Глава 162

Дмитрий с непониманием смотрел на удаляющийся очаг. А потом ― на мертвецов, почти скрывшихся с улиц. В голове нарастал тяжелый звон. — Что за херня? — зло проворчал он. — Ублюдки отступают, — константировал факт сквозь зубы Грэй. — С хуяли, блять? — Хер его знает. Дмитрий стряхнул с руки кровь — отродий в перемешку со своей. Заметил на своем теле рваные кривые раны от их когтей. Давящим тяжелым фоном начинала наливаться боль, которую он только что не ощущал вовсе. Ллойд осмотрел вниз на бессмертных. — Есть, кого спросить. Он пошел к лестнице, на ходу закидывая Копье в чехол, на спину, стискивая от боли зубы. На ходу чувствуя, как схлынуло ощущение силы внутри. Как дало знать о себе тело ― тренированное, но все же не готовое к нагрузкам, лежавшим на грани, если не за гранью возможностей смертного тела. Подкатила страшная слабость. Дмитрий едва смог спуститься по лестнице. И сел на мощеные камни двора. Перед глазами расходились цветастые круги. — Вы как? — Микаэль обессиленно сел рядом и положил руку на плечо мужчины. Ллойд тут же почувствовал, как в его тело хлынул слабый поток энергии — все, что архангел мог сейчас дать ему. Анхея, оттягивая момент признания как можно дальше, подняла было на генерала глаза, но тут же отвела взгляд. Дмитрий заметил ее напряжение. И хребтом почуял нехорошее. Он уже успел изучить ангелессу достаточно за время ее пребывания в группе. — В пределах дозволенного. Спасибо, ― поблагодарил генерал. ―- Что за… мертвецы? Это точно не зараженные. Какого черта? И отродья повели себя похлеще, чем в Оксфорде последний раз. Микаэль смотрел на него несколько секунд с непроницаемым выражением лица, после чего, брови его сочувственно сдвинулись. — Генерал… — протянул архангел, не зная с чего начать. — У этого нападения была четкая цель. Дмитрий нахмурился, устремив на архангела тяжелый внимательный взгляд. — Какая именно? Микаэль переглянулся с Давидом. Плотно стиснул челюсть, играя жилками, снова посмотрел на генерала. — Лэйн… полагаю, ее забрали, — с сожалением в голосе, ответил архангел. Оглушение поглотило сознание. Перекрыв адреналин, ярость — все. Раскрывшись, глаза Дмитрия остекленели. А потом наполнились попеременно отторжением, сопротивлением, переходя через боль обратно во всепоглощающую ярость. — Нет, — скрипнули его зубы. — Лэйн… Она пошла в укрытие вместе с Анной! — надавил голос. Мир пошел трещинами, посыпался огненными и ледяными осколками. — Мы убедились, — выступил вперед Давид. — В убежище ее не было. Одри там. Ваша сестра тоже. Но Лэйн… — демон покачал головой. — Ее не было. Дыхание стало чаще, глубже. Растерянные, было, глаза, сверкнули. «Не было…» — промелькнуло в голове. Значит, никто не видел наверняка. Преодолевая остававшуюся после неполного лечения Микаэлем слабость, Дмитрий сорвался с места, помчался вниз, в подвалы. За ним последовали бессмертные. — Что с Лэйн?! Где она?! — прогремел его голос, едва он оказался внизу, в убежище, и увидел Анну. — Она сюда не приходила, — отозвалась девушка.— Разве она не с тобой? Слова сестры обрушились вторым ударом молота на голову. — Она сказала, что соберется и пойдет к тебе. Ты не видела ее? Он уже знал ответ на этот вопрос. «Проводить… Надо было самому отвести ее… Почему я об этом не подумал?» Микаэль прижал Одри к себе, убеждаясь, что с ней все хорошо и сочувственно посмотрел на Ллойда. — Нет. Дима, тогда она? — дрожащим от волнения голосом, спросила Анна. — И где Рен? — Живой. Мы были на крыше, — механически, ставшим отрешенно-спокойным голосом ответил брат. Мысли бесновались в его голове чудовищной стремниной. А потом вдруг рассыпались, обернувшись пустотой. — Лэйн нигде нет, — выдавил он из себя, и голос его стал глухим, дрогнул. — Приходили поднятые из могил мертвецы, — на пороге показался Давид, на которого было страшно смотреть — едва державшийся на ногах, в крови, с полубезумным взглядом. — Значит, это был Малек. Одри вздрогнула, сдавленно охнула, сжав пальцы на одежде Микаэля и прижавшись к нему плотнее. — А потом отродья и мертвецы внезапно развернулись. Атака достигла цели, — продолжил демон. — Они забрали Лэйн с собой. — Значит, у них и Книга, и криптограф, — проговорила Анхея. — У нас очень мало времени. Куда он мог двинуться? В этот момент, чуть покачиваясь, в подвал спустился Рен. Его костюм превратился в изодранное нечто, был перепачканный в крови и какой-то черной жиже. — Что случилось? — уточнил он, заметив их кислые лица. — Лэйн похитили, — механически отозвался Микаэль, уткнувшись носом в волосы Одри. Та стояла ни жива, ни мертва. С ужасом думая о прозвучавших над ее головой словах. Что подругу забрало чудовище, больше которого она не могла себе представить. Одри с судорожным вздохом сцепила зубы, чтобы сдержать стон. — Вот дерьмо, — выдохнул на это Грэй. — А вы точно уверены? Может она осталась в комнате… Это был слабый проблеск. Хотя внутри себя Дмитрий уже знал, что… все правда. И сама мысль была невозможно призрачной. Но… Развернувшись, генерал направился наверх. Мысли начинали собираться обратно. Чувства будто умерли, внутренности — застеклило плотным слоем, под которым клокотала ярость. Дверь едва не слетела с петель, когда он рванул ее. Комната была пуста. Не было ни Лэйн, ни ее рюкзачка, ни Книги. И тут осознание пришло полностью. Дмитрий закричал — страшно, исступленно, врезал кулаком в дверной косяк. До боли, треска дерева и разбитых в кровь костяшек. Стекло прорвала душевная боль, заполнив Дмитрия до краев, хлынув через край. Боль, вина, ярость, злость на весь мир. И на себя, на свою страшную ошибку. Вспомнилось, как они попрощались сейчас, ее странная отрешенность в глазах. Которой он почему-то не придал значения, хотя должен был. Воспоминание потянуло за собой другое — то, что она говорила ему ранее. Про записи. Слова, которым он тоже не придал значения иного, нежели ее отчета по ситуации с переводом. В голове лихорадочно заметались мысли. Он вспомнил, что они обсуждали сохранность записей и то, как Лэйн спрячет их в случае нужды. Генерал подошел к письменному столу и дернул ящик до самого конца — тот вывалился на пол вместе со всем содержимым. Ллойд сунул руку в темный зев стола и нащупал заднюю стенку. К ней был приставлен ее блокнот: все заметки, все расшифровки Книги были здесь, на месте. Лэйн не взяла их с собой в этот раз. Значит, она оставила их намеренно. Ее вынудили… Дмитрия сжал пальцы в кулак. — Она ушла сама, да? — за дверью неслышно появилась Анна. — Черт… я совсем с ней не общалась в последние дни. Погрязла в своих… переживаниях. Думала, что она в порядке. ― Я не верю, что она ушла сама. Она не могла, ― с протестом выпалил Дмитрий. Он вынул блокнот со всеми записями. И как-то заботливо и бережно положил его на стол. ― Она оставила нам все, ― будто не своим голосом проговорил генерал. Анна приблизилась и взяла блокнот в руки. — Так… значит, у нее был план, — проговорила девушка, листая записи. — И нам нужно что-то сделать. Понять бы что… Давид скривил лицо, закрыл его рукой и начал мять. Сосредоточиться было сложно. Голова гудела. Тело наливалось свинцовой тяжестью. — Шепфа… Надо сесть и подумать, что все это значит и как быть дальше. — Тогда пойдемте в столовую, — сказала Одри. — Там сейчас никого нет. — Давайте через пять минут, — предложила Анна. — Вам нужно всем смыть кровь. Группа потихоньку потянулась в зал, где еще витали запахи смерти, но которые уже вовсю старались вытеснить иные: из-за дальней двери, ведущей на кухню, слышались ароматы еды, которую готовили монахини и их добровольные помощницы. Монастырь начинал возвращаться к своей обычной жизни. Отряд уселся за длинным столом. Никто не решался начать разговор. Дмитрий просматривал оставленные записи, стараясь держать рассудок в холоде. Но рычание то и дело прорывалось клокотанием в его голосе. Бормоча негромко, проговаривая минуты перед тем, как они с Лэйн расстались сейчас: — Она выглядела уставшей. Но ничего особенного я не видел. Особенных странностей… — Демоны весьма искусны в сокрытии себя, — покачал головой Давид. — А мы имеем дело с Отцом лжи. Не будучи знакомым с подобным явлением, разобраться было невозможно. Кроме того, не забывайте, что к вашему рассудку он тоже имеет доступ и мог незаметно для вас… не допускать определенных мыслей и предположений, к примеру. Так что. Здесь нет вашей вины, генерал. Вы не всесильны. Слова демона болезненно кольнули внутри. А глаз выцепил новые строчки в блокноте. Прежде их не было. ― Что это? ― спросил Дмитрий. ― Лэйн не говорила раньше про это. Он прочитал с последней страницы вслух — слова выведенные торопливо и нервно: " …Он покоит меня на злачных пажитях и водит меня к водам тихим, подкрепляет душу мою, направляет меня на стези правды ради имени Своего. Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мной…» — Итого, что могут означать эти слова? — повел рукой Давид. — Какое имеют отношение? Почему внимание особо отдано им? Здесь описание местности. Возможно, это нужное нам место. — Это псалом Давида, верно? — спросила Одри и взяла записи в руки. — Лэйн никогда не была религиозной. Значит, это должно что-то значить. — Она могла указать на место в Париже, — проговорила Анна. — Долина смертной тени? Злачные пажити… воды тихие… какая-то чушь. Она потерла виски. — Все должно быть на поверхности, — заметила Анхея, входящая в зал. Она все еще была бледной после битвы, но уже в чистой одежде. — Где в Париже может быть спокойное место с чем-то вроде пажитей и тихих вод? «Направляет на стези правды» — очевидно, ее ведут туда. — Дима, это сообщение для тебя, — проговорила Анна уверенно. — Потому что ты ближе всего к ней. Рен молча сидел на деревянной скамье в углу столовой, чуть поодаль от остальных. И жадными глотками пил из добытого с кухни чайника воду. Помедлив, сунул его Дмитрию. — Попей. Иначе отключишься в самый ответственный момент от дегидратации. А у нас еще дела… Ллойд взял чайник машинально, сделал пару глотков. А потом залпом опустошил ― так сильно захотелось пить. Сдвинув брови, Дмитрий пытался собрать воедино сказанные в расшифровке слова. — Злачные пажити… Это… — Нива или любой ее аналог, — подсказала Одри. — Похоже, что здесь идет речь о месте, где собирают богатый урожай и много воды. Где тишина, покой, возможно, отдых. Покой, отдых, много воды, урожай. И все это в городе, где посевных полей нет. Но где может расти съестное. — Теплица? Оранжерея? — неуверенно проговорил Дмитрий. Он вспомнил невольно их завтрак в оранжерее колледжа. — Но где сейчас в Париже может быть действующая оранжерея? — покачала головой Одри. — Я видел только на этой чертовой ферме на Марсовом поле, — покачал головой генерал. — Где здесь может быть еще оранжерея? Рен машинально крутил в руках пустую фляжку, наблюдая за суетой в столовой и решил вставить свой комментарий: — Может это Люксембургский сад? — предположил он. — Тихие воды — это большой пруд, стези правды — близкое расположение Пантеона и Сорбонна. Да и в целом место очень спокойное. На лице Давида промелькнуло оживление. Он одобрительно кивнул. — Это возможно. Тем более, что… В Люксембургском саду расположена статуя Давида. Это имеет прямое отношение к цитате. Значит, возможно, нам нужно именно это место. Там находится что-то, что важно. Надо начать оттуда. — Но какое отношение имеет к этому долина смертной тени и стезя правды? — спросила Одри. Давид развел руками. — Я не знаю. Но подобные метафоры нередки в контексте истины, суда, казни. Что-то действительно жуткое, учитывая контекст. — Я про Кладбище Невинных читала. Огромное кладбище, существовавшее сотни лет, — сказала Одри. — Правда, в романе. И оно, вроде как, уже давно снесено. — Но осталось само место, — после недолгого раздумья сказал Микаэль. — И это было особенное место. Не просто кладбище, а грандиозный монумент смерти. В прежние времена там были похоронены сотни и сотни тысяч. Самых разных. Туда сбрасывали тела бедняков, чумных, казненных. Хоронить на прочих кладбищах таких неприкаянных смертные не желали. Это отдаленно похоже на Яму душ в Аду, куда попадают неприкаянные. Вроде висельников. — Или самоубийц, — добавила Одри, мрачнея. — Это те, над кем есть власть у Малека. — Комбинация похожа на правду, — согласился Давид. — Осталось только отправиться в Люксембургский сад и проверить… Он не договорил. Дверь в столовую распахнулась — там стоял Каин. Крепко держа за шиворот перепачканного в грязи и до смерти перепуганного человека. Одри охнула. Вид ангела потряс ее. Еще розовые, не обесцветившиеся рубцы покрывали его тело — открытые участки явственно говорили об этом. Руки, шея. Несколько шрамов хаотичными розово-белесыми тяжами лежали на некогда красивом лице Каина. — Сука. Ублюдок, — процедил сквозь зубы Дмитрий. — Это еще что? Приглядевшись, он не поверил своим глазам. — Агапе?! — Какого черта?! — прошипел Микаэль, тут же выпрямившись и сделав шаг вперед. Рен напрягся при виде Каина, но решил никак не комментировать его эпичное появление. Рука потянулась к пачке сигарет, шоу обещало быть интересным. — Он пришел с мертвецами, — негромко, глухим, неестественным голосом сказал ангел. Без мелодичности и бархатистости, какие были прежде. Каин сипел и «скрежетал» не до конца восстановившемся горлом. — Я вышел через подвал. И оказался в проулке. Показались мертвецы. Он был с ними. Было видно, что ангелу тяжело говорить. Дмитрий резко поднялся, подошел к Агапе и сгреб его за одежду, вырывая из рук Каина. — Что ты здесь делаешь? — прорычал генерал. Агапе метнул на него взгляд, полный злобы и страха. И молча отвернулся. — Он провел ее, — вдруг поняла Анна. — Он забрал Лэйн. Дмитрию потребовалось все его самообладание, чтобы не раскрошить священнику голову прямо сейчас. — Где она?! Повернулся к Каину. — Ты видел ее? — Нет, — едва заметно качнул головой ангел. — Лэйн не было. Не видел. — Значит, он вернулся после того, как отвел ее, — сказал Микаэль. Глаза его полыхали от гнева. — Зачем? Агапе испуганно сжался. — Куда вы ее забрали? — обжигающе злым голосом спросил Дмитрий. Видя, что тот молчит, Ллойд вломил ему тяжелую пощечину, от чего Агапе полуоглушенный рухнул на лавку. Генерал достал нож. Одри спрятала лицо на груди Микаэля, не имея сил смотреть, что будет дальше. — Уведи ее отсюда, — проговорила Анхея, бросив взгляд на девушку. — Это не то, что должна видеть… — Это не то, что хочу видеть даже я, — прервала ее Анна. — Идем, Одри. Одри машинально последовала за Анной. Когда они обе вышли, и дверь за ними закрылась, Дмитрий схватил Агапе за руку и полоснул по его ладони лезвием. Тот сдавленно вскрикнул. Кровь хлынула из раны. Рванув кусок с одежды священника, генерал зажал ему рану, чтобы тот не истек кровью раньше времени. — Сучий ублюдок, я буду кромсать тебя на куски, пока не скажешь, — ледяным голосом сказал Дмитрий. — И не сдохнешь, пока я не узнаю все. Агапе мельком скользнул глазами по Микаэлю, видимо осознав, насколько долго его могут оставлять в живых и не давать умереть. А на ладони Давида загорелся огонь. Демон протянул руку ближе к Дмитрию. Тот, не спрашивая, сунул в огонь лезвие ножа. — Твои жалкие потуги — ничто по сравнению с милостью или яростью моего хозяина, — проговорил Агапе дрожащим от боли и страха голосом. — Ты — не более чем предатель, — насмешливо сказал Давид. — И твой хозяин достаточно знает про предателей, чтобы не быть к тебе милостивым. Ты — лишь отработанный материал. Которому и в Яме места нет. — Лучше бы тебе сказать все, что ты знаешь, — ледяным голосом процедил сквозь зубы Микаэль, и глаза его загорелись светом. — Если хочешь умереть быстро. Архангел дернул крыльями и сжал кулаки. Рен подошел ближе, безразлично глядя на священника и с интересом предвкушая, что будет дальше, когда бессмертные покажут себя во всей красе. Микаэль стремительно шагнул вперед, его крылья хлестнули по воздуху, создавая резкий порыв ветра. Он схватил Агапе за горло и приподнял над лавкой, не обращая внимания на кровь, стекающую по руке священника. — Ты умрешь в любом случае, — прошипел архангел и его глаза пылали ярче с каждым мгновением. — Но у тебя есть роскошь выбрать свою смерть. То, чего ты и твой хозяин лишили многих безвинных. Начни рассказывать, и умрешь быстро. — Я… я скажу, — прохрипел священник, и Микаэль бросил его на пол. Агапе подобрался и затаился. Пользуясь короткой передышкой. Не сводя глаз с генерала. И снова что-то взвешивая внутри себя. Лезвие ножа стало темно-красным. Дмитрий дернул рукав на Агапе, разрывая ткань и обнажая тому руку по середину плеча. — Где Лэйн? — задал он короткий вопрос, удерживая лезвие в сантиметре от кожи мужчины. — Ищите в объятиях нашего бога, — выдохнул Агапе. И закричал, когда раскаленный металл с шипением вошел глубоко ему в плечо. — Где Лэйн? — повторил, надавливая огненной сталью в голосе и в руке Дмитрий. — Привел к господину Малеку, — простонал Агапе. — В Люксембургский сад. — Что у него в Люксембургском саду? — спросила Анхея спокойно. Агапе поднял на нее взгляд остекленевших глаз. Боль была лишь фоном среди мрака, в котором пребывал его разум. — Путь, — коротко ответил он. — О, ты не понял, — покачала головой Анхея. — Я не об этом спрашиваю. И прежде чем ответить, лучше дважды подумай. Мне плевать, насколько сильно тебя будут истязать. Просто ты можешь отправиться в Ад прямо сейчас, а можешь задержаться на пару минут. И поверь, побыть тут в агонии лучше, чем оставаться там хотя бы лишнюю секунду. Твой хозяин служит Тьме, а она никогда не бывает милосердной. Агапе судорожно вздохнул. — Рассказывай все, что нас ждет по пути, — продолжила Анхея. — Пока ты говоришь, ты будешь жить. Бывший священник несколько мгновений тянул с ответом — явно выигрывал время, уже прекрасно осознавая, что его ждет дальше. Короткое движение горла. Агапе облизнул сухие, как пергамент, губы. — В саду есть потайной вход. Там начинается самая древняя часть катакомб — римские каменоломни, — начал говорить он. — К югу уходит тоннель, который ведет к костнице. Это место, куда десятилетиями свозили останки с кладбищ Парижа, подлежавших ликвидации. В том числе, с Кладбища Невинных. Путь непрост. Много ловушек — на тварей земных и небесных. На пути к костнице. Там… Церковь. Подземная. Из костей. Господин Малек избрал ее своим домом в Париже. Лэйн будет там. Вместе с ним. Пока… — он запнулся и замолчал. — Пока что?! — рявкнул Дмитрий. — Пока не придет час призыва. Час возвращения Того, Кто будет править, — ответил Агапе. — Книга, ее расшифрованные страницы, помогут провести ритуал. И Хозяин, Владыка Баал вернется. Лэйн даст знания, через которые господин Малек призовет Того, Кто дал ему жизнь. И позволяет жить всем нам. — Кто-нибудь может прояснить, что случится, если у этого козла все получится? — скептически уточнил Рен. Лицо Давида стало более бледным, хоть и без того выглядело сейчас не самым здоровым образом. — Баал вернется в мир. Из темницы, в которую его заключили много тысяч лет назад. И тогда… известное нам переменится до неузнаваемости. И Небеса, и Ад, и Земля. Баал потянет за собой своего хозяина — того, кто создал демонов и людей. Наступит время бесконечной тьмы. Ад поглотит Небеса и Землю. И это будет Ад, от которого взвоют даже демоны. Грэй молчал несколько секунд глядя на Давида. — Оу, — выдохнул он, переключив свое внимание на священника. — И культисты, я так полагаю, решили, что им с этого что-то перепадет… — Нам нужно выдвигаться, и поскорее, — решительно заявил Микаэль. — Мы больше не можем тратить время, иначе все будет кончено. — Смертные, да и бессмертные тоже — бывают излишне доверчивыми и верят в пустые обещания, за которыми их не ждет ничего, — сказал Давид. Он посмотрел на Микаэля. И остановил руку генерала, собиравшегося сломать Агапе шею. — Позвольте, я изучу детали, про которые он мог не сказать. Дмитрий нехотя передал священника в руки Давида. Демон стиснул лицо Агапе пальцами, плотно фиксируя, чтобы тот не мог отвернуться. Заглянут в его глаза. И, несмотря на сопротивление, вломился в его воспоминания. Агапе закричал от страшной боли, раздиравшей рассудок. И через пару минут Давид брезгливо сбросил обмякшего, уже в полубезумии человека на пол. — Гм… Похоже, палач Донован найден. Это он перерезал ей глотку, чтобы она замолчала навсегда. Какая ирония… Крысу загрызла такая же крыса. — Уебок… — прорычал Дмитрий. — Это было несложно. Он знал дорогу в карцер: исповедовал иногда там людей. И прошел, пока мы отвлеклись на атаку. — Крыса… — пожал плечами Давид. — Места с ловушками, про которые он говорил, я тоже увидел — могу показать желающим. Дмитрий поднял Агапе с пола, сжал ему горло. И одним резким движением сломал шейные позвонки. Мертвое тело мешком грохнулось на пол. — Нужно убрать эту падаль из монастыря, — заметила Анхея. — Не монашкам же его закапывать. Она указала ботинком на Агапе. — Идем, Давид, сбросим его в стоки подальше отсюда. Рен машинально затянулся сигаретой, наблюдая за тем, как Давид с откровенным отвращением ухватил, будто грязный куль, мертвое тело и вынес его из зала. В этот момент его охватило странное чувство — не страх, а скорее осознание собственной уязвимости. Он всегда знал, что смертный в компании бессмертных — это что-то вроде временного гостя. Но сейчас эта мысль обрела особенно острый оттенок. «Если бы им что-то нужно было узнать у меня,» — мелькнуло в голове Грэя, — «не потребовалось бы даже развязывать мой язык. Просто влезут в голову…» Он покосился на Микаэля, который уже стоял у дверей, готовясь к выдвижению. Архангел казался таким же безупречным и холодным, как всегда. — Выдвигаемся, — глухим голосом коротко сказал генерал. По нему было видно, что он желал бы отправиться немедленно. Но им требовалось пополнить личный боезапас. Выйдя в коридор, они увидели, как из холла к ним направляются Кассиэль и Кира. — Самое время, — процедил сквозь зубы Дмитрий. — Что произошло? — спросил Кассиэль, уже поняв, что состоялось нападение на монастырь. — Это были культисты? Все целы? Дмитрий смерил его и Киру тяжелым взглядом. И Кира поняла. Она слишком хорошо знала генерала. — Кто? — дрогнувшим голосом спросила она. — Лэйн похитили. Мы выдвигаемся за ней, — ответил Дмитрий. — Эти демонские суки. Малек, Баал. Пригнали отродий. И живых мертвецов. Пока мы отбивались, они увели Лэйн. Кассиэль не нашел подходящих слов. Он только тяжело вздохнул и кивнул. — Пойду за Анной, — сказал Рен, проведя ладонью по волосам. Микаэль кивнул, тоже торопясь к Одри, но все же задержался в коридоре. — Ситуация хуже, чем кажется, — произнес архангел глухим голосом. — Малек не просто забрал Лэйн. У него теперь есть ключ к тому, что может разрушить все. Баал скоро вернется, если мы не успеем их остановить. Он сделал паузу, глядя на Киру, которая побледнела еще сильнее. — И нам нужно действовать быстро. Очень быстро. Потому что, если мы опоздаем… предательство Агапе станет лишь началом того хаоса, который они готовы устроить. И с этими словами, также устремился вперед. Необходимо было обезопасить Одри, собрать вещи и выдвигаться. Кира молчала, глядя ему в след. Она не знала, что можно сказать. Да и говорить сейчас было незачем и некогда. Только обняла Кассиэля, ища поддержки и чувствуя вину из-за произошедшего. — Идем, женушка, — шепнул Кас ласково, стараясь поддержать ее. — Без нас они тут совсем не могут. Несмотря на тяжелые мысли и эмоции, Кира улыбнулась. И благодарно, доверчиво ткнулась носом в грудь демона. — Идем. Муженек, ― Кира подняла голову, и глаза ее сверкнули адовыми искорками. Дмитрий, обогнув демонов, пошел быстро собираться. Казалось, что вокруг него от кипевших чувств вибрирует и готов заискрить воздух. Выражение лица генерала было непроницаемым. Только глаза горели тяжелым злым огнем.