Часть 7

Утро в Хенитьюз начиналось неспешно, но в воздухе витало напряжение. Казалось, сам город знал — грядут перемены. Кейл шагал по мостовой, скрыв лицо под капюшоном, и его шаги растворялись в шуме толпы. Рынок жил своей жизнью: торговцы выкрикивали цены, дети носились между прилавками, воздух был наполнен смесью запахов — свежего хлеба, дыма кузницы, пота и вина. Всё это было до боли знакомым, но теперь Кейл смотрел на привычный мир иначе. Каждая мелочь отзывалась в его чувствах: шаги прохожего, ритм его сердца, даже едва уловимый запах крови у мясной лавки. Сегодня всё решится. Сегодня я должен встретить его. Мысль повторялась, словно удары колокола. Чхве Хан. В прошлой жизни он стал причиной его смерти. Тогда Кейл был слабым, незащищённым, сломленным самим собой. Теперь же… теперь он был ангелом Смерти, пусть и вынужденным. Но вместе с силой пришли и новые тяготы. Стоило взглянуть на людей вокруг, как над их головами вспыхивали цифры — даты, указывающие на конец пути. Одни далекие, другие тревожно близкие. Кейл отвернулся, стараясь не задерживать взгляд. Слишком легко утонуть в этом море смертей. Он свернул на боковую улицу, чтобы избежать толкотни. И именно там впервые заметил их. Девочка и мальчик. Худые, в рваной одежде, но глаза горели. Девочка — чуть старше, с напряжённым взглядом, постоянно озиралась по сторонам. Мальчик — младше, тише, прятался за её спиной, но не пропускал ни одной детали. Кейл сразу понял: это Он и Хон. Даты смерти вспыхнули над их головами. У Он — далеко,а у Хона — ближе. Холод прошёл по позвоночнику Кейла. Дети не должны так рано встречать свой конец… — промелькнуло в голове. Он сделал вид, что идёт мимо. Но не успел. Из-за угла выскочил пьяный мужчина — местный бродяга, которого Кейл смутно помнил. Тот сразу заметил узелок в руках девочки. — Эй, малыши, что у вас тут? — с хриплым смешком он схватил Он за плечо. Девочка зашипела, как дикая кошка, и ударила его ладонью, но мужчина только расхохотался. — Отдай еду, и всё будет нормально. Хон вцепился в руку сестры, но сам был слишком слаб, чтобы что-то сделать. Кейл остановился. В прошлой жизни он прошёл бы мимо. Это не его дело. Но теперь он чувствовал тяжесть за спиной — серебряные крылья, которые напоминали: он больше не может отводить взгляд. — Отпусти. Голос прозвучал спокойно, но властно. Мужчина дёрнулся и обернулся. Под капюшоном сверкнули серебряные глаза. Тот побледнел. Словно взглянул прямо в смерть. — Чёрт с вами, — пробормотал он и отпустил девочку. — Мне не нужны проблемы. Он бросил их и попятился в сторону, исчезнув в переулке. Кейл посмотрел на детей. — Вы в порядке? Он прижала брата к себе и вскинула подбородок. Её голос дрожал, но в нём слышалась сталь: — Кто вы? Хон молчал, но глаза его были устремлены прямо на Кейла. Там не было страха — только настороженность и странное уважение. Кейл усмехнулся, но не стал приближаться. — Никто, кого вам стоит помнить. Но запомните одно: город не прощает ошибок. Он нахмурилась, но промолчала. Хон чуть сильнее вцепился в её руку. Кейл развернулся и пошёл дальше. В груди было непривычное тепло, смешанное с холодом. Он не знал, зачем вмешался. Возможно, потому что увидел их даты. Возможно, потому что впервые за долгое время ему захотелось остановить смерть, а не принять её. Он углубился в город. Толпа шумела позади, но переулки становились всё тише. Солнце пробивалось сквозь щели между домами, оставляя длинные полосы света на камнях мостовой. Так вот оно, то самое место. Воспоминания нахлынули. Здесь его впервые избили до полу смерти. Здесь Чхве Хан нанёс удар, от которого Кейл не смог увернуться. Всё повторялось, но теперь в его руках были силы, которых прежде не было. Он сделал шаг вперёд, и в темноте зашевелилась тень. — Стой, — прозвучал хриплый голос. Из темноты вышел юноша. Его одежда была изношенной, лицо — осунувшимся, а глаза полны боли и решимости. Чхве Хан. Их взгляды встретились. Кейл ощутил странное спокойствие. В прошлой жизни это был его поворотный момент . Но сейчас… это только начало. — Ты местный? — спросил Чве Хан, прищурившись. Его рука уже лежала на рукояти меча. — Или ещё один из тех, кто хочет моей смерти? — Я тот, кого ты ищешь, — ответил Кейл ровно. Чхве Хан дёрнулся, но не вытащил клинок. Его глаза сузились. — Тогда ты умрёшь здесь. Он рванул вперёд, и сталь сверкнула. Кейл уклонился. Лезвие прошипело в сантиметре от его лица, но он остался спокоен. Серебряные глаза блеснули из-под капюшона. — Ты слишком поспешен, — сказал он холодно. — Твой меч полон гнева, но пуст внутри. Чхве Хан остановился на миг, ошеломлённый словами. Но затем ярость взяла верх. — Замолчи! Он снова атаковал, быстрее и яростнее. Кейл уходил от ударов, почти не двигаясь. Его тело слушалось его, словно было невесомым. Так вот каким он был в начале… потерянный, голодный, одинокий. Кейл не поднимал руки для ответного удара. Он лишь уклонялся и наблюдал. Наконец, когда меч едва не задел его плащ, он произнёс: — Ты ещё не готов умереть. Твой путь только начинается. Чхве Хан застыл. Его грудь тяжело вздымалась, глаза горели. — Кто… ты?.. Кейл молчал. Он просто шагнул назад, его крылья дрогнули под плащом, и он растворился в полумраке. Когда он вышел обратно на улицу, солнце уже клонилось к закату. Толпа всё ещё шумела. Среди неё он заметил знакомые фигуры. Он и Хон стояли у стены и смотрели на него. Девочка нахмурилась, но не отвела взгляда. Мальчик прижался к её боку, но его глаза сияли любопытством. Кейл лишь слегка кивнул им и пошёл дальше. Дети… чужак… Судьба снова плетёт свою паутину. Но теперь я готов. Он поднял голову к небу, где тёмные облака окрашивались в золото заката. И шагнул навстречу новой истории.