с ампулами-патронами. У Донован своя кодла умников. Закрытая часть лаборатории. Губы Микаэля сжались плотнее, выражение глаз же оставалось беспристрастным. Люди научились убивать бессмертных? Вот так просто? И почему об этом не знали на Небесах?.. — А генерал твоего отряда? Он только руководит операциями в поле или также участвует в исследованиях? — Генерал Ллойд тоже не в курсе, — повинуясь импульсивному, интуитивному порыву повысила голос Кира. Выглянувшая из-за полок мрачного вида библиотекарь, строго шикнула на девушку и погрозила пальцем, сочтя её речь излишне громкой. — Кира, — мягко, с удивлением позвал её Микаэль. Он ещё раньше начал подозревать девушку в слишком явных проявлениях чувств к Ллойду, но сейчас реакция оказалась совсем чрезмерной. — Я просто хочу разобраться. Он поиграл писчим пером в пальцах, а потом спросил: — Ты его любила? Она замолчала, не глядя на Микаэля. Опустила голову. По краю скул снова пошëл румянец. — Это тебя не касается, — проговорила она негромко, хрипло, с холодной злостью. — Никого не касается. Это неважно. Теперь. — Разумеется, это не касается меня, — согласился Микаэль. — Извини. Он не знал, что сказать ей в утешение. И не знал, зачем вообще начал эту тему. Ему ли говорить про любовь?.. — Кто-то ещё исследованиями занимается? — постарался он перевести разговор. ― Ты упомянула закрытый отдел. Кира старательно пыталась погасить в себе волну истерзанного гнева — на саму суть мира, что оказался столь несправедлив к ней. — Отдел. Да. На новой базе, — глухо ответила она. — В Оксфорде. Странная блажь. Назвать базу тем же именем, что и один из засекреченных проектов на старой. — Потому что базы больше и нет, — понятливо кивнул Микаэль. Он постучал длинными музыкальными пальцами по обложке книги. — Но мы это выясним. «Место базы, то как она разрушилась, появление отродий и, главное, то, что в ней работала Лэйн — череда взаимосвязанных событий. Остаётся только найти причины и предпосылки, расставить по местам и понять, что к чему ведет», — подумал Микаэль. — Генерал поддерживает Донован? Какие у них отношения? — Она его родная тётка. Сестра отца ― старого генерала Ллойда, — Кира повела плечом. — Но их отношения ― они странные. Я не знаю. Не могу подобрать точное слово. Он ей доверяет настолько, насколько считает нужным. А она требует у него результатов. Он нужен ей. Это её… кадровый выбор. Она поставила его генералом. Каким был его отец до него. Та ещё стерва, — что-то едкое и мстительное взыграло в Кире. — Запутано, — согласился с Кирой Микаэль. — Тётка… Его отец погиб, получается? — Да, — Кира поджала губы. — Вместе с базой. Там погиб весь состав. Кроме Лэйн. И Донован. Сука оказалась везучей. Выехала по делам за пару часов до крушения. Правда, дëшево не отделалась, — глаза Киры сверкнули злом. — За сплетни порой убивают. Но… вся база знает. После недели в снегах… Старая сука. Теперь не женщина. У рока есть чувство юмора. Она может лечить бессмертных. Но не может вылечить себя. Микаэль сделал несколько пометок в книжке, но никак не прокомментировал слова Киры. — С вами в отряде больше никого не было? — Ещё Анна. Это сестра Дмитрия. Младшая. Она у нас по науке. И вообще за медика. Всё носится с заражëнными и отродьями. Ищет, как происходит заражение. Не знаю. Я почти ничего в этом не понимаю. Но бесит она порой дико. Всех. Микаэль усмехнулся. — Ты мне очень помогла, — сказал он искренне. — Теперь перейдём к теории, которая понадобиться тебе. Кира хмуро взглянула на бесстрастное лицо Микаэля. — И которая из них? — в её голосе послышалась ирония. Мисселина уже успела загрузить её теорией настолько, что Кира искренне пожалела, что та не отправила её бежать марш-бросок в полной выкладке. ― Расскажу по дороге. У нас мало времени. Скоро отбывать на Землю. Летим в Цитадель, ― сказал Микаэль. Новый перелёт до Столицы показался Кире легче, чем прошлый. Крылья заметно окрепли. Она почти не устала за время полёта. Спустя несколько часов они продолжили разговор уже в одном из пустых залов Цитадели. — Я думал о том, что тебе сложно удерживать фокус на самой энергии, — проговорил Микаэль. — Ты неплотно удерживаешь заряд, поэтому он распадается. И тут я придумал вот что… Он, не щадя записной книги, вырвал несколько листов и начал аккуратно сворачивать их в самолётики. — Я видел, как такое делал один мальчик в Дублине, — безо всякого смущения признался Микаэль. Пальцы порхали над бумагой, аккуратно и уверенно сворачивая края. — Мы работали с его семьёй. Ритуал не получался, и мы долго искали решение проблемы, поэтому провели с ними немалое время. Он научил меня делать вот такие самолётики. Архангел протянул Кире несколько штук. — Идем к балкону. Он остановился чуть позади девушки. — Ты ведь умеешь их запускать? Кира следила за действиями Микаэля со всё возрастающим напряжением. Когда он закончил и пригласил её на балкон, она покосилась на него, как на умалишенного. — Да-а… — протянула девушка, неуверенно поглядывая на самолётик, на великолепный вид Цитадели перед ними. — Постарайся собрать энергию вокруг и внутри предмета, а затем пустить его, — предложил Микаэль.— Похоже на стрельбу, не так ли? Кира насторожено блуждала глазами по лицу Микаэля, пытаясь подловить его на издёвке. Но взгляд архангела остался сконцентрированным и жёстким. Она робко взяла самолётик. Подумала, как из этого можно получить… оружие. И вдруг в её голове промелькнула аналогия. Как она сливается с винтовкой в единое целое, как чувствует начало движение ударника, как сейчас полетит пуля. Пуля… Кира механически, интуитивно завела руку назад. Представила, что это и есть пуля. Как она пойдет сейчас вперёд. Самолётик подёрнулся слабым свечением. А потом Кира его метнула. Бумажная детская забава стартовала подобно арбалетному болту, улетая вдаль и неся в себе заряд энергии. Неровно, неидеально. Но это был уже вполне себе снаряд, способный поразить цель. Которой оказалось высокое золочёное окно. И только спустя секунду Кира поняла, что это крыло Совета. — Ты словно стреляла, — заметил Микаэль. — С винтовкой было бы наверняка удобнее. Однако на Небесах их нет. Полагаю, тебе кажется это упражнение глупым, но у тебя получилось гораздо лучше. Я впечатлен. Он сдержанно улыбнулся. — Пробуй ещё. Воодушевлённая похвалой и явным успехом, Кира взяла в руки следующий самолётик, замахнулась. И так и застыла. Разбитое окно распахнулось. Из него выглянула женщина. В которой, несмотря на расстояние, Кира узнала многокрылую грымзу из Совета. — Чёрт! Это же та мымра, которой всегда всё плохо… — прошептала Кира. — Вот Донован — один в один почти. — Полагаю, пока самолётик лучше спрятать за спиной, — не меняя выражение лица, проговорил Микаэль. — Окон тут много. Уверен, ты попадёшь ещё в одно. Если постараться. Кира покосилась на него нервно во второй раз. Она не ослышалась? — Предлагаешь мне кидать самолётки в окна Совета, как по мишеням в тире? — прошептала она, словно боялась, что мымра её услышит. А Ребекка в негодовании осматривалась по сторонам, пытаясь понять, откуда прилетел самолётик. — Если не найдёшь более достойную цель, — уже не сдерживая улыбку, рассмеялся Микаэль. — Извини. У меня давно не было причин посмеяться. Просто из всех окон ты попала именно к Ребекке — я вижу в этом перст судьбы. Брови Киры нервно взметнулись вверх. Нет, он точно был не в себе. А потом вдруг не удержалась. И тихо засмеялась сама, представив себе лицо этой стервы, когда к ней в кабинет прилетел, пробив стекло, детский бумажный самолëтик.