Решение

      Ну правда ведь хотела поторопиться... Честно, в одну секунду потемневшее окружение и гнетущая тишина — не лучшие признаки спокойствия. В любой хоррор зайди, да даже не обязательно хоррор, просто в любую достаточно динамичную или экшен игру, после такого их ждëт пиздец! Точно ждëт!       — Блеск, — выпалила Помни, переводя взгляд на дневники, пока тот самый «пиздец» ожидает и не бросается на них. — Ну я же просила...       — А нечего было тратить твоë драгоценное время на сентименты, — огрызнулся Джекс, отзываясь где-то в темноте, словно претензия предназначалась конкретно ему. — Теперь и не видно ни черта.       Может и не видно, зато прекрасно слышно! Единственное отличие — теперь оплеуху по его фиолетовым ушам не отвесить, не дай Бог промахнёшься, а у него ведь заряженное оружие в руках! Шальная пуля шальной кроличьей императрицы, ещё и с настроеним, близким к психопату! Максимально не утешающая ситуация, ну хоть есть представление, в какую сторону вымещать свой гнев.       — Время тратил только ты и твоë нежелание сотрудничать!       — Я? А что я? Может, время вне последней комнаты вообще не учитывалось, а отсчëт пошëл, когда мы все попали сюда! — огрызнулся в ответ, и, о Боги, если бы Помни могла, она бы точно зарядила в него парочку цветочных горшков, желательно, поувесистее, — И вообще, если так хотели побыстрее, могли не спорить, а сидеть над своими глупыми загадками!       — Какая умная идея! — Помни всë сильнее разгоралась, она поднялась на ноги и, пусть и не могла вычислить его эмоции или местоположение, но вот голос зато слышала превосходно! — Только теперь, бл@#ь, ни#*я не видно! Тупой ты заяц!       Действительно. В вопросе изучения каких-либо надписей и тем более горы дневников тьма — худший союзник. По сути у них теперь есть только абсолютная темнота без единого ориентира и стопка хлама вперемешку с огнестрелом. Что звучит ещё хуже, если вспомнить, что где-то в неотслеживаемых перемещениях блуждает этот Джекс! И постепенно нарастающий страх. Как здорово! Лучшее приключение в мире, не правда ли?       — Так, так, давайте... Спокойнее, пока ведь ничего не случилось, верно? — Рагата тоже, судя по всему, от точки сбора подсказок далеко не отошла, но вот в подобной ситуации еë утешение помогало слабовато...       — Но скоро случится! И теперь у нас нет возможности даже подумать...       Помни ещё пару секунд возмущённо шипела, но после стихла, понимая, что сейчас в этом действительно нет смысла. Просто... Страшно? Конечно, страшно. Не бывает такого, что резко «всё нормально, потому что есть кто-то рядом» — это сказки, ложь, наглая и обманчивая. Страхи остаются. Собственные страхи, извечно блуждающие на периферии сознания. От них так легко не избавиться, их не вытравить, возможно, до самой смерти. Они будут стучаться изнутри, прослеживаться в каждом действии, в каждом слове и событии, заставляя сомневаться в реальности, в настоящем, в самом себе.       И это всего-навсего горькая истина.       Особенно в столь гнетущей обстановке. Скажи она, что прекрасно себя чувствует, только потому что «не одна» — соврёт, причём сильно. Тьма сгущалась, с каждой секундой становясь всё более плотной, и в этой черноте каждый звук, будь то собственное дыхание, чужой шёпот или отдалённый скрежет — всё казалось неестественно громким. Да и сам факт того, что нечто знакомое начинает пробиваться из стен и подозрительно рычать... Настораживает. Только бы не та нечисть! Что угодно!       — Х-хэй, Зубл... — осторожно начала где-то слева Гэнгл, обращаясь к подруге — видимо, тем, кто изначально находился рядом или чувствовал чьë-то тело, немного проще определять присутствие, — А ты... Слышала те голоса, как только свет погас?.. Те звуки и... Крики...       — Так, спокойно, Рагата права, — отрезала Зубл, не дожидаясь продолжения. — Пока ничего не случилось, нужно хоть что-то придумать.       Слышала, не слышала, какая разница?! Только больше паники разводить и пугать понапрасну... Об этом лучше поговорят после, как выберутся или как минимум найдут способ. Может, те склизкие твари и правда их нагнали, только какой толк в этом осознании сейчас?! Но, несмотря на все подобные мысли, Зубл всё равно поправила свисающую с плеча винтовку, готовясь в любой момент еë вытащить.       И неизбежное-таки случилось. Всё рано или поздно начинается, и здесь отложенный «пиздец» нагнал своих жертв, просачиваясь отовсюду. Мир заскрипел по швам, словно кто-то рванул ткань пространства изнутри, и в трещинах показались первые очертания недавних монстров. Десятки, сотни переливающихся глаз, беспорядочно бьющихся в поисках цели. Один плюс — стало немного светлее, словно ночное небо, где вместо ярких звёзд лишь цветные круги с пугающими зрачками. Правда, картина, которую этот свет открыл, радовала мало. Тени, что выползали из стен, набирали плотность, обретали формы, принимая для каждого свои образы. Чудовища из их пространств пока стояли на месте, доводя до безумия... Те, кто подстраивались под личные страхи и давили на самые страшные воспоминания далекого прошлого.       — О, Джекс, смотри, — произнесла Зубл, обращая внимание мальчика-зайчика на лезущую толпу монстров. — Твои фанатки.       Блеск. Лучшее время для лучших шуток. Возможно, таково средство успокоения для конкретных людей. Однако размеренный тон, которым умело оперировала неформалка, только сильнее раздражал, словно это действительно было правдой. Гора непонятно откуда взявшихся сомнительных существ, норовящих приблизиться и оттяпать себе заветный кусочек кумира. Похоже.       — Да ладно, я настолько популярен? — отшутился в ответ, крепче сжимая револьвер.       — Думаю, они просто сумасшедшие, — констатировала и Рагата, уже не обозначая, говорит она про мнимых поклонников или про чёрных чудовищ.       Тешить эго и так высокомерного человека — развлечение не для неё, есть задачи и поважнее. Смешно. Очень смешно. Джекс лишь раздражённого фыркнул, до конца не оценивая всю тонкость общественного юмора. Совершенно не умеют читать обстановку, им до его уровня как пешком до Луны. Короче, не сработало. Особенно когда эти «фанатки» начали двигаться быстрее, переходя с медленного шага на уверенную и более целенаправленную поступь.       Они действительно набрали скорость. Пусть поначалу и не двигались вовсе, просто обретая форму, но теперь явно в скором темпе приближались, и с какой конкретно целью — вообще не то, что хотелось выяснять, тем более на своей шкуре. Если им нужны... Их жизни? Их души? Их тела? В рамках мира, где любые физические повреждения непривычно болезненно ощущаются... Не хотелось!       Страшно... Не время паниковать и как вкопанные пялиться на разрушение их мирка, им по-прежнему необходимо отыскать выход, действовать и что-то... Делать?!       — Эй-эй-эй, ребята, быстрее! — остепенилась и Помни, моментом подбегая к горе брошенных вещей, что стали, наконец, отдаленно видны из-за ядовитого сияния глаз, — Нам нужно думать быстрее, нам нужно..!       Резкий звук выстрела разорвал воздух где-то рядом, вынуждая невольно застыть на месте, пугливо провожая взглядом его последствия. Чёрная жижа, забурлив, растеклась по полу в паре метров от неё, раскидывая постепенно закрывающиеся глаза. Помни сильно дрогнула от неожиданности, чуть не свалившись в кучу их тетрадей, но удержалась, уставив руки в качестве опоры, а после вернулось и обрывистое дыхание, заставляя нервничать лишь сильнее. С каждой секундой грудь поднималась выше, словно, сколько ни глотай, кислорода всё равно катастрофически мало. Пули... Оружие... Настолько близко... Кто-то успел к ней подобраться, а она того и не заметила на волне паники... Ладно цирк — это одна атмосфера, но сейчас ситуация совершенно...       — А вот это уже веселее!       Джекс. Переводить взгляд с задетого чудища казалось страшной ошибкой, но Помни всё равно инстинктивно обернулась на голос. Оставалось лишь надеяться, что хотя бы здесь застреленная душа не вернёт себе жизнь за пару секунд и не нападёт вновь... Этот фиолетовый придурок... Он стоял чуть позади с револьвером в руке, направленным в ту сторону, куда только что вылетела вторая пуля их скромных пожитков. Не зря, конечно, ведь он вовремя помог, предотвращая ранение и выигрывая крошечную передышку. Джекс, не тратя времени, рванул к девушке, сокращая расстояние, и встал чуть впереди, заслоняя её собой. Не полностью и совершенно не героически, просто так, чтобы её отклонившееся к полу тело оставалось за ним. Её тряска невозможно отвлекала, заставляя наполовину обернуться, при этом параллельно не сводя глаз с окружения.       — Да успокойся ты уже! — прокричал Джекс, одной рукой расшатывая дрожащее тело Помни, а другой нацеливая оружие на монстров. — Я же говорил, что это иллюзии! Ты чем меня слушала?!       Обстановка накалялась, а патроны далеко не вечные. Да уж, всего шесть зарядов одного револьвера — улов не богатый, потому приходилось экономить и так малое количество ресурсов. Вот чёрт, это только ему не повезло на лут или он сам по себе прошляпил нужные подсказки?! Ещё и эта мелкая мнётся и тянет кота за яйца! Паника сейчас — лишний союзник!       Помни же приподнялась обратно и, вцепившись в его руку, попыталась выровнять дыхание. Слова Джекса, пусть и звучали грубыми, почему-то подействовали лучше любых утешений, как и в прошлый раз. Иллюзии. Он прав. Просто иллюзии. Но даже осознание этого не убирало страха. Их тела в этом чёртовом реализме могут...       — Н-но раны ж-же...       — Ой, да хорош! Додумаемся быстрее — и ран никаких не будет! А, цапни они кого, проблемой это не станет!       — В смысле не станет?! Джекс, ты..! — начала было возмущаться Зубл, но в моменте осеклась, замечая уверенное, но в то же время обеспокоенное выражение лица парня.       Он был прав. Как бы ни хотелось этого не признавать, но он... Прав. Уж неизвестно, знал ли он о способностях Королëра или крайне наблюдательно подметил ещё при свете алые пятна крови на еë одежде при отсутствии самой раны или сильно подранные лоскуты Рагаты в аналогичной ситуации, но... Да кто знает, может, вообще искренне не считал проблемой любое насилие, хоть на куски пускай разорвут, он просто рассмеëтся и расплывëтся своей маньяческой улыбкой! Но времени действительно нет. Будь то логика или пофигизм — неважно. Он прав. А глупый спор лишь всë усугубит.       — Н-но, — Помни всё ещё мялась, с опаской поглядывая на лезущих отовсюду монстров.       — Давай уже!       Такого активного Джекса припомнить не получалось. Беспокоится или действует под влиянием момента... Веселится в разгар боёвки? Может, хочет выбраться и сам, но почему-то со стороны смотрелось, будто он пытается... Утешить? Поддержать? Помочь прийти в себя и вернуть контроль над здравомыслием, что совершенно...       На него не похоже.       Монстры полезли активнее, вынуждая просто кивнуть и броситься к тетрадкам. Помни снова уткнулась в страницы, но непонимание, тьма и страх мешали сосредоточиться.       — Эй, народ! — Зубл громко вскрикнула, привлекая к себе внимание, — Пули их ранят, но ненадолго! Убить не получится, только отбросить и задержать!       — Понял! — включился и Королëр, принимая боевую стойку, — В таком случае, не тратим патроны понапрасну, действуем только при опасности и непосредственной близости, пока Помни... Решает.       — Д-да... — подтвердила девушка, чуть утихомириваясь, — Думаю, я ч-что-нибудь...       Придëтся придумать. Раз она единственная, у кого нечем обороняться, придëтся думать, да и не получится у них с конечным множеством снарядов защищаться от бесконечных теней... Но сможет ли она одна взять на себя такую ответственность, центральную роль и...       — Ты не будешь одна, — уверенный женский голос послышался рядом, отвлекая, — Я помогу тебе, чем смогу. Не уверена, будет ли от меня толк, но всяко лучше...       Рагата замялась. Но даже такой жест сильно помог успокоиться. И правда, она ведь не одна. Они... Все вместе. Помни еле заметно улыбнулась, принимая помощь.       — Эй, Джекс! — получив согласие, окликнула кукла, а после, почувствовав его недоумëнный разворот, швырнула в раздражающего зайца своим полученным оружием и несколькими упаковками патронов, — Держи, придурок. Всё равно я понятия не имею, как стрелять.       Джекс поймал — точнее, просто рефлекторно выставил руки, когда в них врезался холодный металл, а затем и пачки, полные пуль, глухо стукнувшиеся друг о друга. Ещё через мгновение вышло осознать, что к нему попал чужой пистолет, по-прежнему хранящий тепло женских ладоней. В недоумении на время перестал двигаться и просто стоял, пытаясь переварить то, как легко Рагата кинула в него своё оружие. Отдать единственную защиту тому, кто ещё несколько минут назад стоял с револьвером, готовый стрелять в тебя?..       Она что, тупая?       Рагата же лишь улыбнулась, резко разворачиваясь обратно к Помни, и присела на корточки, начиная активно копаться в дневниках. Да нет, подождите, стоп. Она... Отдала свою пушку ему? Из всех возможных людей? Ладно, возможно, у Гэнгл и Зубл слишком тяжëлые и двуручные автоматы, а сам Королëр недостаточно умел, что тоже причина так себе, но... Ему? Из всех? После всего?..       Джекс застыл на месте намного дольше, чем придала значения сама Рагата. И правда... Удивляет... Позади него послышался скрежет, а после резкий свист и пробивающий звук, после которого на его затылок приземлилась парочка сомнительных тягучих капель, вынуждая резко и испуганно обернуться.       — Не стой столбом! — оборвала Зубл, перезаряжаясь. — Потом будешь искать повсюду скрытый смысл, сейчас давай помогай!       Ещё одна... Она... Прикрыла его? Несмотря на все слова о том, что не будет иметь значения, рань монстры кого из них?.. Да что... Да что с ними со всеми происходит?!       Джекс выдохнул, ловким движением снимая глок с предохранителя и поднимая руку повыше. Чëрт. Видимо, и правда потом... А сейчас время веселиться!       В любом случае, пока есть, почему бы не попользоваться. Потому, пока что убрав свой револьвер подальше и сохранив в нём две последние пули, перешёл на пушку Рагаты, более свободно отстреливаясь. Экономить, конечно, по-прежнему приходилось, но уж явно получше, чем жалкие пять патронов на огромную толпу!       Тени наступали с новой силой. Их становилось всё больше, они лезли из каждой трещины, из каждого разрыва в пространстве, и, несмотря на точные выстрелы Королёра и слаженную работу Зубл с Гэнгл, расстояние между ними и монстрами неумолимо сокращалось, в то время как способа выбраться всё не появлялось.       — Чёрт, у меня патроны кончаются! — крикнула Гэнгл, запуская новую очередь в плотную стену жидких теней.       — Держись! — у Зубл вышло прикрыть подругу, отстреливаясь, но ей тоже становилось тяжело.       В это время Рагата с Помни, уже успевшие выложить дневники на пол, присели рядом, пытаясь вглядеться в страницы. Однако даже с появившимся светом из этой мешанины разноцветных глаз, что метались по округе, разобрать что-либо оказалось проблематично. Слишком трудно и слишком мало — строчки прыгали, рисунки расплывались, а постоянные вспышки выстрелов, то и дело озаряющие пространство, только сильнее сбивали с толку, заставляя глаза слезиться, а голову идти кругом.       — Ничего не видно, — выдохнула Помни, до белых костяшек сжимая страницы. — Я пытаюсь, но... Это просто невозможно!       — Может, если поднести ближе... — Рагата переместила одну из тетрадей повыше, пытаясь направить остатки света, но его едва хватало, чтобы разглядеть очертания. — Нет, всё равно недостаточно...       Где-то рядом грохнул выстрел, и Помни вздрогнула, чуть не уронив дневник. Повсюду свист пуль, гул и переливающиеся цвета, от которых кружилась голова, а разум сходил с ума. Сосредоточиться всё труднее, окружение смешивалось в единый шум, хотелось заткнуть уши и зажмуриться, только бы вокруг перестало мелькать. Но нельзя. Не сейчас. Ребята на них надеются...       — А если... — Рагата запнулась, косясь на мужчину в пальто, который в этот момент отбивал очередную атаку. — Если попросить Королёра... Он же может создавать свет, когда задерживает дыхание...       — Нет! — резко перебила Помни, противовесно махнув рукой. — Он и так тратит силы на бой. В реальной рисовке кислородное голодание может быть опасно, а если он ослабнет... И вообще не факт, что здесь сработает. Мы не можем рисковать.       Рагата понимающе кивнула, перенимая ту же тревогу, что прослеживалась в глазах Помни. Они застряли. Половина дневников нечитаема, а то, что они знали и смогли сопоставить — просто бессмысленный набор символов, которые невозможно сложить в единую картину, тем более когда вокруг кромешный ад. Помни в отчаянии провела рукой по лицу, ощущая, как внутри нарастает горячая волна беспомощности. Страшно. Безумно страшно. Хотелось уткнуться в ладони и не замечать всего, что творится вокруг. Они в ловушке, и единственное, что у них есть, — тетради, которые ничего не дают.       И всё же оставалось в пылу активной битвы то, что смогло привлечь внимание — какой-то странный тусклый свет, который блекло засиял, явно выделяясь на фоне глаз рассеянных. Помни на миг уняла дрожь и подняла голову, вглядываясь в ту сторону, откуда оно исходило. Комната. Её комната. Это... Ночник на еë тумбочке! Уж что-что, а он всяко лучше, чем ничего!       — Ночник! — воскликнула Помни, обращая внимание на знакомое свечение со стороны своей локации, — Я заберу!       — С-стой, Помни! Ты... Пойдëшь туда одна? Там ведь куча монстров...       — Я справлюсь! — бодро перебила девушка, подскакивая на ноги и устремляясь вперëд. — Одной будет быстрее и удобнее! Я мигом!       И рванула, не дожидаясь ответа. Темнота сомкнулась позади, но Помни продолжала бежать, ориентируясь на тусклый свет, что мерцал впереди, и заставляя себя не думать о том, что её окружает. Ловко уворачиваясь от надоевших теней, пробилась сквозь плотную защиту и проскользнула к единственной оставшейся двери. Не сбавляя скорости, влетела внутрь, на ходу выхватывая с тумбочки ночник, и прижала его к груди, словно тот мог защитить её от всего, что таилось в темноте, мог отогнать любых монстров, как истинный оберег. Пластиковый шар обжёг ладони теплом, и на секунду показалось, что стало безопаснее. Мнимое ощущение спокойствия при достижении столь желанной цели...       А после за тумбой раздалось знакомое шевеление, заставляя на миг замереть. Она его... Точно где-то видела...       Краем глаза зацепила странный силуэт, что двигался и изменялся, не слушаясь её источника света. Стоп. Сердце застыло вместе с дыханием, стоило внутри поселиться одной глупой идее. Тени так себя не ведут. Тени не смеются настолько звонко. Не пугают так сильно. Это...       Помни не двигалась, чувствуя, как внутри всё обрывается. Медленно, словно через силу, она повернула голову туда, куда уже не раз смотрела.       Копия. Сбежавший со страниц дневника безумный мёртвый клоун... Окровавленная версия её аватара с жёлто-чёрными краями, которую она уже видела однажды и отчаянно надеялась списать на разыгравшееся воображение. Вновь стояла там, в углу комнаты, за этим чёртовым комодом, и смотрела на Помни безумными глазами, жадно слизывая с ножа густые остатки крови и ехидно улыбаясь.       — Н-нет... — рефлекторно прошептала, делая шаг назад.       Версия же шагнула следом. Медленно, спокойно, словно у неё в запасе целая вечность этой нелепой и заведомо успешной погони. И за отсутствием прямой агрессии скрывалось нечто намного более кровожадное, что заставило сердце отмереть и начать биться чаще, подавая в мозг первостепенные импульсы.       Бежать! Надо бежать!       Не дожидаясь ответной реакции, Помни рванула к выходу, вцепившись в ночник. Она не оборачивалась, нет, она знала, что на этот раз подделка не отстанет. А если и отстанет — всем будет только лучше! Но сказки не случалось, она по-прежнему, даже в разгар шумного боя, отчётливо слышала размеренные шаги за собой. Слышала, как та перешла на бег, догоняя. Слышала, как лезвие рассекло воздух, когда копия провела первый замах, но промахнулась, потому что Помни в последний момент поддалась вперёд, падая, перекатываясь через порог и вываливаясь наружу. Чёртова дверь! Она ведь успела?!       — Помни!       Голос Рагаты звучал словно под толщей воды, теряя на половине пути всю силу. Помни и не особо в радость сейчас было отвлекаться и терять концентрацию, шаги не стихли, да и клон, судя по всему, намеревался без проблем покинуть локацию следом за ней.       — Чёрт, чёрт, чёрт! — выдохнула Помни, чувствуя, как силы покидают её.       Быстрее, быстрее подняться, подобрать ноги, поскользить и со всей мощи дать дёру, только бы как можно скорее убежать! Ломануться, как то звучало в планах, не вышло — желтоватая тень собственного аватара оказалась весьма прыткой и юркой, потому легко бросилась на Помни следом, атакуя. Чёрт возьми, и с какого она вообще настолько быстрая?! Одним рывком перепрыгнула порог и приземлилась поверх оригинала, всем весом прижимая жертву к полу, в то время как оставленная позади комната начала разрушаться. Страшно! Отбиться не вышло — девушка перехватила ладонью запястье той руки, где находился нож, но не смогла его отобрать, как не смогла и сбросить с себя нападавшую. Жуткие глаза проникали в самую душу, покрывая всё тело ледяным потом. Какой... Кошмар!       Выстрел. Копия отшатнулась и свалилась на пол, поддаваясь инерции пули. Помни остолбенела, после крепче прижала ночник, почувствовав свободу конечностей, и постаралась прогнать впитавшийся под кожу ужас. Кто-то схватил её за предплечье, подтягивая на себя и помогая подняться.       — Не медли, малая.       Опять он. Уже который раз. Джекс снова её спас.       Пуля, выпущенная им, вонзилась в плечо тени, но не убила, даже не ранила по-настоящему — просто заставила отступить, выигрывая Помни те драгоценные секунды, которых ей так не хватало.       — Беги! — заметив ошарашенное бездействие спасённой, крикнул кроль уже громче, звуча на удивление серьёзно.       Ох, чёрт...       Думать нет времени, потому она, кивком поблагодарив спасителя, который этого уже и не видел, просто рванула дальше — к свету, к дневникам, к тому маленькому кругу надежды, что остался у них. Подделка спустя несколько секунд вновь раздражающе засмеялась, привнося в смесь и так не самых приятных звуков ещё и злостное хихиканье, а после поднялась, улыбаясь. Никакого урона! Она... Она явно отличалась от тех монстров, что лезли из стен!       — П-помни, что это..?       — Да без понятия я! — громко воскликнула девушка, из последних сил ускоряясь и добегая до центра, где ждала Рагата, — Эта штука пропала со страниц моего дневника, и вот теперь... А-а-а, не знаю! Не знаю я!       Она грубо опустилась на пол, выдыхая и ставя ночник перед собой. Приглушённый синеватый свет разлился вокруг, очерчивая маленькое пространство. Этого оказалось достаточно. Помни, тяжело дыша, уставилась в раскрытые дневники, пытаясь найти хоть что-то. Зачёркнутые лица, философские фразы, слова, комнаты, образы. Полнейшая... Бессмыслица! Но явно имеющая схожий характер, особый манер... Они должны помочь — ничего другого просто нет!       — Здесь... — прошептала она, перелистывая страницы, — Это же всё... Это мы. Наши страхи, наши проблемы, то, от чего мы сбегали...       У каждого... Есть и они сами, и их боль, травмы, переживания. Какие-то нагнетающие обстоятельства и триггерные сцены, что разрастались и со временем заполняли лист целиком, словно начинали занимать все мысли и душу. Не имело значения, одиночные проблемы или же связанные с другими людьми, с беспокойством, с близкими... Все имели отдалённо схожие по смыслу страницы. А, ближе к концу, и до странного пустые, которых как будто не должно было быть...       Помни водила пальцами по строчкам, пытаясь уловить связь, что ускользала от неё, пряталась где-то между строк, между зачёркнутых лиц и кривых надписей. Она чувствовала, что ответ близко, буквально на кончиках пальцев, но никак не даётся в руки, постоянно увиливая. Думать, думать..!       — Здесь есть что-то общее... — пробормотала она, перелистывая страницу за страницей. — У всех... У всех есть момент, где мы могли сломаться. Где мы могли выбрать...       Не получалось. Всё равно что-то... Не то. Оставалось судорожно перебирать информацию, пока не отвлекла Рагата, сидящая рядом. Она замерла, заметно побелев, и приложила ладонь к собственному дневнику, пока взгляд приклеился к одной из страниц.       — Помни... — голос куклы просел, переходя на напуганный шёпот. — Моя... Моя копия... Исчезла.       Помни подняла голову, встречаясь с повёрнутым к ней дневником. На развороте, где ещё пару минут назад была зарисована порезанная, побитая кукла с растрёпанными волосами и пустыми глазами, теперь зияла белизна. Чистый лист. Ничего. Пустота.       — Что?! — Помни схватила тетрадь, перелистнула, заглянула под обложку. — Не может быть, она же была здесь...       — Я не знаю, — Рагата смотрела на пустые страницы с несходящим ужасом, словно была виновата в том, что происходило против её воли. — Она была здесь. Я её видела. А теперь... Её нет...       Сомневаться не приходилось. Точно так же. Точно так же, как и...       Позади раздался крик, прерывая. Ох чёрт, Гэнгл! Первые мысли о повреждениях всплыли в голове — если она ранена, если всё-таки кто-то из них серьёзно пострадал, нужно предоставить помощь, перебинтовать, нужно..!       Обернувшись, Помни замерла, не веря собственным глазам. Если всё могло быть хуже... Почему именно сейчас всё, что могло пойти не так, обязательно пошло, блять, не так?! Нет, подозрения имелись, но не обязательно же их оправдывать?! Или это очередные проделки Кейна — считать мысли и воплотить их в реальность до того, как успеют позабыться?       Ну какого чёрта?! Просто за что?!       Лицо распирала злоба, перемешанная с ужасом, их кошмар наяву и не собирался заканчиваться, лишь набирая обороты.       Из краёв пространства, из трещин, что разбегались по стенам, начали вылезать новые клоны. Один за другим. Их версии... Их дубликаты, пропитанные скорбью, горем и сумасшествием. Словно само олицетворение боли. Израненная кукла с выпавшими глазами и торчащей ватой... Порванное в клочья платье, кровоподтёки, явно не соответствующие стилю игрушки, злобная улыбка и пугающая бледность... С конечностей размеренно стекала странная жидкость, капая на пустой пол. Что-то среднее между сгустками смолы и крови... Рагата... Вернее, её сбежавшая копия, что пробила руками остатки пространства и выползла наружу, ядовитым косым взглядом сверля оригинал. Единая цель, достичь которой она собиралась, несмотря ни на что...       Но тени для них будто и не препятствие вовсе. Они услужливо расступались, пропуская вперёд хромающую куклу, а после собирались позади неё, оборачиваясь надёжным прикрытием. Словно чёрная обволакивающая пелена, выдвигающая пред собой поломанную душу.       Господи. Помни явно погорячилась, когда подумала о том, что всё будет лучше лезущих отовсюду рассеянных... В глубине души пообещав самой себе, что больше не станет оперировать двусторонним «что угодно» в хоррорах от Кейна, она сильнее вжалась в дневники, стараясь, кажется, раствориться в их страницах. Нет, а что, если есть копии, вылезшие оттуда, значит и они могли залезть туда, занять их место?! Ага, самостоятельно лишив себя возможности двигаться, бежать, обороняться... В голове полная каша. Ужас, ещё несколько минут в этом пугающем хаосе — она сойдёт с ума окончательно, предпочитая быструю смерть долгим мучениям.       Затих даже прошлый оптимизм Джекса. Жаль это признавать, но без его шуток или подбадривающих фраз (в том стиле, на который был способен наглый заяц) становилось ещё хуже. Эти дублёры... Фальшивые версии будущего... Ожившие мертвецы, вылезшие из мира, в котором хромает само понятие смерти.       Следующим в обзор попал Королёр. Мужчина, казавшийся таким надёжным и рассудительным, вдруг побледнел, когда из темноты выступила шахматная фигура, с ног до головы покрытая трещинами. Светлые и тёмные куски расплывались, чередуясь, будто в едином образе смешивались два схожих. Но глаза не сияли привычным спокойствием, нет, они горели алой скорбью, заливаясь кровавыми слезами. Тело увеличилось в разы, а конечности стали более подвижными, позволяя пустить руки в разные стороны, дополняясь слизистым оружием. Душа, что не смирилась с потерей... И решила слиться с ней, оставшись вместе навеки.       — Ох, — с на удивление глубокой печалью выдохнул Королёр. — Это мог быть я...       В другой части комнаты обстановка оказалась не лучше. Чёрные очертания монстров разбавились множеством алых лент, не имеющих конца и начала. Бордовые реки оплетали монстров, будто подчиняя их себе, но те и не противились, самостоятельно ластясь к обрывистым частям. Они обрастали зубцами и иглами, становились острее, разрезая всё, чего касались. За одним из чудищ раздался множественный смех, словно в навязчивом эхо отражались десятки различных голосов. А после, осторожно пододвинув шелковистой «рукой» тело рассеянного, показалась и крупных размеров белая маска, расплываясь в ужасающе жуткой улыбке. Её аватар имел клыки, полные крови, а глаза забивались, вечно сменяясь. Гэнгл...       Сама же школьница лишь сжалась, ощущая невероятное давление. Её копия оказалась в разы больше остальных, своими цепкими лентами достигая чуть ни не каждой точки их пространства. А ведь на страницах дневника подобная картина выглядела немного завораживающей и прекрасной... В то время как в реальности доводила до дрожи, заставляя цепенеть.       — Зубл... — проскулила Гэнгл, чувствуя, что на глаза накатываются слёзы.       — Не смотри... — та, в свою очередь, загородила подругу, встав перед ней, но сама боялась не меньше, замечая, как среди этих красных линий проступала и её кошмарная версия.       Привычная абстракция, будто собирая все загоны и сломы личности в едином теле, вместо обычных цветных запчастей от Кейна нацепила горы прошедших этапов жизни, выставляя каждый из них в самом худшем свете из возможных. Порезанные запястья, порванное тело, хромающие и неровные ноги. Основные детали сменились на чёрные, асимметрия осталась, а треугольная голова, с двух сторон до крови побитая, держала на себе два обугленных глаза с закатившимися к верху зрачками. И то, как эту копию Зубл заботливо обволакивали красные ленты, защищая, напрягало лишь больше, вынуждая отступить. Что им... Вообще делать?!       — Помни! — срывающимся голосом выкрикнула Зубл, не сводя глаз с приближающихся ужасов, — Что там?! Вы нашли что-нибудь?!       — Н-нет... — заместо девушки отозвалась Рагата, разделяя общую панику, — М-мы не...       ...знаем.       Закончить фразу не хватило сил. Она снова осмотрела округу, насчитывая всё больше демонов и испуганно оценивая мертвецов, а после перевела взгляд обратно на Помни, которая словно выпала из реальности. Их мир... Их временное пристанище, на миг показавшееся уголком спокойствия, стремительно исчезало, наполняясь отчаянием. Где более ничего нельзя сделать... Рагата разозлённо шикнула, а после бессильно уткнула голову в ладони. Они... Ничего не могут, кроме как принять разразившийся кошмар.       Помни же, как заворожённая, смотрела в сторону Джекса, не реагируя на всё остальное. Он стоял чуть поодаль от остальных, отчего выглядел каким-то сжатым и скованным. Рука с глоком опустилась, застревая на половине пути, а былые резвые движения прекратились, обращаясь оцепенением. Она не видела его лица, но могла представить, что являло его выражение, ведь из теней вылез и его двойник. Конечно. Он ведь не мог стать исключением.       Ходячий мертвец с пустыми, закатившимися глазами, из которых по всей площади стекали густые кровавые реки вместо слёз. Розоватая кожа изранена, перемешиваясь горой цветов. Алые полосы, зеленоватые куски, синяки, выцветшие части, лишившиеся былого насыщения. Повешенный. Горло туго перетянуто колючей проволокой, что глубоко впилась в кожу, не позволяя говорить. Она сдавливала шею, душила, перекрывала кислород и оставляла тело медленно гнить, сменяя все оттенки трупных состояний. Когда-то улыбчивый заяц, сейчас обрубивший жизнь через повешенье, где уши податливо шатались в темп каждого нового шага. Единственная из копий, что не издавала звуков.       Джекс не шевелился. Просто не мог, тело оцепенело не меньше разума — пустота, страх, боль... Этот... Образ, что приближался к нему, безмолвно желая отобрать «лучшую» жизнь, выглядел слишком... Противоречиво живым. Нежеланно настоящим. Отвратительно безумным. Тем, что впивался в душу, заполняя разум истеричной яростью, перемешанной с кричащей болью.       — Нет... — невольно вырвалось у Помни от осознания наступившего хаоса.       Они вылезли все. Каждый. Каждая версия их возможной смерти, их возможной слабости. Это... Конец. Им не найти выхода, остаётся лишь принять судьбу и глупые проделки злостного Кейна, растворяясь в отчаянии дублёров. Их кошмары ожили, стояли перед ними, смотрели, ждали. Монстры не стихали — они продолжали плотно лезть, рычать, наступать, кружить вокруг, но появление шести копий перебило всё. Страх, подлинный страх, от которого леденеют кости и сворачиваются внутренности. Истинный развергнувшийся ад. Отчуждение, боль и... Финал.       Помни усилием воли заставила себя отвернуться. Заставила себя снова посмотреть на дневники, в последнем отчаянном рывке выискивая ответы, на эти развороченные страницы, на пустые места, где раньше находились рисунки.       Они сбежали. Эти хоррор-образы не исчезли, а просто перестали быть статичными. Те, кто не справился. Те версии их возможной реальности, где они свернули не туда. Где совершили ошибки, которые не решить, где отчаялись... Они стёрли границы, вышли из страниц, из чернил, из гнева, который в них вложили, выбрались наружу и возжелали лишь одного — мести. И теперь стояли здесь, готовые забрать то, что изначально принадлежало им.       Хотя... Помни на миг остепенилась, перебирая в голове сюжет, созданный Кейном. Он всегда оставляет какой-то смысл, не делает злодеев без причины, без цели... Задача мертвецов... Заполучить новые тела?.. Её копия явно старалась причинить ей вред, активно нападая, но... Правда ли это то, что им нужно? Или же они желают чего-то иного, что им не получить своими силами?.. Нужно хотя бы постараться... Если появилась мысль, пусть и самая странная, нужно ещё раз..!       Нет! Они не могли здесь остаться, не могли погибнуть в этом аду! Посмотреть снова, более внимательно, теперь, когда уже есть представление, что именно искать! Помни сорвалась, лихорадочно перебирая страницы, сопоставляла, сравнивала, как вдруг вспомнила одну упущенную деталь. Вот, что не давало покоя и создавало рваное ощущение недосказанности и чего-то потерянного... Дневник Джекса. Который он намеренно оставил в своей комнате. Который рассыпался вместе с локацией. Который хранится теперь только у него в мыслях. И содержание которого ей всё-таки придётся выпытывать из его непробиваемой и бестолковой головы.       — Джекс! — грубо крикнула она, резко поднимаясь на ноги. — Твой дневник! Что было в твоём дневнике?!       — Да какая разница?! — отмахнулся тот, выбираясь из ступора и отстреливая очередную тень. — Он же исчез!       — Джекс! — стала давить и Зубл, оставляя линию обороны, — Патроны кончаются, быстрее!       Если Помни так резко подскочила... Если она хоть что-то придумала..! И если из-за этого ушлёпка они пострадают, она готова была поклясться Богом, что по возвращении в цирк прибьёт его всеми возможными способами!       — Да нам-то что, они всё равно ничего не сделают, — вновь свернул мимо темы, намекая на их цифровое бессмертие.       — Говори, что там было! — о, нет, она не собиралась сдавать позиции в вопросе собственной безопасности!       Но Джекс молчал. Отворачивался, уклонялся, игнорировал, и в этом молчании было что-то такое, что заставляло сердце биться быстрее. Он пытался приблизиться к остальным, отбить пару теней, но при этом постоянно косился на собственную копию, невозможно пугаясь. Раз он не хочет говорить... Нет, раз настолько упёрся и не хочет говорить..! Что же там?! Что-то, что его пугало. И чем дольше молчал, тем больше подозрений вызывал... Круг сузился до болезненных пределов, потому Помни быстро подбежала к раздражающему зайцу, напористо продолжая пытку. Важность их спасения перевешивала его какие-то там загоны и страхи — на кону стоят жизни! Если и не полноценные, то как минимум боль, мучения и раны...       — Говори, — с силой повторила девушка, цепляясь за рукав его рубашки.       А потом всё пошло по пиздецу. Стоило приглядеться, как стало ясно — они давно потеряли контроль над разрушающимся пространством. Стены, пол, потолок — всё смешалось воедино с той чернотой, что постоянно оставалась рядом с ними. Монстры сужали доступную им территорию, а клоны крались всё ближе, оценивая свой новый сосуд.       Где-то справа Зубл отбивалась от троих чудищ сразу, что подошли слишком близко, чуть не задев плечо. Гэнгл, прикрывая её, стреляла короткими очередями, что становились всё меньше за нехваткой патронов. Королёр держал оборону рядом с Рагатой, но его спокойствие и мудрость тоже давали трещину, отзываясь заметной дрожью в руках. Пугающие двойники, из всех щелей являющие печаль...       — Теперь только ты медлишь! — атаки не прекращались, Помни подлетела к кролю с новой волной нападок, параллельно размахивая руками в попытках отбиваться от тянущихся теней, — Ну, что у тебя было?! Говори давай!       — Да какая разница?! Я не думаю, что...       — Говори! — злобно перебила Помни, срываясь на крик.       Бесил. Как же невозможно он бесил! Когда мир вокруг рушится, монстры лезут со всех сторон, отражения подбираются и набрасываются, они сами словно загнанные в ловушку звери, а единственный человек, возможно, способный дать хотя бы мнимый шанс и надежду на спасение, упирается как последний баран и молчит в тряпочку! Хотелось разодрать его вместе с его надоедливой гордостью на мелкие кусочки, только бы выместить куда-то накопленный гнев!       Джекс ведь сам еле держался. Улыбка давно покинула его лицо, смеясь чем-то невозможно обеспокоенным. Точность снизилась, пушка в руках вечно дёргалась, чуть ли не выскальзывая. Он испуганно косился то на свою копию, то на прилипшую Помни, явно теряясь в положении дел.       — Джекс!       — Да...       — Мать твою, тупорылый ты олень, в чём твоя проблема дать нам подсказки?! Не нравится — тогда тащи свою задницу сюда и решай всё сам, верх ты человеческого интеллекта!       — Н-но я... — вновь замялся, чувствуя, как голос постепенно исчезает.       Эта сомнительная версия самого себя невозможно выбила из колеи ещё на стадии обычного изображения на тетрадных страницах. Измученный, безжизненный взгляд, закатившиеся пустые глаза, кровоточащее горло и слегка позеленевшая кожа. Джекс знал, что в цирке не умереть столь глупым способом, что его плюшевый аватар никогда не смог бы получить ни кровавых следов, ни удушающих признаков, но этот... Мертвец... Выглядит настолько проработанным и... Что иронично, живым, что мысли сплетались в ком, перекрывая вход здравым идеям.       Помни не шутила. Её взгляд прожигал насквозь, а уверенные движения явно намекали, что, если ответа она так и не получит, вся ответственность падёт на него. С одной стороны, ничего не поделать, не впервой, но вот думать над глупыми загадками прельщало ещё меньше, отзываясь противными скривлениями на лице. Да чёрт! Какой убогий мир!       — Самоубийства! — выпалил Джекс, стараясь говорить быстрее, чем его догонят осознание и неловкое чувство стыда, — Все просто самоубивались, довольна?! Ничего больше!       Вот. Вот недостающая деталь! И правда, чёртов...       То, что он терпел с этим признанием, только больше поставило всё под подозрения. Если бы не чувствовал совсем ничего, то и рассказал бы без каких-либо проблем. Сам факт, что произнести вслух нечто настолько... Ужасное... Триггерил его — крупный прогресс в понимании столь закрытой личности. Однако не время для таких размышлений. Есть идея.       Помни ринулась обратно к тетрадкам, ещё раз перепроверила догадки, сопоставила факты, но иного решения отыскать не смогла. Сколько ни смотри, сколько ни перебирай... Может, будь здесь не она, а кто другой, тот же мудрый Королëр или... Может, они и смогли бы отыскать верное решение, смогли бы сделать всё правильно, но она...       В еë голове просто не находилось других вариантов. Ничего, кроме... Аргх, была ни была. Помни сжала ладони в кулаки, зажмурилась и резко на одном дыхании выкрикнула в пустоту то, во что сама отказывалась верить, будто, скажи она всë как можно быстрее и громче, времени на внутренние сомнения не останется.       — Убить нас! — чётко выпалила она, сразу поправляясь, — Вернее, наши копии!       — Что за бред?! Мы ведь видели, оружие на них не работает! — моментально отреагировал Джекс, опровергая.       — Чужими руками не работает... — предположила Помни, вспоминая, как именно они атаковали её копию, — Каждый должен убить свою версию, чтобы выбраться!       В целом, в формате приключений Кейна, возможно... И не самый страшный вариант? Не себя же...       По крайней мере Помни до последнего верила, что не себя. Этот вариант оставался в сознании, но был отправлен в самую далëкую часть, запертый на сотни замков. Только в полном отчаянии. Если ничто другое не сработает. Должно всё обойтись без этого.       К тому же, дневники явно намекали на убийства своих проблем, а не себя. Некая аллегория, наверное, перенос всех неприятностей и внутренних распрей на ту часть себя, к которой не желаешь возвращаться. Побитые, загнанные образы, которые плетутся к оригиналам, стараясь отнять то, что не дано им. Жизнь, эмоции, человечность. Буйные психопаты и отрешëнные самоубийцы, те версии их возможного будущего, где они не справились, не пережили и сломались под натиском общества и самих себя.       Те версии их развития, где они выбрали путь прерывания жизни.       — Ч-что?.. Убить? Думаешь..?       — Помочь им... — пояснила Помни, становясь заметно тише, и перевела взгляд на свою копию, что со злорадством продолжала приближаться. — Помочь им избавиться от проблем и... Убить их. Осуществить их желание... Принимая их, как одну из линий реальности...       — Слишком философствуешь, Пом-пом! — выстрел, ещё один разноцветный монстр отшатнулся, падая, — Давай покороче!       — Каждый должен убить свою копию из найденного оружия! Оставьте пули! Хотя бы попробуем!       — Да это бред! — Джекс продолжал противиться, не веря столь глупому выходу, — К тому же, не хочу напоминать, но у тебя оружия нет!       — Я сказала, попробуем! — она вновь подлетела к Джексу и выхватила оружие из его ослабевших рук, возвращая Рагате.       — Т-ты что делаешь?!       Помни же проигнорировала его возмущение, решительно смотря на Рагату. Та неумело поймала пушку, чуть еë не выронив, и прижала к груди, удивлённо стоя напротив своей версии.       Решиться на... Убийство?       — Доверьтесь!       Только получится ли?..