Глава 75

Кассиэль выбежал из здания. На глаза попалось тело охранника, который лежал прямо у двери. Наклонившись, демон проверил пульс мужчины — тот был оглушен, но жив. — Проклятье… — прошипел он. Дождь шел плотной стеной, так что увидеть их никто не мог, и он не нашел другого выхода, кроме как поднять охранника и, вернувшись в здание лабораторий, закрыть его в подсобке, предварительно забрав рацию. И снова он бросился в ночь, наперегонки с кем-то неизвестным, но опасным. Кем-то, кто с помощью предателя на Небесах, уничтожал бессмертных. Кассиэль даже не пытался стряхнуть с себя влагу — вошел в жилой флигель, оставляя следы на полу. В два шага преодолел расстояние до комнаты генерала и негромко постучал. Будить остальных демон не планировал. От раздавшегося в дверь стука Дмитрий вздрогнул во сне. И почти моментально проснулся. Приподнялся на кровати. Лэйн сидела здесь же, рядом, за столом, занимаясь переводом. Ллойд нахмурился, видя, что она еще не ложилась. Встал, потянулся к штанам. — Кого еще черт принес. Наши чтоль с кем повздорили? Убью, сука. — Ты должен отдыхать, — не отвлекаясь от записей, пробормотала Лэйн. — Тебе надо спать… Она усилием воли заставила себя оторваться от Книги. Перед ней лежал блокнот с переписанными координатами. Дмитрий застегнул ремень и открыл дверь. Перед ним стоял Кассиэль, с крыльев которого капала вода. Он вежливо кивнул девушке, сидящей за столом, а потом перевел взгляд на генерала: — Мы узнали. В первый момент Дмитрий опешил. Он ожидал увидеть Грэга, Анну, на худой конец — Каина. Но Кассиэля… — Что случилось? Что узнали? — не сразу понял генерал. Демон недоуменно приподнял брови, а потом, заметив на щеке Дмитрия следы после сна, то, что он был без кофты, увидел разобранную кровать, и понял, что генерал только что проснулся. — Кто преследовал бессмертных, — чуть помедлив, негромко ответил Кассиэль. — Здесь, на базе. Микаэль просил позвать вас… потому что там есть на что посмотреть. Ллойд остолбенел. Мысли нервно заметались в голове. Значит, Кларк был прав. И его собственные подозрения — не пустое. — Одну минуту, — не стал задавать лишних вопросов Дмитрий. Он прикрыл дверь. Очень быстро оделся. — Я пойду. Микаэль зовет. — Я с тобой, — Лэйн поднялась и потянулась за курткой. — Останься. Лучше не надо. Дмитрий бросил на закрытую дверь взгляд. Не зная, что именно демон и архангел там нашли и, в случае чего, не желая, чтобы Лэйн смотрела на гору трупов бессмертных. — Я все равно не хочу спать. И перевод закончила на сегодня, — девушка проверила пистолет в кобуре. — Я буду держаться сзади. На всякий случай. — Лэйн, там может быть… — Дмитрий не смог закончить предложение. — Я сам посмотрю. А тебе стоит лечь спать. Уснешь. Она посмотрела в его глаза, хотела было возразить… и кивнула. — Хорошо. Я тогда останусь, — девушка положила на стол рацию. — Если что ― разбужу остальных. — Умница, — похвалил Дмитрий и поцеловал ее. — Спасибо. Я вернусь так скоро, как смогу. Он проверил работу и уровень заряда в рации. — Если что, я на связи. Лэйн снова села за стол и тупо уставилась на записи.

***

Кассиэль, дожидаясь генерала, успел проверить здание, убеждаясь, что все в порядке. Не учуяв следов посторонних, он вернулся в коридор, где его уже ждал Дмитрий. — Идемте, — сказал демон. — Тут… не нужно говорить. Генерал кивнул и молча последовал за Кассиэлем, понимая его без слов. И лишь прикидывая в уме, каковы масштабы. Какими могут быть последствия. И… есть ли связь с «Адамом»… Ливень на улице не стихал. Капли неприятно потекли за ворот кофты, и Дмитрий поправил куртку. — Генерала Кларка позвали? — спросил он, когда они подошли к зданию лаборатории. — Нет, — демон бросил на Дмитрия внимательный взгляд. — Только вас. Ллойд повел плечами. — Это его гарнизон. И он инициировал расследование. Он должен знать. Дмитрий дернул ручку двери в здание. — Мы не подчиняемся ему, — раздраженно ответил Кассиэль. — Вы попросили Микаэля провести расследование… теперь это дело касается непосредственно Небес. Люди перешли черту. Дмитрий косо глянул на демона, но пока что решил смолчать, приберегая слова для Микаэля. Он и без того понимал, что бессмертные будут в ярости. Они прошли на подземный этаж. Дмитрий увидел на полу в секционной тело профессора. — Это еще что? — Он был одержим, — ответил Кассиэль и пропустил Дмитрия вперед к вскрытому тайному проходу. — Эта тварь замешана в опытах над бессмертными. Убивал их… — Одержим? — не понял Дмитрий, входя в узкий коридор. — Как это понимать? — Кто-то из бессмертных управлял им, — проговорил Кас. Они миновали проход и оказались в тайной лаборатории. — Ганзалес был марионеткой. Дмитрий замер, увидев картину, уже знакомую по «Сибири». Когда они с Лэйн вошли в старую лабораторию. И нашли там следы экспериментов над бессмертными. Такое же кресло. Аппаратуру. Только документация не сохранилась из-за сырости. А черный ящик был уничтожен из-за отродья. Они так и не смогли толком ничего узнать. — Блядь… Твою мать… — выдохнул Дмитрий. Микаэль, который в этот момент листал журнал исследований, поднял на него полный ярости взгляд. На бледном лице даже сквозь застывшую маску сквозила злость. Желание отомстить. — Вы об этом знали? — его голос прозвучал также негромко, как и всегда. Дмитрий в первый момент потерялся, собираясь с мыслями, что ответить. Все было разрозненным, неоднозначным. Но… — Подозревал… — честно ответил он мрачным тоном. — Но никогда не проверял. Я верил людям, которые отвечали на мои вопросы. Микаэль на несколько секунд прикрыл глаза, пытаясь справиться с эмоциями. Его руки мелко подрагивали: перед глазами на листках длинной вереницей тянулся список препаратов, которыми воздействовали на тела бессмертных. — Ты… не проверял, когда пропадали бессмертные?! Решил спустить? — Я спрашивал, — внутри Дмитрия смятение мешалось с сопротивлением и встречным раздражением. Его семья ― мир скрежетал и рушился. — Мне отвечали, что не вернулся с патрулирования. Многие не возвращались. Это не проверить. Пока не пропала Ада. Совсем недавно, когда мы были в Роткове. Микаэль молча передвинул к нему один из журналов. Где подробно расписывался процесс препарирования ангела по имени Малиил. — И их мы прибыли защищать, Микаэль?! Пусть сгорят, исчезнут, поубивают друг друга! — прорычал Кассиэль, делая шаг к столу и ставя руки на его поверхность. Металл прогнулся, жалобно скрипнув, но демон не обратил внимания. — Все? — вдруг спросил Микаэль. — Да мне… — Кассиэль вдруг замолчал, с рычанием остановив себя. Дмитрий молча читал строки. Препарирование in vivo, без наркоза, без каких-либо препаратов. Ангела постепенно расчленили на части, отслеживая процессы регенерации. Смерть наступила только после извлечения сердца. Когда от еще живого тела остался лишь обрубок. Он положил журнал обратно на стол. — Я не знал. Про такое… — тяжело выдохнул Ллойд и нашел в себе силы поднять на Микаэля глаза. Тот молчал. Кассиэль, перелистывая страницы, грязно ругался, не сдерживая себя. Листок за листком. Имя за именем. Формальные и холодные описания убийств — жестоких, бесчеловечных. За такое не прощают. — Ганзалес был уже мертв, когда мы допрашивали его, — тихо проговорил Микаэль. — И демон, сидящий в нем, так и не назвал, кому служит. Архангел постучал костяшкой пальцев по папкам. — Это дело рук не только людей. Кто-то руководит ими. Бессмертный, который по неясной причине решил убивать своих. — Ублюдок, — прорычал Кассиэль, пытаясь сдержать себя. — Нам нужно найти всех причастных, — заключил Микаэль. Внутренняя боль грызла, ярость прорывалась сквозь выдержку, но он держался. — И среди людей. И среди бессмертных. Дмитрий следил за Микаэлем. И отдавал должное его выдержке. Испытывая чудовищно противоречивые чувства. Вспоминая первые месяцы бедствий и войны. Вспоминая рассказ самого Микаэля о делах бессмертных на земле. Но поверх всего выходило простое… Это не причина. Не оправдание. В этом нет человечности. Нет чести. Это — запредельная, невозможная лютость, безумная жестокость. Зверское убийство. Преступление против человечности и любых законов, сравнимое лишь со страшными годами второй четверти двадцатого века. И он знал это, как никто. Дмитрий подошел к терминалу, щелкнул по клавиатуре. Перед глазами побежали строчки знакомой программы. На «Адаме» и в «Сибири» стояла такая же. Он закрыл глаза. Не хватало лишь прямого односложного ответа одного-единственного человека. Язык споткнулся. Если все правда… Была ли она человеком… Тетка ― родная тетка. — Полагаю, мне даже не нужно заглядывать в ваши мысли, чтобы понять, кто за этим стоит, — проговорил Микаэль. — Теперь нам нужно размотать этот клубок. — Вы правы, — сказал Дмитрий пустым голосом. — И я сам очень хочу получить ответы на вопросы. «Еще на один вопрос…» — поправил он себя мысленно. Знал ли отец? И знал ли он сам своих отца и тетю?.. — Эти документы необходимо сохранить, — проговорил архангел, собирая папки с делами. — Вы планируете посвящать команду в расследование? — Нет. Пока нет, — ответил Дмитрий. — Особенно Анну. Если все так… Я не знаю, как ей сказать. Микаэль поднял на Дмитрия глаза. В этом простом предложении он почувствовал всю горечь и боль, а не просто генерала. Племянника, который нашел доказательства преступлений тетки. Брата, который пытался сберечь сестру. Сына, который хотел верить в отца. — Хорошо. — Спасибо. Дмитрий заставил взять себя в руки. Огляделся по сторонам. Голова работала и выстраивала защитную стену вокруг рассудка, готовясь при надобности принять самое страшное. Внутри было глухо ― будто горела гниль. Чувства отмирали одно за другим. — Надо собрать все, что нужно, отдельно. Чтобы никто не мешал забрать. А потом я схожу за Кларком. Ему следует узнать. Он просил. — Не мне решать, однако я почти уверен, что это он тоже должен увидеть, — заметил Микаэль. — Не уверен, что он сможет поверить в то, что мы нашли. — Тогда я пошел. Дмитрий покинул лабораторию. Микаэль не мог перестать пролистывать папки с делами. Это было бы предательством — отвести глаза от жестокости, которая происходила с погибшими бессмертными. Кассиэль, который перебирал документы в надежде найти фамилии докторов и лаборантов, проводивших операции, шептал проклятья и тихо ругался. — Это… за гранью, — выдохнул он. Микаэль посмотрел на демона. — Это точка отсчета, когда Небеса перестали быть выше человечества. Мы на пороге заката бессмертных, Кассиэль. Начинается новая эра. А какая… не нам судить. Они молчали. Читали документы, не представляя до конца, что пришлось пережить подопытным… нет. Не подопытным. Их несчастным братьям и сестрам. Тем, кто погиб из-за ненависти и страха перед ними. Имя за именем… боль от боли… Микаэль не понимал, сколько прошло времени, прежде чем из коридора послышались шаги. — Какого дьявола тут происходит?! — послышался из соседнего помещения голос Кларка. — То, что обнаружили, генерал, — ответил Дмитрий. — И это надо увидеть. Старый военный осторожно пролез через узкий коридор и вошел в помещение. Кассиэль, который мрачно раздумывал над словами архангела, не обратил на него внимания. Зато Микаэль едва не подался вперед, чтобы схватить мужчину за подбородок и не заглянуть в глаза, чтобы мгновенно узнать правду. Дмитрий вошел следом за Кларком. — Это секретный сектор лаборатории, — пояснил Ллойд. — Здесь велись опыты над бессмертными. Отчетность — в папках и на компьютерах. Нужен специалист, чтобы извлечь данные. Но и по тому, что есть в папках, все понятно. Включая протоколы опытов. Кларк неоднозначно хмыкнул, взяв в руки один из журналов. Несколько минут он читал протоколы, ничего не говоря. Но по лицу мужчины можно было понять, что он испытывает. — Это… происходило здесь. На моей базе, — проговорил он. Это не был вопрос — констатация факта. — Да, на вашей базе. И, я полагаю, когда мы вернемся в Оксфорд, найдем нечто подобное там. Как и на месте «Сибири», — жестко произнес Микаэль. — В памяти демона, который был в теле доктора Ганзалеса, я увидел несколько лаборантов, которые помогали. Были ли они одержимы, неизвестно, однако они должны быть задержаны. Допрошены. И казнены. Дмитрий колебался. Но потом понял, что не может молчать. Но сказал осторожно, надеясь, что сможет все взять на себя. Чтобы бессмертные не тревожили ни Лэйн, ни Анну: — Когда мы были в Роткове. Я случаем попал на старую базу. И видел там подобное помещение. Только записи оказались уничтожены водой. — Значит, кто-то действует сразу в нескольких местах, — проговорил Кларк, бросив на стол документ. На лице генерала читались и боль, и гнев, и растерянность, и стыд. Все смешалось в плотный комок эмоций, направленных на себя и на кого-то неизвестного. — Это не мог быть Ганзалес. Он не покидал Уэльс. Старый генерал поднял на Дмитрия глаза. — Я знаю только одного человека, который был связан со всеми точками. — Я тоже, ― без эмоций ответил Ллойд. — Нужно поднимать базу, — с трудом проговорил Кларк, прекрасно понимая чувства Дмитрия. Но сейчас было не время начинать этот разговор. — Вы сказали, что в этом участвовали другие лаборанты и доктора. Мне нужно понять, кто. Он шумно вздохнул, ругнулся и потянулся к портсигару. — В документации не указаны полностью имена. Только буквенные сокращения, — сказал Дмитрий. — Никаких указаний на то, кто это был. Как мы поймем, кто нам нужен? — Мы можем устроить учебную проверку, — предложил Кларк. — Все научные сотрудники будут обязаны выстроиться в коридоре. Он посмотрел на Микаэля. — Вы сможете узнать нужных? — Думаю, это возможно. Дмитрий догадывался, как именно будет действовать архангел. Демон в теле профессора — хотя это и казалось чем-то запредельным — мог передать какую-то информацию, доступную только бессмертным. — Прошу разрешения не будить моих, — проговорил Ллойд. — Как ты себе это представляешь, — пророкотал Кларк. — Система оповещения одна. Орать будет на всю базу. Как бы отродья не послетались после такого… Он бросил еще один брезгливый взгляд на документы и прошептал: — Иисус Вседержитель… — Если это возможно… — настоял Дмитрий. Генерал Кларк положил руку ему на плечо и тяжело кивнул. — Ладно, сынок… сделаем иначе, — он открепил рацию от пояса и проговорил: — Сержант Вакслер, прием. Учения в корпусе E. Солдаты охраняют все окна и выходы, научный состав строится в коридорах для проверки. Без шума. Остальные корпуса отдыхают. Рация зашумела, и послышался голос сержанта: — Принято, сэр. Кларк вытянул из портсигара сигарету, протянул его остальным, но бессмертные лишь качнули головами. А вот Дмитрий взял. И накрыл его тяжелую руку на плече своей. — Спасибо, генерал, — сказал он, глядя в пустоту.