Chapitre 2. Cacher la vérité.

Хогвартс. 1995 год, Класс Зельеварения. Гермиона сидела в углу за массивным фолиантом по теории магических зелий, делая аккуратные пометки на полях. Но её взгляд снова и снова невольно скользил к дальнему столу, где София раскладывала перед собой ингредиенты и схемы варки. Её движения были точными, уверенными — слишком уверенными, даже для отличницы. Гарри и Рон, устроившиеся рядом с Гермионой, уже начали зевать. — Слушай, — тихо сказал Рон, — я не понимаю, зачем ты пялишься на неё. Ну, хороша в зельях, и что? Разве мало в школе умников? Гермиона нахмурилась, не отрывая взгляда от Софии. — Это не просто «хороша», Рон. Она варит зелья так, словно у неё за плечами годы практики, намного больше, чем может быть у ученицы нашего возраста. — Может, у неё семья зельеваров, — предположил Гарри, но голос его звучал настороженно. Гермиона медленно покачала головой. — Нет. Дело не только в зельях. Она слишком быстро влетается в новые заклинания. И… — девушка понизила голос, — я заметила, как она иногда ведёт записи не латиницей, а странными символами. Я пыталась понять — это руны, но… они другие. Рон вытаращил глаза. — Ты думаешь… у неё есть какие-то тайные знания? — Я думаю, — серьёзно сказала Гермиона, — что София не просто ученица. Она сюда пришла с какой-то целью. В этот момент София подняла голову от своих записей и встретилась взглядом с Гермионой. Её глаза блеснули — не враждебно, но так, словно она прекрасно знала, что её обсуждают. Она слегка улыбнулась, затем спокойно вернулась к своим заметкам. Гермиона резко захлопнула фолиант. — Вот увидите. Я раскрою, что она скрывает. Гарри и Рон переглянулись. Впервые их больше тревожила не сама София, а решимость Гермионы. —— Урок в классе зельеварения закончился, но напряжение не спало. Амбридж, всё ещё в своем приторно-розовом пальто, стояла у дверей класса с привычной улыбкой, которая на этот раз казалась слишком натянутой. Вокруг неё собрались несколько учеников из разных факультетов — «инспекционная дружина», которую она лично набрала для контроля дисциплины в школе. — Внимание, все! — начала она, голос дрожал от скрытой злости, но пытался звучать командно. — Я создала эту дружину, чтобы поддерживать порядок и следить за соблюдением правил. И, конечно, я ожидаю полной преданности. София стояла в стороне, скрестив руки на груди, волосы глубокого бордового оттенка блестели, а когтеобразные ногти едва заметно отблескивали в свете факелов. Она наблюдала за Амбридж с привычным холодным вниманием. — Мисс Грин-Дэ-Вальд, — сказала Амбридж, поворачиваясь к ней, — ваша осведомленность и способности… бесспорно, помогут поддерживать дисциплину. Я настоятельно прошу вас присоединиться к нашей дружине. Это будет большая честь, и, конечно… безопасно. София лишь слегка приподняла бровь, не делая ни шага. — Безопасно для кого, профессор? — её голос был ровным, холодным. — Для учеников или для вас самой? Амбридж улыбнулась сдавленно, словно пыталась сохранить контроль. — Ну, для всех, конечно… Главное — дисциплина. А вы, как один из наиболее способных студентов, могли бы подать пример. София сделала шаг назад, словно оценивая ситуацию, и мягко, но твёрдо произнесла: — Я участвую в уроках и выполняю свои обязанности как ученик, профессор. В качестве надзирателя — нет. Если ваша цель действительно дисциплина, вы могли бы обратиться к правилам, а не к угрозам. Амбридж слегка побагровела, губы сжались, но она не стала настаивать. — Подумайте ещё раз, мисс Грин-Дэ-Вальд. Ваша фамилия и умение разбираться в людях делают вас идеальной кандидатурой… София только холодно кивнула и отвернулась, возвращаясь к своим книгам. Амбридж осталась с напряжённой улыбкой, понимая, что её попытка вовлечь Софию в дружину провалилась. — Могу я идти? — тихо спросила София, открывая книгу. — Конечно… — ответила Амбридж с ноткой раздражения, — но помните: возможности, которые вы отвергаете, иногда возвращаются бумерангом. София лишь пожала плечами, не сказав ни слова, и Амбридж с негодующим видом ушла, оставляя за собой шепот учеников и едва заметное удовлетворение Софии. — На следующий день библиотека снова была полна учеников, готовившихся к занятиям. Гарри, Рон и Гермиона сидели у камина в дальнем углу, где обычно было тихо и уединённо. — Я серьёзно, — шептала Гермиона, наклоняясь ближе к друзьям. — Она что-то скрывает. Я чувствую это. — Ага, а может, ты просто завидуешь, что она варит зелья лучше тебя, — пробормотал Рон, но под взглядом Гермионы быстро замолк. Гарри нахмурился: — Если у неё правда есть тайна, то зачем ей притворяться обычной ученицей? Гермиона постучала пером по тетради: — Вот именно. Умный человек всегда скрывает силу, пока не наступает нужный момент. В этот миг за их спинами раздался мягкий голос: — Интересная теория. Все трое вздрогнули и обернулись. Позади них стояла София, сложив руки за спиной. В её глазах блестела насмешливая, но не злая искра. — С-Со… София, — начала Гермиона, заметно смутившись. — Мы… мы просто… — Обсуждали меня, — спокойно закончила София. — Я заметила это ещё вчера. Знаешь, Грейнджер, у тебя глаза выдают больше, чем слова. Гарри нахмурился, напрягшись, но София только слегка наклонила голову, будто предлагая игру. — Если ты так жаждешь узнать, что я скрываю… — она прищурилась и тихо добавила: — почему бы не спросить прямо? Гермиона собралась с духом. — Хорошо. Тогда скажи: откуда у тебя такие знания? Ты варишь зелья на уровне выпускников, а иногда даже лучше. София улыбнулась уголком губ. — Может, у меня просто талант. Может, наследие семьи. А может… — её голос стал ниже, почти шёпотом, — ты права. Может, я действительно здесь ради чего-то большего. Она повернулась и ушла между стеллажами, оставив после себя тишину и трёх ошарашенных гриффиндорцев. — Ну вот, — пробормотал Рон, — теперь я точно не усну спокойно. Гермиона сжала кулаки и произнесла твёрдо: — Она играет с нами. Но я это выясню. —— — Ты сегодня выглядела особенно загадочной, — сказал он, склонившись чуть ближе. — Я видел, как Грейнджер на тебя смотрела. Будто пытается раскусить. София чуть улыбнулась. — Она уже подозревает. И это хорошо. — Хорошо? — Драко приподнял бровь. — Обычно люди не радуются, когда кто-то лезет в их тайны. — Пусть думает, что она близка к разгадке, — спокойно ответила София, закрывая тетрадь. — Это отвлечёт её и её друзей. Они будут искать ответы там, где я сама позволю им искать. Драко откинулся на спинку кресла, глядя на неё с лёгким восхищением. — Ты играешь с ними. — Конечно, — мягко произнесла София. — Гриффиндорцы всегда лезут вперёд, думая, что они умнее всех. Если направить их любопытство в нужное русло… — она на секунду задумалась, — они станут орудиями, даже не понимая этого. Драко усмехнулся, глаза его блеснули. — Ты мне нравишься, Грин-дэ-Вальд. Ты думаешь, как настоящий Слизерин. — Я думаю, как тот, кто умеет видеть дальше сегодняшнего дня, — поправила София. — Но если уж говорить о факультетах… — она посмотрела на него пристально, — быть в паре с тобой в зельях — куда удобнее, чем работать в одиночку. Драко чуть склонил голову, усмехнувшись. — Я же говорил: вместе нам нет равных. И, похоже, у нас теперь есть не только союз, но и игра против Грейнджер и её дружков. София кивнула, её глаза блеснули в зелёном свете огней. — Посмотрим, кто кого переиграет. — Я знала, что она что-то скрывает, — шептала Гермиона, прижимаясь к стене. — Слышите? Они разговаривают. — Пожалуй, слишком тихо, — пробормотал Рон, — но интересно, о чём они. Они остановились за колонной и, осторожно выглядывая, увидели Софию и Драко, сидящих на скамье. Разговор шёл тихо, но достаточно ясно, чтобы услышать основные фразы. — Она уже подозревает, — слышно было, как говорит София. — И это хорошо. — Хорошо? — усмехнулся Драко. — Обычно люди не радуются, когда кто-то лезет в их тайны. — Пусть думает, что она близка к разгадке, — ответила София, — это отвлечёт её и её друзей. Гарри сжал кулаки, а Рон прошептал: — Значит, она специально играет с нами? — Она направляет их любопытство в нужное русло, — продолжала София. — Они станут орудиями, даже не понимая этого. Гермиона стиснула зубы: — Она всё тщательно просчитала… и Драко в этом помогает. Драко усмехнулся, глаза блеснули: — Вместе нам нет равных. И, похоже, у нас теперь есть не только союз, но и игра против Грейнджер и её дружков. Гермиона резко отпрянула, чуть не задела колонну, и Гарри почти наступил на камень. Они переглянулись. — Мы должны предупредить всех, — сказала Гермиона твёрдо. — Если они так планируют действовать, мы должны быть готовы. — Ты хочешь, чтобы мы сразу же шли к Снейпу? — спросил Гарри. — Нет, — ответила Гермиона, сжимая кулаки. — Пока что нам нужно наблюдать. Сначала понять, что именно они замышляют. Рон посмотрел на друзей, едва сдерживая раздражение: — Отлично… ещё одна пара, с которой нам придётся играть по их правилам. И трое друзей тихо отошли, скрываясь в тенях, уже строя планы, как следить за Софией и Драко, не выдавая себя. Хогвартс. Апрель 1995 года.  В комнате Софии царил уют: на столике дымился чайник, по кровати были разбросаны подушки, а свечи мягко освещали стены. София устроилась на краю кровати, а Дафна и Пенси сидели напротив. София задумчиво покрутила чашку в руках и с легкой ухмылкой сказала: — Представь, что романтика и сарказм встретились в тёмном переулке и начали драться. Вот это и было моё первое свидание. — Мерлин, — протянула Пенси, — ты довела беднягу до инфаркта? — Не довела, — возразила София, поджав губы. — Просто задала пару «невинных» вопросов. Например, спросила: «А ты случайно не занимаешься стартапами?» — И? — Дафна наклонилась вперёд. — Сказал, что нет. Ну, я ответила: «А почему себя так запустил?» — София развела руками. Пенси прыснула в ладонь: — Соф, ты невозможна. — Это был ледокол! — хмыкнула София. — Потом заметила, что он явно отказался от сахара… но компенсировал это солью. Дафна не удержалась и фыркнула: — Удивительно, что он вообще досидел до конца. — Конечно досидел, — гордо заявила София. — Даже когда я сказала, что у него зубы, как снежинки. — Уникальные? — подсказала Пенси, с трудом сдерживая смех. — Именно, — с невинной улыбкой кивнула София. Девушки обменялись взглядами и дружно расхохотались. — София, — вытирая уголки глаз, сказала Дафна, — с тобой романтика превращается в комедию положений. — Ну а что, — откинулась София на подушки. — Если человек не выдержит моего юмора, значит, он просто не в моём стиле. Пенси покачала головой, но улыбнулась: — Нет, ну ты права. Хотя иногда мне кажется, что твои свидания — это больше испытания на выносливость. Смех снова наполнил комнату, и атмосфера стала лёгкой, тёплой и почти домашней. — Ладно, София, твои свидания — это отдельный жанр. Но не думай, что у нас всё гладко. Вот я, например… — она закатила глаза. — На последнем свидании парень читал мне стихи собственного сочинения. Целый час. — И что, ты выжила? — с искренним удивлением спросила София. — Еле-еле, — протянула Дафна. — Я в какой-то момент начала думать о списке покупок для зельеварения. Пенси прыснула: — Вот видите, у Софии — юмор как оружие, у Дафны — каменное терпение. А у меня… — она театрально вздохнула. — У меня талант выбирать самых бездарных танцоров. — Танцоров? — София приподняла бровь. — Да! — Пенси возмущённо всплеснула руками. — На балу этот бедняга так наступал мне на ноги, что я серьёзно думала обратиться в Мадам Помфри. — Может, он просто хотел оставить след в твоём сердце, — невинно заметила София, и все снова рассмеялись. — Если след — это синяк, то он точно справился, — фыркнула Пенси. София, всё ещё усмехаясь, подтянула ноги на кровать и подытожила: — Ну вот, значит, у каждой из нас своя «романтика». У меня — сарказм, у Дафны — стихи и скука, у Пенси — танцы со смертельным исходом. Дафна хмыкнула и подняла чашку с чаем: — Зато у нас всегда есть друг друга, чтобы всё это обсудить и посмеяться. Они чокнулись чашками, и в комнате воцарилась лёгкая, тёплая атмосфера, в которой смех и дружба перевешивали любые неудачные свидания. — Ну что, — протянула Пенси, закручивая прядь волос на палец, — давайте о настоящем интересном. Кто у нас сейчас в Хогвартсе самый обсуждаемый? — Поттер, конечно, — фыркнула София. — После Турнира Трёх Волшебников он стал чем-то вроде ходячего плаката «смерть следует за мной». Дафна прыснула в кружку с чаем: — И вечно с ним этот Уизли. Видела, как они ссорились из-за книжки? Грифиндорцы шумят так, будто спасают мир. — А Гермиона? — Пенси приподняла бровь. — Ходят слухи, что она всё чаще зависает в библиотеке с кем-то из старших. София скептически усмехнулась: — Да ладно, максимум с книгами роман крутит. Хотя… может, книги для неё надёжнее парней. Девушки засмеялись, и Дафна заговорщицки наклонилась вперёд: — А вы слышали про Эдриана Пьюси? Говорят, он тайком встречается с девушкой из Рейвенкло. — С её мозгами ему явно не по пути, — отрезала София. — Хотя, может, она просто решила провести эксперимент: «Что будет, если связаться с типичным слизеринцем?» — Или «как долго я выдержу», — добавила Пенси и хмыкнула. — А Малфой? — осторожно спросила Дафна, бросив взгляд на Софию. София дернула уголком губ: — Драко — это отдельный сериал. Уверена, если бы его жизнь показывали в Хогвартсском театре, билеты раскупали бы быстрее, чем на Квиддич. — Он сам бы скупил, чтобы аплодировали только ему, — язвительно добавила Пенси. София засмеялась и подтянула подушку к груди: — Вот знаете, мне кажется, мы — лучшее издание «Ежедневного Пророка». Разве что у нас больше сарказма и меньше цензуры. — Точно, — кивнула Дафна. — Мы могли бы собрать отдельный выпуск «Слизеринские сплетни». — И продавать, — добавила Пенси. — Бизнес на ровном месте! — Я согласна, — сказала София, хитро улыбнувшись. — Но предупреждаю: в редакции будет строгий отбор. У кого меньше чувства юмора, чем у мокрой тряпки, тот не подходит. Девушки дружно рассмеялись, и вечер превратился в настоящий маленький праздник дружбы, чая и сплетен. — Ладно, студенты — это всё весело, — протянула Пенси, — но вот учителя… Это же кладезь тем для обсуждения. — Например? — лениво спросила София, облокотившись на подушку. — Ну, Трелони, — ухмыльнулась Дафна. — Она же каждый месяц предсказывает Поттеру смерть. Мне кажется, он скоро начнёт брать за это деньги, как за услугу. София скривила губы: — Угу. «Ежедневная смерть: три сикля за подписку». Пенси прыснула: — А ещё эти её глаза, будто она всё время под дурман-травой. — Не обижай дурман-траву, — отрезала София. — Она хотя бы полезна в зельях. Дафна едва не расплескала чай от смеха. — А Снейп? — тихо спросила Пенси, делая вид, что боится, будто он услышит сквозь стены. — Снейп — это человек-олицетворение слова «я ненавижу вас всех», — сказала София. — Хотя иногда я думаю, что он просто так тщательно отыгрывает роль. — Ну да, — усмехнулась Дафна. — Втайне он, наверное, коллекционирует мягкие игрушки и слушает любовные баллады. — Или сидит по вечерам у камина и шепчет котлу: «Только ты меня понимаешь», — добавила София. Пенси прикрыла рот ладонью, сдерживая смех: — Всё, хватит, я сейчас подавлюсь. Смех ещё не успел стихнуть, как София, склонив голову на бок, тихо добавила: — А Амбридж… вот кто реально опасен. Тон сразу изменился — сарказм остался, но под ним чувствовалась искра злости. — Её розовый кардиган, — процедила Дафна, — хуже любого проклятия. — Согласна, — кивнула Пенси. — Каждый раз, как вижу эти бантики, у меня перед глазами всплывает картина: «Смерть, но в гламурном стиле». — Она будто собирается вести кружок вышивания, — сказала София, и глаза её сверкнули, — а вместо этого пытает учеников. На секунду повисла тишина, и все трое обменялись понимающими взглядами. Потом София ухмыльнулась: — Но если мы когда-нибудь выпустим «Слизеринские сплетни», про Амбридж будет отдельный раздел. Я даже название придумала: «Как розовое стало символом зла». Девушки дружно засмеялись, и тяжёлое ощущение снова растворилось в их дружеской теплоте. —— Поздний вечер. Библиотека была почти пустой, лишь редкий шорох страниц и тихий скрип мебели нарушали тишину. Гермиона, Гарри и Рон прятались за стеллажами, следя за передвижениями Слизерина. София появилась из-за угла, держа в руках небольшой флакон с мерцающей жидкостью. Она осторожно огляделась, затем медленно направилась к дальнему столу, где, как ей казалось, она могла оставить «подсказку» для Гриффиндора — и одновременно проверить, кто за ней наблюдает. Гермиона шевельнулась, выдав себя, и София мгновенно уловила движение. Её глаза блеснули, но она продолжила идти, будто не заметила ничего. — Видимо, нас заметили, — тихо сказала София себе, но Драко рядом лишь улыбнулся. Гермиона вышла из-за стеллажа и шагнула навстречу Софии. — Не думай, что можешь манипулировать нами, — твердо сказала она, взгляд цепкий. София остановилась, держа флакон на уровне глаз, и слегка улыбнулась: — А кто сказал, что я манипулирую? Я просто предлагаю небольшую игру. — Игра? — переспросила Гермиона, сжав руки. — Это не игра. Это слежка и хитрости. — Именно, — ответила София спокойно. — Но игра всегда интереснее, когда есть достойный противник. Между ними повисла тишина, и каждая пыталась оценить силу другой. Гермиона видела в Софии сосредоточенность и холодный расчёт, а София — решимость и внимательность Гермионы. — Знаешь, — тихо добавила София, слегка наклонив голову, — наблюдать за тобой интересно. Ты умна, быстра, и у тебя есть талант предугадывать мои шаги. Но я уверена, что мы оба знаем — кто первый совершит ошибку, тот проигрывает. Гермиона стиснула зубы, но взгляд её стал ещё острее: — Тогда посмотрим, кто кого перехитрит. София кивнула и медленно ушла к своему столу, оставляя Гермиону на месте. Между ними возникло невидимое напряжение, словно два опытных шахматиста расставляли фигуры на доске, где каждая мелочь имела значение. Гарри и Рон тихо переглянулись: — Ох… это только начало. — И это будет длинная игра, — согласилась Гермиона, уже строя в голове стратегию, как следить и действовать дальше. —— Большой зал был наполнен шумом и светом свечей, когда за столом Слизерина разгорелась настоящая буря. София Грин-дэ‑Вальд и Блейз Забини сидели напротив друг друга, глаза сверлили друг друга с непреклонной решимостью. — Я не понимаю, — начала София, сжимая кулаки, — как ты можешь так вести себя? Ты даже не думаешь о том, как твои поступки влияют на других! — О, да ладно тебе, — усмехнулся Блейз, слегка откинувшись на спинку скамьи. — Это же просто дружба… или симпатия. Не драматизируй. — Не драматизируй? — София резко встала, её глаза сверкнули. — Ты называешь «симпатией» то, как ты игнорируешь людей, которые на самом деле заботятся о тебе?! — Я игнорирую? — Блейз фыркнул. — София, может, ты просто слишком чувствительная. — Слишком чувствительная?! — София почти закричала, её голос эхом разнёсся по залу. Ученики обернулись, удивлённые такой бурей эмоций. — Ты просто самоуверенный эгоист, который думает, что весь мир вращается вокруг него! Твоя новая девчуля это скоро заметит. А еще совет, посмотри на людей, которым ты реально дорог. — Эй, — Блейз нахмурился, — хватит этих театральных заявлений. Я не собираюсь терпеть уроки морали от кого‑то, кто так любит подрывать моё терпение! В этот момент София схватила свой стакан с тыквенным соком. Её взгляд стал ледяным, голос — твёрдым, без тени сомнения: — Ладно, хватит слов! И прежде чем Блейз успел что‑то сказать, София резко вылила стакан сока ему прямо на голову. — Эй! — закричал Блейз, вскочив с лавки, сок стекал по его волосам и плечам, а ребята вокруг заливались смехом и шёпотом. — Вот так! — София ответила холодным, но победоносным тоном. — Может, теперь ты поймёшь, что последствия есть всегда! — Ты… — Блейз попытался говорить, но слова сбились от ярости и смеха окружающих. — Ты… ненормальная! — Да, и? — София села обратно, не показывая ни капли сожаления. — А теперь попробуй объясниться перед всем залом. Ученики хихикали, а кто-то даже аплодировал. Драко, проходя мимо, лишь холодно поднял бровь: — Очень «зрелое» поведение, Грин‑дэ‑Вальд. Надеюсь, ты хоть научишься контролировать свои импульсы… прежде чем выльешь что‑то на голову профессору. —— Класс зельеварения был наполнен густым паром и запахами трав. Котлы булькали, и каждый ученик сосредоточенно работал над своими эликсирами. Но напряжение витало в воздухе — никто больше не видел здесь просто урока: это была невидимая дуэль умов. Гарри и Гермиона сдержанно наблюдали за Софией и Драко. Гермиона уже добавила свой «ловушный» порошок, и отвар слегка изменил оттенок. София заметила сбой и обменялась мгновенным взглядом с Драко. — Они вмешались, — тихо сказала София. — Но это ещё не конец. — Согласен, — ответил Драко, едва касаясь края котла. — Двойной ход. Они одновременно ускорили и замедлили перемешивание, сливая движения так мастерски, что эффект Гермионы стал почти незаметным. Котёл снова засиял ровным серебристым светом, а небольшие отклонения исчезли. Гарри стиснул зубы, а Гермиона почувствовала, что первый ход дался зря — пара Слизерина была готова к любой уловке. — Они действительно не просто синхронны, — прошептала Гермиона, — они думают на шаг вперёд. София чуть улыбнулась, глядя на котёл: — Кажется, игра закончилась… на сегодня. — Для них, — добавил Драко, — для нас она продолжается. Снейп, проходя между столами, остановился у их котла. Его взгляд скользнул по отвару, затем он посмотрел на идеальную пару и тихо сказал: — Отличная работа. Обе стороны класса могли бы поучиться у вас… хотя, подозреваю, многие этого никогда не поймут. В классе повисла тишина, перемежаемая тихим бульканьем котлов. Гарри, Гермиона и Рон понимали, что против Софии и Драко пока не было равных. Но одновременно они чувствовали азарт: это был только первый раунд их невидимой, но захватывающей дуэли. София и Драко обменялись коротким взглядом, почти невидимым для остальных, и одновременно кивнули. Их союз был непробиваем, их мастерство — впечатляющим. —— На следующий день подземелья зельеварения были наполнены густым ароматом трав и бульканьем котлов. София сидела за своим столом, аккуратно готовя ингредиенты для нового эликсира. Стул напротив, где обычно сидел Блейз, был пуст — он уже заранее устроился в другом конце класса. — Сложно, — тихо пробормотала София себе, — когда твой союзник превращается в стену молчания. Каждый раз, когда София перемешивала котёл или добавляла ингредиенты, взгляд её невольно скользил к Блейзу. Он сосредоточенно работал, словно её вообще не существовало, а каждое его движение было идеально скоординировано с соседями, но явно не с ней. — Похоже, он не только дистанцировался, — заметила она про себя, — он старается доказать, что может обойтись без меня. Гермиона, Гарри и Рон, сидевшие на другой стороне класса, наблюдали за напряжённой атмосферой: — Смотри на них, — прошептала Гермиона, — они почти не общаются, и всё равно создают напряжение в воздухе. — И никто не смеет вмешиваться, — добавил Рон. — Просто сидят и варят зелья, а между ними будто невидимая битва. София заметила, как Блейз сделал шаг к краю своего стола, будто проверяя её реакцию. Она не двинулась. Его взгляд был холоден, и София поняла: он намеренно демонстрирует своё безразличие. — Отлично, — пробормотала она, — игра начинается без слов. На перемене коридоры Хогвартса тоже ощущались по-особенному: ученики из Слизерина и Гриффиндора тихо переглядывались, ощущая напряжённость между Софией и Блейзом. Даже Драко Малфой, проходя мимо, заметил холодную дистанцию и слегка усмехнулся: — Ну что ж, Забини решил играть в одиночку. Интересно, кто дольше выдержит. София же в это время собирала свои вещи, думая: — Пусть он доказывает, что может обходиться без меня. Я не уступлю. Но интересно, кто первым нарушит эту тишину… И так, даже молчание между Софией и Блейзом превратилось в невидимую дуэль, где каждое движение, взгляд и даже замедление дыхания становились стратегическим элементом их скрытой борьбы. —— Большой зал был наполнен шумом и звонкой суетой, но за столом Слизерина царила ледяная тишина, заметная даже сквозь общий гул. София Гри‑дэ‑Вальд сидела со своими книгами и заметками, но больше интересовалась Тео и Даффной, с которыми тихо обсуждала новый эксперимент по зельям. — Думаю, если добавить щепотку корня мандрагоры в этот настой, цвет изменится ровнее, — шептала София, стараясь не обращать внимания на шум вокруг. — Отличная идея, — кивнул Тео, — но будь осторожна, чтобы не переборщить. — Я знаю, — ответила София, слегка улыбаясь, — это всего лишь тонкая корректировка. Мимо их стола прошёл Драко Малфой, смеясь вместе с Блейзом Забини. Он не взглянул в сторону Софии, не сказал ни слова, словно она просто исчезла из его поля зрения. Блейз поддерживал его, подбрасывая шутку, на которую Драко едва заметно кивнул. София почувствовала этот холодный игнор, но лишь сжала губы и отвернулась к Тео: — Видишь, я всё равно могу работать над зельями без постороннего «контроля». Даффна подала ей ложку с отваром и хихикнула: — Ты такая независимая… им только остаётся удивляться. — Пусть удивляются, — ответила София с лёгким сарказмом. — Я не собираюсь вовлекаться в их игры. Драко и Блейз прошли мимо, садясь за свой стол, всё так же игнорируя Софию. Она не отвечала на взгляды или ухмылки, лишь спокойно продолжала обсуждать свои идеи с Тео и Даффной, словно Драко и Блейз для неё перестали существовать. — Это помогает, — тихо сказала София, когда Тео передал ей пробирку, — сосредоточиться на важных вещах, а не на пустых интригах. Даффна кивнула: — Точно. Пусть они думают, что их игнорируют… а мы делаем настоящее мастерство. И так, между столами Слизерина возникла невидимая линия: София и её союзники с одной стороны, Драко и Блейз с другой. Ни одна из сторон не делала шаг навстречу, а игра молчания и игнора продолжалась, превращаясь в тихую, но напряжённую дуэль, где слова были лишними.