Глава 2. Идеальная жертва

Самое лучшее утро начинается с приятного пробуждения: с кружки горячего американо или даже с баночки холодного пива, чтобы прийти в себя. Но сегодняшний день начался для Сэма и Дина далеко не лучшим образом: яркое солнце бесцеремонно било в глаза, а птицы за окном чирикали так громко, что продолжать спать было невозможно. Про машины и грохот от них не было и вовсе смысла говорить. — Большой город — шумный город, — произнес Сэм, еле как вставая с кровати. — Так что странно с нашей стороны жаловаться. — Сэм, давай без твоих разглагольствований. Ты лег раньше меня, так что даже весь этот чертов гул не помешал тебе выспаться. Я же чувствую себя так, будто всю ночь сражался с бандой оборотней или кучкой вампиров. Тем более мой слух острее, чем у тебя, и я вскакиваю от любой незначительной хрени. — Ладно, может, ты и прав. Но ворчать-то не надо. Ты мне так Бобби напоминаешь. — О нет, Сэм, до Бобби мне ещё ой как далеко. К тому же его сложно было скопировать… Он был особенным как для нас, так и для многих других. Дин потянулся, ощущая хруст в затёкших мышцах. Солнце, словно назло, пробивалось сквозь неплотно задернутые шторы, рисуя на полу полосы света. Подойдя к окну, он задёрнул шторы до конца. Комната погрузилась в полумрак — стало немного тише. Шум большого города никуда не делся, однако теперь он не давил так сильно на нервы. — Ладно, я, пожалуй, в душ, а ты, Сэм, сделай мне кофе по-быстренькому. — Я тебе не сексапильная официантка из местной кафешки. Да и откуда мне здесь взять все необходимое для нормального кофе? Но брат его не слышал: он уже скрылся за дверью ванной комнаты, оставив Сэма в одиночестве что-то ворчать себе под нос. Он, скривившись, поднялся с кровати и направился к крошечному кухонному уголку мотельного номера. Искать ингредиенты для «нормального кофе», как выразился Дин, было бессмысленно. В лучшем случае — растворимый порошок и завалявшийся сахар. Сэм плеснул в кружку кипяток из старенького чайника и размешал кофейный порошок. Запах получился унылым, но Дин вряд ли заметит разницу, когда получит свою дозу кофеина. Мысли Сэма вновь вернулись к Бобби. Он действительно скучал по нему. Бобби всегда умел подобрать нужные слова, поддержать, спасти, отрезвить, когда это было необходимо. Его мудрость и практичность не раз спасали им жизни. Если бы он был жив… многое было бы проще. Из ванной комнаты донеслись звуки льющейся воды. Сэм поставил кружку на прикроватную тумбочку Дина и присел на устланный матрас. Дверь ванной открылась, и Дин вышел, вытирая волосы полотенцем. Он покосился на кружку, поморщился, но кивнул в благодарность. — Спасибо, Сэмми. Ты мой герой, — протянул он с иронией. — Только не называй меня так, — проворчал Сэм. Дин сделал глоток и скорчил гримасу. — Может, оно и к лучшему, что Бобби здесь нет. Он бы точно не одобрил это. Дин допил остатки кофе залпом. Подойдя к сумке с вещами, выудил оттуда чистую футболку и на вид приличные джинсы. Попросив Сэма отвернуться, он скинул полотенце на кровать и начал одеваться, практически полностью смирившись с тем, что небольшие капли воды с мокрых волос капают прямо на пол. — Ну, что у нас по плану сегодня, Сэм? — спросил Дин, затягивая ремень потуже. — Нужно ещё раз осмотреть территорию стадиона, — задумчиво ответил ему брат, смотря на выцветшие обои. Дин кивнул, надевая кожаную куртку. — Согласен. Можешь смотреть. Но сначала — достать эти чёртовы билеты, без них мы как без рук. Братья вышли из номера, спустились по скрипучей лестнице и направились к выходу. Лос-Анджелес встретил их привычным движением большого города: каждый был занят своим делом, не подозревая о надвигающейся опасности. — Может, позвать Каса? — предложил Сэм по пути к стадиону. — Он мог бы помочь с билетами или дать дельный совет. Дин на мгновение задумался. — Не уверен. Если Люцифер уже здесь, лучше не привлекать лишнее внимание. Справимся сами. Они свернули к «Соу-Фай Стэдиум». Величественное сооружение возвышалось впереди, окружённое толпами фанатов и журналистов. Атмосфера была накалена до предела. — Смотри, — шепнул Сэм, указывая на группу людей у входа. — Те же фанатики, что и вчера. Их поведение становится всё более странным. Дин внимательно присмотрелся. Люди двигались механически, их взгляды были остекленевшими, а улыбки — неестественными. — Похоже, Люцифер уже начал действовать, — пробормотал Дин. — Нужно торопиться. Внезапно их внимание привлёк голос из громкоговорителя: — Внимание! Сегодня вечером состоится дополнительный пресс-показ концерта! Только для избранных! Братья переглянулись. Это был их шанс. — Рекс Даймонд и Клифф Бут, журналисты из Rock Legends Weekly, — сказал на ухо брату Дин, подталкивая того локтем. — Наше прикрытие может сработать. — Только если ты сможешь их убедить, — ответил Сэм, и в его тоне, словно заранее, звучала надежда. Они подошли к стойке регистрации прессы, где уже выстроилась очередь из журналистов. Дин включил своё фирменное обаяние, рассказывая историю о том, как их журнал получил эксклюзивное право на освещение концерта. К их удивлению, легенда сработала. Через несколько минут у них в руках были два пропуска за кулисы. — Не может быть, — проговорил едва слышно Сэм. — Слишком просто.

***

— Твой твит об объединении Ladyheart собрал уже миллион «сердечек». Сольный проект больше трехсот не набирал, а тизер-трек на «Саунд Клауд» дал пятьсот скачиваний за три часа! «Бастфит» только что разместил статью «Что нужно знать о Ladyheart?»… Это великолепно, Винс, великолепно! — быстро тараторила девушка, отчитываясь о последних событиях. Люцифер же смиренно стоял, слушая ее, не внимая и половины слов. Ему было плевать, сколько и в какой социальной сети собрали те или иные новости лайков и комментариев. Всё это — человеческая забава. Но одно он знал наверняка: вокруг него собирался ажиотаж, и скоро толпа поклонников и поклонниц увидит своего кумира в непозволительной близости. — Я рад этому, — улыбнулся архангел. Подведённые чёрным глаза делали взор глубже. Даже складки под ними не портили его внешность. — Я знала, что ты засверкаешь, Винс! — поддержала вторая девушка, находящаяся в помещении. У нее были блондинистые короткие волосы и, как показалось самому Люциферу, уж слишком счастливая улыбка. Вдруг открылась входная дверь и ко всем присутствующим присоединился мужчина. Переступив порог, он взглянул на Люцифера и выдохнул: — Винс, ну что, давай дальше за работу? Хрустнув шеей, Люцифер подошёл вплотную к мужчине и коротко заявил: — Я не в настроении. — Да что с тобой? Тебя ведь ждёт вся группа! К тому же студийный бюджет ограничен, — мужчина приобнял за плечи Люцифера и продолжил: — Друг, займёмся музыкой. А затем, всмотревшись ему в глаза, вдруг опустил руки. — Музыка… Что сейчас пишут обо мне фанаты? — уставившись на черноволосую девушку, вдруг поинтересовался архангел. — Обсуждают, что ты пил с Пен Андерсон вчера. К тому же переговариваются о том, какой Винс Винсент в постели. — И что это значит? — не понял Томми. Хотя, возможно, и не он, ведь Люцифер смутно помнил имена тех, кто окружал Винса Винсента. — А то, что музыка сейчас никого не интересует. Рок вовсе не причина, а лишь предлог для любви. Восхищения. Людям просто необходимо кем-нибудь или чем-нибудь восхищаться. Бог нынче не в моде, — издевательски отчеканил Люцифер, обращая свой взгляд на всех стоящих рядом. — Сейчас популярны Ким Кардашьян, Джастин Бибер или Я. От этих слов глаза Томми подозрительно сузились; через пару секунд он решил выйти за дверь. «Идиот», — подумал Люцифер, даже не смотря ему в след.

***

Внезапный звонок заставил братьев подскочить на месте, отрываясь от поиска информации о хранителях. — Кто это, Дин? — полюбопытствовал Сэм, поглядывая на телефон брата, лежащий экраном вниз. — Сейчас посмотрю, — взяв устройство в руки и повернув, Дин тут же нажал на кнопку принятия вызова. Звонил Кастиэль. — Да, Кас? Что-то случилось? — Привет, Дин. Нам нужно встретиться. В отеле, где остановился Винс Винсент. — Зачем это? — Нужно сверить вашу и нашу с Кроули информацию. — Думаешь, мы могли что-то упустить? — Думаю, да. Или же вас направили по ложному следу. — Это ещё почему, Кас? В трубке раздалось короткое молчание, а затем ангел вновь обратился с вопросом к охотнику: — Вы уже достали билеты? — Да, Кас. И что? — Это было легко? — Подозрительно легко. — Вот. Вас это не насторожило? — удивился Кастиэль. — Это ведь особое мероприятие, я не думаю, что пропуски на него будут раздавать просто так. Поэтому нам и надо встретиться. — Хорошо, Кас, как скажешь. Когда? — Через час. И, подумав пару секунд, ангел добавил: — В холле. Я и Кроули будем там. Закончив звонок, Дин вздохнул, посмотрев на Сэма: — Ты был прав. Нас водили за нос. Сэм в ответ лишь укоризненно разглядывал брата: я же говорил.

***

Час пролетел незаметно. И вот, сидя на мягком диване в холле довольно дорогого отеля, братья ждали своих компаньонов по делу. Устав осматриваться по сторонам, Сэм подошёл к кулеру за водой — горло пересохло. — Сэм, серьезно? — Ты про что? — Это же овощная вода, — с привычной недовольной гримасой выдал Дин. Он всегда делал так, когда брат при нем ел что-то «вегетарианское» и, по его мнению, абсолютно бесполезное. Наконец за спинами братьев раздалось: — Сэм, Дин. Привет. Это был Кастиэль. Сэм поставил стакан на журнальный столик, и оба братья поднялись, чтобы поприветствовать своего старого друга. Дин, как всегда, решил вставить свои замечания по поводу внешнего вида ангела. — Ты не переоделся, Кас? Галстук здесь не прокатит. — Зато он может сойти за агента, — поддержал Кастиэля Сэм. — И я не похож на дровосека, — в свою защиту отбил Кастиэль, посмотрев в глаза Дина. Старшему Винчестеру невольно захотелось улыбнуться. Всё-таки их ангел сильно изменился с их первой встречи и по крайней мере научился давать словесный отпор. Это делало его… привлекательным. Конечно же — как близкого друга. Кастиэль выглядел как всегда: строгий тёмно‑синий костюм, слегка помятый, будто ангел и впрямь провёл ночь на ногах; белоснежная рубашка и неизменный галстук, который Дин так любил критиковать. Его волосы были в лёгком беспорядке, а в глазах читалась усталость — видимо, поиски информации отняли немало сил. Сэм в привычной футболке и поношенных джинсах выглядел контрастно: высокий, с растрёпанными после сна волосами. Дин же, в кожаной куртке и выглаженных джинсах, излучал уверенность — будто и не было бессонной ночи. Его лицо всё ещё хранило следы усталости, но привычная ироничная ухмылка уже мелькала на губах. — Ты хоть отдыхал сегодня, Кас? — спросил Сэм, внимательно разглядывая друга. — Отдыхал? — Кастиэль нахмурился, словно пытаясь вспомнить, что означает это слово. — Нет. Мне отдых не нужен. Хотя, признаюсь, после времени, проведенного с Кроули, я был бы не прочь посидеть в тишине. За спиной ангела раздался знакомый ехидный тон: — О, не надо жаловаться, пернатый. Мы с тобой прекрасно ладим. Почти как старые друзья. Все обернулись. Кроули стоял, прислонившись к колонне, в неизменно дорогом черном костюме. Его ухмылка была настолько самодовольной, что Дин непроизвольно вздохнул. Всё-таки в нем было слишком много высокомерия. — Ну‑ну, — протянул Дин, скрестив руки на груди. — «Старые друзья» — это сильно сказано. Ты скорее как назойливая муха, которая никак не улетит. Кроули лишь рассмеялся, оттолкнулся от колонны и неспешно подошёл ближе. — Ой, не надо драматизировать, Дин. Я здесь исключительно ради пользы дела. И, между прочим, я принёс кое‑что интересное. Кастиэль закатил глаза. — Всё утро он только и делал, что болтал. Я уже начал сомневаться, что он вообще демон. — А что, пернатый, тебе не нравится светская беседа? — Кроули подмигнул. — Надо же как‑то скрашивать ожидание. К тому же мы ещё не успели обсудить «Отчаянных домохозяек». А это, между прочим, довольно хороший сериал. Дин перевёл взгляд на демона. — Ладно, Кроули, хватит трепаться. Что ты узнал? И почему Кас решил, что нас водят за нос? Кроули достал из кармана изящную визитку и покрутил её в пальцах. — Видите ли, мальчики, проблемка вот в чем: мы все точно знаем, что Люцифер сейчас в теле Винса. Но вот о концерте… информации нет. Сэм нахмурился. — В смысле? У нас есть билеты. Да и место известно. — Это все хрень, — коротко ответил Кроули. — Я расспросил всех своих знакомых, которые знают меня ещё со времён того, когда вас не было на свете. Никто вообще не слышал о каком-либо мероприятии сегодня. Дин почувствовал, как внутри закипает раздражение. — То есть мы потратили время, добывая билеты, а выступления на «Соу-Фай Стэдиум» может и не быть? — Именно так, — кивнул Кроули с видом человека, который только что выиграл спор. — Вас надули. Кто‑то очень хочет, чтобы вы крутились вокруг стадиона, тратили силы и искали ответы там, где их нет. Кастиэль скрестил руки. — Я подозревал это с самого начала. Слишком легко всё получалось. Сэм провёл рукой по волосам, пытаясь осмыслить услышанное. — Но как же новости в интернете? Его интервью? В конце концов, толпы фанатов и журналистов возле стадиона? Кроули вздернул подбородок: — Ты, лосяра, ничуть не изменился. Как, впрочем, и ты, Дин. Вас обоих до сих пор легко обмануть, ведь, как ни странно, вы ещё не потеряли веру в то, что все может решиться по-простому. Будто мир — это розовая жвачка, которую омрачает наличие нечисти. Но вам повезло, что рядом есть я и пернатый. Иначе вам давно был бы конец. — Нам пришел бы конец в первую очередь из-за тебя, — парировал Дин. — М-да, Дин. А ты, видимо, ещё до сих пор не разобрался в том, что я не настолько плох, как кажусь. Я мог бы вести себя в сто раз хуже и вставлять вам палки в колеса всегда. Но я этого не делаю по доброте душевной. А вы даже спасибо сказать не можете. — Спасибо, Кроули, — с ледяной вежливостью произнёс Дин. — За то, что ты не вставляешь нам палки в колёса. Это прямо‑таки подвиг. Кроули фыркнул, но не успел возразить — Кастиэль шагнул вперёд, и в его тембре зазвучала непривычная твёрдость: — Хватит. У нас нет времени на перепалки. — Ладно, ладно, пернатыш. Не злись. И если подумать, у меня есть идея. Мы можем обследовать номер Винса, пока он занят в студии. — Откуда ты знаешь, что он там? — вопросительно выгнул бровь Сэм. — Птички нашептали. — Лучше бы они полностью раскрыли его великий план, — укорил Дин. — Поверь, белка, если бы все было настолько просто, история была бы точно не про Люцифера. Да и я сам не в восторге от того, что придется начинать все это дело с чистого листа и искать хоть кого-то, кто даст нам правильную информацию. Дин лишь сжал губы и на этот раз промолчал. Вся компания отправилась в апартаменты Винса Винсента. Приоткрыв дверь, они сразу почувствовали аромат женских духов и характерный запах после ночи, разделённой мужчиной и женщиной. Посередине расположился огромный кожаный диван, рядом с ним расставили точно такие же кресла, а за ними небольшую кухню и несколько шкафов. На одной из стен висела картина Лос-Анджелеса, под ней разместили комод, недалеко от него — кровать. И все это выглядело бы красиво, если бы не горы бутылок из-под алкоголя, коробки от пиццы, разбросанная одежда и пачка презервативов, брошенная на пол. Закрытая. Сняв свои черные очки, Кроули встал в центре комнаты. Ему не хотелось прикасаться здесь ни к одной поверхности. — Что, не хочешь измарать свой зад? — поддел Короля Ада Дин. — Нет, Дин, я жду, когда вы измараете свои задницы, а я в это время буду стоять в чистом костюме. К тому же ты знал, сколько стоит нынче химчистка? — Не знаю и знать не хочу, — изрек Дин. — Ребята, кажется, здесь была драка, — внезапно подал голос Кастиэль, окинул глазами ворох разбросанных вещей. — Да, Кас… на кровати, — подойдя к кожаному белому дивану и взяв в руки чей-то, на удивление, чистый кружевной комплект нижнего белья, сразу отреагировал Дин. На это ангел лишь непонимающе склонил голову к плечу. Конечно, за то время, пока он был с Винчестерами, сам будучи человеком, Кас успел увидеть много всего… интересного… на просторах интернета. Но даже если бы он перечитал тысячу книг, связанных с темой секса, он бы все равно не совсем бы понимал, как это происходит на практике. От действия Дина Кроули лишь слегка сморщил нос. Это было определенное не самое хреновое, что он видел за всю свою жизнь, но и трогать чужие трусы ему не прельщало. Сэм, до этого молчавший, внезапно уронил: — Здесь полно книг о биографии известных людей. — Он с головой не дружит? — удивился Дин, глядя на своего брата. — Что ж, это нам на руку. Кас, взяв в руки черную папку, начал зачитывать: — «Семена плода дракона с одной унцией меда акации смешать в керамической чашке…» Что это… заклинание? — Нет, это его завтрак. Но, поверь, есть варианты и похуже, — сквозь зубы процедил Кроули, — это ещё звучит адекватно. Сэм тем временем рылся в груде книг, сваленной на белом комоде. Он доставал один потрёпанный том с золотым тиснением за другим, хмыкая всё удивлённее. — Похоже, Люцифер не только читал биографии, но и делал пометки, — заметил он, протягивая Дину книгу о жизни Черчилля, испещренную странными символами и подчеркиваниями. — Может быть, там найдется что-то полезное. Кастиэль продолжал изучать папку. — Здесь есть записи о древних ритуалах, оккультных символах… и рецепт домашнего лимонада, — с недоумением сообщил он. Дин взял у брата книгу и пробежал глазами по странным пометкам. — Похоже, Люцифер пытается понять человеческую натуру… или, скорее, извратить ее, — пробормотал он. Потратив час на обыск (и стараясь не касаться особо грязных мест), они наконец нашли то, что выбивалось из общей картины и явно указывало на Люцифера. — Человеческий зуб.

***

— Я сделаю для тебя все что угодно. — Серьезно? Тогда вырежи имя, — протянув кинжал, сказал мужчина. Девушка замешкалась, не решаясь на безумную идею. — Моё имя, — дополнил он, и вдруг рука сама потянулась к холодному оружию. Невозможно было противостоять его влиянию. Он хотел, чтобы она так сделала. И ей пришлось повиноваться этой прихоти. Через минуты в маленьком помещении раздался женский вопль, а алая жидкость медленно потекла по юному телу.

***

Молодой врач стоял, окружённый четырьмя мужчинами, возле массивной двустворчатой двери входа в больницу. Тусклый свет люминесцентных ламп отражался от полированного кафельного пола, придавая сцене несколько сюрреалистичный оттенок. По коридорам практически никто не ходил — поздним вечером больница погружалась в особую, почти кладбищенскую тишину. Расположившись недалеко от кабинетов 110 и 111, у старой доски объявлений, покрытой слоями выцветших листовок, парень мог говорить совершенно спокойно, не опасаясь случайных свидетелей. Двое из прибывших были агентами — это читалось в их строгой, почти военной выправке, в настороженных взглядах, скользящих по каждому углу, в манере держаться чуть позади остальных. Третий мужчина выделялся изысканным бежевым плащом, белоснежной рубашкой и голубым галстуком, аккуратно завязанным узлом; его пальцы нервно теребили лацкан, словно он чувствовал себя не в своей тарелке. Последний стоял полностью в чёрном — от ботинок до пальто с поднятым воротником, скрывавшим нижнюю часть лица. Все они выглядели непривычно в этом обыденном больничном пространстве, будто персонажи из другого мира, случайно забредшие в реальность. Но задавать какие-то вопросы сейчас совершенно не хотелось — в воздухе витало напряжение, от которого сжималось сердце. Мужчины пришли узнать насчёт новой поступившей пациентки. Девушку звали Розали, и у врача до сих пор в голове не складывалось, на что она пошла ради Винса Винсента. Он мысленно перебирал возможные мотивы: одержимость, шантаж, психическое расстройство. Но даже если бы это был не он, таких жертв не достоин никто. Мысль об этом заставляла его сжимать кулаки — как врач, он привык спасать жизни, а не созерцать их разрушение. — Миссис Гринфилд потеряла много крови, и, конечно же, шрамы останутся… Но ей лучше, и это радует, — выдавил из себя он, стараясь придать голосу уверенность, которой на самом деле не чувствовал. — Она себя порезала, — глухо вымолвил мужчина в бежевом плаще. Его лицо, обычно бесстрастное, сейчас выражало нечто среднее между шоком и недоумением. Глаза за стёклами очков расширились, а губы дрогнули, словно он пытался подбирать слова, но они ускользали. — Она вырезала его имя на своей груди. Винс Винсент — полное. Причём сделала это глубоко, — уточнил врач, опустив взгляд на свои руки. Ему до сих пор мерещился бледный силуэт Розали на операционном столе, её бескровные губы, шепчущие одно и то же имя. После разъяснения полной картины происходящего доктор коротко кивнул и ушёл по своим делам. Его шаги эхом отдавались в пустом коридоре, спина быстро скрылась за поворотом. Тратить время на разговоры совершенно не хотелось — работа ведь не ждёт. Особенно если от неё зависит чья‑то жизнь. В кармане завибрировал телефон: очередное экстренное сообщение из реанимации. — Ещё одна жертва, — констатировал Дин, проводя ладонью по коротко стриженным волосам. Он звучал ровно, но в глазах читалась усталость, накопленная за годы борьбы с тем, что обычные люди считали выдумкой. — Я зайду к ней, — предложил Кроули, делая шаг вперёд. Его чёрный плащ шелестел, словно крыло ворона, а в полумраке коридора глаза блеснули не то отсветами ламп, не то внутренним огнём. — Нет, вы с Касом останетесь тут. Мы с Сэмом сами с ней поговорим. Так будет лучше, — отрезал Дин, уже направляясь к палате. Его решимость была ощутима, как стальной клинок, вынутый из ножен. И, оставив Кроули и Кастиэля вдвоём у стены, Винчестеры вошли в палату. За дверью царил приглушённый свет ночника, отбрасывающий длинные тени на стены. На кровати, едва различимая под белоснежными простынями, лежала Розали. Её дыхание было ровным, однако лицо сохраняло следы пережитого ужаса. Предстояло непростое — разговор, от которого зависело куда больше, чем судьба одной девушки.