Глава 146

В мирное время путь к собору занял бы не больше четверти часа, но сейчас ввиду небезопасности маршрута, Дмитрий не строил таких радужных планов. Оружия они с собой взяли на совесть. Нужно было держать фокус и не терять бдительности, особенно после того, как они с Реном нарвались на ублюдков в первый же вечер. — Как Париж остается на плаву? — спросил Кас у медленно идущего Жана. — К сожалению, по большей части из-за наркотиков, — проговорил священник. — Здесь несколько ферм, которые выращивают наркотические растения и поставляют их по всем регионам. Но куда хуже то, что на этих же фермах создают синтетические вещества. Даже во время полной катастрофы, это остается людским бичем. Демон на это только хмыкнул. — Интересно… — не удержался от комментария Рен и словил странный взгляд Микаэля. — Что? Реально интересно. Грибочки всякие люди выращивают. Не унывают. — Это разрушает много жизней, — строго проговорил священник. — Так что нет. Не интересно. — Возможности перебить наркоделов нет? — хмуро спросил Дмитрий. Жан непривычно угрюмо повернул голову в сторону Дмитрия. — Наркотики и оружие нераздельно связаны, — проговорил он. — Это два конца одной палки. Поэтому я с трудом представляю, как это возможно вашими силами, если вы об этом. — Сомневаюсь, что вопрос к нам, — качнул головой Дмитрий. — Я про население города. — Так сами жители этим и живут в большинстве своем, — пожал плечами священник. — И несколько наших прихожан как раз фермеры. Поэтому это сложный вопрос. Дмитрий мрачно хмыкнул, вспомнив про ферму, куда они ходили за овощами с Реном. Но наводить справки и про нее тоже не стал. Лишь сделал пометку в голове в случае чего иметь это ввиду. — Отродий и зараженных в городе, как я понял, совсем мало? — Да, но сложно сказать почему, — кивнул Жан. — Мне хочется думать что из-за артефакта. — Оксфорд это не спасло, — заметил Дмитрий. — А Книгу достали из кишащего тварями разлома. Давид, шедший позади группы, в какой-то момент усмехнулся, бегло через плечо окинув взглядом улицу и дома позади. — А наш юный приятель с сомнительным статусом решил составить нам компанию. — Каину на жопе ровно не сидится, ― фыркнула Кира. — Мне кажется, нам нужно решить, что с ним делать, — вздохнул Кас, не оглядываясь. — Это уже не смешно. Его договор не даст нам довериться ему, но и прогнать Каина будет глупо. — Сейчас мы не на территории монастыря, — сказал Дмитрий. — Вопрос можно решить парой выстрелов. — Я возражаю, генерал, — сказал Давид. — Каин еще может очень нам пригодиться. Что касается договора… Можно с ним потолковать. Если, конечно, он этого захочет. Дмитрий проворчал себе под нос что-то нечленораздельное. Мысли вернулись к тому, что Каин без их ведома оказывал им помощь в дороге и помог поезду добраться до Орлеана без приключений. — Почему прогонять глупо? — спросила Кира. — Потому что он ищет помощь, — просто ответил Кас, тепло посмотрев на девушку. — Иначе он вернется к хозяину. Поймет, что он один. И озлобится сильнее. — Его нестабильная энергия и инфантильные перекрывают тот факт, что он якобы помог расчистить путь, — сухо уточнил Рен, лениво крутя в руках револьвер. — Вот как раз своей нестабильной энергией он и может пригодиться, — многозначительно сказал Давид. — Предлагаете его оставить, чтобы он продолжал шпионить за нами? — проворчал Дмитрий. — Вуайерист, хуль, — беспечно пожал плечами Грэй, потянувшись к пачке сигарет. — Меня не беспокоят его половые извращения, — сказал генерал. — Меня беспокоит, что он сливает информацию о нас типу, про которого хер поймешь, что ему нужно. — У Мальбонте всегда своя игра, — покачал головой Давид. — Мы можем гадать, но так и не узнаем, в чем его план. — Тем более. Послушайте, Давид, может вы его просто усыпите? Как тогда у Дэри? Раз уж он вам так нужен, — предложил Ллойд. — Уберете его к херам отсюда. Давид задумался. — Должен признать, идея не лишена смысла. — Бедолага, — деланно сочувственно усмехнулся Рен, делая затяжку. — В пору называть его не Каином, а Авророй. — На днях он в неадеквате пристал к моей сестре, — сказал Дмитрий. — Не будь там Одри, пристрелил бы его на месте. Особой жалости к нему я не испытываю. Правда… ― лицо его стало угрюмым. И потом в его голосе просквозило сомнение. ― Его эта помощь на железке… Штормит, блядь, как дерьмо в проруби. Рен скривился в лице от его слов. Он все еще жалел, что оставил тогда Анну наедине с этим придурком, не смотря на то, что она сама попросила. Теперь на повестке дня в его голове встал вопрос о том, чтобы попросить генерала оружие против бессмертных. Так, на всякий случай… — Выход из ситуации с договором есть почти всегда, — пожал плечами Давид. — Если узнать все детали, можно найти лазейку. Проблема в том, что он связан пунктом Немоты. Он не может раскрывать детали. А попытка преодоления может быть расценена, как расторжение в одностороннем порядке. Не имея права на расторжение. И тогда наступят санкции. — Какие? — спросила Кира, отчего-то поежившись. — Например. — Самое простое — немедленная смерть, — ответил Давид. — Но, я наслышан про Мальбонте. И потому почти уверен, что дешево Каин не отделается. — Поэтому нужно действовать осторожнее, — кивнул Кассиэль. — Иначе это может аукнуться и нам. — Это тонкий намек не погружать его в сон надолго? — скривился Давид. — Это тонкий намек, что ты не всесильный и потратишь много сил на поддержание его сна, — поправил его демон. Анхея, которая до этого ничего не говорила, да и мало интересовалась тем, о чем вели речь сейчас другие, бросила на Давида короткий взгляд. Сейчас, когда игра пошла на несколько фронтов, когда в нее могли вклиниться еще и верхи Ада до кучи, рисковать точно было нельзя. — Но и позволять ему следить за нами мы тоже не можем, — твердо сказал Микаэль. — Он уже это делает, — хмыкнула Анхея. — Разве нет? Они вышли из переулка на набережную Монтебелло. Теперь оставалось лишь пересечь мост Архиепархии. Дмитрий остановился. Внутренний сторожевой пес встал, ощетинился в нем и зарычал. Он в сомнении оглядел раскинувшееся резко перед ними пустое пространство. И что-то еще. Неуловимое. Он не видел этого места прежде. Но глаз автоматически выхватил то, что вызвало опасение. Цепочка из нескольких старых заброшенных мобильных ларьков. Грамотно расставленные старые покореженные автобусы. Грузовики, которых здесь не должно было быть в его понимании. И все это ― на противоположной стороне дороги, что шла вдоль набережной. А еще он почуял… ― Снайпер! Он дернул вбок и вниз, за большую каменную цветочную клумбу, Жана. И разом грянули два выстрела, обозначив место, где только что стояли генерал и священник. Жан, ничего не говоря, дернул руку к карману, достал пистолет. — Святой отец! Ай-ай-ай! — крикнула Анхея, нырнув за поваленный ящик рядом с ними. — Защищать свою жизнь необходимо. Мне ее даровал Бог! — тут же отозвался Жан. Из-за грузовиков и прочих укрытий на набережной ударили автоматные очереди. — Контакт! В укрытие марш! ― рявкнул Дмитрий, на слух насчитав их больше десятка. Ухватив Жана за шиворот, он метнулся к зданию, заскочил внутрь ― это оказалась старая, разбитая кофейня. Перехватив автомат и прикатился к окну. Кира бросилась в сторону ближайшего окна, пробила собой стекло, уходя с улицы. В раму ударила одиночная пуля и заряд с ампулой. — Кира! Снайперы! ― скомандовал в рацию Дмитрий. Она включилась привычно, но с учетом знаний от Каса и Микаэля. Прикинув возможный сектор, где могли быть снайперские точки, Кира выскочила во двор. — Подсветите — я уберу, — выдала она в рацию. Сдернув со спины М200, она влетела в окно на чердаке через два дома. Стрелявшие оттуда пара автоматчиков понять толком не успели ничего. Одному Кира проломила голову прикладом. Второму всадила в затылок острый рог изгиба крыла. — На позиции, — доложила она в рацию, располагаясь с винтовкой и приникая к прицелу. Приметила несколько наиболее подходящих окон на верхних этажах расположенной на острове гостиницы. На улице под ней грохотала жестокая канонада. Рен молниеносно нырнул за чугунную урну, которая хоть как-то могла послужить укрытием, стоявшую при входе в кафе, куда юркнули Дмитрий и Жан. Перехватил револьвер обеими руками, готовясь к бою. Глаза полумутанта быстро сканировали пространство, оценивая количество потенциальных угроз. — Ну, конечно, — пробормотал он, не удержавшись от саркастического комментария. — Засада прямо на мосту. Как оригинально. Прямо как в дешевом боевике, где плохие парни думают, что это хорошая идея ― собираться в одном месте. Он проверил угол обстрела, прищурив свой здоровый глаз, и быстро осмотрел мост. Губы мужчины тронула знакомая ухмылка, хотя ситуация была далеко не шуточной. — Знаете, святой отец, — преисполнившись сарказма, крикнул Грэй Жану, находившемуся по другую сторону разбитой витрины кафешки. — Если ваш Бог такой добрый, почему бы Ему не послать нам хотя бы еще одного ангела прямо сейчас? Без крыльев, просто с гранатометом, а не с простым мечом. Микаэль на это фыркнул, поудобнее перехватив рукоять. — Это не просто меч, — с раздражением в голосе ответил он. — Грэй! Твою мать… — выматерился Дмитрий и, сменив местоположение, открыл огонь из автомата из другого окна. Кира заметила шевеление в разбитой гостиничной мансарде. До здания было метров триста. Через Сену. А с реки дул хороший крепкий ветер. Внеся поправку, Непризнанная выстрелила. Мощная винтовка снесла стрелку половину черепа. И еще через пару окон она заметила вторую фигуру — с оружием странной формы. «На нас…» — поняла она, что засада готова была принять бой с бессмертными. Но дальше размышлять было некогда. Еще выстрел — и стрелок-охотник на ангелов и демонов отправился следом за своим напарником. — Минус два, — отрапортовала Кира. — Сектор справа чист. — Принято, птичка-невеличка. Прочистим второй, — весело отозвался Рен, словно для него это была пятничная прогулка по набережной. — Они точно заценят шоу. Он сделал паузу, перезарядил револьвер и ухмыльнулся своим мыслям, которые уже начали оформляться в конкретный план. — Готовься стрелять! — крикнул он в рацию, и запрыгнув на перевернутый набок автобус, принялся… танцевать стриптиз, одновременно сделав пару выстрелов в сторону здания слева, где еще оставались живые снайперские точки. ― Ты чертов псих! ― взвизгнула Кира, созерцая внезапный смертельно рискованный перфоманс. Не теряя времени, она отследила в прицел еще двух бойцов на той стороне реки, не менее нее удивленных представлением. «Надо единым махом…» ― подумала Кира. И выстрелила из снайперки так, будто метнула большой снаряд. Плотный комок энергии размером с баскетбольный мяч устремился на снайперскую лежку и разнес ее в клочья. — О, уже все? — разочарованно протянул Рен, завидев взрыв. Перестав вращать бедрами и делая последний выстрел в воздух, словно это был финальный аккорд его «выступления», он спрыгнул с автобуса, снова ныряя за укрытие, опустил револьвер и посмотрел на дырку в своем плаще, которую оставил один из пуль снайперов. — Сука, между прочим, этот плащ был пиздатым! И, резко выглянув из укрытия, он превратил голову в лопнувший арбуз у еще одного потенциального преступника по части возможной порчи гардероба. — Как тебя до сих пор не убили с таким легкомысленным отношением к жизни, — фыркнув проговорил Микаэль, и поднялся выше в небо, намереваясь выпустить несколько шаров энергии ― по точкам, откуда велся наиболее плотный огонь. Дмитрий отстреливался из автомата, присматривая одним глазом за Жаном. — Здесь наемники есть? Сука… оружие растеклось, как песок, — процедил он сквозь зубы, видя еще пару отстрелянных ампул, к счастью не попавших в цель. — Ублюдки подготовленные. Засада по всем правилам, мать их душу! ― Есть остатки, ― ответил Жан. ― Те, кого не приняли Орлеан, Фонтенбло. Сбились в стаи. ― Оно, блядь, и видно… ― прорычал Дмитрий. ― Ученые. Сучьи дети… Давид небрежно разбирался с противником, засевшим в домах по другую сторону площади. Не испытывая особого желания лезть на рожон, он шел от комнаты к комнате, убивая всех на своем пути. Пока не нарвался на бойца, вооруженного пистолетом с ампулами. Успел уйти с линии выстрела и долго отпускал проклятия в адрес стрелка, ампулы, впившейся в стену, и тех, кто сотворил ее содержимое. Анхея, которая следила за стрелявшим через окно, рванула вперед, разбивая стекло, и, пригнувшись, подсекла стрелка, пока тот пытался в нее попасть. Обхватив голову мужчины, она резко дернула ее в сторону, ломая парню шею. Пистолет вылетел у него из рук, а тело осело на землю. — Ублюдок, — прошипела она, глядя на руку. Острая сережка в ухе трупа рассекла ей ладонь, и ангелесса стянула края ранки вместе, ускоряя регенерацию. — Сучьи ублюдки… — прорычал Давид, подлетая к ней и требовательно подтягивая раненую ладонь Анхеи к себе. Он с беспокойством и злостью следил за тем, как стягивается ранка. А потом простер руку над пистолетом с ампулами, в глазах его вспыхнул огонь. И через минуту уже настоящим огнем загорелось и начало плавиться оружие. Содержимое ампул с едким шипением растеклось по полу. — Выкормыши субантр. — Какой псих вообще носит острые сережки? — возмутилась Анхея. — Полный придурок. Девушка со злостью пнула ногой труп. Давид деликатно промолчал о том, что одно время носил подобные сам. Да и гвоздики в его сосках нельзя было назвать совсем уж округло сточенными и не способными поцарапать. — Хорошо, что она была не отравлена, — сказал демон. — Глупо было бы, если он так сделал, — пожала плечами Анхея. А потом ехидно усмехнулась. — Ты свои сережки отравил? — Н-нет… — опешивши уставился на нее Давид. — Хотя… Были такие идеи — давно в юности. Сделать в них емкость для яда. — Буду знать, что ты полон сюрпризов, помимо других демонов, — без тени улыбки проговорила Анхея. — Это давно было, — запротестовал Давид. — Меня сильно раздражал мой наставник по истории… Но все же до этого дело не дошло. Остался жив. — Мне стоит спрашивать, как связаны твои соски и наставник по истории? — прищурилась Анхея. — Это было одно из самых укромных мест, не вызывавших подозрений, — возмущенно булькнул демон. — Носить перстни я не особо любил. Анхея постаралась сохранить серьезное выражение лица из последних сил. — И какова была вероятность, что твой наставник взял бы в рот твою сережку? — невинно уточнила она. — Я так понимаю достаточно низкая, но не нулевая? — Нулевая, — буркнул Давид. — Потому что конкретно этого наставника, как раз, мой подростковый бунт не интересовал вовсе. Это был скучнейший тип, чем меня и раздражал. Анхея блеснула глазами. — Сейчас, конечно, не время, но мы обязательно обсудим всех, кто интересовал тебя, — вдруг рассмеялась она. — Я впервые так заинтригована. Давид дергано сглотнул, понимая, что снова не уследил за языком в разговоре с Анхеей. Глядя на нее с недовольным прищуром, он собирался сказать что-нибудь в свою защиту, как внизу, на первом этаже, в районе витрин, где скрылись Дмитрий и Жан, послышались разрывы гранат. А наверху, под кровлей — крики и звуки короткой борьбы, после чего на мостовую вылетело уже мертвое тело, продолжавшее сжимать в сведенной руке ружье с ампулами. А следом из того же окна вылетел Каин. Анхея рванула к окну, крыльями выбивая остатки стекла, и взмыла в воздух. Небольшая передышка не могла отвлечь от опасности, и она полетела в сторону генерала и священника, готовая прикрыть их, если придется. — Сука, заводские… Нас конкретно ждали, — зло сказал Дмитрий, обернулся к Жану, оглядывая его на предмет возможных ран. Когда гранаты влетели в окно, Дмитрий успел дернуть священника через выбитую дверь в соседнее помещение. Но сам грохот от разорвавшихся боеприпасов, отразившись от стен, хорошо ударил по ушам и голове. Отец Жан нервно вытер дрожащей рукой испарину со лба. — Господь милосердный, за эти годы я ни разу не попал в такую передрягу, — проговорил он нервно. — Похоже, вы у Него на хорошем счету, святой отец. Выловив момент, Дмитрий короткими очередями уложил двоих нападавших, пытавшихся зайти в слепую зону, на угол дома. Священник перекрестился. — Хочется думать. Кира, застрелив из винтовки еще нескольких противников в укрытиях у начала моста, заметила внизу отстреливавшегося Рена и решила ответно помочь ему. Убрав М200, она посмотрела на свои руки, собрала в ладонях комки энергии, кровожадно усмехнулась и полетела прикрывать ему спину. — Это было впечатляюще, — прокомментировала Кира его танец на боку автобуса. — Занимался VIP-танцульками профессионально? — О, птичка, ты даже не представляешь, насколько профессионально, — весело ухмыльнулся Рен, пригибаясь за укрытием и делая очередной выстрел в сторону противников. — И я бы даже мог устроить тебе приватное шоу, но боюсь, что попросишь потом автограф. А я не люблю давать автографы. — Ммм, шоу… — протянула Кира. Глаза ее сверкнули — по-демонски, провокационно и с тонкой притягательной и соблазнительной томностью. — Грэй… — выгнула она бровь. — А на моем девичнике пару партий исполнишь? Тогда автографы попросят все. — Девичнике? Каком еще нахрен девичнике? — не понял Рен, высматривая в кого бы еще выпустить очередную пулю. — Моем, — улыбнулась Кира, вольно шагнув на Рена. В глазах демоницы играли озорные искорки. — У нас с Кассиэлем свадьба на днях будет. Какая свадьба без девичника? И какой девичник без горячего танцора? — Воу, — Рен замер, на секунду опустив револьвер и удивленно уставился на Киру. — Серьезно? Рыцарь в сияющих доспехах позвал тебя замуж? Он короткую сделал паузу, переваривая услышанное. — Вот это поворот, — усмехнувшись, протянул Грэй и неуверенно добавил: — Поздравляю? Немного несвоевременно конечно, учитывая, что мы в глубокой заднице, но… Это ожидаемое развитие событий, учитывая его стремление спасти тебя в Дэри. Смущения на лице Киры прибавилось. Она пожала плечами. ― Мы каждый день в глубокой заднице. Уже три года. Не, даже больше. Я успела один раз сдохнуть. И в новой жизни тоже уже пару раз едва не сдохла. Хочу успеть сделать что-нибудь еще. Замужество ― очень даже вариант. — Так себе вариант, по моему скромному мнению, но не мне судить, — отозвался Рен и, не сдержав улыбки, хитро прищурился. — Уверена, что не поторопилась с выбором? На лице Киры отобразилось все, что она думает по поводу скепсиса Рена. ― Уверена. Другого такого, как Кас, нет никого. И не будет. Так что… Не, если ты не хочешь на девичник, то так и скажи. Придешь сразу на свадьбу. Может… Анна тоже платье наденет… ― коварно хихикнула начинающая демоница. — Мне, очевидно, тоже придется позаимствовать у нее платье, учитывая, что костюма у меня нет, — крякнул от смеха Грэй. ― Давид сказал, что все сделает. Позаботится о нарядных вещичках для всех, ― повела рукой Кира. — Ох-хо-хо, — протянул Рен, едва сдерживая рвущийся наружу смех. — Ну, тогда мне точно следует ожидать самое роскошное платье розовых пастельных тонов. Я думаю, он мне так и не простил пролитый кофе на его костюм. ― Ты пролил кофе на его костюм? ― удивилась девушка. Если продолжение у вопроса и было, оно оказалось погребено грохотом разорвавшейся у здания, откуда вел огонь Дмитрий, очередной гранатой. Противник отчаянно пытался прорваться туда. Кира зарычала, отскочила на автомате назад, оказываясь вне укрытия. Последствия не заставили себя ждать. Крылья ей мгновенно пробили снаряды-инъекторы с ампулами. Грэй обернулся к ней, глядя на то, как плоть на крыльях бессмертной зашипела, выругался себе под нос нецензурной бранью. Мгновенно сориентировавшись, он прикончил стрелявшего в нее точным выстрелом в голову. А к Кире тут же подлетел Кассиэль, издалека заметив, что она попала под обстрел. — Как ты?.. Проклятье! — он в ужасе посмотрел на девушку, которая шипела от боли. — Сейчас! Подожди. Он подхватил ее на руки и понес в укрытие. По рукам демона текла ее кровь, и он чувствовал острое, ужасающее дежавю. Он уже видел такое. Видел, как сестра также умирала, истекая кровью. От схожей мерзости. Перья клоками слетали с крыльев. Боль была такой, что она не имела сил даже кричать. Кира лишь тихо скулила и выла на руках у Кассиэля. Когда не стало перьев и осталось лишь голое тело, ядовитая кислота начала разъедать кожу, оголяя мышцы, съедая мясо до костей. Демон приземлился на крышу и встал за лифтовой шахтой. — Кира, — отмерев и схватив ее за плечи, проговорил Кас, глядя в ее лицо. — Я вырву крылья! Слышишь? Он резко ухватился за почти голый остов ее костей, истекающих кровью и рванул в стороны, ненавидя себя за то, что причиняет ей боль. Спина сладостно замолчала, зачесалась. Крылья вышли багровые почти полностью. А вместо белоснежного края был… насыщенный лазоревый, переходящий в сапфир. Роговые наросты сменились черными костяными. Тяжело дыша, Кира повернула голову к Кассиэлю, сжала его руку. — Прости меня, — прошептал Кас, вовлекая ее в объятия. — Мне нужно было быть рядом. — Это я сглупила, — тихо ответила она, прижимаясь к нему. — Вышла под пули. На улице прогремела еще пара гранатных взрывов. — Надо вниз. К нашим, — проговорила Кира. ― Генерала жмут. Вектор атаки ― на них с Жаном. — Ты уверена? — спросил Кас заботливо. — Тебе бы лучше переждать… Я не хочу, чтобы ты пострадала. Кира заглянула в его глаза — беспокойные, полные тепла и тревоги. Кивнула. — Хорошо, я пережду еще немного. Справитесь? — усмехнулась весело и слегка устало она. — Ты как сам, Кас? — У меня полдюжины адских псов и несколько тысяч лет за плечами боевого опыта, — самодовольно проговорил он и нежно провел ладонью по ее щеке. — Не нужно беспокоиться обо мне. Лучше побереги себя. — Я люблю тебя. И беспокоюсь, — Кира коротко поцеловала Кассиэля в губы. Сжала его пальцы на своей щеке. — Ступай, — лукавый взгляд скользнул по нему. — Я в порядке. Побуду тут. Он на несколько секунд задержал ее в своих объятиях, касаясь ее лба своим, а потом порывисто поцеловал. — Спасибо, что не споришь, — проговорил демон. Он заставил себя разомкнуть объятия и мягко улыбнулся. — Скоро увидимся. Расправив крылья, Кассиэль взмыл в воздух и направился в гущу сражения, где его псы атаковали наемников. Каин вмешался в бой не сразу. Он следовал за группой аккуратно по крышам, скрываясь за псевдо-барочной лепниной, полуколоннами, углами верхних этажей. А временами идя через чердаки. Он помнил обещание генерала пристрелить его при первой возможности. Но и не пойти за ними не мог. Скоро должен был состояться очередной отчет. Ангел чувствовал это по тому, как снова начала напоминать о своем существовании метка на руке. Последние дни она мало беспокоила его. А выдергивали его на Небеса всего раз — глубокой ночью в первый день прибытия в Париж. Он бесконечно хотел избавиться от метки, разорвать договор, который стал уже невыносимым. Но не мог. Не знал, как. А спросить не мог тоже. Оставалось лишь идти до конца. «Группа должна дойти и сделать, что ей нужно…» — это Каин знал точно. А он сам должен был увидеть, что именно сделали следующим шагом. И когда начались выстрелы, тоже вклинился в драку, заходя на мансарды, чердаки, убивая стрелявших оттуда бойцов. Но была и другая причина вмешаться сейчас в бой. Он хотел этого. Хотел им помочь. При всем своем отношении, он впервые за долгое время нашел тех, с кем мог быть вместе, единой группой. Не друзья, но хотя бы приятели. Здесь было оставлено слишком много эмоций и сил. Здесь он в тайне надеялся получить помощь и поддержку. И сейчас не мог не помочь. Он убрал еще одного стрелка, засевшего на чердаке с винтовкой, стрелявшей смертоносными ампулами. Перебил на соседней крыше автоматчиков. И сейчас высматривал среди средних этажей противоположного дома еще одного бойца, чье оружие стреляло одиночными и с характерным звуком. Наконец, определившись с окном, ангел совершил быстрый рывок туда, ухватил стрелка за грудки и поволок вперед, пробив его телом стену, ломая ударом ему позвоночник и ребра. Обезображенное тело упало позади укрытия, где находился Рен. Скрюченные пальцы все еще сжимали пистолет. Заметив своего соперника, Каин ощутил жестокое клокотание внутри и устремился вниз, оказываясь у стены здания и в дюжине шагов у Рена за спиной. Вперил в него злой, жесткий презрительный взгляд. Рен всегда был парнем с чутьем, которое граничило с чем-то сверхъестественным. И сейчас его тело буквально окаменело за долю секунды до того, как он услышал звук шагов позади себя. Он не видел Каина — нет, тот был чертовски хорош в скрытности, даже слишком хорош — но Рен чувствовал его нутром. Это было как холодное дыхание на затылке, как предгрозовое напряжение в воздухе, от которого волоски на руках встают дыбом. Он мгновенно обернулся, его глаза встретились с красными, полными ненависти глазами ангела. Взгляд Каина прожигал насквозь, будто хотел испепелить его одним лишь усилием воли. Но Рен не дал себе времени на размышления. Внимание полумутанта молниеносно переключилось на пистолет, который все еще сжимала мертвая рука убитого стрелка. — О, нет, дорогой, — процедил Рен сквозь зубы, уже двигаясь. Маневр был быстрым для человека, молниеносным, какое сложно было ожидать от смертного. Он бросился к трупу, вырвал оружие из судорожно сжатых пальцев и, не теряя ни доли секунды, вскинул его, направив ствол прямо в грудь Каина. — Давай-ка поиграем в одну простую игру, — проговорил он холодно. — Ты делаешь один лишний шаг, и я лично проверю, насколько твой ангельский статус защитит тебя от этого маленького чуда инженерии. Каин замер в нескольких шагах от Рена. Сцепил зубы так, что они заскрипели. Досадуя, что фактически сам бросил сюда это оружие. А потом уголок его губ саркастично скривился. — А без маленького чуда инженерии ты ни на что не способен? Ну, еще бы. Что ты можешь сам по себе… — О, конечно, давай поговорим о том, кто тут на что способен, — протянул Рен с наигранным сарказмом, будто они обсуждали погоду. — Но ты прав. Без вот этого «чуда инженерии» я просто обычный парень с кучей шрамов и плохим чувством юмора. Он сделал короткую паузу, чуть наклонив голову. Глаза Грэя продолжали пылать холодной яростью. — А на что способен ты? — уточнил он, слегка усмехнувшись. — Что ты без своего статуса бессмертного? Без крыльев, без свечения, без всей этой ангельской чуши? Ты просто глупый мальчишка, который думает, что весь мир вертится вокруг него. Инфантильный придурок, который прячется за своим «призванием», потому что слишком труслив, чтобы жить как нормальный человек. Ведь даже сейчас, ты просто захотел убить меня, вместо того чтобы принять тот факт, что Анна выбрала меня, а не тебя. Такого распрекрасного ангелочка. Повзрослей уже, ебалай. Глаза Каина стали еще более колючими и злыми. — Как много ты, оказывается, про меня знаешь. Уверен? На многое способен сам? Ты жалок. Ты не заслужил Анну. Однажды она поймет. И ты станешь ей не нужен. Ты презираешь бессмертных. Анна разве не рассказывала, насколько много обязана им? Это как раз то, на что не способен ты. Никак. Никогда. Анна смотрит вперед. Она… удивительна. А ты не видишь дальше собственного носа. Ты ей наскучишь. Очень скоро. — Эти твои попытки оскорбить меня выглядят ужасно жалкими, — протянул Рен нарочито медленно, щелкнув затвором пистолета. — Ты такой забавный, когда пытаешься казаться умнее, чем есть. Твои речи… Это все звучит красиво, конечно. Прямо как одна из тех песен, которые ты, наверное, напеваешь, когда никто не видит. Но знаешь, что вижу я? Он сделал шаг вперед, чуть сильнее сжимая пистолет, хотя это даже не требовалось. Взгляд Грэя прожигал ангела насквозь, полный насмешки и презрения. — Я вижу мальчишку, который так отчаянно хочет быть героем, что готов выдумать целую вселенную, лишь бы оправдать свое существование. Ты думаешь, что Анна должна тебя выбрать, потому что ты… ну, блять, ангел? Потому что ты можешь летать и светиться? Серьезно? Это все, что у тебя есть? Крылья, комплекс величия и личина предателя? Скажи спасибо, что я до сих пор не нажал на спусковой крючок, и советую лучше съебаться, как ты всегда это делаешь, пока рука не дрогнула. Каин смерил взглядом направленное в него дуло. Было ли ему страшно? Пожалуй, немного. Больше было безразличия и злости на обстоятельства. — Смертный… — фыркнул Каин. — Вы всегда храбры лишь с вилами в руках. Неужели ты думаешь, что эта пуколка реально тебя защитит? Оружие не всегда с тобой. Или ты намерен судорожно хвататься за него при каждом шорохе? И кто из нас трус? Не можешь говорить со мной, не держа на прицеле? Какой храбрец… А мне вот до адовых недр сейчас твои угрозы. Рен медленно покачал головой, словно разговаривал с ребенком, который никак не мог понять простую истину. — Знаешь, Каин, — проговорил он спокойным, но твердым голосом, — вот это твое нытье и попытки выставить меня каким-то злодеем из дешевого боевика… Это просто смешно. Ты действительно думаешь, что я настолько эгоистичен? Если бы Анна выбрала тебя — да хоть целый хор ангелов, блять, — я бы отошел в сторону. Потому что я хочу ее счастья. Даже если оно будет без меня. Но ты… ты просто жалкий эгоист. Ты не можешь принять, что проиграл. Что она выбрала того, кто не пытается быть кем-то другим ради ее внимания. Ты просто не умеешь проигрывать. И знаешь что? Это делает тебя слабым. Намного слабее, чем любое оружие в моих руках. Грэй опустил пистолет, глядя на ангела, как на протухший кусок мяса. — Ну, давай, убей меня, как ты и хотел сделать, чертов предатель. Убери преграду со своего пути. Он усмехнулся, отбросил пистолет в сторону и раскинул руки. — Ты ведь этого хочешь? Каин проводил глазами его движение. Шевельнул бровью. Медленно сделал несколько шагов вперед. Остановился перед Реном, изучая его взглядом. «Что она в нем нашла? Зачем ей это полумертвое чудовище?..» — мысли хаосом танцевали у ангела в голове. Он чувствовал, как достаточно одного движения крыла, и эта изуродованная жизнь закончится. А бой скроет все следы. Так соблазнительно и просто… А потом в ушах снова зазвучали слова Рена. А у сердца поднялось тоскливо-ноющее чувство. Каин вспомнил глаза Анны вчера вечером. Ее испуг. Неужели он был настолько страшен? Да, пожалуй, был. Он снова едва не потерял контроль. Пока из него насильственно не вырвали убивавшие его эмоции. Это было внутри него. Зияющая изуродованная пустота. Которую он попытался закрыть впервые проснувшейся любовью. И не смог. Анна… Перед взором предстали пытливые, внимательные голубые глаза, умевшие гореть озорным и страстным огнем. Ее колоссальная сила, увлеченность до фанатизма, гордость, живость, острый язык, умение бороться и брать свое. Она завораживала его. «Она все решит сама. Она правда все решит сама… Помешает ли этот ушлепок? Да. Но…» Каин вдруг понял странную вещь внутри себя. Если этот полумертвый не вернется. Ей будет больно. А он… не хотел делать ей больно. Он хотел, чтобы ее глаза продолжали светиться. Хотел, чтобы она была радостной. Каин понял, что не сможет убить того, кто сейчас стоит перед ним. — Ты ошибся, человек, — проговорил Каин. — Потому что я хотел сделать Анну счастливой. Хочу, чтобы она была счастлива. Раскинув крылья, Каин быстро поднялся в воздух и тут же зигзагом метнулся в сторону, уходя с линии ставших уже совсем редкими выстрелов. — Оно и видно, придурок, — буркнул себе под нос Рен, провожая ангела брезгливым взглядом. Он снова посмотрел на пистолет с ампулами яда против бессмертных, немного поколебался, но все же забрал оружие, спрятав его под плащ. Так, на всякий случай… Но все же подумал, что сделал правильный выбор, что не стал устранять мальчишку. Все же, не смотря на его предательство, тот помог им расчистить дорогу в Орлеан.