Эвтаназия

Добро пожаловать в удивительный цифровой цирк! Пространство, полное абстракции и удивлений, место, где Вы можете стать кем угодно, где царит веселье и радость! Волны необычных приключений и интересных историй, заходи к нам, и получишь незабываемые эмоции! И ты...

...Возможно, останешься в живых.

      — Стоп-стоп-стоп, а вы уверены, что подобная заставка реально привлекает внимание?       — Абсолютно точно! Зрители же повелись! — восторженно отозвался конферансье, привлекая волну сомнительных реакций.       — А разве это не должно... Ну... Затрагивать наши... Моральные принципы?..       — Да ладно, Помни, поверь, в мире миллионы сумасшедших людей, которым недостаëт впечатлений! — Джекс широко улыбнулся, одним шагом сокращая расстояние до Кейна, — Эй, предлагаю добавить в интро пару фокусов с расчленением!       — Не могу представить таких безумцев, кроме тебя, — лениво фыркнула в ответ и Зубл, надеясь, что еë летающий «психолог» проигнорирует очередной бред фиолетового.       — Спасибо за комплимент!       — Джекс, я не думаю...       — Да ладно, кого вообще волнует мораль? Вот возьмëм, к примеру, Рагату и...       Лëгким движением лап зайчик поднял удивлëнную куклу и засунул еë в какой-то странный ящик, внезапно материализовавшийся рядом с ним. Как удачно! Однако его идею, что не странно, никто не поддержал. Зубл, в очередной раз закатив глаза, сложила руки на груди, с возмущением пялясь на Кейна.       — Мы пытаемся записать это уже в пятый раз. Я сваливаю, — она развернулась, протягивая пластиковую ладонь к красным ленточкам подруги, — Пойдëм, Гэнгл, здесь больше нечего делать.       — Но мы же ещё...       — Пойдëм.       Кейн на пару секунд застыл, наблюдая за очередным бегством одного из его персонажей. И вот так всегда, вечно этой надоедливой абстракции ничего не нравится! Какой же бред, а ведь он так старается, почему же никто не ценит?       Ах да, а ещё он обладает властью.       — Нет-нет-нет, — показательно вертит пальцем в такт словам, опустив в свободное плавание свою трость, и щелчком возвращает героинь на место, — У нас же новенькие! Вы не можете уйти! Ведь настало время приключения!       — Вот же ж б@*ть.       — Но, — начала Помни, что всё это время старалась перебороть защитника волшебного короба, в котором оставалась Рагата, — Разве сегодня уже не было одно?       — Да забей, Пом-пом, будет весело!       — В последний раз я не могла заснуть всю ночь... Только давайте без всяких ужасов!       — О-оу, — протяжно протянул кроль, расплываясь в не обещающей ничего хорошего улыбке, — Наш маленький клоун боится хорроров... Очаровательно.       — Заткнись, Джекс. Ты сам боишься чëртовой кукурузы, — Помни отошла подальше от ящика фокусника, — Так что, Кейн, зачем нам вообще было снимать эту заставку?       Кто-то позади недовольно хмыкнул, приговаривая что-то про «кто вообще может бояться кукурузы», но Помни уже не обращала на это внимания, оставляя его наедине со своим бредом. Всё равно бессмысленно на полном серьёзе отрицать то, что совсем недавно самолично признал. Она же не обещала никому не говорить. Вроде. Если что, уши не отсохнут, сам вечно достаёт всех мелкими подставами.       — Потому что это весело! А ещё ни одна история не может начинаться без интро! — Кейн, не дожидаясь больше лишних слов, бодро взмахнул тростью, открывая очередной портал, — Ну, удачи, мои подслащённые персички!       — Нет, я па-а... — Зубл не успела возразить, в одну секунду всех героев засосало в очередную дыру без каких-либо намëков на следующее приключение.       Что на этот раз: эра динозавров? Сверх технологии? Герои с магией? Аниме? Всë и сразу? Бред.       Помни очнулась на кровати, в резком приступе скидывая одеяло. Одним движением приняла сидячее положение, в страхе оглядываясь. Каждый раз истории Кейна оказывались полной неожиданностью, предугадать которую невозможно. Порой нельзя выяснить заранее даже жанр: боевик, расследование, стелс, хоррор? Иногда незнание убивало сильнее ожидания, это как с сороконожками и Рагатой. Если ей сказать, что в комнате еë «любимое» божье создание, то она туда и не зайдëт ни в жизнь, а, если и запихнут, то хотя бы будет знать, чего бояться.       — Хэ-эй, ребята?.. — на голос никто не отзывался, обычно они перемещались все вместе в единое место, однако сейчас — гордое одиночество, — Рагата? Зубл? Джекс?       Странно. Пройти через портал, казалось, можно только по одному пути, так как вышло так, что они разделились? И, судя по томящей тишине, что медленно начинала пожирать сознание, рядом они тоже не находились. Признаться, Помни не сильно любила оставаться в такой... Пустоте... Ещё с первых дней в цирке самым большим страхом было рассеяться и моментом стать картинкой на двери, даже не воспоминанием. Но со временем отношения с ребятами улучшились, вот и создалось чувство, что они постоянно где-то поблизости, что она не одна. Даже после ссоры с Джексом они оставались дру... Хорошими собеседниками и партнёрами в историях, просто не обговаривая произошедшее. Однако это приключение впервые взаправду разделило их.       Сейчас же всë оставалось непонятным. Странные стены, незнакомая обстановка новой рисовки, словно обычная комната подростка. Шкаф-купе с зеркалом во весь рост посередине, обклеенные плакатами обои и стëкла, две двери: судя по всему, одна балконная, и странная чернота за окном. Замкнутое пространство слегка напрягало, однако чем-то локация показалась знакомой. Обычно это не так удивительно, учитывая скудную фантазию Кейна и его любовь повторять некоторые вещи из прошлых похождений, однако эту рисовку Помни точно видела впервые, слишком уж реалистично.       Стоп, реалистично? А что такое вообще сейчас для неë реальность?       — Не хочешь рассеяться — не думай, — приказала девушка самой себе, замечая, что в комнате ещё и полно странных надписей и сундуков.       Чëрт, неужели на этот раз квест? Жанра а-ля «выберись из запертой комнаты с помощью оставленных автором подсказок»? В целом, не то чтобы она была плоха в подобном, как ни крути, в таких играх всегда можно достичь финала как минимум методом перебора. Кучу раз провалившись, даже собака запомнит, как нужно действовать. Единственная проблема: бесчисленные смерти и кара за любые ошибки. Пройти-то можно, да и умереть она не умрëт, явно возродившись, только всë-таки не хотелось раз за разом чувствовать боль. Значит, следует вести себя осторожно.       Помни сжала край одеяла, всматриваясь в свои ладони. Нужно исследовать помещение, возможные ловушки, вещи при себе... Ладони?.. Стоп, ладони! Она вскочила, скидывая с себя тëплые покрывала, и подбежала к зеркалу, в панике хватаясь за своë лицо. Лицо... Человека? Плавные линии, бежевые цвета, пропорциональные конечности. Взгляд скользнул по отражению: типичная девушка средних лет, чëрные прямые волосы по плечи, возможно, чуть низкий рост, маленькое тело и немного мешковатая одежда. Помни тихо вскрикнула, прикрывая рот руками, это же... Еë внешность! Она, конечно, привыкла в некотором роде к клоунскому костюму и выпадающим глазам с ассиметричными ресницами, да и воспоминания стëрлись в момент перемещения, но сейчас это действительно было еë отражение, она не могла ошибиться!       Только одежда странная, видимо, остаток сценического образа: большеватые чëрные туфли с широким чуть надутым концом, сомнительные шорты на лямках с округлениями к коленям, привычная цветная шапка, просто чуть меньше, и белая взъерошенная рубашка под низом.       — Чëрт, — она повернулась, изучая себя со всех сторон, — Кейн с его шутками... Графику улучшил, что ли?       Однако навязчивые мысли в голове не давали полностью насладиться моментом насмешки. Похоже... Слишком... Похоже... Откуда ему знать...       В любом случае, нужно изучить локацию, не время для сомнений. После многих приключений Кейна удалось понять, что медлить — не всегда лучшее решение, иногда нужно действовать. Шустро помотав головой, вернулась в настоящее, попутно радуясь неслетаемости шляпки на ней. Ладно, иногда быть мультяшкой — удобно. Совсем чуть-чуть. И лишь иногда.       Помни ощупала свою одежду и обнаружила в кармане небольшой ключик с биркой. «Балкон».       — Так, одна зацепка есть, причëм... — девушка взглянула в сторону белой двери и стëкл рядом, замечая беспросветную тьму за ними, — Весьма дурацкая...       Так сразу бросаться в темноту не хотелось, комната, пусть и отдавала чем-то пугающим, хотя бы оставалась минимально освещëнной. Помни вернулась к кровати, заметив небольшую тумбочку с настольной лампой. Верно, прежде чем открывать новую локацию, для начала стоит получше рассмотреть старую, так и понятнее будет, с чем имеешь дело.       Ящик, к удивлению, открылся без всяких проблем, внутри же лежал потрëпанный блокнот и чëрная шариковая ручка.       — Дневник? — девушка присела на край матраса и взяла в руки находку, — Здесь?       Увиденное на первой странице повергло в шок: среди расчерченных синих клеточек тонкой дорожкой стелились рисунки, периодически дополняемые приписками. Где-то виднелись формулы, где-то какие-то теоремы, словно автор дневника — заскучавший на лекции студент. Однако больше напугали рисунки, чем доставшие со школы уравнения. Заголовки, определения, какие-то характеристики и причины.       «Метафизические теории: изучения пространства, времени, обстоятельств.»       Чуть правее криво нарисованная шахматная фигура в пышном пальто — Королëр. Множество линий пересекались между собой, чëтко выделяя на общем фоне короля с хаотично разбросанными глазными яблоками. Он то ли наблюдал за читателем, то ли сам поглядывал на текст слева, разводя зрачки в разные стороны. Иронично, как даже простая игра начинается чаще всего с пешки.       Помни на секунду скользнула в низ страницы — очередные странные записи, словно под диктовку надоедливого философа.       «Отчаяние — глубокое экзистенциальное состояние, а не простая эмоция, полная потеря смысла, бессилие...»       — Ха-а? — вновь обратила внимание на Королëра, теперь он смотрел чëтко прямо, — Показалось?..       Медленно она перелистнула страницу, не отрываясь от рисунка. Он же точно выглядел как-то иначе, а его зрачки... Списав всë на удивление и волну обуздавшей паники, продолжила читать новый заголовок.       «Теория управления страхом смерти — уникальный конфликт Человека Разумного, порождает экзистенциальный страх. Игнорирование и отрицание смерти. Боги, вера, самообман.»       Сомнительное существо, потенциально являющееся живым — пара глаз, встроенных в летающую челюсть. Звучит и выглядит как полная чушь, которую не способен придумать обычный студент. Кейн.       Да, он частенько любил вставлять свою персону в истории, но чаще как короля и кумира, чем как... Рисунка?       «Феноменализм, экзистенциализм...»       «Конатус — усилие, импульс, намерение, склонность, тенденция, попытка, стремление — термин, использовавшийся в ранних философских....»       «Детерминизм, всеобщее...»       «Самосознание...»       Одно слово пробило в ней дыру, болью отражаясь в сердце. На странице урока, посвящëнному заголовочному термину, красовался знакомого вида крокодил на задних лапах в ковбойской шляпе. Нет... Невозможно... Это... Точно был Гаммигу.       Воспоминания с горечью вспыхнули в голове: та жизнь, когда она ещё ничего не понимала, самое начало пребывания в цирке... И безжалостная встреча с необратимой реальностью. А после и новая встреча, уже в другой локации. Видеть кого-то знакомого и понимать, что твой образ не вызывает в нëм совершенно никаких воспоминаний... Помни сжала края страниц, слегка сминая бумагу. Точно, она человек, не нпс, она никому не подчиняется, она всё ещё она... Однако...       Термины не случайны.       Чем дальше Помни листала дневник, тем больше фраз заменялись рисунками. Разбросанные запчасти Зубл, набор масок Гэнгл, связанный, словно подарок, алой лентой, испуганная Рагата, что стояла в чëрном поле загнивших ромашек, Кауфмо, некоторые герои, изображения которых она видела на перечëркнутых дверных фасадах, чëрные жижи с гущей разноцветных глаз...       — Рассеянные... — рядом с расплывчатым тёмным рисунком оставалось обведëнным одно слово — «Заблуждение». — Если Кейн так решил окунуть нас в нашу прошлую жизнь, то он ошибается.       «Апперцепция, познание, мнение, духовный кризис философии.»       — Чëрт, — на предпоследних страницах рисунки заполняли практически всё доступное пространство, а из слов оставались только заголовки, полностью теряя все определения, отчего понимать многие слова становилось тяжелее. — Хех, Джекс.       Странно, но изображение фиолетового кролика на этих страницах немного успокоило — к его страшной физиономии ей не привыкать, потому от знакомого лица стало чуть проще. Он был нарисован сидящим, с игривым взглядом, поглядывающим на наблюдателя, а в лапе самодовольно вертел кухонный нож. Да уж, Джекс и оружие — плохое комбо, и воспоминания навевает не самые приятные. Расположился практически на весь лист, не сохраняя свободных мест, а всë «белое» пространство оказалось истерично перечëркнутым. Однако полностью собой он не оставался, как и другим, ему выпала странная особенная доля, — его шея крепко обëрнута толстым слоем колючей проволоки, глубоко впиваясь в кожу. Рядом с ним так же имелись надписи: «Солипсизм, филофобия, гаптофобия».       Помни, вспомнив внешность, не вспомнила вместе с этим всю свою жизнь, хотя что-то ей подсказывало, что, будь она даже живой, всë равно бы не смогла дополнить недостающие термины. Кейн явно заблуждался, считая Помни отличницей с курса психологии, если это, конечно, его идея.       Да нет, это точно его идея, не может всё вокруг же взаправду быть забытой реальностью. Либо обыкновенная часть общей загадки.       Как минимум, она знала свой возраст и профессию. Думать о невозможности вспомнить дату рождения или что-то более конкретное не хотелось, в любом случае она точно знала, что является живым человеком, а подобное попросту сбивало. Особенно после случая с Гаммигу...       Однако с каждым листком суть изображений тоже менялась: они чернели, сгущались, увеличивались, расширялись, будто художник постепенно сходил с ума, всë больше сил вкладывая в нажатие на ручку. Чëрные линии накладывались друг на друга, чуть ли не разрезая хрупкую бумагу, а белого становилось всё меньше.       До конца оставалось немного, а чувство беспокойства только сильнее охватывало девушку.       — Бред... — перелистнув, увидела последнюю исчерченную страницу, немного отличающуюся от остальных — она сама.       На весь разворот была явно нарисована Помни, только не совсем такой, какой привыкла себя видеть. Мультяшка со странными пропорциями и чрезвычайно большой головой, склонëнной на бок, но линии выходили хаотичными, буйными, сумасшедшими. Глаза расширились и кровоточили, чëрной кровью наполняя веки, клоунский костюм весь перепачкан и разорван, на лице хищная улыбка, острыми зубами впивающаяся в листок, а в ладони холодное оружие со стекающими густыми каплями. Казалось, что она прожигала себя зловещим взглядом, одну руку вытягивая к «свободе», а в другой удерживая заострëнный нож, направленный на читателя.       И сверху, как обычно, приписка.       «Мëртвый клоун. Безумие.»       Девушка пару секунд рассматривала рисунок, пока в левом уголке не показалось шевеление. Изображение сжало и разжало пальцы, наигранно их разминая, а после, оскалившись, рвануло вперëд, стараясь вырваться со страниц дневника. Помни моментом отпрыгнула, выкидывая закрытую тетрадь в дальнюю часть кровати. Бред... Бред!       — Оно... Оно... Шевелилось... — напуганно отозвалась Помни, покрываясь дрожащими мурашками, — Это же... Невозможно...       Помни всматривалась в отброшенную находку, стараясь подметить новые движения. Однако более никаких странностей не было, так что, чуть успокоившись, она подползла к тетради, больше еë не раскрывая. Себе дороже...       — Кейн и его иллюзии... Достало... — выругалась Помни, сползая с кровати и засовывая дневник себе в шорты.       Как-никак, это явно зацепка, без которой пройти это приключение не удастся. Пока, конечно, не сильно ясны многие понятия и отсылки, но она не настолько глупа, чтобы так просто выкинуть найденный предмет. Всë равно инвентарь бесконечен, вдруг потом получится с чем-нибудь скомбинировать.       Выругнувшись вновь, прихватила с собой ещё и шариковую ручку, бесследно исчезнувшую в карманах. Руки по-прежнему еле заметно дрожали, и почему опять чëртов хоррор?! Ну хотя бы не пришлось бороться с пространством, как во многих играх, где тонкий герой таскает на себе кучу предметов, размером с дом. Иногда быть цифровым удобно. Нет. Нельзя.       Нельзя сомневаться.       Помни впилась глазами в ладони, лихорадочно покрываясь потом. Как бы она ни старалась, тьма и тишина делали своё дело, постепенно сводя с ума. Почему она одна, можно пережить ад, страшных кукол, летающие головы, пугающие и смертельные ситуации, да что угодно, всё равно им никак не умереть, но только не одиночество. Будто только оно и могло по-настоящему убить. И вся эта обстановка... Тусклый слегка серый свет, разрисованные обои, странный дневник, ожившие картинки, ящики, да что за чертовщина?! Она же точно не свихнулась, верно? Это же не галлюцинации и не проделки мозга где-нибудь под капельницами больницы, да? Никто же не знает, вдруг именно так откачивают людей из комы?       А вдруг весь цирк тоже иллюзия? Воображение, то, что видят слетевшие с катушек безумцы? Помни стукнула себя по щекам, выкидывая тревоги в глубокую яму сознания, Боги, долго она здесь так не продержится! Нужно как можно скорее выбираться отсюда...       Или хотя бы кого-нибудь отыскать. Лишь бы более не думать о том, что всё её существование — ложь.       Зато есть один вариант, со стопроцентной вероятностью позволяющий проверить любые теории.       — Какого х@#?! — она громко вскрикнула, собственный голос разрезал гнетущую тишину, слегка обнадёживая, но брань осталась запиканной, а значит, это не реальность.       По крайней мере, не еë реальность. Возможно, на мгновение, но она даже обрадовалась, ведь будь еë реальность похожа на эту... Образы привычной компании сами всплыли в голове. Нет, ни привыкать, ни считать сам цирк «обычным» нельзя. В целом мало что можно — в том измерении запутаться в чувствах и ожиданиях проще, чем спровоцировать Зубл на мат. Хотелось просто в очередной раз убедиться, что она по-прежнему в глупой иллюзии их конферансье.       Помни отбросила нахлынувшие мысли, сейчас она думать о подобном уж точно не намерена! Ей нужно искать зацепки и замки, а не размышлять о комфорте жизни в качестве мультяшки.       Боги, нет, это же не просто квест, это хоррор квест! Еë мнение, естественно, опять никто не учëл, обрекая на очередной ночной кошмар. Обессиленно выдохнув, Помни мысленно прокляла Кейна и его истории, вот никогда не слушает, совсем как Джекс! В следующий раз сбежит вместе с Зубл.       Точно. А остальные? Они же тоже должны быть где-то здесь, засосало же всё-таки всех вместе! Значит ли это, что рано или поздно они воссоединятся? Если придётся потом ещё и за остальными подчищать... Господи, ладно Королëр или Гэнгл, но вот тот же Джекс навряд ли отыщет хотя бы половину подсказок. Она мельком ухмыльнулась: да уж, Джекс и правда не умнее собаки, хотя бы в желании хищно набрасываться на всë, что ему не нравится. Но если взаправду потом придëтся по нескольку раз перепроверять чужие квест-румы... Насколько же затянется это приключение?! Девушка ещё раз осмотрела комнату, думая об очередной возможной зацепке.       — Ла-адно, — ну уж нет, просто облажаться это одно дело, а вот в головастом приключении оказаться хуже Джекса — позор, — Посмотрим, что ещё здесь можно найти...